Его ошибка

— Решила меня убить, милая? — хрипло спросил он, касаясь своими искусанными и сухими губами мочки её уха. Его слова тут же эхом пронеслись в её голове, от чего кожа покрылась мурашками.

За несколько часов до этого:

Проснувшись от грубого толчка в плечо, Маша тут же открыла глаза, вжимаясь в изголовье кровати. Протерев сонные глаза, она увидела перед собой силуэт отца в тёмном рабочем костюме, в котором он был и днём. Значит, только приехал. На правом плече отца лежала телефонная трубка, которую он прижимал к уху. Подняв взгляд на дочь, Владимир чуть поморщился, заметив её неопрятный и разбитый вид.

— Пчёлкин приехал в аэропорт на своей машине? — спросил отец, глядя на Машу исподлобья.

При мысли об аэропорте и Вите внутри что-то кольнуло. Мария заправила за ухо короткие пряди и слегка кивнула. Зачем отцу эта информация, она не знала, но спорить не решилась, опасаясь последствий.

— Да, на ней сказала. Наверное, бросил её там. Закладывай бомбу, вернётся за ней завтра утром, — легко бросил Владимир своему собеседнику, облизнув верхнюю губу.

Эти слова о бомбе заставили девушку вздрогнуть. Всё стало ясно. Сердце сжалось от боли, она забегала глазами по сторонам. Надеясь, что отец передумает. Сама не понимала, почему испытывает такие чувства. Ведь Витя ею воспользовался и растоптал её чувства. Может, он даже заслуживает смерти? Но нет, при мысли об этом внутри всё сжималось. Губы Маши чуть задрожали, и она зажмурилась.

Каверин ещё несколько раз что-то промычал в трубку, а затем сбросил звонок, встал и потянул руками затёкшую шею. Взглянув на дочь, он пожал плечами, не понимая её переживаний и эмоций. Потянувшись в карман брюк, он достал кошелёк, вытащил несколько купюр и протянул их Маше, словно откупаясь за её боль. Сам он не понимал, почему вдруг проявил такую заботу. Маша подняла на него безмятежный взгляд, хмурясь от протянутых ей денег.

— Завтра сходи, приведи себя в порядок, подстригись нормально, — бросил он и быстрым шагом вышел из комнаты, оставляя дочь наедине со своими мыслями.

Встав с кровати, Маша со вздохом переложила деньги в сумку, хотя и не хотела их брать, чувствуя себя так, будто отец откупается за всё. Спать уже не получится. Она достала из сумки пачку сигарет и зажигалку, которые обычно помогали справиться с тошнотворными чувствами. Подойдя к окну, Маша открыла его, и в лицо ей ударил холодный ветер, заставив поморщиться. За окном кружился снег, иногда залетая в комнату, но тут же таял, оставляя за собой лишь капли. Девушка грустно усмехнулась. Открыв пачку, она достала сигарету, закурила и выпустила серый дым в темноту за окном. Никотиновая дымка, казалось, приятно обжигала лёгкие. Непроизвольная слеза скатилась по щеке, и девушка тут же смахнула её пальцами, испачканными в табачном дыме. Внутри всё сжималось от мысли, что завтра погибнет Витя Пчёлкин. Этот ужасный человек, возможно, и заслужил этого, но Маша всё равно любила его, даже зная о его гадких поступках. Её чувства были сильнее её самой.

***

Саша, Космос и Витя наконец вышли из палаты. На душах парней было спокойствие, а на губах - яркие улыбки, открывающие обзор на их белоснежные зубы. Белые халаты свободно свисали на их плечах. Они могли просидеть вечность возле открывшего глаза Фила. Пускай он, возможно, даже не слышит и не понимает их. Но от мыслей, что Валера пришёл в себя, внутри разливается тепло. Однако долго сидеть они не могли - медсестра запретила, врач и так говорил их не пускать. Коридоры больницы были приятно окутаны утренней тишиной, которую нарушал лишь скрежет мужских ботинок. Назойливый звон мобильника разрушил всю эту умиротворённость. Он так резко зазвенел, что, казалось, по стенам больницы пойдут трещины. Витя закатил глаза, понимая по вибрации в кармане пальто, что звонит именно его телефон. Он был недоволен, что приятная атмосфера прервалась, но всё же взял трубку, принимая звонок.

