Black Swan

Спустя две недели

Я знала, что лекция уже скоро закончится, но, помимо того, что внимательно вслушивалась в каждую фразу преподавателя, так же постоянно посматривала на часы, отмечая каждую минуту до перемены. Как только прозвенел звонок и студенты начали неторопливо собираться, я тоже положила книги в сумку, после чего быстрым шагом пошла к выходу из аудитории.

Уже подходя к двери и, стараясь миновать других студентов, чтобы выскользнуть в коридор, столкнулась с Дезири. Мы уже давно не разговаривали и дружба скорее обратилась во вражду. Вернее, это больше ощущалось со стороны девушки, так как даже сейчас она посмотрела на меня с раздражением, после чего крайне показательно отвернулась. Мне же Дезири уже давно была безразлична, поэтому, больше не обращая внимания на бывшую подругу, я вышла из аудитории и пошла дальше.

Сегодня был последний день перед каникулами и это чувствовалось даже по настроению студентов. В воздухе витала легкость и предвкушение предстоящих праздников. Я сама не сразу заметила то, что на губах была улыбка. Наверное, просто не обращала на это внимания хоть и ощущала себя так, будто вот-вот взлечу на небеса. Казалось, что я и так там находилась. При чем, это чувство возникло не только сегодня. Оно было со мной все прошедшие дни.

В последнее время очень многое изменилось. Наверное, самое главное то, что теперь у меня на пальце красовалось обручальное кольцо. Иногда мне казалось, что Доминик ненавидел мою фамилию и желал, чтобы я поскорее стала Моно, но все же было принято решение, что свадьба состоится десятого февраля.

Не сбавляя шага, я поднесла ладонь к лицу и посмотрела на кольцо. Я вообще очень часто любовалась им, но, наверное, сейчас было бы правильнее, если бы я смотрела на дорогу, ведь так я не заметила, что какой-то парень очень быстро пробежал по коридору, а из-за того, что я, в отличие от остальных студентов не успела отойти, он задел меня плечом. Столкновение получилось очень сильным и, клянусь, я бы точно полетела в сторону стены, если бы меня не подхватил парень, идущий позади меня. Именно он обвил мою талию рукой и, чтобы я не упала, прижал к себе, так, что я спиной столкнулась с его торсом.

- Прости, - виновато крикнул толкнувший меня студент, после чего побежал дальше, а я быстро перевела дыхание и, попыталась отстраниться от парня, но, как только я это сделала, шею тут же что-то сильно сдавило.

- Подожди. Твоя цепочка зацепилась за меня.

Испугавшись, что цепочка может порваться, я тут же опять прижалась спиной к торсу этого парня и, заведя руки назад, случайно коснулась своими пальцами его массивных ладоней, которыми он пытался отцепить мою цепочку от пуговицы на его рубашке.

- Осторожно. Пожалуйста, не порви ее, - встревоженно попросила и очень осторожно обернулась к парню лицом. Поскольку я была «прикована» к нему цепочкой, это выглядело странно и, наверное, лучше бы я продолжала стоять к нему спиной, так как теперь, когда мы были лицом к лицу, близость между нами была слишком интимной и для меня неловкой, но я была обязана следить за процессом освобождения своей цепочки. – Осторожней. Она же хрупкая... - прошептала, увидев его огромные и грубые руки, которыми он, казалось, вот-вот порвет такую дорогую для меня вещь. – Подожди. Дай я сама, - сказала и, оттолкнув его ладони, очень осторожно прикоснулась к цепочке.

- Так сильно дорожишь ею? Это же дешевка.

Услышав эти слова, я поджала губы и подняла голову. Стоило мне посмотреть на этого парня, как тут же возникло ощущение, что я его уже где-то видела. Сразу подумала, что в этом нет ничего необычного, ведь внешность у незнакомца вполне цепляющая и, возможно, я ранее в университете несколько раз случайно по нему скользнула взглядом и поэтому немного запомнила, но спустя несколько секунд я вспомнила, что видела его рядом с Обеном. Были они друзьями или нет, я понятия не имела. Да и это не мое дело. Но все же я задумалась о Турнье.

Я больше не общалась с Обеном. Во всяком случае, между нами уже не было той дружбы, которая возникла во время отсутствия Доминика, а все потому, что Моно не нравилось то, что я общалась с Турнье и, казалось, он был готов порвать Обена, если тот подойдет ко мне хоть немного ближе. Я же в свою очередь старалась не провоцировать и прервала общение с парнем, ведь понимала, что мне тоже было бы неприятно, если бы Доминик общался с девушкой, которая его поцеловала бы.

