Пролог
— Кончай выделываться! Если не хочешь — у нас есть другие кандидатки, они менее привередливые, — возмущалась женщина и заполняла журнал, не поднимая глаза на меня.
— Да, я согласна, — сказала я. — Почти.
— Почти? Тебе большие деньги предлагают, а ты ещё условия ставишь! — управляющая оторвалась от записи и посмотрела на меня таким взглядом, что по спине прошёлся неприятный холодок. — Ты, Нюта, смотри у меня, такими темпами я тебя ещё из официанток попру.
Не успела устроиться, как уже грозили увольнением.
— Наталья Владимировна! — я подошла ближе к столу. — Не увольняйте меня, пожалуйста. Я просто надеялась на более человеческие условия, нежели эти — вот и спросила.
Наталья Яковлева работала управляющей клуба. Молодая женщина тридцати пяти, тёмные волосы, убранные в высокий пучок.
— Милая моя, тебе за одну смену предлагают сумму, которую получаешь за месяц! И это ты называешь «нечеловеческие» условия?
Я прикусила нижнюю губу и опустила голову. Мне были нужны деньги, поэтому в любом случае придётся согласиться. Но от представляющей перед глазами картины становится совсем тошно: пожирающие взгляды всяких мужланов, направленные на меня. На меня, танцующую стриптиз на сцене.
— Ладно, я согласна, — проглотив ком в горле, выдохнула я. — Но мне страшно.
— Чего ты боишься? Что начнут лезть к тебе? — я молча кивнула. — Ну, это издержки профессии, — Наталья Владимировна заметила мои наполненные страхом глаза. — Тьфу ты, заплачь мне тут ещё. Не переживай так, если что, охранники оттащат. Ты мне вот что скажи: гимнастикой когда-нибудь занималась?
— Только в школе, где-то больше года назад, — на её лице отразилось сомнение, и я впала в секундную панику. — Но занималась на отлично. Лучшей в классе была.
— Ну, мы проверим.
***
Небольшая комнатка медленно заполнялась запахом сигарет, что курили некоторые девушки. Они без стеснения надевали бельё, еле скрывающее их прелести, перед зеркалом наносили пудру на лицо. До ушей доносилась громкая музыка, играющая в соседнем помещении. Там уже танцевали и раздевались девушки под восторженные взгляды посетителей клуба.
— Ты что в первый раз, подруга? Вся запуганная, — обратилась ко мне зеленоглазая брюнетка, что сидела за туалетным столиком.
— Просто волнуюсь, — спокойно ответила я, накидывая на плечи черный халат от холода.
— Так выпей и не будешь волноваться. Проверено, — это уже сказала блондинка и разлила водку по рюмкам.
— Нет, спасибо.
— А зря, — она осушила рюмку и скривилась. — Так будет легче. Поверь.
Я реально боялась, и крупная дрожь полностью захватила тело. Нервы буквально достигли предела. Дрожащими руками я всё-таки взяла рюмку и выпила залпом. Водка обожгла горло и стекла в пустой желудок, медленно воспламенив внутренности. Я затаила дыхание и почувствовала влагу на глазах.
— Может ещё? — мило улыбаясь, поинтересовалась блондинка.
Я помотала головой и отошла в сторону. Горечь исчезла, и боязнь отступила на второй план, постепенно отдавая борозды правления выпитому алкоголю. Краем глаза я уловила, как одна из девушек вдыхала белый порошок через самодельную трубочку. От данной сцены волосы на затылке встали дыбом. Никогда не думала, что попаду прямо в пучину разврата и безнравственности. Хотя глупо было осуждать, когда сама же оступилась.
Все эти девушки работали в клубе, и я не знала про них ничего. Моя работа официантки не позволяла узнать, что скрывалось за большой сценой. Я обслуживала столы и получала чаевые, а точнее прислуживала за деньги. Мне казалось, что унизительнее работы не найдёшь, но жизнь решила проверить меня на прочность и бросить вызов.
Мне нужны деньги.
Девушки, что недавно танцевали на сцене, зашли в раздевалку.
— Чего встала? Дай пройти, — яркая и симпатичная брюнетка пихнула плечом меня.
И через несколько секунд ворвалась Наталья Владимировна и оглядела нас суровым взглядом.
— Там хозяева приехали. Не дай Бог, выкинете что-нибудь не то, — пригрозила она и остановила взгляд на мне. — Выйдешь последней, они как раз уедут. А то твои навыки оставляют желать лучшего.
