Сквозь века

Комнаты, выделенные королем Ламандии, действительно оказались прекрасны. Каталина тратит бесконечно много времени, чтобы осмотреть каждую деталь во всех четырех комнатах: сначала гостиную с большим окном, выходящим в сад, затем ванную комнату, гардеробную, а после спальню с большой двуспальной кроватью и балдахином бежевого цвета. Женщина хотела сама убедиться, что намерения короля чисты, и он действительно жаждет всего лишь переговоров, а не ее смерти. Но ничего подозрительного она не нашла. К сожалению, или к счастью?

Спальня привлекает особое внимание императрицы. Мягкие бархатные шторы полностью скрывают дневной свет, погружая комнату во мрак. Большая кровать мягкая и удобная. Туалетный столик с большим зеркалом в углу выполнен из темного дерева искусным мастером. Женщина проводит рукой по вырезанным мелким узорам, наслаждаясь гладкостью поверхности, покрытой ароматным маслом. А еще здесь очень приятно пахнет. Лаванда, ее любимый аромат. Он всегда заставляет Каталину погрузиться в далекие, но приятные воспоминания, которые она не может выловить из темных глубин своего сознания.

- Ваше Величество, - на пороге появляется Лайя, ее личная служанка, которая склоняется в почтительном поклоне, - посол Вайль просит аудиенции.

Каталина раздраженно вздыхает и возносит глаза к потолку. Даже он кажется здесь произведением искусства! С красивой белой лепниной, затейливыми узорами, привлекающими внимание. Сколько золота нужно потратить, чтобы возвести такую красоту? Специально ли дня нее постарались или каждая комната в этом дворце достойна восхищения? Как-то незаметно раздражение внутри императрицы исчезает, оставляя после себя лишь усталость с дороги и желание побыть одной.

- Хорошо, пусть ждет, я сейчас выйду.

Август Вайль ужасно раздражал Каталину. Он всегда был верным слугой, исправно выполнял обязанности посла в Ламандии и ежемесячно присылал отчеты о проделанной работе. Прилежный придворный, образцовый семьянин. Но какой дотошный! От него ни минуты покоя! И именно это заставило Каталину пять лет назад назначить капитана Вайля послом и отослать его подальше от своего двора. Женщина невольно усмехается, подумав, что король Эмиль имеет хорошую выдержку, если сумел столько лет терпеть ее посла и ни разу не отослал его обратно.

Август терпеливо ждет в коридоре. Он выучено улыбается, стоит Каталине появиться в поле зрения. Светлые волосы мужчины зачесаны назад, открывая аристократические черты лица. Одежда едва ли не сверкает от свежести и чистоты. Он настолько идеален, что Каталине становится тошно.

- Ваше Величество, как я рад вас видеть!

- Про себя такого сказать не могу, граф Вайль.

Мужчина понимающе склоняет голову, едва сдерживая улыбку. Пряма и безжалостна, как и всегда. Конечно, он понимает, какое впечатление создает у окружающих. И вовсе не стремится скрыть свое удовольствие от произведенного эффекта.

- Может, вы хотите выйти в сад? Там нас точно никто не потревожит.

Август галантно подставляет локоть, и Каталина принимает его. Они неспешно идут по дворцу, минуя молчаливых стражников, больше напоминающих каменные статуи. Императрица молчит, ожидая, когда посол сам задаст вопрос. Но он не спешит, ведя свою спутницу по запутанным лабиринтам и рассказывая о своей жизни в Ламандии.

На улице холодно, и Каталина плотней закутывается в меховую накидку. Промозглый ветер пробирает буквально до самых костей. Сад оказывается совершенно пуст, и женщина позволяет себе ненадолго расслабиться. Выдохнуть в воздух облачко пара, наблюдая, как деревья сбрасывают с себя последние желтые листья. Вайль ведет свою императрицу глубже в сад. Они идут по мощенной каменной дорожке, все дальше отходя от дворца и любопытных глаз.

- Как прошла ваша поездка, императрица?

- Без происшествий, посол.

- Должно быть, в Аурии сейчас золотая осень в самом разгаре? – мечтательно спрашивает Вайль.

Каталина усмехается, прекрасно понимая, что скрывается за этим вопросом. Ее посол скучает по дому, конечно. Он ведь всего лишь человек, который оставил в Аурии свою семью.

- Да, тяжело из теплого климата резко окунуться в позднюю осень с ее безжалостными ветрами и морозами. – Каталина останавливается. – Что вам удалось узнать, Август?

Мужчина предлагает сесть императрице на неприметную скамейку, окруженную большими деревьями. Летом это место пользуется спросом у молодых придворных, желающих уединиться от лишних глаз. Сейчас же здесь царит тишина и покой. Ни одной птицы в округе или маленьких животных, ищущих кров под большими ветвями.

- Король Эмиль бывает весьма... вспыльчив, - усмехается посол. – Он привык прямо выражать свое мнение. И он много поведал о сложившейся ситуации с Аурией. Жаль, я не догадался записать его слова на память, вышел бы упругий томик. Но одно могу сказать точно: он не хочет войны с вами, госпожа. И готов пойти на все, лишь бы ее избежать.

- И на что же именно он готов?

Вайль на мгновение замолкает, обдумывая ответ.

- Трудно сказать так сразу. Король удивительный человек и чувство долга может завести его достаточно далеко. А что вы хотите от него получить?