— Витя, твоя машина только что взорвалась от бомбы. Водитель мёртв, сама тачка в хлам, — без приветствия сообщил Шмидт, голос которого Пчёлкин узнал, как только тот произнёс его имя.

На секунду Витя замер, остановившись. Конечно, он понял, чьих это рук дело. Только она знала, где сейчас находится его машина. Но он не мог в это поверить. Выходит, не один он гадкий персонаж в этой игре. Больше всего его тревожили мысли о том, что если бы Кос не отговорил его час назад самому ехать за машиной, то Витя, как и планировалось, оказался бы на месте этого водителя.

***

— После больницы сразу же в офис поедем, наверное. Ты там Белому и расскажи всё, не порти настроение перед походом к Филу. Давайте хоть на пару минут расслабимся, — сказал Холмогоров, окинув друга взглядом.

Пчёлкин уже хотел кивнуть, но тут вспомнил про свою машину, которую оставил вчера около аэропорта. Чёрт. Придётся после больницы отправиться в аэропорт, чтобы её забрать.

— Бля, я вчера около аэропорта машину свою оставил. Мне после больницы туда ехать прийдётся, а только потом в офис.

— А что ты в аэропорту делал? — хмурясь, спросил Кос, не сводя взгляда с Пчёлкина.

Осознав, что ляпнул лишнего, Витя прикусил нижнюю губу. Но, к счастью, он умел хорошо врать, поэтому быстро придумал оправдание.

— Да я это, хотел невесту свою на море отправить, пока тут наши дела решаются. Свадьбу всё равно после выборов планировали. Возле аэропорта она как раз и увидела меня с Кавериной, та с машины неудачно вышла, — небрежно и быстро проговорил Витя, с уверенностью в голосе. Впервые он так врал брату, но другого выхода не было.

— Ясно. Ты, конечно, здорово накосячил, — наконец отведя взгляд от Пчёлкина на дорогу, сказал Космос. — Сейчас я Шмидту позвоню, он быстро кого-то отправит за тачкой твоей. У тебя ключи от машины с собой? — Витя кивнул в ответ. — Значит, сейчас отвезём их, они как раз подвезут её к больнице.

***

Витя даже немного побледнел от всех этих мыслей. Этого не могли не заметить Космос и Саша, остановившиеся следом за ним и бросившие на него вопросительные взгляды.

— Ты чего? Случилось что-то? — спросил Белов, убирая руки в карманы брюк.

— Мою машину подорвало бомбой. Это Каверины сделали, — хрипло бросил Витя, понимая, что теперь придётся обо всём рассказать Саше.

Белый кинул на него хмурый взгляд. А Космос приоткрыл губы, понимая, что они влипли в серьёзные неприятности. Витя создал им большие проблемы. Видно, папаша там всё додумал, оказался не таким уж и тугодумом. Космос прикрыл лицо рукой и вздохнул. И об этом ещё Белов не знает, он явно отреагирует не так спокойно, как Холмогоров. Сам Космос был не против высказать Пчёлкину пару претензий, ведь было за что. Но он понимал, что это сделает Саня, а ещё понимал, что Вите и так сейчас не сладко - он потерял невесту и создал проблемы братьям, а себе ещё больше. Не стоит давить на него ещё сильнее, тем более с двух сторон.

