Часть 25
— Тогда я пойду, — неуверенно сказала я.
— Щас оденусь, я тебя провожу. Всё равно за гаражи пойду. Если что, приходи, — сказал брюнет, поднимаясь в комнату.
Спускаясь по ступенькам, я понимала, что здесь ситуация не лучше. Да и, в принципе, все эти пятиэтажки, скорее всего, идентичны: бело-голубые стены, местами с потрескавшейся краской, местами — мусор, шприцы...
«По-любому какой-то наркоман оставил».
«Точно, на нём ещё кровь».
«Какая мерзость...»
А ведь я и сама такая...
По телу пробежали мурашки. Я стала тем, кого боялась. Влюбилась в того, кого опасалась, как ножа, измазанного кровью. А что в итоге?
Но не может же быть всё так плохо? Всем же хорошо.
— Всё, удачи. Если что, приходи, звони, пиши. Отец всё равно сутками на работе, — наверное, парень соврал бы, если бы сказал, что не обижается на отца за это всё.
Обида, злость, чувство вины заставляют избегать родного отца. Каждый раз, когда он всё же появляется дома, взгляд летает по шкафам, по стенам — лишь бы не сталкиваться с холодным взглядом офисного бессердечного бизнесмена.
— Ну что, как ты? — с трудом обращается он к сыну.
— Нормально, — взяв чашку с чаем, я убегаю в комнату.
Дым проникает в лёгкие, но я всё ещё в своих мыслях.
Он убивает меня. Он убил маму. Я его ненавижу.
Зубы непроизвольно сцепились, пальцы сжали сигарету, однако посыпавшийся пепел заставил ослабить хватку.
Меня постоянно мучает совесть: то, что я живу с ним. Да, я практически не вижу его. Да и вовсе видеть не хочу. Но он всё ещё не наказан. Когда я знаю обо всём, что происходило, — почему так? Почему я, мать его, ничтожный, ничего не могу с этим поделать?
Взгляд уставился в небо, словно на облаках написаны ответы на все вопросы. Жаль, что это не так...
***
Набираю воздух в лёгкие и открываю дверь. Что же сейчас будет?..
Захожу в квартиру, ко мне резко с кухни выбегают родители.
— Господи, с тобой всё хорошо? — не уверена, что это вопрос, но я увидела на глазах матери слёзы. Отец был не менее встревожен, скорее, более сдержанный.
— Ты где была? — спрашивает строго отец, пока я снимаю обувь и куртку.
Что ему ответить, кроме правды? Такое и не скроешь толком.
— На вечеринке... Но это правда... Так получилось случайно. Я не хотела... Точнее, я не собиралась так долго там оставаться... — в спешке объясняю я, пока никто из родителей меня не перебил. Я точно знаю, им есть что сказать.
— И как так получилось, хочу спросить? — опять спрашивает отец, пока мать пытается успокоиться.
— Я не знаю.
— Я заберу у тебя телефон. Ты не будешь выходить из дома — только на учёбу. Но пока только неделю, а потом посмотрим, — сложив руки, сказал отец.
— Что? Нет! Ты не можешь! Я не могу... — внутри словно разрывает все органы. Слёзы подступили к глазам.
— Да что с тобой вообще? Ты никогда такой не была! — кричит отец, но я его игнорирую и убегаю в комнату.
Телефон я точно не отдам.
Я закрылась в комнате и весь день игнорировала родителей. Кажется, едва удержалась от оскорблений в их сторону.
Ближе к вечеру пришло сообщение от Марка. Классно: он никогда не писал мне первым.
Марк (гаражи)
— Привет.
21:22
— Ну что, ты там? Сильно досталось?
21:22
— Привет.
21:23
— Да вообще капец, чуть телефон не забрали.
21:23
— Я в комнате закрылась, игнорю их.
21:24
— Пошли к чёрту.
21:24
— Часа через два, как лягут спать, за гаражи пойду. Ты тоже, если что, приходи.
21:25
***
...
Ответ:
— Да вообще капец, чуть...
21:27
— Ничего себе, видимо, сильно разволновались.