Каталина усмехается. Как забавно складывается судьба. Раньше она никогда даже не рассматривала предложения о переговорах. Просто сразу превращала гонца в красивую ледяную статую, коих в ее дворце великое множество. Но письмо короля Ламандии привлекло ее внимание и заставило задуматься, а затем даже согласиться. Неужели, она, Каталина Алистер, наконец готова выслушать чьи-то предложения? Да и что может дать ей правитель маленького королевства? У нее есть все, что душе угодно. И даже больше. Но почему-то именно Эмиля Кавана она готова выслушать и подождать, пока он покажет себя. Действительно интересно.

- У меня есть свои условия, - уклончиво отвечает Каталина. – И я хочу, чтобы король сам предложил мне желаемое. Лучше расскажи мне о самом королевстве, Вайль.

- Что конкретно вас интересует, Ваше Величество? Благосостояние Ламандии или местные красоты и разношерстное население?

- Давай с чего-то попроще.

Август распрямляет плечи и заводит свой рассказ. Каталина слушает его вполуха, мыслями уносясь в далекие дали. Что она вообще здесь делает? Почему согласилась на столь долгое путешествие? Путь до Ламандии занял целых пять дней. Она успела проехать половину своих провинций и раздать столько милостыней, сколько не давала за всю жизнь. Что из себя будет представлять сотрудничество с Кавана? Ламандия – маленькое королевство, пережившее великую магическую войну и вряд ли сможет предложить нечто стоящее ее империи. Кроме союза, который оградит ее от нападения с моря. Ламандия единственная преграда между Аурией и армиями иноземцев. Каталина прекрасно знает, что там, за морем, на другом континенте есть королевства намного сильней. И их она боится не напрасно. Поэтому Эмиль может стать ценным союзником и авангардом в случае войны. Но сама Каталина никогда не произнесет это вслух, а потому нужно плавно подвести короля Ламандии к нужным выводам.

Мерный щебет посла успокаивает мечущееся сердце женщины. Приводит в порядок мысли и даже убаюкивает. Как же она устала за эти пять дней! Пять бессонных ночей, проведенных в напряженных размышлениях о будущем. Каталина кидает взгляд на Августа, который с упоением рассказывает об увиденном. Даже если он и заметил, что императрица его не слушает, то виду не подал.

- А в центре столицы, на главной площади есть большое прекрасное дерево с алыми листьями, называемое Алой невестой, которое за полвека обросло легендами и слухами. Оно служит предзнаменованием великих событий для народа Ламандии. Говорят, что, если однажды дерево распустит свои белые цветы в полнолуние в середине зимы, значит, грядут перемены. Народ здесь суеверный, им лишь бы верить во что-то несбыточное.

- Хорошо, - произносит Каталина, прикрывая рот ладонью, чтобы сдержать зевок. – Как-нибудь стоит посетить его.

Вайль едва скрывает улыбку, глядя, как императрица прикрывает глаза, постепенно погружаясь в сон от его рассказов.

* * *

- Сегодня я надену бордовое, Лайя.

Личная служанка императрицы останавливается в дверях спальни, держа в руках большую бархатную коробку с украшениями госпожи. Каждое утро Каталине приходится просыпаться на рассвете, чтобы не пропустить ни одного тайного собрания или других важных событий, которые могут касаться будущего союза. Это ужасно нервирует. Напряжение окружает ее на каждом шагу. Все они боятся ее. Каталина привыкла к подобным проявлениям эмоций, но здесь это скорее... злит. Женщина раздраженно выдыхает и решительно поднимается с кровати, пока Лайя раздвигает шторы, впуская утренний свет в комнату. Каталина набрасывает на плечи шелковый халат и направляется в ванную.

Под глазами виднеются темные круги. Но взгляд голубых глаз все так же прожигает насквозь, словно проникая в самую душу. Она готова нападать, словно пантера, загнанная в ловушку. Каталина улыбается собственному отражению и набирает в ладони холодную воду. Интересно, стоит ли продемонстрировать двору свою магию в первые же дни пребывания или лучше подождать более подходящего момента? Пока никто не видел ее в действии, остается козырь в рукаве. Советники нервно озираются на нее, а слуги и вовсе стараются не встречаться. Все они гадают, действительно ли Каталина Алистер способна превратить дворец Ламандии в глыбу льда или это всего лишь сказки?

Конечно, императрица Аурии многое слышала из того, что о ней говорят люди. Как они обсуждают ее способности. Одни называют ведьмой, продавшей душу Созидательнице. Другие считают императрицу спасительницей от гнета правителей-тиранов. Иные просто думают, что она искусная лгунья и обольстительница. Нет никакой магии, ее просто не существует. Но никто из них не знает правды. И со временем это стало ее главной силой. Одно имя Каталины творит чудеса.

Лайя быстро подготавливает нужное платье. Темно-красное, словно густая кровь, текущая по человеческим венам. Струящийся подол достигает самого пола. Полупрозрачные широкие рукава не скрывают тонких изящных рук женщины. Квадратный вырез открывает вид на ключицы, но искусно скрывает все остальное от любопытных глаз. Шею украшает внушительное серебряное ожерелье с прозрачными драгоценными камнями. Длинные волосы объемными кудрями рассыпаются по плечам. Лайя ловко закалывает непослушные пряди и оценивающе оглядывает свою госпожу.