***

Как и предполагалось, такой ситуацией Белый был очень недоволен. Витя молча выслушал все его крики и предъявы. Ведь понимал, что в этот раз и вправду было за что. Но потом Саша всё же успокоился. Понял, что сейчас уже нет смысла устраивать скандалы, что сделано, то сделано. Нужно решать всё. К тому же мысль о том, что если бы не распределение судьбы, то он мог бы остаться без своего брата, или увидел бы его в таком же состоянии, в каком был Валера, давила. Очень давила. Саша чувствовал свою вину в этом, что довёл до всего этого. Их жизни висели на волоске смерти, о чём он прекрасно понимал. В любой момент каждого могли, как бродячую собаку, застрелить, или же подорвать. Но он пытался вывести их в правильное русло, что должно было получиться. Сейчас главное - всё разрулить, выкрутить ситуацию в их сторону. План у него в голове был давно, четко разложенный по полочкам. Настал час его воплотить.

— Сейчас едем в офис, решаем некоторые вопросы. Шмидт пока её притащит в нужное место. Вечером подъедем и решим вопрос с ней. Как? Думаю, не надо говорить, и так понятно. Запись, о том, как она тебе рассказывает про избиения отца, у меня в сейфе. Воспользуемся ею. Шмидт заложит её на дно. А мы сегодня принесём эту запись ментам, и когда её найдут, даже разбираться не будут. Припаяют Володе срок. Может, и к лучшему оно, что случилось так всё.

Саша скользнул рукой по своим темным волосам, оттягивая их назад. Промял рукой затёкшую шею и достал из кармана пальто свой телефон, набирая номер Шмидта, который за это утро уже получил звонок от каждого Бригадира по очереди. Ответы и советы Коса и Пчела ему сейчас были ни к чему. Ситуацию он всю уже продумал до мелочей. Пчелкин лишь кивнул, понимая, что дело то, что им сейчас и надо. Главное - провернуть всё правильно. Его чувства ушли к ногам, смылись. Раз она так с ним поступила, то и он может.

— Найди и привези мне Каверину, куда сам знаешь, — бросил в телефонную трубку Белому, а после одобрительного «угу» сбросил звонок, уставившись взглядом на друзей. — Ну что, пошли, чего встали? — нервно бросил он им, кидая на асфальт бычок, который тут же окатила влага московского снега.

***

Сомкнуть глаза в эту ночь у Марии так и не получилось. Когда настенные стрелки показали 9 часов утра, она решила всё же выйти на улицу, чтобы стены комнаты не удушили её. Решила и вправду сходить в ближайшую парикмахерскую, подровнять стрижку. Может, вместе с миллиметрами волос уйдут и её переживания? По крайней мере, она на это надеялась. На душе была пустота, от которой её даже чуть поташнивало. Из-за нехватки сил и еды в организме (которую она уже не ела около дня), ноги были ватными и чуть подкашивало. Тело значительно исхудало, а кожа обрела нездоровый белый оттенок, как праздничная скатерть. Под глазами были небольшие синие мешочки, от сегодняшнего недосыпа и недомогания. Капилляры глаз полопались, от чего склера обрела красноватый оттенок. Она стояла и минут 15 рассматривала свой отвратительный вид. От самой себя она скривила нос. Было неприятно видеть себя настолько запущенной. Все-таки собравшись с мыслями и вспомнив, для чего она подошла к этому шкафу, она открыла деревянные дверцы. Достала чёрные штаны и того же цвета тёплую, чуть колючую водолазку. С вещами в руках девушка направилась в душ, чтобы освежиться прохладной водой и выглядеть не настолько убитой.

Когда тело было уже обмыто прохладной водой и укутано в ткани одежды, она, взяв с комнаты свою сумку, в которой находились данные вчера отцом деньги, направилась в коридор. Голова неприятно кружилась, от чего ноги чуть шатало. Застегнув на щиколотках ног молнию ботинок, девушка накинула сверху пальто и обмотала голову серым шарфом, который ей вязала ещё покойная любимая мать. Шарф приятно и нежно пах, от чего по обмотанной им коже разлилось тепло. На улице было значительно холодно, дул ветер и шёл лёгкий снег. Поэтому уши хотелось надежно спрятать, дабы не продуть их. Пристегнув к сумке чёрный ремешок, она повесила её через плечо.

