Глава 17.
Глава 17.
*...*
Сиенна Беннет медленно приходила в себя, ощущая, как волны покачивают её на плаву, послушном ритме моря. Вспомнив о происшедшем, она резко села, её густые чёрные волосы разметались по плечам, и окружающее пространство заполнило ощущение волнения. Она сбежала с Острова Черепа, и это было единственное, что ей было нужно. И то... Как её судьба и сердце соединилось с Крюком..
Корабль, на котором она очутилась, стоял причаленныц к пляжу, и она понимала, что больше не принадлежит этой жестокой игре. Но в ней нарастала ярость. Пиратская жизнь, поджидавшая её на каждом шагу, начала надоедать. Она решила, что не намерена мириться с этой бесконечной овой и утратой контроля.
Сиенна поднялась и, выпрямившись, отправилась на палубу. Яркий свет ослеплял её, когда она вышла из каюты, и ветер свистел пронизывая её волосы, как будто сама Нитландия пыталась помочь ей. Все эти дни, которые она провела здесь, были наполнены конфликтами и напряжением, но теперь она была настроена изменить всё.
На палубе Киллиан Джонс Крюк стоял как всегда с гнусным выражением лица, вглядываясь в горизонты Нитландии через бинокль. Его волосы развевались на ветру, а его фигура излучала уверенность и силу — именно те качества, которые привлекали её к нему, несмотря на его холодный нрав.
Сиенна подошла ближе и без колебаний подняла голос, приказав.
—Уйдите!
Пираты, занятые своими делами, перегляделись и молча покинули палубу, оставив их двоих наедине. Сиенна, ощутив внезапное облегчение, подошла ближе к Крюку, чтобы выразить всю свою злобу и недовольство.
Крюк, увлеченный своим делом, только выгнул бровь в знак удивления.
—Неожиданное заявление… Впечатлянт для пленницы. — произнёс он, не отводя взгляда от горизонта.
—Молчи!— резко ответила Сиенна, и в её голосе звучала решимость.
Когда она подошла совсем близко, уверенность ей не предавала, но неожиданно её нога запуталась в верёвке, и она споткнулась. В следующий миг, словно в замедленной съемке, Сиенна почувствовала, как теряет равновесие, и, не в силах остановиться, рухнула к борту.
Крюк, не успев осознать, что происходит, неожиданно оказался в её падении. Их тела столкнулись, и через секунду с оглушающим всплеском они вместе упали в ледяную воду.
С тех пор, как Сиенна поняла, что погружается в холодные объятия моря, её внутреннее сопротивление исчезло. Когда она всплыла на поверхность, её волосы прилипли к лицу, а глаза обменялись быстрыми взглядом с Крюком. Солнце всё ещё светило, ослепляя их, и всё вокруг кружилось в искрящихся каплях.
Крюк, выныривая, заполнил воздух смехом, его звучный голос резонировал с волнением.
—Ахахах! И кто из нас неуклюжий-то? — выкрикнул он, его холодный смех раздавался над водой, как будто он только что получил истинное удовольствие от всей ситуации.
Сиенна не могла сдержаться и усмехнулась, обнимая подводные течения.
—Это была случайность! — ответила она, отряхивая воду с себя, однако её голос также не мог скрыть растерянности.
Прибыв на поверхность, Сиенна снова посмотрела на Крюка, и их взгляды встретились. В этот момент между ними возникло непередаваемое чувство — смесь недоумения и неожиданной близости. Она всегда видела в нём противника, но в это мгновение он стал её единомышленником.
Забытая рассеянность заставила её почувствовать что-то новое, что-то, что она не могла объяснить. Крюк весело поплыл к ней, вызывая ощущение легкости в их взаимодействии, которое казалось невозможным в эту минуту.
Сиенна решила, что она больше не хочет быть частью этой игры, но в то же время, она осознала, что в этом хаосе найдёт себе место. Именно в этом смешении эмоций, когда они оба стояли среди волн, поднявшихся к небу, она почувствовала, что эта непредсказуемая ситуация только обещала великое будущее.
Их взгляды снова встретились, и эта искра, которая возникла между ними, дала им понять, что в некоторых непредсказуемых и комичных моментах начинается что-то большее.
—Скажи мне Сиенна.. Каково это быть моей? Связанной со мной сердцем и судьбой?
