Адреналин и грация

От слов врача у меня начало даже в глазах двоится. Будто бы сам не свой.. Голова кружится, а ноги вот-вот перестанут держать. Я в недоумении смотрю на женщину и ожидаю каких либо объяснений. Нет, она не могла быть беременной.. Это просто не возможно.

— Что вы только что сказали? — Переспрашиваю я, борясь с комом в горле. — Она.. Что?

— Эвелина была на втором месяце беременности.

Я впадаю в ступор. Мозг будто бы перестает отличать реальность от сна. Я отказываюсь в это верить. Она.. Не могла, нет...

— Это точно? — До сих пор не понимаю происходящее я. — Она.. Я бы.. Я бы знал! Она бы мне рассказала!

— Это уже ваши проблемы. — Пожимает плечами женщина. — Сейчас ей нужна поддержка, много. Нельзя просто так оставлять её наедине со своим мыслями и давать ей уходить в себя. Это может плохим  кончится.

Сердце бешено колотится, чуть ли не выпрыгивая с груди. Я мог бы стать отцом.. У меня могла быть своя маленькая принцесса, которую я бы баловал днями на пролет. Чертов. Идиот. К хренам собачим убью его! Только перед этим замучаю так, что ад покажется для него курортом.

— Она еще сможет.. Иметь детей? — С надеждой в голосе, спрашиваю я.

— Сможет, но не сейчас. Организму нужно хорошее восстановление.

— Я заплачу любые деньги, только сделайте все так, чтобы она испытала, как можно меньше боли. Умоляю вас.

— Мы итак делаем все в лучшем виде. Владимир оплатил нам все расходы.

— Владимир?

Во мне что-то неприятно кольнуло. Что это еще за Владимир и какого черта он оплачивает лечение моей жене? Безусловно, я благодарен ему.. но все равно — этим должен заниматься я.

— Ваш отец.

Как только она произносит это, по моему телу моментально проносится электрический ток. Мой отец? Серьезно? Да я скорее в наступающий зомби апокалипсис поверю, чем в эту чепуху. Он не мог. Он ублюдок, не способный чувствовать вообще ничего. Скорее всего он просто пытается таким образом «набиться в друзья», а потом получить выгоду.

Я устало вздыхаю.

— Мой отец и привез её сюда? Он не говорил вам ничего по этому поводу?

— Сказал, что просто нашел её побитую в доме и скорее отвез к нам. Лучше поблагодарите его, только из-за него ваша жена сейчас жива.

— Потом.

Каким бы он уродом не был — я все равно скажу ему спасибо. Он спас её. Я не знаю, что бы я делал, если бы она умерла в ту ночь. Наверное погиб бы сам. Может быть совершил бы суицид. Да, наверное так. Я не представляю жизни без неё. Она наполнила мою жизнь светом и я бы не хотел, чтобы его закрывала луна и вечная темнота.

— Я могу пройти к ней сейчас?

— Да, конечно. Только старайтесь подходить к ней более мягко и аккуратно. У неё сейчас действительно трудный период.

— Я знаю. — Сжав кулаки до побледнения, произнес я.

Это все моя вина. Я не достаточно оберегал её, контролировал, интересовался жизнью.. Если бы я только знал.. Я убью этого ублюдка! Раскромсаю, как последнюю сволочь и отправлю гнить куда-нибудь в тюрьму.

Ему не хватило Эвелины. Он убил и ее мать. Каким надо быть уродом, чтобы сделать настолько противный поступок и закопать тело, где-то в лесу? Как можно было вообще, блять хотя-бы мысль о подобном допустить?!

Я не представляю, как сейчас тяжело моей девочке.. Как ей страшно, больно, обидно.. Она старается скрывать свои эмоции, я вижу. Она делала так всегда. Всегда была сильной предо мной.

Я вхожу в её палату тихими шажками, едва открыв чертову дверь. Боялся, что она будет спать и я случайно её разбужу. Но она не спала. Сидела и опять смотрела в стену.. Тяжело представить, сколько часов на день она так сидит... Моя бедная, маленькая малышка.

— Эви? — Я подхожу к ней и хочу дотронуться до красивых, длинных волос, но она дергается и отодвигается, не сказав мне ни слова. — Я же вижу, как тебе плохо, детка.. Скажи мне всё, что тебя мучает..

Она отрицательно мотает головой. Я пытаюсь найти в ее взгляде хоть какой-нибудь намек на что-то, но вижу лишь бесконечную пустоту и потухший огонек, который когда-то вечно горел.

