Глава 58. Ссора
Барс и Полина смотрели друг другу в лица, и их глаза блестели в свете фар и прожекторов за их спинами. Она все так же крепко обнимала его за пояс, будто боясь отпустить. А он гладил ее по лицу и волосам, и взгляд его был беззащитно-мягким.
Красивые, юные и влюбленные. Такие разные.
Он — плохой парень без веры в людей.
Она — хорошая девочка без надежды найти себя.
И любовь между ними.
— Барс, у вас сейчас заезд начнется, — появился Гремлин, с интересом разглядывая Полину. — Седлай своего коня и на старт!
— Понял, — коротко ответил ему Барс, даже не повернувшись.
— Ты ведь не будешь участвовать в гонках? — спросила Полина, заглядывая в его лицо.
Парень нахмурился. Между его широкими темными бровями пролегла вертикальная морщинка.
— Дим?.. Не надо, — прошептала Полина, все поняв по его взгляду.
— Я должен, — глухо ответил он. — Дал согласие. Не могу отказаться.
Если откажется — влетит на бабки. Ведь ставки уже сделаны. А он и так должен за тачку.
— Не надо, — повторила Полина с отчаянием. — Это из-за денег, да? Мы найдем деньги! У меня есть немного! Попросим у твоего отца!
От одного только упоминания о Старике Барс скривился. Пошел он. Даже на юбилей не позвал, скотина. Типа он не часть семьи. Так, быдло, которое подкинули ему на воспитание.
Он мягко убрал с пояса руки Полины и попытался поцеловать в щеку, но она не позволила. Нахмурилась.
— Дима, я прошу тебя. Не надо, — сказала она, сердито глядя на него своими чудесными большими глазами, которые сейчас казались темно-синими. Как грозовое небо. В таком небе можно и пропасть.
— Один раз, последний, — ответил Барс. Больше он слова не нарушит.
— Как я могу в это поверить? — рассердилась Полина еще больше. — Так всегда говорят: выкурю последнюю сигарету и брошу. Еще один раз выпью и брошу.
— Ты сравниваешь меня с алкашами? — вскипел он.
Теперь между ними было напряжение, да такое, что казалось — еще чуть-чуть, и во все стороны полетят искры.
— Дима, я просто говорю, как есть, — вскинула подбородок Полина. — Ты уже пообещал один раз, что не будешь участвовать в гонках. И если бы я не встретила Руслана, так бы и не узнала, что ты мне врал.
Сначала Барс не понял, что еще за Руслан. Но спустя пару секунд до него дошло — так зовут Кислого. Черт, у него ведь тоже имя есть, как у любого человека. Хотя он кажется не человеком, а первоклассным дерьмом. В дорогой красивой коробочке с ленточкой. Только как дерьмо не укрась, оно все равно им останется. И это все, что нужно знать о Лайме.
— Руслан? — хрипло переспросил Барс. — Ты и имя его успела узнать? Как ты вообще с ним встретилась?
— Какая тебе разница? — дернула плечом Полина.
— Большая. Я же сказал — не общайся с этим козлом.
— А я сказала — не участвуй в гонках.
Сердце Димы опалила ревность. А Лайм, как назло, будто почувствовал, что разговор идет о нем. Он стал весело махать Барсу рукой, пока Полина не видела. Его лицо было таким радостным, что захотелось пару раз вмазать по нему, чтобы стереть улыбку гиены.
— Почему ты оказалась в его машине? — спросил Дима, сжимая кулаки от ярости, что снова захлестнула его. — У вас было... свидание?
Он вдруг представил их вместе. Кислого и свою нежную девочку. Разгоряченная кровь хлынула в голову, лишая рассудка. Ему с трудом удавалось сохранять спокойствие.
— Ты больной?! — воскликнула Полина. — Ты что обо мне думаешь? Что я могу пойти на свидание с другим?! Ну ты и придурок, Барс.
Барс.
Она назвала его Барсом.
Впервые за все это время, пока они были вместе.
Не Дима, а Барс.
Ничего невероятного не случилось. Просто одно слово. Только почему будто удар под дых получил?
Теперь они смотрели друг на друга с затаенной болью в глазах, за которой пряталась ярость. Никто не хотел уступать. И оба злились. Он — из-за того, что Полина приехала сюда с Кислым. Она — из-за того, что Дима солгал ей. Оба были на эмоциях, но молчали. Скрестили взгляды как мечи.
— Барс! — снова заорал Гремлин. — Давай уже! Отвлекись от своей девчонки и на старт! Народ ждет!
— Сейчас.
Он должен это сделать. Последний раз. Получит бабки и отдаст за тачку. Он ведь не просто так это делает. Он боится за нее.
«...Вроде ничего так куколка, развлечет нас по очереди», — всплыла в голове фраза.
Почему Полина не верит ему?
Барс развернулся, все так же сжимая кулаки.
— Если пойдешь, — вдруг сказала ему в спину Полину, — то тогда я...