Сиенна расширила глаза..
—Ты издеваешься?
—Вовсе нет. Просто хочу ответ на мой поставленный вопрос, цыганочка. — Крюк усмехнулся. — Хочешь пойдём искупаемся в озере, Сиенна?
Сиенна недоуменно посмотрела.
—Ты с ума сошёл? А ничего что мы в море сейчас и купаемся? Приятель мне кажется ты получил солнечный удар.
—Именно мы сейчас купаемся.. Но там мы будем одни.
Мигом, через мгновение по щелчку Крюка пальцами, мы оказались около озера...
—Ну, вот и замечательно.
Крюк подхватил её на руки и понес в озеро
—Отупсти меня, пират!
Он держит её за руку и постепенно начинает заходить всё глубже и глубже в водичку, пока не осталась видна верхняя часть их тел.
—Знаешь.. Мне кажется одежда сейчас явно лишняя. Не считаешь?
Сиенна удивленно приподняла брови.
—Ты с катушек слетел, скажи, пожалуйста?!
Крюк полплыл к Сиенне и мигом прижал её к камню..
—Будешь сопротивляться? Либо ты.. Отдаёшь мне полный контроль. Выбирай.
—Крюк ты спятил?
—Один.. Два.. Тик так тик так.
Сиенна начала чувствовать тягость внизу живота... Чёрт...
—Я же вижу.. Ты хочешь, Сиенна.
—Ладно...
Я убрала руки, в качестве того, что больше не сопротивляюсь...
Крюк прильнул к ней. Он достал свой кинжал и ловко разрезалькарсет девушки.. Затем он его кинул в сторону.. Крюк взял в рот кинжал и свободными руками растнгнул рубашку девушки.. Он убрал кинжал.. Его пальцы коснулись нежной кожи... Ведя узоры по ней.
—А ты в свободном полете? Без нижнего белья?
Сиенна сглотнула ком, который настоялся в горле.. Крюк усмехнулся..
—Не стесняйся. Мне нравится..
Он сам растнгнул свою рубашку и скинул её с себя..
Сиенна неожиданно для себя и невольно хотела коснуться его груди.. Он позволил, но потом перехватил руки и достал верёвки... Он свзял запястья девушки..
Затем он достал платок.. И завязал глаза девушке...
—Постараемся не делать резких движений. Цыганочка.
Его рука достигла брюк девушки и быстро в воде избавились от них.. Затем и от тонкой ткани трусов.. Она была полностью обнажённая...
—Какая ты красивая...
Его язык провел влажную дорожку от шеи до подбородка девушки...
—Моя.. И полностью.. Я давно мечтал о такой ситуации и ты сейчас полностью в моей власти.
Он легонько посмеялся и пристально смотрел на её грудь, медленно ведя взглядом по ней... Затем его ладонь сжала одну из них..
Изо рта девушки вырвался слышный вздох..
—Сзади или спереди?
Сиенна тяжело дышала...
—Сзади, сэр...
—Тогда начнём с заднего...
Он отстраняется от Сиенны и улыбается.
—Повернись ко мне попкой, моя милая госпожа.
Я развернулась к нему спиной и упиралась руками к камню...
Крюк прижимается губами к её шее и шепчет..
—А теперь расставь ножки, детка..
Сиенна в воде расставила их.. Наши ноги стояли на дне озера..
Сиенна простонала..
—Не дразни меня стонами..
Он кладёт её руку поверх своей головы.
—Готовься, моя госпожа..
Сиенна вздрогнула...
Он входит сначала на половину и останавливается там..
—Тебе ведь нравится, милая?
—Ммммгггггг!... Крюк.... Ммм...
Он входит ещё глубже в Сиенну.
—Что, моя детка? Мне остановиться? Уже всё?
—Нет... Не останавливайся.. Трахни меня..
—Что ты сказала?.. Ну как скажешь, цыганочка..
Он снова входит в неё и двигается быстрее, хватая Сиенну за волосы и отводя её голову к себе..
—Аххххх!! Мммм! Господи...! Ммм!
—Расслабься... Просто кричи.. Выкрикивай моё имя, пусть вся Нитландия услышит это.
Он начинает двигаться всё быстрее и быстрее и сжимает её грудь.. Его глаза уже затуманились от страсти.