- Выглядите просто великолепно, - улыбается девушка отражению императрицы в зеркале.

- Спасибо, - Каталина критически осматривает себя со всех сторон, а затем берет в руки помаду и аккуратно подводит губы. – Надеюсь, советники отреагируют эмоциональней тебя.

- Хотите поймах их в свои сети?

Каталина загадочно улыбается и уверенно встречает взгляд служанки.

- Хочу. Самую крупную рыбу в этом королевстве. – Женщина судорожно выдыхает и встает из-за стола. – Знаешь, меня не покидает чувство, что я здесь не первый раз. Что каждый уголок в этом дворце хорошо мне знаком. И что... я знаю Эмиля Кавана всю свою жизнь. Как думаешь, я сошла с ума или это просто волнение?

Лайя задумчиво кусает нижнюю губу. Императрица терпеливо наблюдает за девушкой, ожидая ее слов. Сердце ускоряет бег, а ладони мелко дрожат. И почему это так ее волнует? Что такого особенного в этом маленьком королевстве? В этом дворце? И в его хозяине?

- Не знаю, - изрекает Лайя, пожимая плечами. – Возможно, вам стоит прислушаться к своим ощущениям. Может, сердце просто пытается вам что-то сказать. А может, вы жили здесь в прошлой жизни. Такое тоже бывает.

- В прошлой жизни? – смеется Каталина. – Только если очень дикой черной кошкой.

Девушка подхватывает смех госпожи, сглаживая неловкость момента. Конечно, Каталина понимает, что ее служанка всего лишь пытается поддержать. Но стоило императрице ступить на землю Ламандии, как сердце по сей день не находит себе покоя. Будто она могла забыть нечто важное, а теперь всеми силами пытается вспомнить. Или отыскать потерянное.

- Пожелай мне удачи, Лайя, - Каталина останавливается в дверях и сжимает руку девушки.

- Если бы только все эти мужчины знали вас настоящей, - негромко вздыхает Лайя. – Удачи, Ваше Величество. Вы поразите их всех.

Каталина благодарно улыбается и распрямляет плечи. Точно, она поразит их в самое сердце. Как и всех своих врагов. Король Ламандии станет очередным трофеем в ее большой коллекции. Или все же не станет?

В коридоре ее уже поджидают два молчаливых стражника, готовые отвести гостью в нужный зал. И Каталина позволяет им увести себя вперед по длинным коридорам, погрузившись в собственные мысли. За окном сквозь плотные грозовые тучи пробиваются редкие лучи солнца. Зима совсем близко. Еще несколько дней и пойдет снег. Холодные ветра атакуют дворец со всех сторон, пытаясь пробиться внутрь. Императрица усмехается. Как иронично. Зима придет в Ламандию вслед за Снежной королевой.

Они быстро достигают нужных дверей, которые выглядят совершенно одинаково во всем дворце. Каталина уже знает, что здесь находится малый обеденный зал. Стражники занимают свои места по обе стороны от дверей. Словно игрушечные оловянные солдатики. Их пустые взгляды упираются в стену напротив. Императрица делает глубокий вдох. Она ведь проходила через многое за свою недолгую жизнь, но почему именно завтрак в компании придворных короля так ее пугает? Чем он отличается от десятка других, с которыми ей приходилось иметь дело? Каталина коротко кивает, и стражники распахивают перед ней двери. Женщина делает шаг вперед, ожидая увидеть все тех же верных советников короля, от которых ее уже тошнит. Впервые за три дня императрица решила почтить их своим присутствием за завтраком. Раньше бы просто не осмелилась... только вот за столом ее ждет один король Ламандский. Вилка застывает возле рта мужчины. Глаза расширяются от удивления, а правая бровь выгибается. Каталина оглядывает зал, и лишь через пару мгновений понимает, что они будут только вдвоем.

- А где же ваша вездесущая свита? – спрашивает женщина, совладав со своими чувствами.

- А вы предпочитаете завтракать под прицелом любопытных глаз, заглядывающих вам в рот? Не боитесь однажды подавиться?

Каталина невольно смеется, чувствуя, как расслабляется тело. Эмиль встает ей навстречу и отодвигает стул справа от себя. Так близко? Слишком смело для первого совместного завтрака. В следующую секунду обеденный зал заполняют молчаливые слуги. Они так быстро накрывают для Каталины на стол, что она не успевает даже рта раскрыть. Женщина едва слышно выдыхает, силясь успокоить собственное сердце. Приятный аромат свежеприготовленных яиц, посыпанных сыром и специями, вызывает аппетит. Императрица делает глоток свежевыжатого апельсинового сока и бросает взгляд на вазу с фруктами. Никакой роскоши, все просто и безумно вкусно. Когда в последний раз она так наслаждалась едой? Каталина прикрывает глаза от удовольствия и не успевает подавить в себе порыв к разговорам:

- Значит, вы любитель яиц на завтрак, Ваше Величество?

Король выгибает другую бровь, медленно пережевывая еду. Он выглядит таким непринужденным и расслабленным, словно не находится наедине с ядовитой змеей, что способна убить его одним укусом. И почему-то это привлекает Каталину сильней, чем его напускной лоск и уверенность. Никто уже давно не чувствовал себя рядом с ней так спокойно.