— Можно выйти повторно? — спросила та, которая толкнула меня.
Она выглядела развязно и дерзко, чёрные прямые волосы струились по спине, голубые глаза были обведены черной подводкой, и пухлые губы блестели от розовой помады.
— Можно. Ты выйдешь вместе с ней, — тыкнула на меня.
Брюнетка лишь фыркнула и, повернувшись, стала поправлять макияж. Как только управляющая скрылась, я присела около тех девушек, что помогли справиться со стрессом с помощью алкоголя.
— Как тебя хоть зовут? — спросила брюнетка с зелёными глазами.
— Аня, — тихо ответила я и нервно крутила пояс халата.
— Аннушкой будешь, — усмехнулась она. — Я - Инга, а это Алёна, — кивнула на миловидную блондинку.
— Хоть немного успокоилась? — спросила Алёна.
— Да, — кивнула я. — Но всё равно побаиваюсь.
— Эх, Анют, это ещё не страшно. Все смотрят, но не трогают. Страшно — это когда какой-то бандюга заказывает тебя.
От последней фразы я вздрогнула. Желудок сжался от волнения.
— Ты зачем пугаешь её? Не видишь, она и так напугана?
— А я то что? Лучше пускай узнает от нас, чем от этой суки, — похоже под «сукой» она имела в виду Наталью Владимировну.
Алена вытащила сигарету из пачки и закурила. Облачко серого дыма мгновенно растворилось в воздухе.
— Вон некоторые вообще рады таким заказам! — она перевела взгляд на дерзкую брюнетку, поправляющую макияж перед зеркалом. — Ангелина спит и видит, чтоб её кто-нибудь увёз.
Пальцы судорожно сжали пояс халата. Я облизнула пересохшие губы.
— Посетители имеют право заказывать танцовщиц? — решила расспросить я.
— Конечно, — Алёна откинулась на спинку стула и выдохнула дым через нос. — Они на всё имеют право.
— Это же отвратительно!
— Эх, святая простота! Хотя и взрослая девочка, — засмеялась она, сбросив пепел на пол.
— Они платят очень много за ночь. Столько даже проститутки на вокзалах не зарабатывают. За такие деньги не грех полежать и на потолок попялиться, — рассказала Инга и потянулась за бутылкой.
— Главное, чтоб на извращенца не попасться. За это хоть и больше заплатят, но приятного мало.
Внутри возникло безумное желание сбежать отсюда и не возвращаться.
— Цыц! Хватит нагнетать на светлую голову. Давайте лучше по несколько грамм. Тебе обязательно, — Инга вручила в руки рюмку, которую я быстро осушила. — Закусывай, — она положила в мой рот конфету. — Ты, Аннушка, не переживай. Ближе к утру таких не будет. Они разбирают наших где-то в середине смены.
«Разбирают». Это дикое слово не давало мне покоя. Разбирать могут только вещи, но не людей. По словам новоиспечённой соратницы, в этих стенах богатые посетители имеют право на всё.
Стрелка часов медленно двигалась к трём часам ночи. За проведённое время в компании девочек алкоголь успел ударить в голову, и я без липкого страха ждала своей очереди.
Я встала со стула и медленно стянула халат с плеч. Холод дотронулся кожи, и она покрылась многочисленными мурашками.
— Красота, — сделала сомнительный комплимент Алёна, вернувшаяся со сцены вместе с Ингой. — Не вздумай горбиться и сжиматься.
После этого замечания я медленно последовала за Ангелиной, что в отличие от меня шла к сцене увереннее. Переливающий яркий свет ослепил глаза, привыкшие к свету обычной лампочки, что висела в раздевалке. Ноги на высоких каблуках немного задрожали, но через несколько секунд ступали крепко и твёрдо. Я собралась с духом и прошла вперёд, выставляя тело в тончавшем кружеве белья напоказ. Руки плавными движениями прошлись по приятному кружеву.
Кровь ударила в виски. Легким движением шеи откинула рыжие волосы назад. Я не хотела смотреть в зал и ловить похотливые взгляды. Я встала спиной к залу и медленно нагнулась, и также медленно вернулась в исходное положение. Мне так становилось тошно от моих действий, поэтому я унесла мысли в другое русло.
Мне нужны деньги.