- Вообще-то порой ценность вещи не зависит от того сколько она стоит, - буркнула, упрямо посмотрев в глаза парня. Они были настолько черными, что даже с такого расстояния я не видела разницы между зрачком и радужкой. Примерно такие же глаза у Доминика.

Я опустила взгляд и начала очень бережно распутывать цепочку.

- И чем же эта безделушка ценна?

Не знаю почему, но в близости с этим парнем у меня по спине бежал холодок и хотелось поскорее отстраниться. Возможно, даже убежать. Из-за этого возникало желание поторопиться, но я не могла себе этого позволить. Целостность цепочки превыше всего.

- Это подарок от очень дорогого для меня человека, - буркнула.

- Неужели?

Я опять подняла взгляд и увидела, что парень лениво приподнял бровь. По спине опять скользнул холодок и я поймала себя на мысли, что вообще не понимала этого парня. А еще, я не имела понятия, почему вообще разговаривала с ним.

- Еще скажи, что любишь этого человека.

- Ты задаешь очень личные вопросы, но, вообще, да, люблю, - опять буркнула, наконец-то распутывая цепочку.

Я и правда любила Реми. Конечно, не так, как Доминика, но ведь любовь бывает разная. Например, к родителям или друзьям. Когда я общалась с Реми, была еще ребенком, но все равно до сих пор сохранила к нему чувства, как к очень дорогому человеку. Того, кого очень ценила. Он по сей день иногда мне снился и всегда каждая «встреча» с Реми была пропитана болью, но, определенно, я его любила.

Поправив цепочку, я пошла прочь, но потом остановилась и вернулась к незнакомцу. Оказалось, что он все так же стоял на месте и смотрел на меня.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Спасибо за то, что не дал мне упасть, - воспитание не позволяло уйти не поблагодарив, поэтому я вернулась, чтобы произнести эту фразу, после чего развернулась и пошла дальше.

Торопливо спускаясь по лестнице, я оглядывалась по сторонам и, видя знакомые лица, продолжала думать о том, как все изменилось за последнее время.

Я все еще не знала, что Доминик сделал с Бенуа. На мои вопросы Моно не отвечал, но, судя по тому, что Бенуа все еще считался без вести пропавшим, с ним явно не произошло ничего хорошего. Иногда у меня по коже бежали мурашки при мысли, что Моно способен на по-настоящему жуткие вещи и мне было страшно думать о том, что его руки в крови, поэтому я, даже толком не зная, что Моно сделал с Бенуа, не поощряла этого поступка, но так же мне было страшно от того, что в правоохранительных органах имелась такая сильная гниль. Сейчас я имела ввиду то, что мой отец и папа Бенуа скрыли смерть подростка, а потом, пользуясь своими статусами, уничтожили целую семью. Неизвестно сколько еще злодеяний было за их спинами и уже сейчас я понимала, что мой отец и папа Бенуа не только почти уничтожили семью Моно, но и обогатились за счет их имущества. От этого было мерзко.

В университете все, кто знал Бенуа, волновались из-за его исчезновения. Я больше не общалась с его друзьями, но у нас сложились нейтральные взаимоотношения. Конечно, ребята могли злиться из-за того, что я теперь встречалась с Домиником, то есть, с тем, кто изувечил Бенуа, чуть не утопив его в фонтане, но, тем не менее, с сильным осуждением ко мне никто не отнесся, а все потому, что раскрылась правда о том, что Бенуа изменял мне. Все это сложно, но никто не стал со мной ругаться и доказывать, что я предательница. Разве что, общение действительно свелось к нулю.

Не сказала бы, что это сильно по мне ударило. Теперь я больше общалась с друзьями Доминика и многие из них были очень интересными людьми. Вообще, после того, как я вышла из прежнего круга общения, я видела насколько большая Сорбонна и как много в ней студентов. Большинство из них были сбиты на группки по статусу, интересам или курсам. Кое-какие враждовали, а некоторые, наоборот, дружили. Да, я только сейчас начала понимать Сорбонну, как и ее внутренние, негласные правила. Но, в первую очередь, пыталась разобраться с теми, с кем общался Доминик.

Очень многие из его окружения мне больше напоминали шестерок и только к некоторым Моно относился, более-менее, как к равным, но лучших друга у Моно, действительно было только два. С одним из них я уже познакомилась. Он не учился в Сорбонне, но являлся студентом главного филиала Пантеон-Ассас и так же учился в ВНШ. Ну и с Домиником они были одногодками.

Спустившись по лестнице, я почувствовала, как телефон к кармане зажужжал. Достав его, я увидела, что звонил Доминик.

- Да, - ответила и вновь улыбнулась.

- Ты уже освободилась? Я зайду за тобой.

