Глава 3.
Глава 3.
Тень замка Румпеля поднималась на фоне вечернего неба, его высокая башня, обвитая зелеными лианами, казалась настоящим произведением искусства в этом утреннем свете. Воздух был наполнен магией, таинственным шепотом старины, когда Вероника Аллен и Сиенна Беннет подошли к массивной двери.
Элизабет , дочь Сиенны, мирно спала в объятиях своей матери, с её черными волосами, утопающими в мягком покрове. Вероника шла рядом, её сердце колотилось, волнуясь за будущее их компании, но также и за тот мир, в который они заходили.
Сиенна улыбнулась Веронике, как бы подтверждая её положительные надежды.
Постучав в дверь, Вероника почувствовала, как внутри замка играли волшебные силы. Дверь поддалась с лёгким скрипом, и на пороге появился Румпельстильцхен, его темные глаза сверкали с игривой хитростью.
— О, какие гости, дорогие дамы!— произнёс он, облачённый в длинный, изысканный плащ с загадочным узором. Его голос звучал мелодично, но под ним прятались тайные глубины.
Я сделала шаг вперед, и Сиенна держала Элизабет на руках, она выглядела даже более хрупкой в объятиях своей матери.
— Румпель, нам нужна твоя помощь, — сказала я, голос звенел в ощущении настоятельности. — Это Элизабет, дочь Сиенны. Она в опасности, и мы хотим, чтобы ты позаботился о ней. Спрятал от тени одной из сказок.. В Сторибурке небезопасно.
Румпель изучающе посмотрел на Элизабет, его мгновение сосредоточенности наполняло пространство. Он не сомневался в словах двух женщин, но он чувствовал, что они скрывают важные детали.
—"Конечно, оставьте её здесь,— ответил он, наклонив голову. — Бель и я позаботимся о ней.
Сиенна медленно опустила свою дочь в руки Румпеля, чувство спокойствия начало окутывать её, зная, что дочка будет в надёжных руках. В этот момент Вероника обрела время с полной уверенностью.
Однако, когда Румпель взглянул обратно на Веронику, его пронзительный взгляд мгновенно изменился. Он шагнул ближе, как будто уловил в ней нечто большее.
— Так это.. ты та самая... которая покинула Нитландию?— произнёс он, его голос прозвучал с лёгкой искажённой насмешкой. — Из-за чего Питер Пэн впредь не разрешает покидать её никому?
Звук его слов застал Веронику врасплох, и она на мгновение остолбенела. Внутри себя она почувствовала, как всплывают воспоминания о старых временах — о свободе, радости и неожиданных последствиях. Как она могла забыть о том, за что она боролась и что потеряла?
— "Я..." — начала я, но слова застряли в горле. Во взгляде было смятение, резкая боль из-за всего того, что я оставила позади, и то, как решение затронуло других.
Румпель посмотрел на неё с интересом, словно понимал, что она испытывает.
— Любовь имеет свои последствия..?
Я глубоко вдохнула, сердце пугало, я помотала головой и развернулась. Но Румпель продолжил...
—Ты освободилась, покинув Нитландию, но эта свобода поставила других в опасность. Или ты забыла тех, кто всё ещё зависим от тебя?
Я остановилась... Затем развернулась к нему обратно.
—Что?...
Сиенна, почувствовав гнетущую атмосферу, вошла между ними, её голос был спокойным.
— Кхм.. Мы здесь, чтобы спасти Элизабет . Мы не можем говорить о прошлом, пока её будущее остается под угрозой.
— Она здесь в безопасности, — произнёс Румпель, покачивая головой. — Я позабочусь о ней, но я не могу избежать тени, которую вы оставили за собой.
Вероника, уставившись на Румпеля, почувствовала, что он прав. Она знала, что о её поступках вспоминают не только её друзья, но и враги, и последствия её выбора могут грозить снова появиться.
—Я знаю, что делаю, Румпель. — призналась она, её голос стал значительно мягче. — Но мы не можем дать одному из злодеев возможность завладеть Элизабет. Я буду бороться с этим, как бы сложно это ни было.
Румпель с протянутой рукой предложил.
—Это наша игра, Вероника. Но будьте осторожны — возвращение сюда может нести новые опасности. Вы оба знаете, что не все наши решения были правильными.
