Глава 25
— Сережки, кажется я потеряла их в постели, — бормочу, ползая по скомканной простыне и наполовину свалившемуся на пол одеялу. — Ох, ну как не вовремя. Мы же опоздаем!
— Не паникуй, крошка, даже если им придется нас немного подождать, ничего ужасного не случится. Майкл развлечет наших дам, — успокаивает меня любимый.
Кусая нервно нижнюю губу, откидываю в сторону подушку, другую, и наконец нахожу то что искала. Уфф. Мамин подарок, старинные серьги достались ей от бабули, фамильная ценность, так что было из-за чего паниковать. В этот момент чувствую, как мои ягодицы властно сжимают мужские ладони.
— Даниил! — восклицаю гневно. — Мы опаздываем, ты же знаешь! Я тут на панике, а ты.
— А я — на тебе, крошка моя. Что поделать, если ты у меня такая аппетитная, — не лезет за словом в карман Даня.
Миллиардер. Мой возлюбленный. Мой жених. Отец моего ребенка.
Все это звучит будто сказка. Но я в ней действительно существую…
Ох, описать почти две недели безоблачного счастья, что пролетели с момента нападения Акулы, наверное, будет слишком сложно. Мы жили вместе, просыпались, проводили время за общением, ездили на работу, по магазинам, ходили в рестораны. Чем бы мы не занимались, нам было так хорошо!
Я уговорила Даниила не мстить Солнцевой. Все же мужчина не должен расправляться с женщиной, какой бы ужасной она не была. Милохин, хоть и скрепя сердце, но согласился с моими доводами. Впрочем, Лика затаилась, скорее всего вообще из города свалила. Она же не отсюда, примчалась вслед за Даней. Наш городок никогда ей не нравился. Искренне надеюсь, что никогда больше ее не увижу. А Бармалей готовится к суду, у него подписка о невыезде и плохие перспективы — скорее всего сядет. Хотя нанял лучших адвокатов. Даже жаль его немного. Ладно Солнцева, но он зачем во все это влез, ведь был на руководящей должности, получал неплохую зарплату. Прямо переклинило мужика на пустом месте.
Я почти не вспоминаю своего горе-бывшего-начальника. Гораздо сильнее меня беспокоят мысли по поводу будущих родственников. Мне предстоит знакомство с родителями Даниила. Плюс сообщить им новость о ребенке. Милохин конечно посмеивается над моими страхами. Говорит, что если поладил с моей мамой, то самое сложное — позади. Конечно, ему все шуточки…
Я все-таки уворачиваюсь от жадных ладоней своего горячего любовника, принимаю вертикальное положение. Начинаю натягивать платье. Вещи — сплошное расстройство, уже становятся мне маловаты, в районе груди. Поэтому Даня и зовет теперь аппетитной. Ему мои перемены очень нравятся, а гардероб готов хоть каждую неделю новый покупать. Что и делает регулярно. Особенно любит покупать мне белье. Выбирать вместе…
— Поможешь застегнуть? — вынуждена просить помощи.
— Ну конечно, — улыбается . — Как же мне нравится касаться тебя, — наклоняет голову, втягивает воздух, вдыхая. — Все то время, пока ты меня динамила, не мог забыть какой нежной была твоя кожа под моими руками и губами. Нормально ты меня помучила, Гаврилина. Теперь будешь отрабатывать каждую мою фантазию, каждую бессонную ночь, — шепчет хрипло мне в шею, обдавая горячим дыханием.
Вместо того чтобы выполнить мою просьбу, проникает ладонями под платье. А я не могу взывать ни к его совести, ни к разуму, потому что плавлюсь от этих прикосновений. У меня перехватывает дыхание, сердце грохочет как африканский барабан. Интересно, эта реакция пройдет когда-нибудь?
— Умоляю… Ты же знаешь мою мать, — выдыхаю со стоном.
Тяжело вздохнув, Даниил прекращает чувственную пытку, медленно и осторожно застегивает молнию.