— Радость моя, душа моя.. Прости меня, что не был рядом.. Прости, что не помог тебе, не спас.. Я знаю, что ты пережила. Этот ублюдок поплатится, клянусь.. Солнце мое, скажи хоть слово.

Она бросает на меня мимолетный взгляд, но тут же отворачивается. На секунду я даже подумал, что у меня есть хоть-какой шанс, но нет.. Надежда умирает последней.

Я становлюсь перед ней на колени и обхватываю руками красивые длинные ноги. Обнимаю их, словно пес, ждавший хозяйку после работы весь вечер. Надеюсь на ответную ласку.. Покрываю ноги поцелуями.. Нежными и неторопливыми.

— Что ты.. — От неожиданности произносит она.

Моя душа ликовала. Она произнесла хоть что-то.

— У нас мог быть ребенок, Эви.. Я все знаю. — Тихо шепчу я ей, будь в комнате кто-то еще, нас бы не услышали.

На лице Эвелины показывается испуг и ужас. Врач говорила мне, что скорее всего Эви винит себя в том, что потеряла нашего ребенка, поэтому всячески старается избегать меня. Она не виновата. Лучше я сдохну, чем буду видеть на её идеальном личике грусть.

— Я.. Я не хотела.. — В ее глазах видны слезы, постепенно падающие на бледные щечки, как первый снег на крыши. — Я..Я.. — Она хочет, что-то сказать, но не может. Заикается от тревоги. Судорожно пытается смахнуть слезы, чтобы я не видел её слабости.

А я хочу видеть. Для меня она важна в любом виде. Будь она растрепанная, накрашенная или плачущая. Я хочу видеть любое проявление её эмоций. Хочу поддерживать её всю свою жизнь и делать все для того, чтобы видеть на ней только счастливую улыбку.

После всего, что с ней произошло — мое желание воплотить в реальность будет весьма трудно, но я буду очень стараться. Я сделаю всё, чтобы она была счастлива. Даже если это будет стоить мне жизни.

— Я люблю тебя, Эви. — Обхватывая её ноги и прижимая еще ближе к себе, шепчу я. Не хотелось ни на секунду оторваться от неё. Хотелось быть с ней вечность. — Даже не смей допускать мысли, что ты виновата. Я убью твоего папашу, где бы он не скрывался. Он поплатиться за содеянное, обещаю.

Было видно, что Эвелине до сих пор очень тяжело разговаривать со мной, но она слушала. Это было главное.

— Маму уже не вернуть. — Глухо говорит она и вновь отводит взгляд.

Я готов молится на неё каждый чертов
день. Я готов умолять её, сидя в её ногах о том, чтобы она просто взглянула на меня. Этот взгляд мой, ничей больше. Ее голубые глаза просто сводят меня с ума и затуманивают разум. Скоро я точно сойду с ума.

— Знаю, родная.. Прости меня.

— Я убила твоего ребенка. Ты еще и просишь прощения и сидишь в моей палате часами? Разве тебе не противно от меня?

— Ты серьезно, Эвелина? — С непониманием, спрашиваю я. — Ты считаешь, что я в праве тебя винить? Ты ведь не сделала аборт и не целенаправлено воткнула себе нож в живот. Это сделал он.

— Я, как наивная дура повелась, хотя могла и не идти никуда.

— Откуда ты могла знать, что он замышляет? Он твой родной отец. Естественно ты ему верила.

— Можно я задам тебе один вопрос? Только ответь честно, для меня это важно.

— Да, конечно. Все что угодно, родная.

— Ты знал, что он убил маму? Знал, что он психически болен? Это эту тайну ты скрывал за брак со мной? — Её голос приобрел уверенность и сталь, хоть и немного подрагивал.

На мгновение по моей спине прошелся табун мурашек. Я не знал, что он убил её мать. Если бы мне было известно, я бы закопал его не думая ни о чем другом, но я не знал.. Да, она права, мне было известно о том, что он психически болен и.. что до этого у него тоже были жертвы.

Если бы я рассказал его секрет всем — его бы посадили и Эви бы наверняка от него отвернулась. Какой же я идиот, что не сделал это. Если бы я только подумал своей бошкой раньше.. Сейчас бы Регина была жива, а этот кусок дерьма гнил в тюрьме, не портил бы жизнь моей девочке и нашему ребенку , так и не успевшему появится на свет.

