Вишнёвая истина [3]

«Всегда важно говорить правду, но еще важней говорить правильную правду».

38 обезьян (Monkey Dust)

TMNV - Птица

Истина 23. Ира

За окном медленно кружится снег, стрелки на часах почти добираются до двенадцати, и вот-вот новый год должен переступить порог нашего дома. Меня окружают уют и теплота, несмотря на то, что всё внутри заполняется противоречивыми эмоциями. Это странно: наблюдать за счастливыми лицами, зная, через что все эти люди прошли. Я вспоминаю моменты, когда мы проводили время вместе, не подозревая о грядущих трудностях, ведь тогда мы были молоды и счастливы. Наверное.

Вот Элли со Стасом как ни в чём не бывало беседуют о «Бигарро», к ним присоединяется Костя с очередной порцией алкоголя, а недалеко от них Аня с Димой мило переговариваются и хихикают. Со стороны так и не скажешь, что когда-то я была безумно влюблена в Стаса, который встречался с Элли, сама я нравилась Назарову, Димка постоянно ходил за мной по пятам по приказу Скворецкого, которого Аня терпеть не могла.

А теперь они все вместе в моей квартире дожидаются боя курантов. Теперь между мной и Стасом нет ничего общего, Костя стал для меня центром мира, а Элли вновь оказалась моей подругой. Как же может измениться мир вокруг тебя, поменяться до такой степени, которую ты даже представить не можешь. Если бы мне кто-то рассказал, что со мной случится подобная ситуация, я бы ни за что не поверила. Не поверила бы, что смогу простить Макееву, что буду любить Назарова, и что моё сердце не станет разрываться от боли при виде Стаса. Смотря на них, я ощущаю облегчение, я испытываю свободу.

- Чего загрустила? – ко мне подходит Аня, присаживаясь рядом и перекрывая обзор на остальных.

Я вырываюсь из мыслей и качаю головой, пытаясь прогнать наваждение.

- Задумалась.

Подруга накрывает ладонью мои пальцы и нежно улыбается, словно зная, о чём я думаю и что чувствую.

- За то, чтобы у нас в жизни были только приятные воспоминания, - она поднимает бокал.

Мы чокаемся и делаем глоток – звон стекла как новогоднее волшебство оседает в моём подсознании, превращаясь в сладкую пудру, и становится так тепло и хорошо на душе, словно никакой чёрной полосы в моей жизни никогда и не было.

- Как ты умудряешься всегда быть такой позитивной? – не понимаю я.

- Я просто не показываю никому, когда мне плохо, - пожимает плечами Аня. – Поэтому все думают, что я счастливый человек.

- Слышишь ты, счастливый человек, - к ней подходит Дима и с упрёком щипает за талию. – Ещё скажи, что тебе со мной плохо живётся.

Подруга показывает ему язык, игриво улыбаясь, на что парень закатывает глаза и целует её в лоб.

- И кто из нас страдает в отношениях? – пожимает плечами Дима, прежде чем отойти к остальным.

- Эй!

- Идите сюда уже, сейчас президент речь толкать будет, - Костя ловит мой взгляд.

Приходится подняться из-за стола и подойти к Назарову, чтобы нырнуть в его крепкие объятия. Мы собираемся вокруг телевизора и ждём ежегодное выступление, где нам скажут, что год был тяжёлый, денег нет, надежды нет, но вы держитесь.

В объятиях Кости я ощущаю, насколько сильно устала за день, пока готовила салаты и закуски, прибирала квартиру и наряжалась. С трудом сдерживая зевоту, я пытаюсь прогнать сонливость, ведь впереди ещё целая ночь, которую я вряд ли выдержу, в мои то годы.

Речь президента я практически всю прослушиваю, а вот во время курантов мы оживляемся, чокаемся бокалами и весело кричим:

- С Новым Годом!

И вот долгожданный момент проходит, оставляя после себя осадок, словно после сбывшейся мечты, не принёсшей значимого удовольствия, и мы продолжаем праздновать. Учитывая, что наелись и напились мы ещё до двенадцати, все продолжают беседы на тех моментах, где остановились. Вот вам и Новый Год, когда тебе уже давно не шестнадцать.

А за окном снег. Я заглядываюсь на него, когда прихожу на кухню за очередной порцией алкоголя, дожидающейся своей очереди в холодильнике. Вдалеке взрываются салюты, яркими замысловатыми узорами заполняя тёмное небо, грохот подобно бомбам распространяется над городом, рисуя разноцветные картинки, и я забываю, зачем вообще пришла на кухню. Облокотившись на подоконник, я наслаждаюсь красивыми видами.

Шагов за спиной я не замечаю, поэтому вздрагиваю и оборачиваюсь, когда щёлкает зажигалка. Стас смотрит на меня сверху вниз, прикуривая сигарету. С трудом оторвав от него взгляд, я открываю форточку, возвращая внимание к шоу.

- Салюты смотрю, - зачем-то говорю я.

- Я так и понял, - парень присаживается на диванчик рядом с окном и притягивает к себе пепельницу.

