Самая длинная ночь
Ночь покидала город и рассвет пеленой пробирался к Королевскому Дворцу. Первые лучи Солнца били в маленькое окошко, касаясь веснушек юного и еще спящего Шута. Он приподнялся на локтях и улыбнулся краем губ, наблюдая за тем, что происходило за окном: Хильда – тихая, невысокая, с длинными каштановыми волосами и глазами в цвет малахита служанка Принцессы, которой поручено было следить за ней, но видимо ей удалось ускользнуть.
- Не сносить тебе головы... если ты её не найдешь... - шепнул себе шут и развернувшись пошел одевать костюм, наносить гримм и вживаться в роль.
Сбежав от служанки, Принцесса бежала по лесу. В белых руках держа свое нежное платье, оно ведь длинное, бежать невозможно. Волосы подхватывал ветер, широкая улыбка обнажала белые зубы, родинка слева над верхней губой поползла чуть вверх, а вокруг только лес и птицы, пролетающие над светлой, во всех смыслах, головой.
Шут, как всегда, корчился вокруг Короля с погремушкой, напевая дурацкие песни, пока тот с ухмылкой следил за каждым его движением. Нехорошая искра в глазах Короля пожирала Шута, который вдруг осмелел – А вы, Ваше Величество, о чем задумались? Что так смотрите на меня? – сказал тот с какой-то издевкой. Взгляд Шута был прищуренным, темные зрачки Короля расширились -« Наглый.» - решил про себя Король, но как ни странно, ему это нравилось.
Принцесса блуждала в кольце малахитового, как глаза у служанки, леса. Было тихо. Ни птиц, ни живых, ни мертвых, лишь только эхо от каждого вздоха и звуки её же шагов. Как вдруг из-за дерева послышался тихий, знакомый голос – Ваше Высочество, что же вы так испугали Хильду? Прибежала ко мне в слезах, лес ведь во всей округе знаю, лишь я – ухмылялся придворный маг с женским именем Бетти. При дворе его за глаза называли Ведьмой, но Его Величество, ему доверял как самому себе. Он протянул кареглазой костлявую руку, приглашая пойти за ним. Уже темнело и ей и вправду пора возвращаться во дворец, иначе служанку ожидает палач и плаха, а Принцессе этого не хотелось, кто же ей будет в полночь гадать на картах? С кем же тогда говорить от заката и до рассвета?
Сумерки тихо ложились на улицы города, зажигая свечи в окнах домов. Шут поднимался по лестнице в покои Короля. – О, вот и ты – радостно воскликнул тот. Страх пробежался в карих больших глазах и Его Величество это заметил. Непроизвольно поднялся левый уголок губ, а глаза несвойственно заблестели. Король подошел к нему, коснулся рукой щеки и шепнул на ухо – Тебе ведь так осточертел этот образ, этот нелепый колпак, так снимай. – мгновенье и Шут уже был на ложе Короля. Слуги слышали все, как тот просил о помощи, но его все равно никто бы не спас, у каждого своя шкура.Эта ночь была самой длинной.