Глава 74
- Ты не перестаешь меня удивлять, Дженни! – Розэ сидит на стуле, скрести ноги и покачивает в такт доносящейся снаружи музыке носком атласной туфли, внимательно оглядев меня с головы до пят, стоило только выйти из-за ширмы.
- Я думала, без меня ты сама стоящего платья в жизни не найдешь.
- Мир не крутится вокруг тебя, - закатываю глаза и бросаю в нее расческу. - Помоги мне с волосами.
- Ни за что не поверю, что у тебя не возникло идеи пойти под венец в парадной форме. Знаешь, Джису, что сказала Дженни в тот раз, когда я потащила ее по магазинам искать платье на выпускной?
Сестра смеется, но продолжает осторожно и аккуратно расправлять фату. О, она знает! Ведь именно Джису помогала с поиском платья...
Ну, не скажу, что мыслей сдаться и отдать предпочтение удобной парадной военной форме с погонами и орденами за заслуги перед отечеством у меня не возникало. Тем более что парадная капитанская форма как раз белого цвета. И раз я, то и Чонгук будет тоже в форме, когда еще придется удобный шанс похвастать его коллекцией медалей?
Одна из них высшей степени – за победу без боя и потерь над корпусом принца Дио. Как бы не воротили нос недовольные, но они не могли себе позволить игнорировать факты. В общем, мы оба ушли в отставку с высокими почестями. Если мне был заказан путь подальше от столицы и всех государственных и военных дел, то мой жених (будущий муж, можете в это поверить?) по своей воле принял решение оставить успешную карьеру. Говорит, он уже навоевался. Это действительно так.
Молча одобрив наш брак, вернее, не став ему препятствовать, отец после того разговора действительно исполнил то, о чем говорил. Теперь я - его признанная законом дочь. Это событие не вызвало большой шумихи в обществе. В основном потому, что были новости и посерьезней – отречение от трона императрицы и ее дочери. Договоры с Аргоной не заставили себя ждать, прошли быстро, возможно, из-за присутствия отца, все издания распевались в дифирамбах его дипломатическому таланту, условия заключенного мира оказались более чем благоприятными – обмен военнопленными, беспошлинный ввоз на территорию соседа наши товаров, существенная контрибуция и парочка провинций у границ с богатыми месторождениями железной руды.
Говорят, со стороны от Аргоны на переговорах присутствовал новый наследник, у соседа также скоро намечается смена власти, Дио больше не при делах, его ментальное здоровье не подлежит восстановлению, плюс из-за его действий корпус солдат оказался в плену, когда еще оставался маленький шанс отыграться и переменить ход войны в свою пользу.
Король Аргоны слег после плачевных новостей о похождениях единственного сына, его младший брат сразу заявил, что не претендует на власть, и тогда наследником оказался третий в очереди - Кай, меньше всего жаждавший оказаться в политике. Порой важнейшие моменты вашей жизни не всегда случаются по вашей воле. Когда мы прощались на выпускном, я уже знала, что если и суждено встретиться, то будет это не скоро. Теперь же, вероятность того, что мы в этой жизни больше никогда не пересечемся, возросла до небес.
Смена власти в империи не проходит гладко. За четыре с половиной месяца с момента окончания войны в столице спокойно бывает с переменным успехом.
В столичных газетах, что мы получаем в Мидвеле, нет и половины правды.
Чимин, Хенджин, Сан, Хосок и Джин, после войны подавшиеся кто в рыцарские ордена, кто на государственную или военную службу, в личной переписке пишут, что беспорядки набирают обороты. Уже пресечено несколько терактов и попыток восстания. Все оказалось так, как и говорил тогда после разговора с отцом Чон. Вряд ли подобные настроения скоро стихнут. К счастью, Джису после окончания академии решила остаться со мной, в резиденции Руби в васильковой долине, как любят называть приезжие Мидвел. Иначе, я бы, точно не находя себе от беспокойства места, нарушая обещание, отправилась прямиком в главный имперский город.
- Но я так и не поняла, почему Чон отказался от титула? – спрашивает Йеджи, еще одна подружка невесты в таком же, серебристо-голубом, как и Розэ, Джису и Лиса платье.