—Крюк.. Остановись.. Я... Сейчас.. Оо.. Чёрт... Медленней...
—Тшш.. Давай.. Громче...
—Аххххх!! Ммм!...
Он ускоряет его, обхватывая её грудь... —Сейчас, сейчас...
Он входил всё так же глубоко и его движения были быстрыми как никогда ранее...
Сиенна содрогнулась и внутри её все разгорячело... Низ живота заполнился...
Крюк через мгновение содрогнулся и его жидкость заполнила Сиенну...
Сиенна без сил причлонилась лицом к камню..
Крюк поцеловал её в спину.
*...*
В лагере Потерянных мальчиков, высоко на ветвях старого дерева, у Вероники был свой домик, утопающий в мягком утреннем свете. Белый дым, поднимающийся от готовящегося завтрака, слегка пропитывал воздух сладким ароматом, но Вероника спала, совершенно погружённая в мир снов. Её волосы, распущенные по подушке, напоминали солнечные лучи, пробивающиеся сквозь густую листву.
Питер Пэн лежал на ветвях дерева, неподалёку от её домика, смотря на неё, как на чудо. Его изумрудные глаза сияли в лучах солнца, которое только начинало пробуждать мир вокруг. Он знал, что не должен был вторгаться в её уединение, но в этот момент его сердце полнилось эмоциями, которые сложно было скрыть.
Питер обдумывал, что произошло за последнее время: конфликты с Крюком, напряжение между ним и Вероникой, и, самое главное, трудные чувства, которые начали прорастать в его восприятии самой жизни. Он не мог игнорировать тот факт, что верность и преданность — это то, чего он больше всего желает, но всегда ли может её дать?
Но за этой Питер Пэн поднимался по лестнице к её двери. Его изумрудные глаза светились, отражая интерес и, в то же время, тревогу. Он почти никогда не позволял себе такие чувства — мягкость, нежность, желание быть ближе, уязвимость, углублявшая его внутренне.
Питер остановился на пороге её домика и тихо всмотрелся в её лицо, полное спокойствия. Утро уже почти заставило деревья окраситься в золотистые и светлые оттенки, но в сердце Питера теснилась буря. Мысли о прошлом, о Саре, о своей борьбе с Крюком, о своих отношениях с Вероникой — всё это переплеталось в его сознании, как и несбывшиеся мечты.
Не в силах оторваться от этого зрелища, он шагнул внутрь, осторожно, словно боялся разбудить её. Она выглядела такой беззащитной и красивой, и в этот момент Питер понял, насколько он хочет быть частью её жизни. Его рука сама по себе потянулась к её волосам, и он нежно скользнул по их длине, чувствуя мягкость на своих пальцах. Он нежно коснулся волос Вероники, вслушиваясь в её спокойное дыхание. Его пальцы скользнули по её щеке, оставляя легкое прикосновение, словно оно было легким укусом нежности.
— "Как же ты прекрасна," — прошептал он, будто надеясь, что её подсознание воспримет его слова. Ему было просто необходимо высказать свои чувства, пусть даже не открыто. Он продолжал наблюдать за ней, и с каждым мгновением понимаю, что необычная нежность охватывает его грудь, медленно тяня его к ней.
Питер вздохнул, и этот вздох звук был полон зависти и беспокойства. Он не знал, что делать дальше; оставаться ли преданным своей роли игривого лидера или позволить себе ощутить привязанность, которая так была актуальна.
Вероника слегка шевельнулась под его прикосновением, и он уловил, как её губы чуть скривились в лёгкой улыбке. Так было обнадеживающе, но в то же время это напомнило ему о том, что они оба за пределами обычной реальности, и их отношения были сложными.
Собравшись с мыслями, Питер лёг рядом с ней, не отрывая взгляда. Он обнял её, его рука уютно обхватила её плечо, словно пытаясь защитить, укрыть от всего, что могло бы причинить ей боль. Это было то, чего он никогда не делал, но в этот момент он осознавал, как желал быть рядом, без масок и преград.
Вероника почувствовала его тепло и напряглась — чувства к нему были настолько сильны, и мысль о том, что её сердце бьётся в унисон с его, наполняла её страхом. Она нервно сглотнула комок в горле, пытаясь подавить возникшие эмоции. Её страх подсказывал ей, что не стоит открывать свои чувства, как бы это ни хотелось. Что произойдёт, если он не ответит?