Сиенна, вздохнув с облегчением, обняла Элизабет, смотря в её спящее лицо.
*....*
В безмолвии ночи, когда свет луны мягко касался кончиков деревьев, в доме Сиенны Беннет царила тишина. Лишь редкие звуки проносящегося ветра иногда нарушали спокойствие. За дверями маленькой спальни её сына Джона, которому было всего десять лет, мечтали о своих приключениях детские сны. Он мирно спал, укрытый отголосками мира, полного магии и неизведанных чудес.
Но в эту тёмную ночь что-то изменилось.
Темнота за окном сгущалась, и в воздухе повисло предчувствие чего-то неизбежного. Внезапно, из ниоткуда, появилась тень — тень, что вдруг материализовалась в комнате, расползаясь по стенам и углам, как дуновение холода, пробирающееся по коже. Никто не мог её увидеть, но она была там, и её намерения были далеки от благих.
Это была тень Питера Пэна.
Легко и невидимо она проникла в дом, проскользнув сквозь оконные переплёты, как утренний туман, увы, несемя ничего хорошего. Эта тень была ловкостью самой тьмы, созданной в результате внутреннего конфликта, желания и потерь. Теперь она искала возможность вырваться на свободу и спровоцировать новый хаос.
Когда тень приблизилась к постели Джона, она замерла, на мгновение теряясь в своих собственных мыслях. Этот мальчик, наследник духа приключений, обладал теми качествами, которые когда-то словно обожгли Питера: бесстрашие, открытость новому и жажда исследований. Но теперь в тени были лишь коварные намерения, отражая потери, которые Питер пронёс через века.
Джон спал, не подозревая об опасности, однако что-то в комнате изменилось. Чувства подсказывали ему, что он не один. Закрыв глаза, он вздохнул и повернулся, зная, что взрослая жизнь ждёт его впереди. Но тень, смягченная мраком, использовала момент и начала разрастаться вокруг него.
Она обнесла его своим холодным прикосновением, словно шёпот на ветру, и мальчик вдруг проснулся. Глаза его округлились от непонимания, когда он увидел, как в углу комнаты сложилась фигура, набивающая его ответом на детские мечты.
— Кто здесь?— спросил он глухо, сквозь дрожь, пробравшуюся по его спине.
В ответ на его слова тень Питера подняла руку, и Джон почувствовал, как окутывает его нечто зловещее, словно порыв сильного ветра, который оставляет за собой лишь пустоту.
— Я пришел, чтобы забрать тебя, — произнесла тень, её голос был подобен треску сучьев под ногами. Внутри её прячется отголосок прошлого, перемешанного со страхом и обещаниями.
Джон стиснул зубы, его сердце забилось быстрее.
— Забрать? Куда? — его голос дрожал, но был полон решимости. — Я не пойду никуда!
Тень двигалась, словно рассекающая воздух в поисках прозрачности. Она вихрями обвивалась вокруг мальчика, пытаясь воздействовать на его мысли, уводя от реальности. Джон, чувствуя, что что-то не так, попытался покинуть кровать, но его тело устояло, словно окованное невидимыми цепями.
Несмотря на гнусный внешний вид тени, она обладала талантом к манипуляции. Она смягчала звуки, создавая вокруг Джона нечто захватывающее — мир, полный приключений, позабытых тоской, где нет границ, где он может стать тем, кем ему всегда хотелось быть. Так тень пыталась подчинить его волю.
— Пришло время уйти,— прошептала она, поднимая мальчика в воздух, окутывая его своим ледяным прикосновением. Джон медленно открывал глаза, когда увидел, что парит над своей кроватью, а его комната начинала растворяться в темноте.
—Мама!— закричал он, смятение заполнило его сердце. В этот самый момент Джон ощутил страх, так как тень начинала уходить с ним прочь. Крики его не имели силы, как будто растворялись в воздухе.
Тень не обращала на него внимания, она была сосредоточена на своей миссии: забрать Джона и увести его к Питеру Пэну, чтобы стать его новым аккомпанирующим приключениям.
Унося Джона сквозь тьму, она вскоре пересекла пределы Нитландии. Вокруг них разливались холода, наводняя мрачный лес. Тень продолжала везти его дальше, и вскоре они очутились у великанского дерева, под которым сидел Питер, энергично вытягивая его плечи, и на его губах заигрывала ухмылка.
