Black Swan

Осторожно - глава 40 в книге.

Мне стало казаться, что моя жизнь разделилась на «до» и «после», стоило мне сказать Доминику «Да». Я будто бы попала в другой мир и он значительно отличался от того, в котором я находилась ранее. Более наполненный, щекочущий волнением, смешанным с предвкушением, а еще бурлящими изнутри эмоциями. Вот только, от того, что я ощущала к Моно, казалось, находилась на пике, но боялась упасть с него и разбиться.

Утром я проснулась лишь благодаря тому, что будильник на телефоне вовсю звонил, но, открыв глаза, я растерянно посмотрела по сторонам, сразу не понимая, где находилась. Лишь спустя мгновение, осознала, что я в квартире Доминика. Вот только, его рядом не было.

Несмотря на закрытые двери, в квартиру через разбитое окно пробирался холод, поэтому я опять укуталась в одеяло и, закрыв глаза, прокрутила в голове прошедшую ночь. При воспоминании о близости с Домиником, ощутила, как по телу пробежала дрожь, опаляющая щеки огоньками. Подобное было настолько смущающим, что я старалась не думать об этом. Лишь вспомнила о том, как, побежала в душ и там долго сидела, пытаясь прийти в себя. Принять то, что произошло, а после того, как вернулась в спальню, в душ пошел Моно, но я, так и не дождавшись его, заснула. При чем, судя по всему, по привычке вновь полностью укуталась одеялом. Чем тогда укрывался Доминик? И, куда он ушел?

Встав с кровати, я обошла всю квартиру, но Моно так и не увидела. Решила позвонить ему, вот только, гудки шли, а Доминик не отвечал. Не зная, что делать, переоделась и приготовила завтрак, который оставила в сковороде на плите. После этого заварила себе чай и, будучи взвинченной, ходила по квартире, согревая ладони о горячую чашку.

Решила заправить кровать и немного убрать, но все равно постоянно посматривала на часы, понимая, что уже через полтора часа следовало выезжать в университет. Думая об учебе, я решила подойти к столу и посмотреть на книги, ведь было интересно, на каком факультете учился Доминик. К своему удивлению поняла, что Моно изучал право. Зачем? Доминик и закон – вещи не совсем совместимые. К счастью, он хотя бы не учился на факультете стоматологии, так же имеющемся в Декарте. Хотя, я с иронией подумала о том, что, возможно, призвание к стоматологии у него в крови. Там в проулке Моно избавил одного из арабов от зубов. Может, некоторые из них были порченными.

Поставив чашку с почти остывшим чаем на стол, я сама села на стул и стала просматривать тетради, с любопытством скользя взглядом по почерку Доминика. Потом взялась за книги, но, из-за того, что я неудачно взяла одну из них, книги попадали на пол. Я тут же начала их собирать, но плечом задела шкафчик и он слегка приоткрылся.

Я никогда не лезла к чужим вещам. Для меня подобное являлось вообще грубым нарушением личных границ, но, случайно взглянув внутрь шкафчика, я заметила в нем то, что заставило меня больше открыть ящик. Там, лежали наручные часы, которые я тут же осторожно взяла в ладонь и внимательно рассмотрела. Это точно оригинал «Patek Philippe». Очень дорогая вещь. Я лишь предполагала, но, возможно, стоимостью около семидесяти тысяч евро. Даже у моего отца таких часов не было, хотя он любил их.

Продолжая рассматривать часы, я не могла понять, как они могли оказаться у обычного парня из гетто. О том, что они появились у Доминика каким-нибудь незаконным путем, то есть, после кражи, я даже думать не хотела. Это исключала.

Я положила часы на место и хотела уже закрыть шкафчик, но взгляд зацепился за фотографию, частично выглядывающую из-под остальных вещей. На ней был Доминик и, скорее всего, фото сделали, когда ему было около пятнадцати лет. Тогда у Моно были немного короче волосы и черты лица с возрастом у него слегка поменялись. Хотя, даже в подростковом возрасте Доминик был до безумия красивым. Такой нахальный и с пронзающим взглядом. Единственное, кажется, он был одет как-то иначе. В белоснежную, идеально выглаженную рубашку, но с подкатанными рукавами.

Желая лучше рассмотреть фотографию, я достала ее и, взглянув на нее целиком, ощутила, как сердце замерло и уже вскоре рухнуло вниз. Я не дышала и, казалось, перестала существовать, лишь отдаленно чувствовала, что нервы накалились и сознание сдавило.

На этой фотографии Доминик был не один. Рядом с ним стоял тот самый парень из Санари-сюр-Марн – Плохой парень.