Когда каблук ботинка ступил на заснеженный парапет подъезда, лицо обжёг низкотемпературный порыв ветра. Щёки тут же обрели розовый румянец. Руки Маша засунула в карманы, чтобы не обморозить. И, медленно пошагав по небольшому слою снега в сторону ближайшей парикмахерской, она оставляла на снегу следы своих ботинок. Путь должен был занять около семи минут. Небольшой салон находился на нижнем этаже одного из домов в том районе, где и располагалась квартира Кавериных. Свернув, она пошла за дом, чтобы сократить путь. Её мысли роились в голове, расползаясь по каждой частице её тела. Она пыталась отогнать, но их становилось только больше. Жив ли Витя вообще сейчас?

Тяжелая рука обхватила её шею, притягивая к груди. Она вскрикнула от неожиданности, её бросило в легкую дрожь. Девушка попыталась повернуть голову, но из-за шарфа всё, что она смогла увидеть, - это широкие мужские плечи в черном пальто. Большая ладонь тут же закрыла ей рот, чтобы она не издавала звуков. К горлу подкатил страх, который она судорожно сглотнула, обжигая себя изнутри. Она попыталась вырваться, двигая плечами, чтобы выбраться из хватки тяжелой руки. Но в ответ на это она услышала лишь смешок незнакомца, который поволок её в неизвестном направлении.

— Можешь даже не стараться, сил не хватит, — хрипло рыкнул ей мужской голос. Его голос был таким серьёзным и низким, что её окатил новый приступ страха.

Сбоку появился силуэт большой черной машины, дверь которой мужчина открыл свободной рукой и бросил тело девушки туда, подталкивая ее спину. А затем сразу же закрыл дверь автомобиля, обошел его и сел на переднее сиденье, рядом с водителем. Маша осмотрелась. По обе стороны, возле окон, сидело два здоровых лысых мужчины, чьи головы почти касались потолка машины. Их колени едва не соприкасались, места между ними было очень мало. Один потянулся своей большой рукой к Кавериной, оттягивая ткань ее пальто и бросая в маленькое пространство между ним и вторым таким же амбалом. Она в страхе сжалась в сиденье, обхватывая свои плечи руками. Взгляд был устремлен вперед. За рулем сидел такой же, как и эти двое, ничем не отличавшийся от них здоровый и высокий лысый мужчина. Рядом, за пассажирским сиденьем, сидел тот самый, кто ее сюда притащил. Он взглянул своим суровым взглядом серых глаз на Машу через зеркало. От его пронзительного взгляда по ней прошел рой мурашек, из-за чего она сразу опустила свои карие глаза на дно машины. Мотор машины завелся, и она тронулась с места, от чего Мария едва заметно вздохнула.

— Кто вы такие? Куда вы меня везете? — тихо и хрипло подала она свой дрожащий от страха голос.

— К вашему любимому Вите Пчёлкину, мадам, — бросил сидящий справа, после чего все остальные взорвались громким хохотом, от которого, казалось, сейчас развалится сама машина.

Маша еще сильнее вжалась в сиденье. Ее глаза забегали по сторонам. Дышать стало трудно, и она глотала воздух, который неприятно обволакивал ее легкие и вызывал тошноту из-за висящей на зеркале пахучки "елочки". От упоминания о Вите сердце сжалось, перестав биться. Она в безысходности закрыла глаза. Внутри бушевало множество чувств, от чего ей становилось дурно. Ведь возможно, сейчас она проживает последние минуты своей жизни. Она не знала, что с ней будут делать. Мысли взрывались попытками предположить и представить. То, что Витя жив, было и хорошо, и плохо. Для ее чувств любви - хорошо, а для здравых мыслей, что он сейчас будет неизвестно что с ней делать, - плохо.