vii. Ольховцева
И вот на следующий день всё случилось очень кинематографично. Прошли уроки. В том числе и в моём любимом классе. О вчерашней переписке с Денисом напомнил только его вопрос, адресованный Витале, но сказанный на уроке слишком громко. Думаю, умышленно громко. «Что, Виталя, будет у нас сегодня секс?» Я не могла не отреагировать:
- Если вы с Виталей занимаетесь друг с другом такими вещами, не надо про это кричать! Нормальные люди свои отклонения скрывают. Хотя бы до поры до времени.
Денис немного смутился, класс немного посмеялся. Вот и всё.
Потом я подождала, пока дети из 7 «Б» закончат мыть кабинет, тем временем проверила несколько тетрадей. Вышли мы из школы вместе с Ольховцевой и ещё двумя девочками. Шли не спеша, разговаривали, смеялись. Подошли к остановке, а поскольку всем нам надо было ехать в разных направлениях, собрались прощаться. И вот я поворачиваюсь к Ольховцевой, чтобы сказать «Пока, Эленька». Случайно в поле моего зрения попадает вывеска на магазине: «ЛИДЕР». И как это раньше я не обращала внимание? Говорю: «Эля, посмотри, сколько сейчас времени». Сама непроизвольно начинаю по сторонам оглядываться. «14.30» - отвечает Ольховцева и погружает телефон обратно в недра своего пуховика. Как выразился бы один мой знакомый писатель: «Мобила обрела свою обитель». Получается, мы немного опоздали, как и положено девушке на первом свидании.
Первым я увидела Дениса, потом Беляева, Жданова, Виталечку... Ой, мать-перемать. Да они же все тут! Все мальчики из 8 «А» класса, причём рассредоточенные по периметру. Увидев нас, они стали сжимать кольцо. Я чувствовала, что вот-вот заржу. Ничего не подозревающие девочки из 7 класса! Изумлённые мальчики из 8 «А»! У меня сейчас будет истерика. В два часа на Лидере – это здесь. Они правда ждали появления Паши Рогова. Причём, всем классом. Ну, Воронцов и дебил, он бы ещё Анфису Натаровну позвал!
*
Разумеется, как и должно было случиться, все подумали, что Паша Рогов – это Ольховцева. Ох, и натерпелась же я смеху! Они – Денис с Виталей – пытались Ольховцеву расколоть в меру своих умственных возможностей. А до Ольховцевой всё доходило, как до жирафа. Может и дольше. Так, например, Марину она заметила на две недели позже меня. Я чувствовала себя с ней, как Шерлок Холмс. Нет, даже не с доктором Ватсоном. С инспектором Скотланд-Ярда, которому даже восклицать: «Элементарно!» никакой мазы нет. Один фиг – не вкурит! Или поймёт неправильно.
Так говорит мне однажды Ольховцева: «Этот Паша Рогов написал на стене у Дениса, что у них был секс, представляете?»
Это она так интерпретирует мою надпись: «Между нами мог бы быть только секс». Там разве написано, что таковой имел место? Разве ты не частица «бы» не достаточно красноречиво выражает условное наклонение? Как можно было понять мои слова столь превратно? Но да фиг с ним, всё равно ни один адекватный человек в этой школе не поверит, что Воронцов с кем-то трахался. Как сказал мой брат: «По Денису видно, что спит он только с плюшевым мишкой, да и тот ему изменяет». Не поспоришь, у моего ненаглядного вид более чем девственный. Чист, как первый снег. Зато я ему с какого-то перепою кажусь очень развратной. Он даже опрометчиво обвиняет меня во всяких непотребствах. Например, в половых сношениях с Максом из 9 «Б» класса. Вообще, с его стороны это верх не только глупости, но и подлости. Потому что Макс, можно сказать, единственный мой кореш в 9 «Б». Вообще, он нормальный чувак, даром что раздолбай и друг Алексеева, а всё равно норм. С ним и на тему кинематографа поговорить можно. И вообще поговорить. Но Макс не дурак по женской части, поэтому слегка пофлиртовать со мной для него типа дело чести. При этом он мне рассказывает, как пикапит информатичку, а я даю ему советы по улучшению техники съёма тёлок. Я рассказываю это к тому, что у Макса со мной вполне себе дружеские отношения. Зато моего Дениса он на дух не переносит. Обзывает его «Рыжим», поздравляет с 8 марта, вообще считает лохом. С позиции Макса Денис таковым и является. Денис вообще таковым, наверное, и является. Это только мне с Ольховцевой пофиг на его статус ниже плинтуса.