- Почему бы и нет? Я люблю простоту и одиночество во время трапезы. Ни к чему портить себе настроение с самого утра, вы так не считаете?

Каталина с наслаждением разрезает яйцо, наблюдая, как желток вытекает наружу.

- Когда женщина правит целой империей, то ни о каком уединении речи и не идет. Каждый день я должна показывать, что достаточно сильна и упряма, чтобы держать в своих руках такую власть. Что способна повести за собой многотысячную армию и не отсиживаться в стороне. Уже и не помню, когда в последний раз оставалась одна.

Такое откровение удивляет Эмиля. Он, конечно, знал, что женщинам на троне сложнее удержаться, чем мужчинам. Но услышать подобное от Каталина Алистер, той, кто удерживает власть уже около десяти лет, было... неожиданно. Король Ламандии продолжает задумчиво есть, стараясь не выдать своих противоречивых чувств. Один неверный шаг, и он спугнет ее, будто молодую лань. И добиться доверия станет намного сложней.

- Зачем вы вообще взяли на себя такую ответственность? Править столь огромной империей не просто.

Эмиль на мгновение напрягается, подумав, что вопрос покажется женщине слишком бестактным. Он и сам дал бы себе по лбу за подобное любопытство. Но Каталина просто откладывает вилку и задумывается над его вопросом.

- Никто раньше не спрашивал меня об этом. Наверное, это все воспитание. Брать свое и идти только вперед, это жизненная позиция моего рода. Сколько себя помню, власть была со мной. Я построила Аурию с нуля и просто не могу бросить ее теперь, когда почти довела свое дело до конца. А вы?

- Я унаследовал трон от родителей. Как и все правители в этом мире.

Остальную часть трапезы Каталина проводит в молчании. Брови нахмурены, взгляд направлен в тарелку. Она задумчиво ковыряет яичницу и медленно допивает сок. И Эмиль не решается прервать эту тишину. То, что они спокойно сидят рядом и не перекидываются острыми фразами, уже само по себе удивительно. Каталина не пытается убить его одним взглядом. А он не готовит ответный удар. Но видно, своими вопросами король заставляет женщину глубоко задуматься. К лучшему это или совсем наоборот? Эмиль даже не имеет понятия, но очень надеется, что ничего не испортил.

* * *

- Что эта женщина о себе возомнила? Насколько нужно быть бестактной, чтобы опаздывать на совет, на котором решается судьба нашего королевства!

Миростас сегодня особенно взволнован и разгневан. Сколько времени они ждут появления Каталины? Полчаса? Час? А она даже не думает приходить. Эмиль удобно устраивается в своем кресле и с легкой улыбкой наблюдает за перепалкой советников. Он вовсе не видит причины для беспокойства. Каталина их гостья, и ей все равно не избежать этого совета. Она делает то, что хочет, но все пути в этом дворце ведут в комнату совета. Не даром Эмиль Кавана так долго правит Ламандией.

- Правильно, не ее же судьба решается, - отвечает Даррен, молодой советник, любитель вставить палки в колеса Миростасу. – Прошу вас, успокойтесь. От этого мельтешения перед нашими глазами ничего не изменится.

- Успокоиться? – вскидывает голову мужчина. – Да как здесь можно оставаться спокойным? Как Ваше Величество может реагировать на подобное неуважение с таким равнодушием?

Эмиль делает глубокий вдох. Действительно, почему же он так спокоен? Ведь еще вчера он реагировал на каждое движение Каталины, словно испуганная лошадь. Может, причиной тому стал совместный завтрак с императрицей, на котором он посмотрел на нее другими глазами? Или внутреннее чутье, что слишком уверенно в женщине, которая угрожала его жизни? Уж не влюбился ли он в Снежную королеву? Да, она красива и умна. Привлекает взгляды и умеет заинтересовать мужчин. Она одна сплошная тайна, скрытая за семью печатями. Да нет, бред какой-то, о чем он только думает?

Старшему советнику вовсе не требуется ответ короля. Он самозабвенно продолжает высказывать вслух свои умные мысли, даже не обращая внимания на отсутствие слушателей. Никто не пытается вновь остановить Миростаса. Потому что никому это не под силу, даже королю.

- Может, она просто водит нас всех за нос! А сама даже не думает о мире! Может, мы зря стараемся и ставим на кон собственные жизни!

- Вы, правда, так думаете?

Холодный и властный женский голос за спиной Миростаса заставляет всех присутствующих вздрогнуть. Всех, кроме короля. Эмиль усмехается и обращает свой взгляд на ту, кто с легкостью приводит его советников в замешательство. Щеки Миростаса покрываются румянцем от смущения, взгляд упирается в пол. Он кланяется и негромко бормочет:

- Ваше Величество...

- Никогда не встречал того, кто смог бы заставить Миростаса смутиться, - громко произносит Эмиль. – Браво, Ваше Величество.

Он не успевает даже подумать, как слова уже рвутся на свободу. Советники молчаливо переводят взгляды со своего короля на императрицу. Со стороны она кажется такой холодной и неприступной. На ней надето все то же платье, что и с утра. Серебряная массивная корона с алыми камнями добавляет величественности ее образу. Взгляд направлен прямо на Эмиля. Но он не отворачивается, внимательно изучая женщину в ответ. Тревожит ли ее что-то? Что она чувствует прямо сейчас? И чувствует ли вообще? Но одно то, что Каталина терпит их общество, многое значит. Императрица окидывает взглядом комнату и проходит к большому столу. Садится в кресло напротив короля. По другую сторону стола.