— Ты пришёл, чтобы написать свою собственную историю! — произнёс он, не замечая страха в глазах мальчика.
В этот момент Джон, знавший, что не так давно был в своей комнате, не ощущал себя защитником. Он только и мог, что попытаться вырваться из захвата, но ноги словно не слушались его. Он был полностью охвачен тенью, и волнение зашкаливало.
— Я не хочу быть здесь! — закричал он, но его голос уходил в вечность, как капля в океане.
Питер повернул голову, его изумрудные глаза сверкали с игривым огнём. Он невольно воспринял этот момент как начало нового приключения, полным сказок и игр, но радость не должна была затмить его понимание последствий.
— Ты здесь не для того, чтобы страдать, Джон. Ты здесь для того, чтобы обрести силу, — спокойно произнёс он, слегка наклонив голову. Но Джон не слушал, его сердце колотилось от страха.
Внутри него боролись страх и желание, и он уже не знал, что считать реальностью. Тень продолжала давить на его разум, внушая ему опасные идеи о том, что приключения и свобода — это единственное, что имеет значение, а потом розовые крылья волшебства начинали захватывать его мысли.
И вот, в этот момент, когда странное сочетание страхов и искушений охватывало Джона, его сердце билось в унисон с тем, как разрывали цепи заклинания, унося его душу всё дальше от его матери и родного дома.
*....*
Сумерки начинали окутывать город, и лёгкий ветер гулял по улочкам, поднимая крылья пыли. Вероника Аллен и Сиенна Беннет, пришедшие с последних встреч, спешили назад, когда вдали заметили знакомую фигуру. Вместе они обменялись взглядами, но Вайолет, подруга Вероники, ощущала, что что-то не так.
—Давай, нам нужно быстрее! — произнесла я, её голос звучал с тревогой, заставляя глаза Сиенны расширяться. Они уже несколько часов были вне дома, и к тому времени как они оказались рядом с дверью, сердце каждой из девушек закололо, терзаемое предчувствием беды.
Сиенна приоткрыла дверь — свет изнутри должен был встретить их, но вместо этого тишина царила внутри. Они шагнули в дом и остановились в коридоре, ощущая непривычную гнетущую атмосферу.
—Джон! — крикнула Сиенна, звук её голоса разносился по комнатам, отражаясь от стен, но в ответ слышно было лишь молчание.
Я бросила взгляд на Сиенну, сердце забилось быстро от волнения.
—Где он? — произнесла она с нарастающей тревогой, её глаза уже искали, готовые поймать любой намёк на своего маленького друга.
Сиенна, её обычно спокойное лицо искажалось страхом, стала осматривать каждую комнату. Она заглянула в гостиные, кухню и даже в свой кабинет, но Джона нигде не находилось.
— Это не похоже на него!— произнесла она, её голос трясся от паники.
Ощущение беспомощности охватило обеих, и Вероника почувствовала, как сердце сжалось. Она подбежала к лестнице и взглянула вверх, на ведущие в его комнату ступени. Её сердце замерло в ожидании чего-то ужасного.
— Джон!— закричала она еще раз, её голос отражался от стен коридора, накрывая их тенью ужасной неопределенности.
Наконец Сиенна, повернувшись к ней, произнесла.
—Пожалуйста, скажи, что ты чувствуешь это тоже. Он должен быть здесь!
Я наблюдала, как Сиенна растерянно перебирает мысли, когда ощущение тревоги накатывает на них.
С огромной решимостью я начала подниматься по лестнице, хотелось верить, что всё в порядке. Полы скрипели под ногами, словно сами стены шептали о том, что что-то не так. Она взглянула на дверь Джона, сердце сжалось от страха.
—Джон? — повторила она опять, покрывающим страх.
Открыв дверь, они обе застыло на месте. Комната была пустой. Кровать, аккуратно убранная, выглядела как обычно, но ощущение отсутствия чудесной энергии вокруг неё, той несравненно живой детской радости, заполняло пространство тревогой.
— Это невозможно,— прошептала Сиенна, а её внутренний страх начал перерастать в ужас. Лицо её потемнело, когда зрачки расширились, так как Джон был тем, кто каждый вечер наполнял дом своей невинной улыбкой и беспечностью.