Я не прекращала двигаться, но не сильно старалась впечатлить гостей. Главной звездой была Ангелина. Она изящно изгибалась, показывая всё, на что способна. Её рука зацепилась за стёжку, и в следующий момент она кинула бюстгальтер в сторону. Теперь точно всеобщее внимание только на неё.
Оголяться я не собиралась, даже за хорошие чаевые.
Ангелина вышла в зал и начала танцевать около столика, за которым сидели четверо мужчин. Один из них сразу оплатил ей танец, засовывая купюры в трусы.
Отвратительное зрелище.
Неожиданно другой мужчина, сидевший за этим столом, жестом руки поманил меня к себе. Я хотела верить, что мне показалось. Однако он сделал это ещё раз. Я резко развернулась и проигнорировала, сделав вид, что не заметила данный жест. Больше всего на свете мне захотелось, чтоб всё происходящее закончилось.
Я плавно повернулась. Ангелина до сих пор завораживала мужчину, что дал деньги ей.
Чего она к нему так прилипла?
Я старалась не глядеть на тот столик. Сколько бы не старалась, я случайно встретилась взглядом с тем манящим меня мужчиной. Он как-то коварно усмехнулся. Страх медленной змейкой пополз по телу.
«Все смотрят, но не трогают».
От этой мысли я выдохнула. Мне нечего бояться.
«Они на всё имеет право».
Я тяжело сглотнула. Даже алкоголь в моей крови стал рассасываться. В душу закрадывалась тревога, навивая недоброе предчувствие. Но отдаваться во власть беспочвенных подозрений я не могла.
Как только Ангелина поднялась на сцену, я скрылась в раздевалке. Инга и Алёна встретили меня пьяными поздравлениями.
— Ооо, Аннушка, это твой первый дебют, — протянула Инга. — За это нужно выпить.
Я запахнулась в халат и присела на стул.
— Нет, спасибо. Воды нет?
— У кого-то уже сушняк. Здесь, кроме алкоголя, нет ничего. Иди попроси у бармена.
— Не, я сегодня больше не выйду в зал.
— Что случилось? — спросила Алёна.
Все остальные танцовщицы вышли из комнаты, и я спокойно выдохнула.
— Какой-то мужчина рукой позвал подойти к себе, — рассказала я и даже показала как.
— И ты подошла? — она приблизилась, откидывая длинные светлые волосы.
— Нет, — резко ответила я и начала собираться домой.
— Дурочка ты, Аннушка, — сказала Алёна и снова закурила. — Он бы деньжат тебе отстегнул. А что за мужик?
— Дальний столик от сцены. Второй справа.
Алёна и Инга, словно протрезвев, многозначительно переглянулись.
— А какой из них? — задала вопрос Инга.
— Там темно, я не могла рассмотреть. Ну, на нём ещё черная рубашка была.
Девочки собрались что-то сказать, но в раздевалку заявилась Ангелина.
— Ты ничего не перепутала?
— Что тебе надо от неё? — вступилась Алёна.
— Убежала раньше времени. И рванула так, аж пятки сверкали.
— Ну, в чём проблема? Дотанцевала за всех, не развалилась, — затушила сигарету о пепельницу. — Курица тупая, — шёпотом произнесла она.
— Что ты сейчас сказала? — возмутилась Ангелина.
— Я сказала: свали отсюда, не копти воздух.
Ангелина набросилась на Алёну, вцепившись в волосы. Мы с Ингой сразу принялись разнимать их. Но разнимать двух женщин, как разнимать двух вцепившихся друг в друга кошек — главное, чтоб клочки не полетели. Алёна крикнула и царапнула соперницу за шею, и та отпустила.
— Интересно, чего девочки не поделили? Или всё-таки кого? — услышали мужской голос.
Я посмотрела на дверь и увидела мужчину, опиравшегося на косяк. Неприятный холодок прошёлся по спине, потому что я узнала в нём того мужчину в чёрной рубашке.
— Виктор Павлович, — ожила Ангелина и теперь улыбалась.
Виктор Павлович?
Хоть я и работала официантом, мне не удосужилось познакомиться с владельцами данного клуба. Они обычно приезжали по вечерам, а моя смена к этому времени уже кончалась. Похвастаться личными знакомствами с ними я не могла, но я знала их имена.
— Как говорил великий классик: давайте жить дружно. А теперь всем прочь отсюда, — сказал он, и я схватила сумку с вещами. — Кроме тебя, рыжая.