- Простите, я опоздала, Ваше Величество, - приторно-сладкий голос Каталины заставляет советников разом насторожиться. – Может, начнем?

- Вы пришли одни?

- Нет, что вы, - императрица пальцами касается открытой ключицы, открывая взору несколько изящных колец и одно на безымянном пальце, тонкое и неприметное. Прямо там, где его носят замужние женщины. – За дверью стоят трое моих солдат. Если вы не против, конечно. Хотя я и одна справлюсь со всеми вами.

Эмиль пропускает мимо ушей ее угрозу, сосредоточившись на новой детали. Так она замужем? Но почему нигде об этом не сказано? Почему сама Каталина не потрудилась сообщить ему о подобном? Если ей не нужен муж для упрочнения своего положения на троне, то чего она хочет? Что Ламандия может ей предложить? Миростас берет инициативу в свои руки. Он что-то говорит императрице, склоняя голову в почтительном поклоне, но Эмиль его не слушает. Почему этот факт так его расстроил? Каталина задумчиво барабанит пальцами по столешнице. Обдумывает предложения его советника? Эмиль не знает, да и не хочет. Мысли лихорадочно крутят вокруг ее кольца. Как же так? Никто никогда не упоминал об избраннике Каталины. Кто он? Почему императрица так тщательно скрывает его существование?

В какой-то момент все голоса в зале замолкают. Взгляды присутствующих обращаются на короля. Даже Каталина терпеливо ждет его слов. Эмиль непонимающе выгибает бровь и смотрит на Миростаса. О чем они говорят? Старший советник откашливается и произносит:

- Мы только что предложили императрице от лица Ламандии лучших скакунов, которые славятся на весь континент, оружие и обмундирование из самой крепкой стали в мире. Как вы и хотели, сир.

- И что она сказала? – спрашивает Эмиль, наблюдая за женщиной, сидящей перед ним.

- Нет.

Ее алые губы изгибаются в хитрой улыбке. Конечно, она что-то задумала. Что-то, о чем всем им придется догадаться самим. И Каталина сделает все, чтобы получить то, чего хочет. Даже если им придется провести всю жизнь в переговорах.

- Что ж, это было ожидаемо, - после недолгой паузы произносит Эмиль. – Тогда чего же вы хотите? Может, людей для своих великих планов?

Каталина притворно задумывается. Губы приоткрываются, придавая императрице невинный вид. Но, если советники и поведутся на подобный трюк, то сам Эмиль прекрасно осознает, с кем имеет дело. И это вызывает в нем лишь глухое раздражение. Что за детские игры? У них нет времени на эти представления. Они на пороге войны, которую не выиграть, а вражеский главнокомандующий оттягивает момент все дальше. Словно для нее это кажется забавным.

- Нет.

- Может, земли?

- Нет, - милая улыбочка.

Краем глаза Эмиль улавливает движение советников. Они дружно отстраняются к дальней стене, настороженно переводя взгляды между двумя правителями. Но его это совсем не волнует. Он полностью поглощен разгоревшимся спором с Каталиной. Ее глаза словно гипнотизируют, затягивают его в свой омут с каждой секундой все глубже. Раздражение сменяется злостью. Злостью на самого себя за то, что не может заставить эту женщину признать поражение!

- Тогда золото? Вашей большой империи наверняка нужны средства на существование.

Каталина медленно облизывает губы, стирая яркую помаду. Сердце Эмиля с каждым мгновение бьется все быстрей. Становится сложней сдерживать эмоции внутри себя. Его буквально распирает от злости. Почему эта женщина действует на него так неоднозначно? Почему словно специально вызывает противоречивые мысли, не позволяя даже подумать о себе в хорошем ключе? Ведь Эмиль вовсе не тот, кто будет применять силу, чтобы склонить ее на свою сторону. Он спокойный, уравновешенный. Всегда выслушает предложения, прежде чем принять решение.

- Нет, Эмиль, ваше золото мне не нужно.

Это становится последней каплей. Мужчина резко поднимается, опрокидывая кресло на пол. Жилка на виске пульсирует от злости так сильно, что советники невольно сглатывают. Комнату наполняют удивленные вздохи и шепот. Каталина лишь шире улыбается, довольная реакцией короля.

- Пошли все прочь! Сейчас же!

Мужчины кланяются и поспешно покидают комнату, плотно закрывая за собой дверь. Каталина поднимается на ноги, оправляет юбку и встает напротив короля на расстоянии вытянутой руки. Такая раздражающая и... красивая. И так близко, только наедине с ним. Эмиля настолько ошеломляет эта мысль, что гнев отступает на второй план. Но он не дает ему отступить, напротив, решает воспользоваться для большей сговорчивости Каталины. Король делает решительный шаг вперед и обхватывает запястье женщины своей рукой. Она смотрит на него снизу-вверх без тени страха. Храбрая императрица, готовая умереть за свои взгляды.

- Этого вы добивались? – шипит Эмиль. – Хотели вывести меня из себя, чтобы без свидетелей прикончить с помощью своей проклятой магии?

Каталина прикусывает губу и усмехается. Тепло ее дыхания буквально обжигает его шею.