—Он же не мог просто исчезнуть? — сказала Вероника, все ещё надеясь, что это всего лишь игра. — Мы должны искать его. Но где мать твою?
У них было ощущение, что их поиски сильно затянулись, но времени не оставалось. Вероника нахмурилась, как вдруг её мысли зашевелились, и она сказала.
— Это может быть Крюк — произнесла я, голос предвещал ужас. — Он всегда был лукавым. Он мог притянуть его... как мёд притягивает пчёл.
Я ощутила, как страсть и злость переполняют. — Мы не покажем нашему врагу, как он может разорвать нас! Мы должны найти. И мы сделаем это вместе.
С этими словами Вероника приняла решение искать, не теряя ни минуты, и почувствовала, как адреналин стал движущей силой в её теле. Они обе знали, что должны быть сильными, иначе маленький мальчик, который доверял им больше всего, мог потеряться навсегда в тени разрушающих сил, укрывающихся за завесой ночи.
*...*
Темнота усмехалась под светом луны, когда Питер Пэн нежно держал Джона за руку, перетаскивая его сквозь волшебный лес Нитландии. Мальчик, только что ощущавший холод тени, теперь оказывался в другом мире, полном таинственности. Они были окружены высокими деревьями с искрящейся корой, словно звёзды сошли с небес и начали расти из-под земли.
— Куда мы идём?— спросил Джон, его голос звучал с ноткой волнения. Он ломал голову, пытаясь понять, что же происходит. Он не мог просто уйти из своей комнаты, и ему не хватало той защиты, которую он чувствовал рядом с матерью.
Питер, играя с тенью, услышал вопрос и повернул голову. Его изумрудные глаза сверкали, а в них прятались сотни приключений.
—В мой лагерь, где живут Потерянные мальчики! Место, полное веселья и бесконечных игр, но только для тех, кто готов оставить быт и заботы за спиной.
Джон вздрогнул, когда его взгляд захватило видение лагеря. Перед ними раскинулся огненный свет, отражающийся от древних костров, вокруг которых играли и смеялись Потерянные мальчики. Это было нечто волшебное, жизненное, и одновременно опасное, словно каждый миг мог отразить его мечты о свободе.
—Мальчики?— переспросил Джон с недоверием. — Здесь другие ребята?
—Да! — произнес Питер с задором, его голос напоминал уточняющий призыв, который очаровывал. — Это те, кто, как и ты, решили покинуть мир, в котором всё так скучно и предсказуемо. Они ждали новых друзей!
Волнение переполнило Джона, когда они приблизились. Огни костров ярко мерцали, и звуки смеха, как мелодия, доносились до его ушей. Это место было живым и манящим, как будто каждый куст и каждая капля росы хранили свои тайны.
Когда они пересекли порог лагеря, Питер указал на группу мальчиков, которые играли в захватывающую игру на расстоянии, выполняя акробатические трюки вокруг главного костра. Их лица сияли от жгучей радости, и в их глазах можно было увидеть чистую харизму детства.
— Смотрите, это Феликс! — воскликнул Питер, показывая на высокого мальчика с яркой гривой волос. Феликс был непосредственным другом Питера, всегда готовым к приключениям и шуткам. Он был старшим среди Потерянных мальчиков и занимал особое место в их небольшом обществе.
Феликс, заметив Питера и Джона, бросился навстречу им, его смех раздавался по лагерю.
—Питер! Ты вернулся! И кто это с тобой? — произнес Феликс, его глаза сверкнули от любопытства.
— Это Джон,— представил Питер. — "
Он теперь один из нас! Пришел, чтобы отказаться от обыденности!
— Джон! — закричал Феликс, протянув руку. — Добро пожаловать в нашу семью! Здесь ты больше не одинок.
Джон почувствовал, как страх начинает медленно отступать, уступая место новой уверенности. Он понимал, что попал в нечто необычное, и несмотря на неопределенность, это место было полным обещаний и приключений.
— Скоро ты научишься летать! — пообещал Феликс, ведя Джона к огню. — Здесь всё возможно, друг. Нам всем нравится веселиться, и у нас нет никаких правил, кроме одного — никогда не забывай о своих мечтах!
Огни костров плясали и светились, озаряя лагерь сиянием, и Джон, наконец, ощутил себя свободным от той тени, которая так долго держала его в безвольном плену. Метания прошлого начали растворяться в воздухе...