Как и большинству потомственных аристократов, даже моим друзьям невдомек, что не все простолюдины спят и видят, как бы заполучить дворянский титул. Чонгуку это было просто не нужно. Он сам так сказал. От наград не отказался, а вот титул принять зарекся наотрез. И я поддержала его решение. Мне совсем не важно, баронет ли он, крестьянин или простолюдин. Изначально я влюбилась в него самого, а не в его положение. Не хочу, чтобы все думали, что женимся мы только потому, что исчезло последнее препятствующее свадьбе обстоятельство в виде низкого статуса жениха. Даже безо всякого титула Чонгук благороднее и честнее любого аристократа. Так-то!
- В придачу к титулу давали оставшийся без хозяина Лэнгделл с окрестностями, - отмечает, отвлекаясь, Лиса, возящаяся с кистью для макияжа над моим лицом. - Там такая после войны разруха, уйдут годы на восстановление. Полагаю, они еще долго будут в запустении, никто не хочет подставляться.
Лэнгделл! Ноги моей там никогда больше не будет. Да, помимо высоких, есть и потривиальней причины для отказа от титула.
- Ты нам лучше расскажи, что там Чимин учудил? – спрашиваю я, давя улыбку и переводя тему в русло поинтересней.
О чувствах друга мне было известно давно. А вот девчонки не догадывались. Такая похожая на брата, и в то же время совсем другая Лиса краснеет.
- Он...
Розэ хрюкает, и уже не может сдержать смеха:
- Я видела! Я была с ней, когда этот...Два года прошло с нашей последней встречи...Пха-ха! Погодите...Ох... - моя бывшая соседка по комнате вытирает слезы с глаз и продолжает, старательно сдерживая эмоции:
- В общем, вчера вечером, когда мы приехали, стоило только войти в дом, переступить порог, эти балбесы вывалились из гостиной, где играли в карты и баловались сигарами – мальчишник для Чона, так это называлось – чтобы поздороваться ну и поболтать перед ужином, и если Хенджин и Сан, и тот рыжий вместе с тем высоким с оскалом парнем вели себя...в рамках приличий, а жених Джен нас едва одарил взглядом, то вот Чимина , застыл. Так и глядел на нашу златокудрую красавицу, весь обомлел, а когда она с ним поздоровалась, открыл рот, но только для того, чтобы вот так вот сразу: «Выходи за меня!».
Лиса закрывает лицо руками. Ко мне она ближе всех, и только я могу видеть, как порозовели у нее уши. Чимин, конечно, тот еще дуралей. Ни тебе привет, ни как дела, вот так вот сразу, безо всяких там ухаживаний и пиететов, без украденных поцелуев и абсолютно не чувствуя атмосферу, на глазах у всех – кто так делает?!
Однако, судя по реакции Лисы, не все так плохо. Хотелось бы сейчас найти друга, должно быть, лицо его и состояние сейчас вызывают у Хенджина, Сана и остальных такой хохот...но, я тут как бы невеста, мне не престало с посторонними мужчинами в сторонке подтрунивать над другим.
- Позволь, Джису, тебе объяснить, - вступает Йеджи. - Они танцевали пару танцев на выпускном и с того момента больше не виделись. Прошло два года, он ей даже не писал, не отвечал на ее письма, не искал встреч, как вернулся в столицу и на тебе...Кто так делает?
- Как поступишь?
Розэ толкает Лису в плечо. Но отсутствие реакции девушки быстро заканчивает этот разговор. Младшая сестра Намджуна возвращается к моему макияжу, смотрю в зеркало и едва узнаю саму себя. Поднятые наверх в искусной прическе волосы, несколько прядей красивыми локонами струятся вниз, румяна придают здоровый и сияющий вид, помада делает губы желаннее и пухлее, а подводка и тушь с тенями добавляют глазам глубины и синевы.
- Красавица! – хлопает в ладоши Джису и осторожно пришпиливает сзади к волосам фату.
Это не я, это какая-то кукла. Картинка их журнала мод. Белое платье, фата...
- Поверить не могу, что Дженни нас всех обскакала и выходит замуж первой, - Розэ как всегда горазда на сарказм, но нам всем давно известно, что то, что у нее на языке, не всегда в сердце.
Я по покрасневшим глазам подруги вижу, что она искренне за меня рада.
- Спасибо, что вы все приехали.