Ответить я не успела, так как в это мгновение среди студентов увидела Моно. Он как раз шел через холл к лестнице. Заметить его было легко, так как по-прежнему многие студенты, оказавшись рядом с Домиником, тут же опасливо расступались.

Очень осторожно я побежала в сторону Моно, но, когда я оказалась ближе, он все равно меня заметил. Правда, это не помешало мне броситься к Доминику и крепко обнять его, чувствуя, как тут же по телу расплылось тепло и сердце затрепетало.

- Сегодня месье Аркур отпустил нас пораньше, - прошептала, уткнувшись лицом в толстовку парня.

На учебу Моно одевался так как и раньше, из-за чего в университете, со стороны мы выглядели очень странной парой. Парень с растрепанными волосами, одетый в джинсы и толстовку, а так же девушка в идеально выглаженных блузке и юбке классического типа. Многие шептались о том, что мы слишком разные и долго не будем вместе. Говорили о том, что Моно просто захотелось разнообразить поток девушек ложащихся в его кровать и попортить чистенькую девушку, но, после того, как на наших пальцах появились обручальные кольца разговоры стали совершенно иные, но объединяло их одно – все вновь говорили, что мы не сможем быть вместе. Поскольку Моно в Сорбонну пока что предпочитал ездить на старой машине, о смене его статуса никто не знал и многие все еще считали, что он жил в гетто, а меня называли слишком изнеженной, чтобы выдержать жизнь в Шампиньи. Глупо. Я уже жила с Домиником в гетто и мне там нравилось. Главное не «где». Важно «с кем». И безразлично кто и что говорил, ведь главное, что мне с Моно было по-настоящему хорошо.

- Ты тоже уже освободился? – решила уточнить. Доминик на мой вопрос кивнул, при этом обняв меня и сильнее притянув к себе, а я, обрадовавшись тому, что у Моно сегодня больше не будет лекций, поднялась на носочки и украла короткий поцелуй. Хотелось простоять так целую вечность и потянуться за новым поцелуем, тем более я на физическом уровне ощущала, что Доминик желал большего, но я чувствовала, что на нас сейчас смотрели, а любая наша близость это слишком личное. Поэтому, хоть и с трудом, но мы оторвались друг от друга.

Моно взял меня за руку и повел к выходу из здания. После того как мы перешли через двор и оказались на парковке, сразу сели в машину парня и уже там сорвались. Его ладонь оказалась в моих волосах. Сжала пряди и притянула ближе, после чего губы парня накрыли мои в грубом, но жадном поцелуе. Таком, который мгновенно заставлял тело пылать, а мысли туманиться.

Одно мгновение и Доминик усадил меня к себе на колени. Не разрывая поцелуй ладонями сжал мои ноги чуть выше коленок и уже вскоре ими скользнул под юбку. А я тут же прогнулась в спине и простонала в его губы, пальцами сжимая ткань толстовки.

У нас с Домиником уже была близость в машине. Мы ночью ехали после прогулки и я, несмотря на то, что очень сильно смущалась, решила немного подразнить Моно. Положила ладонь на его ногу около ширинки и легонько водила там кончиками пальцев. Все закончилось тем, что Доминик сначала пытался держать себя в руках, несмотря на то, что я ощущала его до предела возбужденную плоть сквозь ткань джинсов, но потом он резко остановил машину в ближайшем безлюдном проулке и взял меня.

Но сейчас, естественно, сделать так же нельзя, ведь мы находились на парковке рядом с университетом. Из-за этого, несмотря на жар пылающий между нами, все же пришлось оторваться друг от друга.

- Поехали домой, - Доминик усадил меня обратно на переднее пассажирское сиденье и завел машину.

- Нет, - я тут же протестующе воскликнула. Мне тоже хотелось продолжить, но на сегодня имелись другие планы. И для меня они являлись очень важными. – Ты обещал вместе со мной поехать в торговый центр.

Доминик очень сильно нахмурился, но, когда машина выехала на дорогу, я поняла, что мы все же ехали в сторону торгового центра, а не дома. Я жутко обрадовалась и тут же поцеловала Моно в щеку.

Через пару дней будет Новый год и я уже вовсю была увлечена приготовлениями к празднику, а все потому, что это будет наш первый совместный Новый год и почему-то казалось, что этот праздник окажется волшебным, ведь, даже просто подготавливаясь к нему, я в очередной раз ощущала нас не просто парой, а уже семьей.

Конечно, пока что все было не так просто. Например, я опять поругалась с мамой. Я долго не рассказывала ей про Моно, но, поскольку я еще около недели жила вместе с ней, она сразу увидела кольцо на моем пальце. Начались вопросы и уже после этого я призналась, что у меня есть парень и в феврале у нас свадьба. Мама отнеслась к этому с негативом и сказала, что я еще слишком молода для того, чтобы становиться чьей-то женой. Она начала утверждать, что я скорее всего ошиблась в выборе парня и он вполне может оказаться мерзавцем и по этой причине не следовало спешить и стоило лучше узнать друг друга.