Сознание прошло рябью и руки начали дрожать. Смотрела на этого парня и ощущала себя так, словно меня резко бросили в пропасть. У него тут глаза такие же жесткие и дерзкие, как и тогда в лагере и, если на этом снимке сравнить его с Домиником, они очень похожи. Практически одного возраста. Одинаковые глаза, взгляды, цвет волос, скулы.

Я ненадолго закрыла глаза и в подрагивающей ладони сжала фотографию. Не понимала, что происходило, но этот снимок вызвал отголоски паники. Невнятного страха, словно на интуитивном уровне я ощутила нечто такое, от чего мне стало не по себе.

Входная дверь хлопнула и я резко дернулась. Сердце стучало, словно обезумевшее и я действовала на инстинктах. Закрыла тумбочку и поднялась на ноги. Ожидая увидеть Доминика, почему-то отошла назад, будто в опаске, но, вместо Моно, в спальню вошла Луиза Денев.

У Луизы явно было хорошее настроение, но, когда она увидела меня, резко замерла и, улыбка, до этого момента виднеющаяся на губах, тут же растаяла.

- Кто ты? – спросила она осипшим голосом. – Что ты тут делаешь?

- Я... - прошептала и тут же запнулась. В голове и так творилось непонятно что, из-за чего я не сразу нашла, что ответить. Лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд, негромко сказала: - Тебе лучше поговорить с Домиником. Он тебе все объяснит.

Я с отчаянием мысленно отметила, что и мне следовало поговорить с Моно. На сознание все еще невыносимо сильно давил снимок, который я по-прежнему сжимала в ладони и к лихорадочному течению мыслей прибавилось еще и растерянность из-за возникшей ситуации с Луизой. Я прекрасно видела, как девушка сжала ладони в кулаки и посмотрела на меня с такой яростью, что, если бы можно было бы, она меня сожгла заживо только лишь взглядом.

- Убирайся отсюда, - сказано громко и с гневом. Казалось, что, еще немного и Денев просто набросится на меня. Думаю, она понимала, что я не просто так была в квартире Доминика в семь утра. Еще и с влажными после душа волосами.

- Луиза, подожди...

- Знаешь мое имя? – она прищурила глаза. Сейчас тяжело дышала, будто с трудом сдерживая себя. – Значит, тебе известно и то, что я девушка Доминика?

- Да, я знаю об этом... - я не успела договорить. Уже после этих слов Луиза не выдержала и сорвалась. Быстрым шагом подошла, после чего набросилась на меня и сразу же влепила сильную пощечину.

- Знала, что у Доминика есть девушка и все равно полезла в его постель? – с яростью прошипела она, пальцами вцепившись в мои волосы и дернув за них с такой силой, что, казалось, из моих глаз сейчас полетят искры от боли.

- Луиза, успокойся. Отпусти, - я попыталась вырваться, но добилась лишь того, что мы вдвоем рухнули на пол. Денев отпустила мои волосы, но так просто не успокоилась. Казалось, что у нее перед глазами все поплыло от гнева и в таком состоянии она вновь набросилась на меня.

- Да что не так с такими, как ты? – Луиза попыталась ударить меня. – Беспринципная с*ка. Прыгаешь в постель к парню, у которого есть девушка.

Я изо всех сил попыталась отстраниться от нее, но не получалось. Нечто подобное со мной происходило впервые, ведь я никогда в жизни толком в конфликтах не участвовала – в драках тем более. Из-за этого растерялась и Луиза слишком яростно нападала на меня, толком не давая сделать ни одного движения, но, когда она впилась ногтями в мое лицо, оставляя на щеке несколько царапин, я зашипела и толкнула ее локтем, попав в шею. Денев выругалась и опять схватила меня за волосы, а я ответила ей тем же.

То, что происходило, толком нельзя было назвать дракой. Скорее, нелепая возня на полу с желанием Луизы как-нибудь ударить меня, и с моей стороны – защититься. Оттолкнуть ее от себя, но, когда Денев опять схватила меня за волосы, я не выдержала и ударила ее, ощущая, как в груди все забурлило.

- Чего ты добивалась? – шипела Луиза. – Полезла к нему в постель рассчитывая на что-то? Для Доминика ты только однодневная шлюха. Таких, как ты у него было сотни. Он лишь попользовался тобой, - Денев резко оттолкнула меня от себя и, тяжело дыша, сказала: - Чтобы я тебя больше не видела около Доминика. Он мой. Пусть к нему лезут такие, как ты, но я первая девушка, с которой у него именно отношения, а не просто секс. Это многое значит. Я для него особенная...