Перевожу взгляд с одной девушки на другую. Живые. Молодые и счастливые с не омраченным будущим впереди. Это стоило всех усилий, всех моих тревог.
- Разумеется, что мы должны были приехать. Не каждый день одна из нас выходит замуж.
Мы все осторожно, чтобы не оставить следов от губной помады и не помять друг другу наряды, обнимаемся. Все будет хорошо, - наконец отпускаю все прошлые сожаления я. Отныне, всех, кто мне дорог, ждет другая судьба. Не без бед и огорчений – куда без них – но все же полная радости и счастья.
- Тук-тук! – дверь в спальню распахивается и показывается рыжая макушка Хосока. – В саду уже все готово, гости посажены...Вау, Джен, вот это красота! Ты, оказывается, девушка...Ой!
Голова парня, в которую метко была отправлена подушка, исчезает так же внезапно, как и появилась. Джису подмигивает, мол, к вашим услугам.
- Все, выдвигаемся! – командует нам Розэ, указывая на дверь зажатым в руке букетом васильков с розовыми пионами, на манер карающего меча.
Спуститься на первый этаж, пересечь холл, малую гостиную, выйти через второй выход, спустится с крыльца и оказаться на аллее, ведущей в сад, где присутствует совсем небольшое количество приглашенных гостей – тетя Мира и дядя Юджин, дети из сиротского дома, где вырос Чонгук, и те ребята, кто был старше и уже его покинул, сослуживцы из армии, среди которых полковник Райли с женой, Джин, Хосок, мои друзья из Академии, все, за исключением Кая, учителя, дедушкины старые друзья и боевые товарищи из окрестных деревень, утром приехал даже Тэхен, самый преданный и любимый его ученик...
Осталось пройти совсем немного. Всего-то около сотни шагов. Вот уже заканчивается под ногами аллея, и за рядком аккуратно подстриженных кустов показывается проход, сидящие по обе стороны гости и ожидающий меня у цветочной арки мужчина.
Тот самый черноволосый мальчишка с печеньем, угрюмый подросток с закрывающей половину лица челкой, мрачный капитан черных рыцарей, главный герой навеянной истории, мой враг, соперник, мой друг, моя семья, мой любимый...
Чонгук улыбается, серебряным взором следя за тем, как я приближаюсь, идя ему навстречу, тайком сжимая и разжимая пальцы от волнения. Джису, ведущая меня к нему, шмыгает носом, плача за нас обоих. Мне нельзя, у меня глаза накрашены.
Наконец, остановившись напротив жениха, делаю глубокий вдох и разглядываю того, кто скоро станет моим супругом. Запоминаю каждую мелочь, каждую его морщинку в уголках лучащихся от улыбки и любви глаз...
Эти мгновения я хочу запечатлеть в памяти до конца своих дней. Их я буду вспоминать во время каждой глупой ссоры, каждого укола ревности, скуки или неопределенности, в пять утра, когда не смогу уснуть, во время каждой преграды, в каждую годовщину этого дня, и в множество других моментов, счастливых, плохих и не очень, что только ждут нас впереди.
Священнослужитель открывает писание и принимается озвучивать свадебные клятвы, начав обряд заключения брака перед лицом богини Алетеи. Я никогда не была религиозна. Но мне захотелось, чтобы она увидела, что у нас все хорошо. Я смогла. Я предотвратила превращение Чонгука в монстра, я не дала тьме им овладеть и разрушить этот мир. Отныне и навсегда. Мы будем вместе, не давая друг другу упасть или сбиться с пути.
- Больше исподтишка ты поцелуи у пьяной меня не поворуешь, - усмехаюсь я, залпом осушив бокал шампанского.
Уже вечер, в саду зажглись фонарики. Мы с Чонгуком, пребывающие в напряжении всю неделю до торжества, теперь отрываемся, налегая на деликатесы и разглядывая зажигающих на танцполе гостей.
- Мне и ни к чему. Ты теперь моя жена, нечего стыдится. Одними поцелуями сегодня не отделаешься.
- Как заговорил! – смеюсь, закидывая в рот тарталетку, пока никто снова не крикнул «горько». - Знаешь, никто тебя не просил ждать до свадьбы!
Я даже разочароваться успела в своих женских чарах за эти месяцы. Из Чонгука вышел бы прекрасный сановник, тот, который дает обет безбрачия.