— "Почему я так боюсь его?" — думала она, объята почти невидимым волнением. Она никогда не была эмоциональной, но что-то в Питере заставляло её поддаваться этим уязвимым порывам, которые она всегда тщательно прятала.
Слёзы сдерживались, и Вероника осознавала, что её сердце остается с ним, но она не могла дать ему это понять. Даже если сердца и судьбы соединены.. Ей было неудобно показывать свои чувства, как будто это была слабость. Она была сильной, самостоятельной, но в присутствии Питера всё менялось.
Питер, ощущая её перепады в настроении, ещё больше укрепился в своих решениях. Он не собирался отступать. Он уткнуося ей в шею.
—Тихо, расслабься и помолчи. — произнёс он, его голос звучал мягко и уверенно. — Я здесь.
Эти слова крутились в её голове, но, несмотря на его обещание, она продолжала оставаться закрытой, оставляя свои чувства в тайне, полагаясь на мысли, что это не взаимно. Однако в глубине души она знала: это было более чем враги...?
— "Просто не показывай, Вероника," — шептала она себе, пытаясь сдерживать эмоции, которые пытались прорваться наружу под покровом этой нежной утренней тишины. Но в тот миг, когда она лежала в его объятиях, она могла лишь надеяться, что этот момент может стать началом чего-то большего..
*....*
Утро в лагере Потерянных мальчиков раскрылось мягким светом, который пробивался сквозь листву. Питер Пэн подошёл к домику Венди, его сердце трепетало в унисон с атмосферой вокруг. Внутри его поджигало намерение поговорить с ней о последних событиях, волнении и перипетиях, охвативших Нитландию. Он, полный надежд, открыл дверь и вошёл внутрь.
— Привет, Венди. — произнёс он, его изумрудные глаза светились. Венди подняла взгляд, и её лицо мгновенно осветилось радостью.
—Питер! Как хорошо тебя видеть! — ответила она, вставая с места, готовая обсудить любые вопросы. Атмосфера между ними была легкой, наполненной ожиданием и готовностью к новым начинаниям.
Несколько мгновений спустя, в комнату неожиданно вошла Вероника. Она остановилась в дверном проёме, и, казалось, вся лёгкость, её свойственная, исчезла. Вероника выглядела напряжённой, её ухоженные волосы сверкали на утреннем солнце, а её взгляд искал ответа на вопрос, который так и не смог произнести.
Венди чуть напряглась, почувствовав, как атмосфера изменилась. Она была уверена, что Вероника не в духе, но не понимала, что именно могло её так заинтересовать или смутить.
Венди замялась, пока Вероника перевела взгляд на неё. В это мгновение Вероника заметила испуг в глазах девочки и не смогла удержаться от ухмылки. Но быстро, как просвет молнии, её черты вернулись к серьёзности.
— Да не бойся, я не за тобой… — её голос был немного с сарказмом, но на самом деле это был способ прятать свои собственные чувства.
Вероника посмотрела на Питера, а затем вернулась к Венди с лёгкой улыбкой, которая сменилась на более уверенное и задумчивое выражение.
— Пока что… — бросила она, как будто оставила маленький след интриги в воздухе, и это было достаточно, чтобы её слова повисли в воздухе.
Что-то в Питере изменилось, когда он поймал её взгляд. Он не хотел, чтобы эта ситуация смущала Венди, но его мысли заполнились недоумением и любопытством. Ему странно вспомнить, что Вероника всегда была его соперницей, но в то же время была также его наивысшим приоритетом.
— Там тебя Феликс повсюду идёт, приятель. — произнесла Вероника, её тон был пронизан лёгкой дразнящей ноткой. В её голосе слышалась игривость, и в том, как она смотрела на него, сверкали маленькие искры.
Питер удивлённо поднял брови, не ожидая такого поворота.
— Какая злая… Ахаха! — его смех раздался, но в глубине его души жаркое желание исследовать это новое поведение Вероники лишь укрепляло его любопытство.
Чем дольше он смотрел на Веронику, тем сильнее росло в нём ощущение, что она, кажется, ревнует. Эта идея вызывала в нём радость и смущение одновременно — как будто ему подарили волшебную палочку, способную открыть новый мир, полный эмоций.
