грешник

Юли нигде не было. Даня уже хотел мчаться к охране, чтобы прошерстить все камеры. Но вдруг разобрал негромкий всплеск у бассейна.

А ведь он был здесь, пробегал мимо, но не додумался заглянуть в ту часть, которая не просматривалась ни из окон, ни по камерам.

Сердце колотилось так, что он глоткой чуял каждый удар. И выдохнул, убедившись, что внешне Юля в полном порядке.

Девчонка сидела прямо на плитке, подтянув колени к груди. Вокруг - ворох разноцветной ткани. Тонкие плечики поникли, отчего Юля смотрелась совсем крошечной.

Даниил осторожно приблизился и сел рядом, вытянув длинные ноги.

Здесь, в небольшом «кармане», они с Юлей были скрыты от посторонних глаз. И все вроде бы могло пройти идеально, за исключением одного: гребаная Соломова.

А еще, Даниил не знал, что говорить. Понимал, что должен прояснить ситуацию. Должен убедиться, что Юля - все понимает. Но, твою ж мать! Он открывал рот и, как чертова рыба, только шевелил губами.

Вздохнув, Даня понял, что Юля от него - нереально далеко. Чудовищные полметра! Это ведь рехнуться можно на таком расстоянии.

А потому осторожно протянул руки к хрупким плечам и дрожащей спине. Юля не вырывалась из его объятий но и не подавалась, не реагировала на них, словно механическая кукла.

- Малышка.., - сипло выдохнул он в ее макушку, а когда носа коснулся любимый аромат спелой вишни, его будто прорвало: - Ничего не говори. Сам знаю. Я говнюк, и идиот, и придурок, и кретин тоже я. Можешь не верить моим словам. Но я никогда не вру. Честно. Я как тебя увидел, меня снесло. Сначала, да, появилась навязчивая идея трахнуть тебя. А потом я и сам не заметил, как ты пробралась так глубоко в меня, что мне дышать трудно, если не вижу твоих глаз. Меня клинит на тебя, малышка. Понимаю, что репутация у меня - говно. А характер и того хуже. Не подарок я, это факт. И Соломова эта... Да, спал я с ней. Но стопудово в резинке.

- И сколько их таких? - негромко шепнула Юля.

- До хера, малыш, - горько ответил Даниил, крепче обнимая тонкие плечи, кутая девочку собой и радуясь от того, что она не убегает от него, а сидит в его руках. - Это все в прошлом. Я взрослый мальчик, умею держать член в узде. Да и не сложно это, когда хочу я только тебя. Другие мне не нужны.

Юля сидела, не двигалась, но взгляд прятала, склонив голову и закрыв лицо водопадом волос.

А Даня растерялся. Вроде бы и сказал все, что на душе. А все равно - мимо, все не то...

- Твою мать! Юля! Посмотри на меня! - рявкнул он, но девчонка даже не вздрогнула, зато отвела волосы в сторону.

Он увидел ее слезы. И будто самосвал проехался. Будто «словил» под дых в спарринге. Будто со всего маху в ледяную воду сиганул.

Нежно-нежно он стер пальцами мокрые дорожки. Черт дери, как же душу рвет этот ее взгляд!

- Я тебя люблю, Юля, остальное все - к херам! - сипло прошептал Даниил.

Девчонка грустно улыбнулась, вздохнула. Он видел, что вот сейчас - попал в «яблочко». Да только этим самым признанием снес и собственную кукушку. При условии, что в ней осталось что сносить.

И пока Юля смотрела на него своими грустными, заплаканными глазками, в которых плескалась робкая надежда, Даня нырнул рукой в карман и достал оттуда коробочку. Сам не понял, что пальцы дрожали, когда пытался открыть ее и вынуть кольцо.

- Ты что???? - вскинулась Юля, когда увидела украшение на безымянном пальце, - Ты... Это ведь... Ты псих!

- Я тебя люблю! - повторил Даня, будто эта фраза отвечала на все вопросы.

- Даниил, это ведь все серьезно! - говорила блондинка, но уже не плакала, скорее - метала молнии взором.

- Так я и не смеюсь, малыш, - улыбнулся Даня, изменив положение тела так, что теперь Юля оказалась сидящей верхом на его бедрах. - Я очень серьезен. И вот прямо сейчас ты лучше запомни одно простое правило: ты только моя.