- После всего с нами случившегося следует поостеречься попустительски относиться к божественным заветам.
Наблюдаю, как приглашенные музыканты играют медленный танец, под который скоро половина гостей спешно бежит с танцопола прочь, словно с тонущего судна, накидываясь на фуршет, а вторая половина быстро находит партнера, кружась в вальсе. Чимин прижимает к себе Лису, лицо у него такое, словно он сейчас самовоспламенится. Тэхен залихватски и не в такт отплясывает с Розэ, оба либо уже пьяны, либо не слышали, что музыка давно сменилась, а вот Джин явно в курсе, потому что едва уловил плавные аккорды, вырос подле моей Джису как из-под земли. Порываюсь встать, взять в руки длинный подол и отцепить от сестрички этого прихвостня, но Чон...муж, останавливает:
- Оставь. Пусть веселятся. У Джина серьезные намерения.
- Плевать мне на его намерения, - бурчу под нос, но остаюсь на месте.
Я ему просто так Джису не отдам. Еще не прошел проверку. А потом другую. И еще одну, еще...
Сан и Хосок соревнуются с тренером Пимом в том, кто выпьет больше вина, а вот Хенджин мрачно зыркает на кружащуюся с незнакомым молодым человеком приятной наружности Йеджи, сжимающей в руке пойманный свадебный букет. Вот кто сейчас точно понимает мои чувства.
- Кто это? – спрашиваю у Чонгука, показав на партнера подруги.
Кажется, знакомое лицо...
- Офицер, бывший в моем подчинении. Это он сомневался в целесообразности того приказа казнить Фишера и его шайку в Гаскилле.
А-а. Точно. Он так злобно на меня еще зыркнул. Словно я виновата, что его командир был таким балбесом, не прислушивающимся к рациональным опасениям своего верного протеже. Еще разок оглядев тех, кто здесь собрался, я вспоминаю тех, кого с нами нет. Кто-то ушел безвозвратно, с кем-то мы вряд ли свидимся, расставшись навсегда - остается надеяться, что все у них будет хорошо - а кого-то хотелось бы видеть, но не все всегда зависит лишь от наших желаний...
Намджуну бы понравилось сегодняшнее торжество. После их с Цзыюй отъезда из резиденции в компании делегации, возвращающейся в столицу после успешных мирных переговоров с Аргоной, он лишь однажды послал весточку, сообщив, что у него все в порядке.
Когда императрица и принцесса отреклись от престола, последняя покинула столицу. И пусть ее родительница продолжает проживать в столице, о местонахождении девушки неизвестно. Намджун точно воспользовался мощью Храма, иначе скрыться бесследно вдвоем у них бы не вышло. Не знаю, где именно сейчас эта пара, но верю, что у них все хорошо.
Четыре месяцы мы с Чоном занимались и продолжаем заниматься делами долины и поместья, а еще мы хотим возобновить дело моего дедушки - учить искусству меча всех, кто желает обучаться.
Мне все еще страшно возвращаться к музыке, но я всерьез обдумываю покупку нового рояля. Место для него пустует уже много лет. Возможно, однажды, я снова смогу сыграть. И будет совсем не важно, что и как, главное, будет тот, кто выслушает, как бы ужасно у меня не получалось.
- Слушай, как считаешь... - оборачиваюсь и замолкаю, заметив протянутую руку мужа с тонким ободком обручального кольца на безымянном пальце и хитрой улыбкой на лице.
- Нет. Мы уже танцевали. И не раз...Ну хорошо, ты знаешь, как на меня действует этот твой взгляд.
Сдаюсь под натиском этих прекрасных глаз и смазливого личика. Теперь официально – их обладатель мой без остатка.
Это не первый наш танец, как и не последний, один из множества не менее ценных и еще не случившихся. Звучит рояль, на танцполе среди кружащихся гостей Чонгук прижимает меня к себе, и я забываю обо всем. Глядя в серебристо-серые глаза любимого, в которых в свете фонариков отражаются мои собственные, синие, завороженно любуюсь получившимся цветом, на глади бесконечного ночного неба над нашими головами пляшут мерцающие звезды. Говорят, что у всех дорог есть конец. Но иногда конец похож на начало, даже если ты прошел очень длинный путь.