— Я знал, что он психически болен. Про мать не знал, клянусь. — Про другие его жертвы я просто решил промолчать. Не буду делать хуже. Все таки об этом она меня не спросила.

— Почему ты не рассказал мне?! Ты понимаешь, что после таких своих действий, ты подрываешь мое доверие к тебе и заставляешь отстраняться. — Она немного отходит от меня. — Ты понимаешь, что если бы ты все рассказал, сейчас могло бы быть всё совсем по другому! — В её глазах снова виднеются слезы.

Я радовался хоть какому-то выражению ее эмоций. Хоть это были и слезы, но все равно —главное, что она не молчит и не держит все в себе, а высказывает мне в лицо.

— Я придурок, Эви, я признаю свою вину. Ты можешь ненавидеть меня.. — Я хочу продолжить свое предложение, но она резко останавливает меня.

— Я бы хотела бы тебя ненавидеть! Мечтала об этом, только вот к великому сожалению я тебя люблю!

Больше не нужно слов. Я резко притягиваю её к себе и крепко сжимаю её в своих объятиях, стараясь не надавить на болючие шрамы и порезы. Не хочу делать ей больно. Хочу, чтобы ей было хорошо.

— Знаешь, я так хотела стать мамой. — Резко произносит она. — Моего ребенка убили в тот день, когда я хотела тебе о нем рассказать.

Она хотела рассказать. Она готовилась к этой ответственности. Она представляла своего ребенка, думала о нем.. А в итоге из-за ублюдка, которого она должна называть отцом — всего лишилась.

— Я тоже хотел бы стать папой. — Тихо произношу я, поглаживая её волосы. Убираю выбившуюся прядку.

— До беременности я вообще не хотела детей, но когда ты вынашиваешь это маленькое счастье в себе.. Я хочу, чтобы у меня была своя семья. Возможно я прозвучу глупо, не спорю. Мне всего-то девятнадцать лет и.. это возможно как-то неправильно и слишком рано.. Но мне правда этого хочется. Я потеряла свою семью.

— Я тоже очень хочу, чтобы у нас была семья, малышка и не думай, что это глупо. Врач сказал, что пока что беременность тебе противопоказана.

— Может.. Может усыновить ребенка? Я имею в виду детский дом.

Ее предложение меня слегка удивило, но я и не думал ей отказывать. Я тоже хотел обзавестись детьми с ней, строить семью, дом.. Это было для меня настоящим счастьем, не деньги. Мне плевать будет этот ребенок приемный или нет. Я все равно буду его воспитывать и любить.

Сейчас меня радовало то, что Эвелина смогла со мной заговорить и поделиться тем, что её беспокоит, хоть и скупо.

— Если ты хочешь, конечно.

— А ты? Ты хочешь?

— Хочу.

— Тогда.. Тогда давай обсудим это немного позже. Я хочу спать.

— Ты все еще держишь злость на меня?

— Нет.

— Спасибо. Ты самая сильная и самая прекрасная женщина из всех тех, кого мне доводилось поведать в этой жизни.

Она хотела, что-то ответить, но не успела. У меня зазвонил телефон. Это был номер врача, который принимал у меня всякие анализы, чтобы проверить наличие болезни.

— Что это еще за Елена тебе звонит? Мне уже начинать ревновать?

— О-о.. Совсем не стоит. Это лишь врач.

— Ответь ей.

— Не хочу. Хочу весь день пробыть с тобой и ни на что не отвлекаться.

— Не заговорю с тобой, пока ты ей не ответишь.

Я легко улыбаюсь ей и все же поднимаю трубку, хоть и не очень то и хотелось. Отхожу немного в сторону от Эвелины, чтобы она не слышала разговора. Не хочу, чтобы она знала про аварию, возможную болезнь и всю эту белиберду — ей нужен отдых.

— Марк Владимирович?

— Да. Что-то случилось?

— Ваши анализы проверены. Не хочу вас расстраивать, но.. у вас найдена хроническая лейкемия.

СТАВЬТЕ ЗВЕЗДОЧКИ И ПИШИТЕ КОММЕНТАРИИ ДЛЯ ПРОДВИЖЕНИЯ КНИГИ!

ТАКЖЕ НАПОМИНАЮ О ТОМ,ЧТО У МЕНЯ ЕСТЬ ТГК,ГДЕ ВЫХОДИТ ВСЯ ИНФОРМАЦИ Я ПО КНИГЕ!
Тгк:дел вар пишет