Вероника, заметив его ослепительную уверенность, злобно закатила глаза. Она не желала показывать свои чувства. Противоречия внутри неё метались как дикие звери, и это было темно и неприятно. Она почувствовала, что происходит что-то большее, чем она хотела бы признать.
Вскоре, разочарованная и взрывная, она не могла больше оставаться. Она направилась к двери, но Питер, осмысливая весь происходящий момент, мгновенно решил её догнать. Он не хотел терять её — как будто между ними возникло невидимое влечение, а он был готов открыть это новое.
—Эй! Да что же ты, Вероника! — произнес он, догнав её на мгновение позже.
Её шаги были уверенными, но он вытянул руку, чтобы остановить её.
— Неужели ты ревнуешь?" — его голос прозвучал с легким нотами насмешки, но в то же время он искал возможность понять, что с ней происходит.
Вероника обернулась, встретившись с его взглядом, который был полон вопросов. Её сердце наполнилось внутренним конфликтом, и она застыла в нерешительности. Она была полна гнева, но в этот момент чувствовала себя одновременно и уязвимой, и сильной.
—Ревнуешь? — продолжал он, его интонация была азартной. Он видел, как её брови слегка сдвинулись, и она замялась, словно внутренний шторм захлестнул её. Это было больше, чем просто веселье между друзьями — оно было пропитано чем-то, что зело расстраивало их взаимосвязь.
— Я просто не думаю, что тебе стоит зацикливаться на этом. — ответила она, однако её голос звучал менее уверенно, чем прежде.
—Ты знаешь, что между нами другая игра. Забыла что мы соединены сердцами и судьбой? — произнёс он с улыбкой, его голос звучал уютно. — И как бы ты ни пыталась скрыть это под маской. — он наклонился ближе, его изумрудные глаза сверкают, — Это всё равно выходит наружу.
Вероника сделала шаг назад, пытаясь выглядеть контролируемо, но какой-то огонь внутри её горел, и она поняла, что не справится с этим. Внезапно между ними возникло молчание — тишина, наполненная м
—Что тебе нужно от меня? — спросила она, её голос был окутан тонким слоем раздражения, но в то же время поднимал интерес к их взаимодействию.
Питер приближался к ней, его дыхание становилось всё более прерывистым в предвкушении.
—Я просто хочу понять, что происходит в твоей голове. Я не из тех кто топчет..геднве чувства, ахах. — произнес он, его слова были полны напряжённой искренности. Он понимал, что между ними всё ещё тянет, но его прежние манеры и привычки забылись под давлением.
В этот момент Вероника встретила его взгляд, и внутри её могла бы взорваться буря неоднозначных чувств: от гнева до любви, от недоверия до глубокой заботы. Она удерживала свою стойкость, но, стоя перед ним, осознавала, как сильно этих противоречий больше не спрятать.
И теперь, когда Питер смотрел в её глаза, он знал, что это будет момент, когда они оба сделают шаг в неизвестность...
*...*
Ночь увевала тишину на лагерь Потерянных мальчиков, и только лунный свет, пронзающий листву, создавал таинственные тени среди деревьев. Вероника Аллен спала в своём уютном домике на дереве, когда внезапный звук толчка разбудил её. Она открыла глаза и увидела Питера Пэна, его тёмные волосы делали его фигуру неясной в полумраке, но уверенность в его глазах остановила её в дыхании.
—Вероника, вставай.— произнёс он с игривой улыбкой, вынуждая её сесть. В его голосе слышались нотки веселья, и это звучало как команда, от которой не укрыться.
Она быстро открыла глаза, пытаясь понять, что происходит.
—Что тебе надо? — спросила она, нахмурив брови, и её недовольство постепенно нарастало.
— Собирайся! Все Потерянные мальчики собрались у костра.— ответил он, явно возбужденно. Говоря это, он потянул ей за руку, и, хотя у Вероники было множество вопросов, она не могла устоять перед его притяжением. Он всегда знал, как завлечь её в своё приключение.
Они вышли на свежий воздух. Ночь была ярка от света костра, который мерцал, бросая тени на деревья. Костёр весело потрескивал, а вокруг него собралось множество Потерянных мальчиков, их глаза светились от желания узнать, что же приготовил их лидер.