- Я-то запомню, Милохин, - прищурилась Юля, - А вот ты?

- А что я? - хмыкнул Даня, порадовавшись тому, что за спиной оказался чертов фонарный столб, в который можно было упереться. Так себе удобства, но лучше, чем ничего.

- Я весь твой, малышка. Я ж без тебя никак. Совсем никак.

Даниил смотрел в дивные глаза Юлии. Наблюдал, как грусть сменяется желанием. А как иначе? Если он уже забрался ладонями под ее пышную юбку и хозяйничал в своих законных, принадлежавших ему одному владениях.

- Хорошо, Даня, - выдохнула Юля, - Но учти, никакой свадьбы в ближайшее время. Когда я все расскажу Илье, станем встречаться. У меня учеба. На следующий год буду сдавать экзамены. Да и так, мне рано связывать себя узами брака.

- Херня все, - фыркнул Даниил, - Рано, поздно. Поженимся, и учись сколько влезет. Я ж не изверг.

- Вот уж нет, Даниил! Я не хочу за тебя замуж, - фыркнула Юля, а он уже чувствовал, как она тянется к нему, легко раскачиваясь, трется о его одежду.

- Не понял! - рявкнул Даня.

- Ну что не понятного, а? - судорожно и томно выдохнула Юля, сдвинулась немного вниз и взялась пальцами за пряжку мешавшего ей ремня, - Будем просто встречаться. Ночевать друг у друга. Или здесь. По обстоятельствам.

- По каким, нахер, обстоятельствам?! - взревел Даниил и тут же протяжно застонал, когда ловкие пальчики высвободили готовый взорваться член. - Ты ко мне со всеми манатками, и дело с концом!

- Какой ты упрямый, Данюш, - мурлыкнула Юля.

Он стер ее вздох своим ртом, подхватил, убедился, что ей удобно, и насадил на себя, позабыв обо всем на свете.

Адреналин струился по венам вместо крови. Парень понимал, что время - раннее, и любой может повернуть за угол и увидеть их здесь, но его разрывало изнутри от потребности оказаться в своей маленькой девочке.

- О-о-о-о-х! - вздыхала она, кусая его губы.

Он отвечал тем же, поддерживая ее бедра, насаживая на себя, чувствуя, как плоть скользит, влажно и горячо, растягивая тугие стеночки. И эта близость была невероятно острой, дикой, яркой. Такой, как и их отношения.

И только когда малышка, опустилась на него, с приглушенным вскриком, до крови вонзив свои острые зубки в его нижнюю губу, а руками отчаянно сжимая его затылок, Даниил понял: презерватива нет. А потому такой острой казалась ему их близость. Без преград. Будто между ними рухнули последние стены.

Он отчаянно цеплялся за обрывки здравых мыслей. Но потом благополучно послал все к чертям и даже дальше.

Он хотел быть глубоко в ней. Хотел ощутить ее целиком и полностью. Хотел, чтобы и она поняла, насколько он двинулся на ней, как сильно любит и вообще...

Даня кончил, заполняя следами страсти узкое лоно. Юля вскинула на мужчину томный, дезориентированный, но немного испуганный взгляд.

А Даниил улыбнулся. Ну вот, он теперь, как гребаный зверь, пометил собой свою женщину. И ни капли не сожалел об этом.

- Я убью тебя, Милохин! - вяло прошептала Юля, обессиленно рухнув ему на грудь.

Он поймал дрожащее от экстаза тело, улыбаясь при этом, точно последний идиот. Но не сожалел ни о чем. Разве что о месте всего происходящего. Было жутко неудобно.

Но Даня привел себя в порядок, застегнул ширинку и подхватил Юлю на руки. Благо пышные юбки скрывали отсутствие трусиков, которые Даня спрятал в карман джинсов.

Милохин понес Юлю в свою комнату. Наверное, родители все поняли. Потому что, как только Даня оставил Юлю под душем, в дверь коротко постучались. Открыв ее, Даниил увидел только небольшой столик с ужином.

Улыбаясь, Даня оставил столик перед кроватью, а сам, прихватив полотенце для себя и свой халат для Юли, отправился помогать своей девочке мыться. Ну а там, как получится.