Последние слова сказаны прерывисто и будто бы на изломе. Луиза держалась, а мне казалось, что вот-вот заплачет. Я смотрела на нее и понимала, что за той яростью, с которой она на меня набросилась, скрывалась боль, пробившая ее от того, что Денев увидела меня в спальне Моно. И мне самой почему-то стало больно, ведь сейчас я в Луизе увидела себя. Она точно любила Доминика. Возможно, ее чувства были такие же, как и у меня к нему. А ведь Моно согласился с ней встречаться и, раз она так спокойно вошла в его квартиру, у них все было серьезно, но за спиной Луизы Моно спал со мной. А, вдруг, однажды я окажусь на месте Денев? Вдруг, так же вернувшись в квартиру Доминика, увижу тут другую?

- У Доминика было много девушек? – спросила очень тихо.

- Больше, чем ты можешь представить, - Луиза криво улыбнулась, будто от боли и тыльной стороной ладони, вытерла глаза, пытаясь скрыть слезы. - Такие же доступные шлюхи, как и ты. Пользовался ими и трахал только с резинкой.

- Резинкой? – переспросила, прикусив губу.

- С презервативом. Он же и с тобой его использовал? Со шлюхами иначе никак. Мало ли что можно подцепить.

Я не очень много знала об интиме, но не думала, что про секс, во время которого используют презерватив, можно сказать что-то плохое. Это ведь просто контрацептив. Во всяком случае, я так думала, а сейчас, после слов Луизы, что-то кольнуло в груди. А вдруг Доминик считал меня грязной? И то, что он использовал со мной те же презервативы, что и с мимолетными девушками, наводило на мысль, что для него я такая же. Далеко не особенная. И что ему мешало вскоре заинтересоваться другой?

- И ты хочешь быть с Домиником, после того, как он спал со мной? – спросила, не имея намерения разозлить девушку, но именно это случилось.

- А ты этого добиваешься? – Луиза зашипела и мне показалось, что в этот момент опять хотела ударить меня. – Думала, что переспишь с ним и я оставлю его тебе? Черта с два. Ты лишь шлюха, а я его девушка. Знай свое место и проваливай отсюда.

Некоторое время я сидела молча и просто смотрела на Луизу. Почему-то при виде ее слез было действительно больно. Она испытывала любовь к Доминику, но ею была разбита. Интересно, если я уже вскоре окажусь на месте Денев, тоже буду цепляться за свои чувства? Буду так же выискивать какие-то моменты из наших взаимоотношений, чтобы произнести это проклятое «Я для него особенная»? А так ли это?

Доминик мне про себя ничего не рассказывал и держал на вытянутой руке. За исключением некоторых моментов относился лишь, как к девушке, которую хотел взять и сделал это в первый же день наших отношений. Не стал ждать несмотря на то, что я была девственницей.

В груди стало нестерпимо горько и, до боли прикусив кончик языка, я подняла фотографию, которую взяла из тумбочки и, положив ее в карман, поднялась на ноги.

- Я уйду. Тебе нужно поговорить с Домиником, - сказала, разворачиваясь и, немного прихрамывая, пошла к двери, чувствуя, что щеку обжигало. Наверное, Денев сильно поцарапала меня.

- Правильно. Проваливай, - сказала Луиза, тоже вставая на ноги.

Будучи в коридоре, я обулась и вышла на улицу, слыша, что Денев за мной с грохотом захлопнула дверь.

Я выглядела растрепанной и все еще прихрамывала, но вышла на тротуар и куда-то побрела. Пошла не к станции RER, а в глубь Шампиньи и, оказавшись около дома, в которой снимала квартиру, позвонила хозяйке жилья. Спросила были ли у нее запасные ключи. Она сказала, что да. Один комплект находился у соседки по лестничной площадке. Это была первая и единственная хорошая новость за этот день.

Я сходила за ключами и зашла в квартиру, закрыв дверь на замок. Выключила телефон и легла на кровать, закрывая глаза. В этот момент злилась на Доминика. Нам следовало сначала расстаться с теми, с кем у нас были отношения, а потом начинать наши. Или не начинать.

Я все еще боялась быть разбитой. Такой же, как Луиза, но, наверное, именно этого заслуживала, после того, что переспала с ее парнем. Все возвращается и Доминик тот дьявол, который собственноручно устраивал всем пытки за грехи. Кому-то физические. Кому-то – душевные.

Почему чувства это так больно?

Я качнула головой и открыла глаза, после чего достала из кармана тот снимок. Он вызывал у меня мурашки и холодок бегущий по ногам. А еще нотки страха, пробившего сознание. Почему?