21:27
— Ну ты не парься, думаю, скоро остынут.
21:28
— Я тоже надеюсь.
21:28
Я вожу пальцем по экрану телефона туда-сюда, одновременно прислушиваясь к звукам за дверью комнаты.
«Да когда они уже улягутся?»
Пару раз даже выходила из комнаты. С кухни звуков нет — значит, мама уже легла. А вот из кабинета всё ещё доносился голос отца — видимо, по телефону разговаривает, «решает важные дела». Хотя лучше бы уже утомился.
Жду ещё минут двадцать и в пятый раз иду проверять. Прислушиваюсь и радостно выбегаю в коридор, попутно беря куртку. В квартире уже тихо.
По дороге пишу Марку короткое сообщение: «Я иду за гаражи». Выхожу из подъезда и вдыхаю на полную грудь свежий ночной воздух.
Сажусь на знакомую лавочку под серым гаражом. Достаю из кармана куртки зажигалку и пачку сигарет. Надеюсь, станет легче.
Последний месяц осени. Уже холодно. Интересно, как в этом году мы будем отмечать Новый год и Рождество? Обычно всей семьёй ездили на горнолыжный курорт. До сих пор помню божественный запах кофе из того отеля... Когда вспоминаю слова отца во время отъезда оттуда, наворачиваются слёзы. Он говорил: «Через год мы сюда вернёмся». Как понимаете, нет.
От грустных воспоминаний меня отрывает рука Марка, которая легла мне на плечо. Наверное, моё подавленное состояние заметно за сотни метров. Но я сразу же улыбаюсь. Каждый раз, глядя на него, вспоминаю его рассказ об отце: о том, как он выкинул его мать за дверь, словно ненужную собаку. А Марк всё это видел.
С ним мои проблемы кажутся решаемыми и не такими уж ужасными.
— Как ты, подруга? — с иронией в голосе спрашивает Марк. Улыбка на его лице только подчёркивает шутливость слова «подруга».
Я понимаю, что наше общение совсем не дружеское. Но что я должна делать? Я хочу сблизиться с ним. Хотя знаю: на отношения он точно не согласится. Да и я не готова. Почему я вообще об этом думаю? Я ведь не из тех девушек, которые делают предложения своим парням.
— Нормально, друг, — улыбаюсь в ответ.
— А не у тебя ли родители чуть телефон не отобрали и на домашний арест посадили? — говорит Марк, поджигая сигарету.
— Ну не забрали же! И, кстати, всё не так плохо, если я смогла сбежать, — гордо заявляю я.
В ответ слышу тихий смешок.
— Настолько хорошо, что ты каждые пять минут мне писала: «Господи, улеглись бы уже спать, сколько можно!» — Марк нарочито высоким, писклявым голосом передразнил меня.
Я с трудом удерживаюсь, чтобы не засмеяться, но улыбка всё равно появляется на моём лице.
— Ну а если без шуток, то не стоит с ним спорить. Пока всё не настолько строго, но в следующий раз может быть хуже, — произносит Марк тоном старого мудреца.
Я усмехаюсь про себя, но тяжело вздыхаю, вспоминая, что хотела обсудить с ним кое-что важное.
— Марк... Ты помнишь, говорил, что твой отец бизнесмен? — начинаю издалека, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха.
— Ага, — слегка кивает он, и от его реакции становится ещё страшнее.
— Так вот... мой отец постоянно пытается договориться с ним о чём-то.
Марк замирает, явно растерянный, и спрашивает с тревогой:
— Это что-то значит?
— Нет, думаю, — стараюсь говорить спокойно, но взгляд опускается в землю. — Просто меня это... волнует, что ли.
После этих слов между нами повисает тягостная пауза. Она настолько угнетает, что я не выдерживаю и произношу первое, что приходит в голову:
— Закинемся таблеткой?
___________________________
Всем привет! Давно меня тут не было. Хочу сказать спасибо за 1000 просмотров на этой работе! Ваше внимание и интерес — это невероятно приятно. Спасибо каждому, кто читал, комментировал и поддерживал!