- А вы этого боитесь? Или тоже не верите, что она существует?

- Переводите тему, Каталина.

- А что еще остается? Вы же не контролируете себя, Эмиль. Еще немного и наброситесь на хрупкую женщину с кулаками.

На мгновение король крепче сжимает ее запястье. Но императрица даже не морщится. Что-то глубокого внутри настойчиво требует обхватить ее стройную талию и крепко прижать к себе. Ощутить ее голову на своем плече. Сердце отчаянно рвется в руки женщины. Но это вовсе не его чувства. Сам он испытывает лишь злость и отчаяние. Страх перед Каталиной Алистер. Одно ее слово, и Ламандия будет стерта с лица земли. Эмиль трясет головой, отгоняя наваждение, ослабляет хватку и отходит на несколько шагов назад. Садится обратно в кресло и подпирает лоб рукой. Голова кажется такой тяжелой. Мысли атакуют со всех сторон, и от них некуда спрятаться. Каталина остается на своем месте и молча наблюдает за мужчиной. Тишина окутывает их обоих. Его тяжелое дыхание и стук ее сердца буквально оглушают.

- Так вы хотите знать, действительно ли существует моя магия или нет?

Эмиль поднимает голову и устало смотрит на женщину.

- Для чего?

Каталина непринужденно пожимает плечами, отводя взгляд в сторону.

- Я хочу честных переговоров. Мне нужно знать, что из себя представляет потенциальный союзник. Я должна была увидеть вас настоящего. И увидела. Теперь моя очередь показать, что из себя представляет императрица Аурии.

Король нервно смеется и откидывается на спинку кресла.

- У вас весьма нестандартные методы, Каталина.

- Зато действенные.

- Значит, - произносит Эмиль, растягивая слова, - вы не собираетесь уничтожать мое королевство?

Каталина улыбается и качает головой. Король оказывается совершенно сбит с толку. И даже не представляет, чего еще ожидать от своей собеседницы. Сегодняшний день показал, что Эмиль слишком самоуверен. Следует всегда оставаться настороже. Потому что Каталина здесь единственная, кто владеет положением. И этого ему не под силу изменить.

- Не сегодня. Я жду, когда вы предложите нечто стоящее моего внимания, - Эмиль открывает рот, но Каталина поднимает руку, заставляя его замолчать. – И я не собираюсь облегчать вам задачу. Со временем вы сами все поймете. Ну так что?

- Хорошо, я готов.

Каталина раскрывает ладонь. Делает глубокий вдох и призывает магию из самых глубин. Глаза женщины вспыхивают ярким и красивым голубым светом. А затем на ладони появляется небольшой шар белого света, который тут же превращается в множество снежинок разных размеров. Императрица довольно улыбается. Она так давно не использовала магию! Эмиль завороженно следит за действиями императрицы. Он так увлечен зрелищем, что не замечает, в какой момент поднимается со своего места и вплотную подходит к Каталине. Его рука осторожно обхватывает запястье женщины, чтобы поближе рассмотреть снежинки. Императрица вздрагивает. Сердце стучит так сильно, что, кажется, Эмиль вот-вот заметит. Неужели, оно еще живо? Король Ламандии внимательно рассматривает магию, сотворенную женщиной, потерявшись в омуте восторга и любопытства.

- Вы даже не удивлены? – спрашивает Каталина.

- Мне кажется, - негромко произносит Эмиль, - что ваша магия встречалась и раньше. Такое знакомое ощущение холода, кожу покалывает от энергии. И она вовсе не пугает меня.

Императрица шевелит пальцами и отстраняется. Снежинки с ее ладони исчезают. Эмиль разочарованно выдыхает и оглядывает комнату. Какого черта? Его восторг только усиливается. Воздух заполняют сотни тех же снежинок, мягко опускаясь на пол с самого потолка. Король смеется, словно ребенок, и ловит снежинки ладонью. На ощупь как настоящие! Каталина внимательно следит за каждым жестом Эмиля. Мысли в голове оживают, атакуя ее со всех сторон. С каждой секундой она лишь больше убеждается в том, что Эмиль Кавана вовсе не заурядный правитель. Он не стоит в одном ряду с теми, кого она видела прежде. В чем же его секрет? Как он завоевал такую преданность своего народа? И почему так зацепил ее саму?

- Моя семья владеет магией льда уже несколько столетий. – Каталина опускает руку и садится в кресло. – Сила передается по женской линии. От матери к дочери. Но способ передачи не из приятных, предыдущий носитель должен умереть, чтобы магия перешла к преемнику. Раньше маги долго не жили. Вечные войны, поддержание порядка в мире, все это укорачивало жизнь аристократок. Сейчас же нет необходимости в охране королевств от внешних угроз, и я почти не использую магию.

- Почему же?

- Люди ее боятся. Меня плотным коконом окружают слухи и страшные легенды, Эмиль, - женщина невесело усмехается. – Одного имени достаточно, чтобы навести панику.

Эмиль понимающе кивает и подходит ближе к Каталине, опираясь на деревянный стол и взирая на нее сверху вниз.

- Но я не боюсь. И эти слухи не заставят меня отступить.

Императрица невольно улыбается.

- Если вы найдете, что мне предложить, то мы поладим.