Я понимала, что мама волновалась за меня, но вспомнила о том, как она не желала слушать, когда я доказывала, что отчим не самый хороший человек и из-за этого поругалась с ней. Сейчас мы уже опять начали общаться. Вернее, созваниваться и на этот раз первый шаг сделала мама. Сор может быть сколько угодно, но всегда главное вовремя помириться. Я понимала, что тоже тогда вспылила и пообещала маме, что в ближайшее время обязательно познакомлю ее со своим парнем. Все же она Доминика знала, поэтому, может, сразу примет его, как моего будущего мужа.

С родственниками Моно я еще не виделась и, судя по всему, познакомлюсь с ними уже на свадьбе. Как я поняла, в этот день и Доминик с многими увидится спустя шесть лет. Наша с ним свадьба будет так же как и днем возвращения Моно. Я случайно услышала, что многие считали, что Доминик мертв и обязательно приедут, чтобы убедиться в том, что это не так.

Насчет Прежана – у меня по-прежнему бежали мурашки от него. Он человек с тяжелым и стальным характером, но к Моно мужчина действительно относился, как к сыну. Я слышала, что отец Доминика когда-то спас ему жизнь. Конечно, ощущалось, что все не так просто, но, конечно, подробности мне никто не расскажет. Единственное, я интуитивно понимала, что Прежан многим обязан семье Моно и по этой причине желал, чтобы Доминик встал на ноги. И, опять-таки, это ощущалось не как выполнение долга, а уже, как забота о сыне.

Размышляя обо всем этом, я даже не заметила того, как мы подъехали к торговому центру, но тут же выскочила на улицу и, в предвкушении переступая с ноги на ногу, стала ждать, когда Доминик выйдет ко мне. Как только он закрыл машину, я тут же сжала его массивную ладонь в своей хрупкой и потянула за собой.

- Пойдем. Быстрее, - сказала, с огоньками в глазах поглядывая на то, как к предстоящим праздникам украсили торговый центр. Перед Новым годом и Рождеством Париж вообще выглядел волшебно. Он напоминал сказку. – Нам еще столько всего нужно купить. Украшения для елки, обязательно омелу и подарки. Потом еще заедем в продуктовый. Нужно найти утку. Боже, я надеюсь, что их еще не раскупили. Следовало купить ее раньше и заморозить.

Доминик явно не разделял моего волнения касательно утки, но в этот момент сам сжал мою ладонь и ближе притянул к себе, накрывая мои губы своими. Совсем короткий поцелуй, но меня тут же залихорадило и тело наполнилось жаром. И почему он так влиял на меня? Почему я загоралась от каждого даже мимолетного прикосновения и поцелуя? Почему только рядом с ним оживала и была безгранично счастлива?

Доминик отстранился, но, все так же держал мою ладонь в своей. Вокруг шумно и людно. В воздухе витал запах свежей выпечки доносящийся из булочной и вокруг горели яркие рождественские огоньки, но мы, будто не замечая всего этого, стояли и смотрел друг другу в глаза. Не в силах оторвать взгляда от Моно я думала о том, что просто невозможно любить сильнее и какое же это счастье быть с тем, кто вызывал все эти чувства.

Я не знала, что именно было на сердце у Доминика, но порой мне казалось, что у нас одно биение на двоих. Сердца звучали в унисон, раз и навсегда соединяя. Показывая, что друг без друга мы уже не сможем.

- Я люблю тебя, - я поднялась на носочки и, притянув Доминика к себе, пошептала эти слова ему в губы.

Сразу Моно замер, но уже спустя мгновение одной рукой обвил мою талию и прижал к себе с такой силой, что все тело заныло. Пальцы второй ладони вплел мне в волосы и поцеловал так, что губы начали гореть и я не сдержавшись, зажмурилась. В этот момент, как никогда, ощущала, что я его и в этой близости забывала обо всем на свете.

Доминик действительно плохой парень, с которым я познакомилась в гетто. Когда-то мне говорили избегать его и я сама до дрожи ненавидела Моно, но теперь только рядом с ним мне было спокойно и хорошо. Лишь он пробудил во мне эмоции и ощущения, о которых я и понятия не имела. И вот теперь скоро стану его женой.

Жизнь порой бывает странной, но мне она подарила настоящее счастье.

Конец!

КАПЕЦ ТАК БЫСТРО . Спасибо что были рядом при перезаливе этой истории!!!

(2 часть скоро буду выкладывать , и скорее всего другой историей)