— Бросишь меня? — резко повернулся Барс, не дав ей договорить. — Окей, давай, бросай меня. Раз ты этого хочешь — пожалуйста. Я тебя держать силой не буду.
Полина побледнела. Ее и без того большие глаза испуганно расширились.
— Я не это...
— И не беспокойся. Гонять на байке я умею.
С этими словами Барс пошел к Гремлину, который тотчас стал затирать о том, как сильно ждет его народ. Но он его даже слушать не стал. Коротко попросил присмотреть за Полиной, пока его не будет.
— Без проблем, присмотрим, — радостно согласился Гремлин.
— Отвечаешь за нее головой.
— Договор! Удачи тебе! Мажор сегодня на новой машинке. Но я знаю, братишка, ты его сделаешь!
— Без вариантов
Барс надел шлем, оседлал байк и подъехал к белой линии старта одновременно с Лаймом. Перед ними стояла грид-герл в стрипах, топике и коротенькой юбочке, которая оголяла бедра. Под громкую музыку девушка игриво водила ими в стороны, держа в руках два флажка. Гонка вот-вот должна была начаться, и люди толпились по обеим сторонам дороги. Они ждали зрелища и делали ставки. Где-то среди них была Полина.
Кислый действительно был на новом мотоцикле — мощном, скоростным и с хорошим двигателем.
Сжимая руль, Барс не смог скрыть ухмылку. Для победы мало иметь хорошую машинку. Нужно еще и чувствовать ее. Чувствовать скорость. А Кислый чувствует только собственную важность.
Лайм повернулся к нему и поднял визор.
— Классный сюрприз я тебе устроил, да? — осклабился он. — Девушку привез. Она такая у тебя красивая.
— Заткнись, — велел ему Барс.
— Я бы на твоем месте гордился такой малышкой. Красивая и невинная. Или уже не такая и невинная, а?
— Ты не понял, Кислый?
Мажор его байтит, что ли?
— Да все я понял. У вас любовь-морковь и все дела. Ты прости меня, чел, я тебя сдал. Случайно. Или не случайно. Не знаю. Но знаю другое. Сегодня тебе лучше проиграть мне. Вдруг я снова встречу твою подружку? И захочу с ней развлечься.
Барс прикрыл глаза, пытаясь держать себя в руках. Каждое слово вызывало бешенство.
— Предлагаю сделку, — сказал Лайм, не видя, какими стали глаза Барса за стеклом визора. — Ты проигрываешь мне сегодня. А я даю бабки и не трогаю твою подружку. Подумай. Ты ведь не всегда с ней рядом. Мало ли что может произойти?
Какого.
Черта.
Он угрожает ему?
Самообладание окончательно покинуло Барса. Пульс зашкалил, мышцы напряглись. Ярость, точно яд, заструилась по венам.
Барс вскочил с байка и резко ударил Лайм — не в лицо, защищенное шлемом, а в живот. Тот упал на колени, шипя что-то от боли, а грид-герл, увидев это, завизжала и отскочила в сторону, выронив флажки. На них уставились все, кто был на закрытой трассе.
Толкнув Лайма в плечо ногой, Барс заставил его упасть на живот. Сам сел на него сверху и заломил руки. Его силы хватило, чтобы легко удерживать противника.
— Ты на кого нарываешься, гнида? — ласково спросил Барс.
— Урод, отпусти! — выкрикнул Лайм, стараясь вырвать руки из захвата. Но не смог. Драться он явно не умел. Лишь понтоваться.
— С этого дня почаще оглядывайся по сторонам. Мало ли что может произойти, верно?
— Пошел ты!
Барс сильнее сжал руку, и Лайм заорал от боли. В это время к ним подбежали орги и охрана — здоровенные парни, которых они нанимали для гонок. Драки тут были делом частым.
Барса оттащили в сторону, Лайму помогли подняться.
— Ты чего?! — Гремлин вцепился в предплечья Барса, обтянутые кожаной курткой. — Зачем драку устроил перед стартом?!
— Я объясняться должен? — огрызнувшись, Брас шире расправил плечи.
— Ты на моем мероприятии, значит, должен! — психанул Гремлин, но тут же взял себя в руки. — Так, Барс, завязывай. Я понимаю, что ты школьник. Но будь ответственным. Мы тут все люди серьезные. А ты нам шоу срываешь. Мы теряем бабки.
— Он меня провоцировал, — сквозь зубы сказал Барс.
— Да плевать. Набей мажору морду после гонок. Но не во время. Сейчас ты его должен уделать на трассе. Понял?
— Понял.
— Все, отлично. На, попей водички! Приди в себя. И начнем.
Барс кивнул и вернулся к байку. Кровь все еще кипела — в ней играл адреналин.
Он обвел взглядом толпу, что таращилась на него, и вдруг заметил в ней Полину, которая смотрела на него так, будто он прибил кого-то.