* * *

Императрица Аурии задумчиво разглядывает собственное отражение в большом зеркале над туалетным столиком в выделенной ей спальне. И видит в нем лишь уставшую женщину с синяками под глазами от недосыпания. Но сегодня она замечает и новую деталь. Глаза горят радостью, руки подрагивают от остаточной магии. Как приятно вновь использовать силу! Лайя за ее спиной осторожно расчесывает длинные волосы госпожи и заплетает их в простую косу. Тепло разливается по венам, заставляя напряженные мышцы расслабиться. Глаза закрываются сами собой. День оказался насыщенным событиями и бесконечно длинным. Пора и отдохнуть.

- Значит, все прошло хорошо, Ваше Величество?

Мягкий голос Лайи заставляет сон отойти на второй план. Каталина протирает глаза и смотрит на служанку в отражении зеркала.

- Не совсем. Но начала положено, и, если все пойдет по плану, совсем скоро мы сможем вернуться домой.

Каталина встает на ноги, и Лайя ловко расшнуровывает платье на ее спине. Пальцы девушки делают это быстро и почти незаметно. Каталина задумчиво смотрит в окно, которое служанка предусмотрительно не завесила. Высоко в небе восседает почти полная Луна. Холодная и неприступная, как и она сама. Белый свет проникает сквозь окно в комнату. Какой-то внезапный порыв заставляет Каталину вновь заговорить.

- Сегодня я показала Эмилю свою магию.

Руки девушки на краткое мгновение замирают, а затем так же быстро заканчивают со шнуровкой. Бордовое платье императрицы мягко падает к ее ногам. Легкое льняное белье приятно облегает тело, но все же заставляет поежиться от холода. Лайя продолжает шуршать за спиной Каталины, но все же спрашивает:

- Значит, вы решили заключить мир с Ламандией? Ведь обычно никто не уходит живым, если увидит свет в ваших глазах.

Каталина делает глубокий вдох и помогает служанке надеть на себя ночную рубашку. Руки Лайи так дрожат, что проще было бы одеться самой. Девушка относит платье в другую комнату и возвращается со свечами и подносом с горячим травяным чаем, без которого обычно Каталина не представляет свой сон.

- Сегодня это не нужно, Лайя. Я так сильно устала, что прямо сейчас и засну.

Девушка кивает и послушно уносит поднос прочь. А затем вновь возвращается и завешивает окно плотными шторами, что скрывают из виду Луну и белый свет. Каталина лениво наблюдает за ее действиями и произносит:

- Отчего-то мне вовсе не хочется уничтожать это королевство. Эмиль хороший правитель, и он заслужил любовь большинства своих подданных. Мне просто хочется беседовать с ним часами напролет. Особенно, когда он злится. Но они предлагают мне самые банальные вещи! Армию, золото, земли... А, к чему оно мне?

- Тогда чего вы ждете от них?

Лайя присаживается на край кровати. Каталина плотнее закутывается в одеяло и с наслаждение выдыхает. Как же мягко и тепло! Она весь день ждала этого момента!

- Знаешь, я подумываю о замужестве. – Служанка удивленно распахивает глаза, а Каталина продолжает. – Чтобы упрочить свое положение в мире, конечно же. На женщин всегда смотрят с недоверием. Ведь мы такие мягкие и эмоциональные, что не можем принимать верные решения в критический момент и бла-бла-бла. Но если у меня будет муж, который разделит мои взгляды...

- И вы выбираете на эту роль Эмиля Кавана? – недоверчиво спрашивает Лайя. – Вы же толком не знаете друг друга!

Каталина вытаскивает руку из-под одеяла и обхватывает теплую ладонь служанки.

- Милая Лайя, посмотри на его внешность. Какими красивыми должны быть дети! Потом он достаточно умен, уравновешен и упрям. У меня такое чувство, что я знаю его тысячу лет! К тому же я не говорю тебе уверенно о своем решении. Но думаю, что мыслить в этом направлении стоит. Кто знает, что выйдет из нашего союза?

- И то верно. – Служанка улыбается своей госпоже и поднимается с кровати. - Приятных снов, Ваше Величество.

Лайя бесшумно скрывается за большими дверями. Каталина остается одна в полной темноте наедине со своими мыслями. Но даже они отступают, стоит женщине удобней устроить голову на мягкой подушке.

* * *

- Все прошло не так уж плохо, а? Могло быть и хуже.

Эмиль чокается бокалом с полупустой бутылкой вина и улыбается собственным мыслям. Откидывается на спинку кресла и делает большой глоток. Огонь в камине негромко потрескивает дровами, но этот звук заполняет комнату целиком, поглощая тишину. В гостиной так тепло, что королю вовсе не хочется возвращаться в холодную постель. Он готов просидеть здесь всю ночь, не сомкнув глаз. Лишь бы не сталкиваться с мыслями о своих чувствах и странных совпадениях.

Как же так вышло, что он позволил себе прийти в ярость в присутствии Каталины? В какой момент он настолько перестал ее бояться, что так легко рискует перемирием? И почему место страха занимают те эмоции, которых не должно быть? Столько вопросов и ни одного ответа. Все началось еще с ее приезда. Каталина с каждым днем кажется ему все более знакомой. Словно в прошлой жизни они были достаточно близки, чтобы узнать друг друга и в этой.

Все, что происходит здесь и сейчас, когда-то уже случалось.