Питер, подойдя к большому камню, встал на него, как на трибуну, и, подняв руки, призвал остаться всем внимательным.
—Все ко мне! — его голос звучал громко и уверенно, привлекая всех к себе.
Вероника стояла чуть в стороне, всё ещё пытаясь понять, что вообще происходит. Её инстинкты вызывали вопросы, а вокруг уже слышались перекрестные обсуждения. Мальчики переглядывались с нескрываемым восторгом, не догадываясь о надвигающемся испытании.
— Итак. — проговорил Питер, с глаз радуясь, как всегда делая акцент над важностью момента. — Сейчас состоится одна игра-прятки. Вероника прячется в любой из точек Нитландии. Вам даётся три часа, чтобы найти её, Веронику. Она наша цель. Вы должны найти и предоставить ко мне и если вы сделаете это, вас ждёт награда.
Вероника напряглась, когда её имя общее показалось в его словах. Она не понимала, что именно Питер стремится сделать. Настоящее преображение её спокойствия заполнило тревогу. Беспокойство пробежало по её спине; она ощутила, как её сердце заколотилось сильнее.
Питер продолжил.
— Ещё раз повторяю. Как только найдёте её, немедленно должны доставить её ко мне. Веронике даётся полчаса, чтобы хорошенько спрятаться, и время начинает идти с этой минуты! Начинаем игру!
С его слов Вероника начала сердито и одновременно удивлённо.
—Что это значит?!— её голос прозвучал громко, и напряжение, возникшее вокруг.
Питер спрыгнул с камня и подошёл к ней, его улыбка была игривой и очень притягательной. — Это за то, что ты ревнуешь меня, Вероника. Здесь играют по моим правилам.
Её глаза расширились от непонимания, и это было словно предвестие того, что ещё не произошло. — Играя со мной, ты должна понимать, как я воспринимаю свои движения! — продолжал он, нахмурив брови и складывая руки на груди, как бы утверждая своё право.
Её сердечный пульс учащался от его слов, и она почувствовала на себе его настойчивый взгляд, глубоко проникающий в её душу. Питер Пэн, игривый и весёлый, всегда был сложной головоломкой. Его нестандартные методы дразнили ее ум и сердце, проявляя те чувства, которые она пыталась скрыть от себя самой.
Вероника перевела взгляд прочь, уже понимая, что эта игра не просто забава. Она была смелее, чем хотелось бы, но в глубине души понимала: Питер был прав. На самом деле, её чувства начинали пересекаться с его игривыми вызовами, и теперь она оказалась в ловушке её же созданной игры.
Оттолкнув впечатления в сторону, она вдруг приняла решение. — "Если это игра, то я не собираюсь сидеть сложа руки," — произнесла она с тем же дерзким блеском в глазах.
*...*
Ночь окутала Нитландию, и в воздухе витала магическая притягательность, когда Вероника Аллен, закусив губу, встала на стартовую линию своей новой игры. Сердце её забилось сильнее, когда Питер Пэн, выполнив свои привычные взмахи руками и объявив о начале игры в прятки, бросил ей вызов. Эта игра вызывала трепет, но в глубине души она знала, что не готова быть потерянной среди своих же друзей.
Вероника сжала кулаки, наполненные упрямством и рвением. "Я не собираюсь проигрывать этому чудику!" — прокричала она самой себе, её внутренний голос угрожающе звучал в тишине леса. Стоит ли сказать, что её сердце сильно колотилось в груди, но её решимость переполняла страх.
Как только Питер объявил начало игры, она вскочила на ноги и, не задумываясь, рванула вглубь леса. Ноги скользили по траве, и с каждой секундой она всё больше осознавала, что вскоре потерянные мальчики начнут свою погоню. Она выкладывала свои лучшие усилия, ловко и чётко преодолевая всевозможные преграды — низкие деревья, ветви, корни, которые нагло бросались под ноги.
Это была не просто беготня, она стала невероятной танцовщицей против времени. Луна освещала её путь, отражая блеск её спасительного необъятного леса, который её окружал. Она отталкивалась от разбросанных камней, перепрыгивала через пни с лёгкостью, словно это была часть её сущности.