Барс устало прикрыл глаза. Он так старался, чтобы она перестала считать его чудовищем. И опять не сдержался.
Но он ей объяснит. Все скажет после гонки.
Его взгляд задержался на любимой, а потом вдруг сместился немного левее. Рядом с Полиной стояла та, которая когда-то была его девушкой. Первой девушкой, первой любовью.
Саша.
С тех пор, как они расстались прошло порядочно времени. И они оба изменились. Повзрослели. Он стал местным ублюдком, а она повысила скилл хорошей девочки. Барс иногда видел Сашу на улице, но никогда не подходил. А она делала вид, что не замечала его. Или действительно не замечала. Зачем замечать отброса?
Саша тоже здесь. Должно быть, приехала вместе с Кислым и Полиной. Но что они делают втроем? Что происходит?
Он узнает после гонки.
Саша поймала его взгляд — поняла, что он смотрит на него. И смотрела в ответ. Вся такая воздушная, тоненькая, красивая. И чужая.
Барс закрыл визор на шлеме и сел на байк. Лайм, который пришел в себя, уже был на старте. Теперь он ничего не говорил — просто сидел, вцепившись в руль, и ждал, когда грид-герл подаст сигнал. Барс усмехнулся. Этот гаденыш может ни на что не рассчитывать. Проиграет.
Орги подали знак. Толпа взревела от предвкушения. Грид-герл подняла флаги над головой. И когда эффектно опустила их, оба байка с ревом сорвались с места. Гонка началась.
Все было, как и в тот раз, — парням нужно было проехать по заброшенной трассе, выехать на основной, спустя несколько километров повернуть и вернуться обратно. Кто первый — тот победитель.
Сначала они гнали наравне. Байк Кислого действительно оказался мощным, и какое-то время они играли в «шашки» — вперед вырывался то один, то другой. Однако на середине дороги Барс втопил, как следует, и Лайм оказался позади. Адреналин и азарт захлестывали его. Барс был уверен в себе и в своей победе.
Лайм пытался нагнать его, но не мог удержаться даже на одной позиции с Барсом, не то, чтобы обойти.
Они оказались на основной трассе. Их заметили одни из оргов, которые стояли на позиции с рациями. И Лайм нашел в себе силы помахать им — парни помахали в ответ.
Развернувшись в определенной точке, байки помчались по основной трассе назад. Лайм все так же отставал, и разрыв становился все больше и больше.
А потом на трассе появилась машина.
Барс, который находился на волне адреналина, не понял, откуда она взялась. То ли вырулил с проселочной дороги, то ли прятался в темноте на обочине. Это была шустрая спортивная тачка, которая попыталась подрезать Барса, но тот круто успел круто уйти в сторону. Мотоцикл опасно накренило в сторону, и Барс с трудом смог удержать равновесие. Он не упал, но потерял скорость. А Лайм вырвался вперед.
Тачка круто развернулась и погнала назад.
— Твою мать! — в бешенстве закричал Барс, пытаясь поймать прежний темп.
Он не может прийти вторым. Не проиграет этому ублюдку.
Барс фактически лег на бак, касаясь его грудью и нижней кромкой шлема. Он втопил так, что стрелка спидометра зашкаливала, а каждая мышца в теле была напряжена. Спина Лайма маячила впереди.
Только проехав половину закрытой трассы, Барс начал выравнивать их шансы на победу. Последний километр они ехали бок о бок, на одном уровне. И Лайм изредка поворачивал на соперника голову, пытаясь понять, отстает тот или нет.
Когда до финиша осталось не больше трехсот метров, и в рев моторов вклинились вопли толпы, что ждала их, Барс начал увеличивать скорость. Он знал, что находится на пределе. И понимал, как это опасно. Но был уверен, что справиться.
Двести метров. Барс вырывается вперед, но ненамного.
Сто метров. Разрыв увеличивается.
Десять метров. Барс впереди. Он чувствует себя с мотоциклом одним целым. Гул мотора и рев толпы переплелись воедино.
Финиш. Барс все-таки пришел первым и с визгом затормозил. Лайм прилетел следом, но он снова второй. Он с яростью бросил шлем на асфальт и ушел с друзьями, которые тотчас окружили его.
Зрители ликовали и скандировать имя победителя. Гремлин кинулся к Барсу, чтобы лично поздравить его.
— Ты просто король! — говорил он, пытаясь подсунуть ему пиво, но Барс убрал его руку.
Кровь остывала, но голова все еще кружилась. Барс стоял рядом со своим байком, стянув шлем, и пытался отдышаться — было ощущение, что он не ехал, а бежал сам. Нужно прийти в себя и найти Полину. Увезти ее домой.
Но Барс не успел сделать этого. К нему вдруг подбежала Саша.
— Ты сумасшедший, — сказала она, глядя на него глазами, полными слез, и вдруг обняла. А за их спинами стояла Полина и смотрела так, что Барсу стало не по себе.