И чем же все закончилось в прошлый раз? Было бы неплохо подготовиться.

Дверь в покои короля с негромким хлопком закрывается. Не нужно быть провидцем, чтобы понять, кто так рискует собственной головой, решая потревожить правителя в столь поздний час. Эмиль тяжело вздыхает и делает еще один большой глоток вина.

- Я не звал тебя, Рикки.

Девушка бесшумно проходит в комнату и садится на свое привычное место рядом с королем. Темные волосы распущены по плечам, взгляд смиренно опущен вниз, губы едва приоткрыты. Сама невинность. Но Эмиль не из тех, кого можно провести. Король Ламандии лучше, чем кто-либо знает, что означает подобный спектакль. Его служанка умеет играть с чувствами людей не хуже самой императрицы Аурии.

- Я хочу побыть один.

Девушка вскидывает голову и пристально вглядывается в короля. От смиренности не остается и следа. Перед ним теперь хищница, оскорбленная пренебрежением до глубины души. Женщина, что вцепится в него всеми своими зубками, лишь бы не потерять статус.

- Почему? Все дело в императрице, да? – негромко спрашивает Рикки.

- Она здесь ни при чем.

- Тогда почему? Ты стал прогонять меня, когда узнал о ее приезде в Ламандию!

Девушка резко вскакивает на ноги и сжимает ладони в кулаки, силясь сдержать эмоции внутри. Глаза буквально мечут молнии. Но Эмиль тяжело вздыхает и устало потирает виски. Почему с этими женщинами столько проблем? Неужели, так сложно понять, что он просто устал от нее? Что она больше не привлекает его, как женщина.

- Разве для этого нужна веская причина, Рикки? Разве не понятно, что ты мне больше не нравишься?

- Неправда! Этого не может быть! Я же была так нужна тебе все это время! Я единственная, кто понимает тебя в этом чертовом дворце!

- Не забывай, с кем разговариваешь, женщина. Я никогда ничего тебе не обещал. И никогда не давал ложных надежд. Я король Ламандии, и не стал бы связывать с тобой свою жизнь, даже если бы безумно любил.

Конечно, тут Эмиль откровенно блефовал. Подобные мысли уже приходили в его голову. И он собирался свернуть горы, чтобы девушка, стоящая перед ним, надела кольцо на безымянный палец правой руки. Но, к счастью, не успел сделать опрометчивых шагов. Вся страсть и пылкие чувства в один момент просто испарились. Значит, никакой любви никогда и не было?

- Но ты не можешь меня бросить!

Эмиль раздраженно ставит бокал на стол и сжимает подлокотники кресла, заставляя себя оставаться на месте и сохранять спокойствие. Ведь именно бури эмоций Рикки и добивается. Она знает, что так с ним легче справиться.

- И почему же, интересно мне узнать?!

Рикки вздрагивает и в одно мгновение обмякает, опускаясь обратно на кушетку. К глазам подкатывают слезы, а губы мелко дрожат. Она выглядит так, словно он только что ударил ее, а не просто поставил на место словами.

- Потому что я беременна, - рука девушки осторожно опускается на плоский живот.

Эти слова проникают в самую душу. Словно ему на голову падает тяжелый камень. Сердце болезненно сжимается, и где-то внутри расцветает паника, подобно экзотическому цветку. Эмиль нервно смеется и не может остановить это. Беременна? От него? Что за вздор! Он король Ламандии! У него должен быть наследник королевских кровей, а не от уличной дворняжки, которая даже ему не нравится! Рикки сжимается, словно ожидая нового удара. Неужели, она думает, что сумеет удержать его таким способом? Где доказательства, что девушка говорит правду? Действительно ли он отец несуществующего ребенка?

Остановись. Какие доказательства? Один ее затравленный вид говорит сам за себя. Эмиль подается вперед и обхватывает голову руками, сжимая виски. Когда он свернул не туда? Мужчина ведь так стремился стать образцовым правителем! А теперь что? Поползут слухи. Никто не станет винить Рикки, ведь против воли короля не пойдешь. А что скажут о нем самом? Кто теперь захочет сотрудничать с королевством, прогнившем изнутри?

- Эмиль...

- Уйди, - хрипло произносит мужчина, а затем срывается на крик. – Пошла вон!

Воцаряется тишина. Несколько долгих мгновений ничего не происходит. Эмилю кажется, что она все еще нависает над ним, протягивая свои крючковатые пальцы к его шее. Тянется к сердцу, чтобы вырвать его с корнем. Но потом слышит, как поворачивается дверная ручка. Мужчина облегченно вздыхает и расслабляется. Бокал с вином летит в ближайшую стену и разбивается на множество осколков. Алая жидкость медленно стекает вниз. Точно так же его сердце обливается кровью. Эмиль дышит тяжело и громко. В груди клокочет ярость, к которой примешивается отчаяние. Он наивно полагал, что нападение Аурии положит конец его жизни. Какая глупость! Внебрачный ребенок расправится с ним намного лучше любой женщины!

Эмиль снова смеется, не в силах сдержаться. Какой же крутой поворот уготовила ему судьба. Мужчина берет со стола бутылку и жадным глотками осушает ее до дна. Знакомое и такое желанное тепло разливается по венам. Голова начинает кружиться. Король Ламандии делает глубокий и медленно вдох, откидываясь в кресле.

Действительно ли это конец?