Денис от Макса шугался просто страшным образом. И когда я после новогоднего фейла поняла, что Денис ветреный и непостоянный человек. После того, как я решила, что зря возвела его в ранг чего-то уникального в своей жизни, не стала с ним слишком церемониться. Даже переписываясь с ним с Паши Рогова я практически не скрывала, кто я такая есть. Очень хотела, чтобы он догадался. А хотела я этого с единственной целью – прилюдно опустить. Неделю я слышу в моём любимом классе имя собственного фейка. На той же неделе звучит вопрос от Витали:
- Вы знаете какого-нибудь Пашу Рогова?
Я отвечаю отрицательно. Тем временем Воронцов доходит до кондиции и подогретый фразами «Паша Рогов стайл»: «Я сегодня всю ночь не спала, представляла как мы трахаемся во всех возможных позах», наконец решается на прямые вопросы. Причём делает он это при всём честном народе. А я другого и не ожидала. Ведь не хватило же ему ума остаться со мной наедине, посмотреть на меня томным взором и заявить что-то типа: «Я с самого начала знал, что это ты». При этом нужно было всего лишь немного поднажать на меня уверениями, что мы и правда созданы друг для друга. Ему бы потребовалось совсем немного актёрского мастерства и ловкости, чтобы вывести меня на чистую воду. Но он, будучи глупым дураком, как обычно на весь класс заявил: «Паша Рогов – это вы?». Смотрит на меня, я на него. Дуэль взглядами. «Она не отвела глаза. А она должна была отвести или нет? Если это она?» – говорит он сидящему рядом Данилу. Попытка протестировать меня с треском провалилась, только потому, что Воронцов не знал, на какую реакцию следует рассчитывать. Тест показал, что мой избранник – имбицил.
У меня внутри весело гарцуют пони и демоны чокаясь портвейном поздравляют друг друга с успехом. Внешне – я училка олдскульного типа, из тех, которые кричат: «Вы – будущие уголовники» и «Лучше бы ты голову дома забыл».
- Воронцов, встань, – говорю я. Мой голос звучит зловеще. – Значит, ты на полном серьёзе считаешь, что Паша Рогов – это я.
- Нет, ну просто...
- Ты считаешь, что я – твой учитель, кандидат наук, тридцатилетняя женщина, у которой есть муж, - занимаюсь троллингом своих учеников?
- Но, вы же не отвели глаза...
- Воронцов, ты подозреваешь меня в троллинге?
- Ну, да, но...
- И ты напрямую при всём классе осмелился меня об этом спросить?
- Да.
- Так вот, Воронцов, я отвечу тебе. Но отвечу один только единственный раз, и мы больше не будем возвращаться к этой теме никогда. Согласен?
- Да.
- Я – не Паша Рогов. Садись, Воронцов.
Денис садится, не поднимая глаз. Зато Данчик смотри на меня с нескрываемой весёлостью и восторгом. Уж кто-кто, а он признал монолог Майкла Корлеоне из «Крёстного отца». Книги, которую я лично выдала ему для прочтения. Мы с Данилом были в теме.
- А вы смотрели видео про Виталю? – спросил Гринвич, чтобы как-то разрядить атмосферу.
- Да, на стене у Данила, – ответила я. - Там ничего обидного вроде нет. Данил, а почему ты себе видео добавил?
- Ну, ещё бы такое не добавить, – смеётся Данил.
- Не понимаю, что такого ужасного в этом вашем Паше Рогове, – продолжаю я. – И чем он так замучил Воронцова. Но неужели, скажите мне дети, всю неделю Воронцов распускал абсурдные сплетни, но ни один человек из класса не поставил меня в известность? И это мой любимый класс?!
- Нет, Елена Сергеевна, – пытается успокоить меня Гринвич. – Денис сказал это только сегодня.
- Мы бы вам сказали!
- Ничего такого не было!
- Он только сегодня!
Доносится со всех сторон. И вдруг голос Дениса:
- Нет, ну кто же тогда?
По одной этой фразе, по тому, как она была сказана, я понимаю, что мальчик поверил в мою невиновность.