Каждое дыхание давалось трудно, и Вероника чувствовала, как её мышцы натягиваются, словно струны, но мысли о неизбежной погоне лишь придавали ей сил. "Три часа, чтобы меня найти... У меня есть ещё двадцать минут, чтобы спрятаться!" — решила она, и это осознание укрепляло её решимость.
По мере того как она углублялась в лес, пульс её сердца в унисон стучал под ритм её шагов. Вероника знала, что должна использовать эту возможность, чтобы укрыться как можно дальше от глаз своих соперников. Её сильные ноги снова и снова уносили её вперёд, оставляя соперников мечущимися в поиске её следов.
За её спиной раздавался шум, смех и яркие разговоры Потерянных мальчиков, которые отправились в погоню, и хотя она ощущала их близость, это лишь укрепляло её уверенность. Она, как дикая кошка, притаилась, нежданно-негаданно привела всех, и это ощущение свободы было непередаваемым.
"Я найду укрытие," — думала она, зная, что ей нужно было использовать весь свой ум, чтобы остаться незамеченной. Вероника углубилась в заросли, пробираясь между стволами деревьев, каждый раз останавливаясь, прислушиваясь к звукам окружающего леса. Словно она становилась частью этого волшебного места, вбирая в себя его силу и магию.
"Питер, ты не найдёшь меня," — прошептала она сама себе, улыбкаясь, хотя внутри её, напротив, бушевали противоречивые чувства. Инстинктивно ей хотелось, чтобы он не находил её, чтобы сохранить тайну, в которой она жила, но параллельно с этим каждое её дыхание пело о том, как сильно она желала его внимания.
Её мысли о Питере плавно перемешивались с ожиданием, когда она постаралась максимально соблюдать тишину, чтобы не выдать себя. Она чувствовала, как время двигалось, и это было одновременно легко и трудно — играть в прятки с такой тонкой нитью любви и ревности за спиной было большим испытанием.
Однако счастье быстро обернулось сюрпризом. Внезапно она ощутила острое жжение в плечо. Стрела, с глухим свистом, пронзила её, заставив затихнуть. Она сжалась, почувствовав, как ужас и Агония мгновенно заполнили всё вокруг, но, несмотря на боль, не остановилась.
"Укрытие!" — пронеслось в её голове, и она метнулась дальше, игнорируя пронизывающий болевой сигнал, пылающий в её плече.
Вероника понимала, что сейчас не было времени размышлений о боли. Она знала, что с каждым шагом Потерянные мальчики были все ближе, и если не найдёт укрытие, она может стать их жертвой, в то время как Питер с удовольствием понаблюдает за этой игрой.
Сжав зубы, она вперилась в густые заросли деревьев, и среди теней леса, луч света оказался у единственного места, которое она знала — в пещере. Это было её спасение, укрытие, которое когда-то служило для неё тайным местом.
Как только Вероника очутилась в пещере, она резко облокотилась на каменную стену, её грудь учащённо вздымалась от беготни. Глубокий выдох наполнил её лёгкие, и, словно подводная река, скинула бурю эмоций, проникая внутрь.
Здесь, темно и укромно, она, наконец, почувствовала облегчение, но боль в плече сохранялась, словно злая шутка, попытка привидения, не позволяя полностью расслабиться. С каждым мгновением её ушедшая смелость формировалась в новый страх: она не могла игнорировать стрелу, вонзённую в её плоть.
Из глубины пещеры доносились голоса детей, их разговоры четко доносились до её ушей.
— "Куда она убежала, я её видел лично!" — раздался один голос, полон паники.
— "Наверняка побежала к озеру!" — ответил другой, уверенный в своих догадках.
Смех и жаркий разговор достигали её, вызывая в уме образы, как они метались по лесу, пара-на-уку с Питером, имитируя охоту. Вероника усмехнулась, не в силах подавить улыбку: "Может, на самом деле я сбегу и не оставлю улик," — прошептала она себе, хотя понимала, что это было невозможно.
— "Питер нам головы оторвет, если мы её не найдём за три часа, быстрее, живо туда!" — послышался ещё один голос, резкий и настойчивый. Это был голос одного из Потерянных, и с каждой его фразой Вероника становилась всё более уверенной в своей безопасности.