Мы долго молчим. Становится зябко, но я не показываю вида, продолжая наблюдать за салютами и совершенно их не видеть.

- Как дела в компании? Разобрались с договором?

Стас выдыхает дым, сбрасывает пепел, прежде чем ответить.

- Да. Всё оказалось куда проще. Когда я рассказал всё отцу, он сказал, что... кхм... «Ебись эта компания к хуям».

Я вскидываю брови, смотря на парня и пытаясь понять, шутит он или нет, но лицо Скворецкого абсолютно серьёзное.

- Короче, он отказался от «Бигарро» в обмен на часть акций. Решил уйти на пенсию и заняться своими делами, - подводит итог Стас.

- Это же... круто, да? – осторожно интересуюсь я. – То есть... То, что ты всегда хотел, теперь твоё.

- Ага, - как-то тоскливо говорит парень. – Хотя порой я жалею, что не согласился тогда всё бросить и уехать с тобой.

Я молчу, внимательно наблюдая за Стасом, который в свою очередь смотрит в окно. Что-то внутри меня начинает шевелиться. Сожаление? Надежда? Тоска? Что-то, чего там не должно было быть.

- Я рад за тебя и Костяна, - вдруг говорит Скворецкий. – И мне жаль, что причинил тебе столько боли.

Я ловлю себя на мысли, что если бы мне подарили желание каким-то чудом вернуться в тот момент, когда на пике отчаяния я предложила Стасу сбежать от проблем подальше, и если бы Скворецкий согласился на это, я бы не раздумываясь воспользовалась бы подарком. Но затем я моргаю, и наваждение исчезает как растаявшие снежинки на горячей коже.

- Нам обоим есть, о чем сожалеть, - говорю я. – Но я не хочу зацикливаться на своих ошибках до конца жизни. Мы сами делали выборы, те привели нас к этому моменту. Давай наконец-то отпустим всё и продолжим жить так, чтобы больше ни о чём не жалеть.

Стас поднимает на меня взгляд, но я не могу прочитать в его глазах настоящие эмоции. Парень недолго молчит, затем тушит окурок о пепельницу и встаёт.

- Ты права, - говорит он. – Даже если... Если бы мы снова захотели быть вместе, лишь причинили бы друг другу ещё больше боли.

Что-то лопается внутри меня. Натянутая струна, причиняющая все эти годы невыносимую боль и тоску, наконец-то исчезает. Стас обнимает меня. Обнимает так, словно навсегда прощается, нежно и невыносимо, заполняя мои лёгкие вкусными духами, а затем отстраняется от меня, резко, словно срывает пластырь.

- Вернёмся к остальным?

- Ага.

Он улыбается и уходит.

А за окном снег и яркие оглушающие взрывы. За окном новая жизнь, чей свежий морозный воздух окутывает меня оживляющими объятиями. Мурашки скользят по коже, но эмоции, бушующие внутри, куда сильнее.

Я вдруг неожиданно осознаю, что тосковать по счастливым воспоминаниям, это нормально. Нормально, когда прежде близкий человек вызывает у тебя тёплые мысли, хотя вас уже ничто больше не связывает, нормально, когда возникают мечты, а что, если бы...

Приятная грусть – это естественное явление, но тонуть в ней ежеминутно не стоит. Нужно двигаться дальше, искать новые эмоции, создавать счастливые воспоминания. И именно этим я собираюсь заняться в новом году.

Прикрыв форточку, я улыбаюсь.

За окном падает снег, а я с этого момента начинаю новую счастливую жизнь, в которой не будет места сожалениям и разочарованиям. А если мне вновь придётся с ними столкнуться, я встречу их как старых друзей с гордо поднятой головой и уверенной улыбкой, потому что знаю, что больше они не смогут меня сломить. Ни они, ни кто-либо другой, потому что лишь я решаю, какой будет сюжет моей собственной истории. И лишь я решаю, какой героиней я в ней стану. Лишь я решу, когда мне грустить, а когда радоваться.

И с этими мыслями, уверенная в своём выборе, я делаю шаг в новый год, шаг в свою новую прекрасную жизнь.

Конец.

Фух. Вот и всё. Я поставила точку в этой истории. Третья часть не планировалась как полноценная книга, я лишь хотела набросать несколько историй, которые вертелись у меня в голове, без какого-либо криминала, лишь с настоящими эмоциями и повседневными проблемами. Коротенькая зарисовка того, как могла бы развиваться жизнь персонажей после второй части. Для меня всё закончилось так, для кого-то иначе. Можно было бы, конечно, заплести сюжет на тему матери Стаса и её интриг, но мне не хотелось добавлять персонажам ещё больше проблем, и так у них жизнь непростая. В общем, извиняюсь перед фанатами Ира/Стас, но после всего, что между ними было, я не хотела их снова сводить, я всегда считала, что Ире подходит больше простая жизнь с Костей, чем со Стасом. Так что, жду тапки и тухлые помидоры с критикой. Надеюсь, что заглянете и в другие мои книги, дальше я планирую вернуться к «Тлей», и, если получится, начну новую историю.

Спасибо, что читаете и ждёте мои редкие продолжения, буду исправляться.