Скрывшись в пещере, она медленно сняла руку с плеча, чтобы осмотреть раненое место. Боль накатила, но мысли о Питере, их взаимодействии в этой игре, заставляли её продолжать. Она сглотнула, осознавая, что это погружение в мир заточения и скрытности важно не только для неё, но и для них всех.
Вероника закрыла глаза, сосредоточившись, чтобы не позволить боли взять верх. Она знала, что должно пройти немного времени, прежде чем мальчики покинут пределы Нитландии в поисках её. Она должна была использовать это время, чтобы успокоиться и сосредоточиться на своем следующем шаге — где спрятаться дальше, чтобы игра повернулась в её пользу.
"Эта игра ещё не окончена," — заключила она, ободряя себя, сжимая зубы и пряча свою бешеную смелость под завесой секретов. Каждый её шаг на этом лесном пути близил её к интересу, опасности и в то же время одной загадке, которая могла перерасти в что-то большее.
......
Вероника Аллен, скрывшаяся в пещере, почувствовала, как её сердце колотится в унисон с гулом голосов Потерянных мальчиков, которые искали её. Она знала, что время не на её стороне, и, хотя её плечо всё ещё пылало от боли, она была полна решимости не сдаваться.
Внезапно, издалека раздался крик одного из мальчиков:
—Вот она где! Ловите!
Сердце Вероники сжалось от страха. Она быстро выскочила из своего укрытия, её ноги снова начали двигаться, как будто они были частью её самой. Она бежала без оглядки, её мысли были сосредоточены только на одном: уйти от них, как можно дальше.
Но вскоре её путь прервался. Перед ней возник обрыв, и она остановилась, глядя вниз на бурлящую реку, которая с шумом падала в море. Вода искрилась под лунным светом, и в этот момент Вероника поняла, что у неё нет выбора.
Она обернулась назад, и её сердце замерло, когда она увидела, как Потерянные мальчики приближаются, их лица полны решимости поймать её. В этот момент она поняла, что не может позволить им одержать победу.
— А к чёрту! — воскликнула она, и, не раздумывая, сделала шаг назад. Вероника прыгнула, её тело стремительно устремилось вниз, и она почувствовала, как ветер свистит в ушах.
Время замедлилось, и в этот момент она ощутила свободу, как никогда прежде. Она знала, что приземлится в воду, и это было единственным, что её успокаивало. Вода встретила её с силой, обнимая и унося в свои глубины.
Когда Вероника вынырнула, её волосы прилипли к лицу, а сердце всё ещё колотилось от адреналина. Она быстро огляделась, и, увидев, что Потерянные мальчики стоят на краю обрыва, глядя вниз с недоумением, она поняла, что у неё есть шанс..
Собравшись с силами, она поплыла к берегу, её тело работало на пределе возможностей. Вода была холодной, но это лишь подстегивало её стремление к свободе. Она знала, что должна выбраться на берег, прежде чем они решат прыгнуть за ней.
Когда Вероника выбралась на пляж, она почувствовала, как песок прилипает к её коже, и, не теряя ни секунды, вскочила на ноги. Она обернулась, чтобы увидеть, как Потерянные мальчики всё ещё стоят на краю обрыва, обсуждая, что делать дальше.
— Давайте, прыгайте, если осмелитесь! — крикнула она, её голос звучал уверенно, несмотря на то, что внутри неё бушевали эмоции. Она знала, что это её момент, и она не собиралась упускать его.
Вероника быстро огляделась, и её взгляд упал на лес, который простирался за пляжем. Она знала, что если сможет добраться до деревьев, у неё будет шанс скрыться от них.
Собравшись с силами, она бросилась в сторону леса, её ноги несли её вперёд, как будто они были частью самой Нитландии. Она чувствовала, как её сердце бьётся в унисон с ритмом леса, и это придавало ей сил.
Потерянные мальчики, наконец, пришли в себя и начали спускаться с обрыва, но Вероника уже была далеко. Она знала, что игра ещё не окончена, и, несмотря на все преграды, она была готова сразиться за свою свободу и за свои чувства к Питеру.
В этот момент, когда она бежала сквозь лес, Вероника поняла, что эта игра в прятки стала для неё чем-то большим, чем просто испытанием. Это была возможность показать, что она не просто девушка, которая прячется — она была охотницей, готовой сразиться за свою судьбу...