Эту неделю мы занимались любовью каждую свободную минуту, но не смогли насытиться друг другом. Никогда не думала, что могу быть настолько жаждущей и порочной…
— Прости, — вздыхаю, прикусываю нижнюю губу, чтобы не застонать. — Я тоже очень хочу тебя. Но ты же знаешь мою мать. Она будет нас попрекать, капризничать…
Мама и Даниил вроде как нашли общий язык, по крайней мере заочно уже не высказывали неприязни друг к другу. Хотя Милохин высказался достаточно жестко о ее поведении. Сказал, что я позволяю собой манипулировать, и что это застарелая проблема, с которой желательно походить к психологу. Я в принципе с ним согласна. Тем более, у мамы новый бзик. Она считает, что мы обязаны взять ее с собой в Лондон. Хочет жить с нами, в «роскошном особняке зятя» — это ее слова, никто ничего подобного ей не рассказывал и не обещал. Мечтает, что будет нянчить внуков и станет главой большой дружной семьи. Мне от таких маминых заявлений становится дурно… В общем, эти планы катастрофически не нравятся, ни мне, ни Данилу.
— Она прилетит на свадьбу, но ни днем раньше, — вот его строгая позиция по этому вопросу.
Мама конечно задействовала всю тяжелую артиллерию, взывая к моей совести. Так что ужин нам предстоит непростой. Зато завтра уже самолет. Эта мысль поможет мне продержаться прощальный вечер.
Да, я упомянула Майкла, и не зря — он действительно является организатором прощального ужина. Джонс вернулся в наш город пару дней назад, мы столкнулись с ним, держась с Даниилом за руки, в торговом центре.
Поначалу я чувствовала себя ужасно неловко. Все же, получается, разбила сердце этому прекрасному мужчине. Но Майкл проявил себя еще и как невероятно великодушный мужчина. Показал, что очень рад за нас и даже настоял, что организует ужин в нашу честь. Настаивал на этом. Сообщил, что нашел великолепное место, и что это будет для нас сюрпризом. Так что адрес кафе мы узнали только час назад. Ох, мы точно опоздаем!
— Дорогой, прошу тебя, надо поторопиться, — произношу нервно, выбегая в коридор.
— Я давно готов, дорогая. Это все твои сережки, — посмеиваясь, отвечает Даня.
***
— Хм, кафе «Ромашка», — читает надпись на вывеске и хмурится Даниил. — Он что, решил нас разыграть?
— А что тебе не нравится? — пытаюсь заступиться за друга. — По-моему, очень даже милое название, демократичное… Раз Майкл хвалил это место, значит не просто так, я ему верю.
Даниил ничего не отвечает, но явно недоволен, хмурится. Определённо, ему гораздо больше не нравится именно моё поведение, нежели кафе «Ромашка». Насколько я успела узнать э Милохина, ему не свойственен пафос, он не зациклен на дорогих вещах. С удовольствием ходит в простые кафешки, забегаловки, может купить хот-дог в палатке, не видит в этом ничего зазорного. Хотя конечно старается питаться правильно, не фаст-фудом. Даниилу очень нравится домашняя кухня, я неплохо готовлю несколько блюд и уже успела продемонстрировать ему свои таланты, варила борщ, делала плов. Это привело его в настоящий восторг, так что планирую и дальше развивать свои кулинарные таланты.
Наш с Даниилом спор прерывает появление такси, из которого вылезают мама и Зоя. Следом еще одна машина, из которой вылезает Вероника и еще две девушки из холдинга, с которыми я больше всего общалась. Толик сообщил что не придет, у них с Зоей не получилось в очередной раз, и они сейчас избегают друг друга. Еще должны прийти Катерина и ее брат Андрей.
Судя по лицу мамы, которая машет нам рукой, она шокирована выбранным местом и готовится обрушить на нас артиллерию критики. Мамулю задерживает Зоя, знакомит с девочками, так что у нас с любимым есть пара минут чтобы подготовиться к обороне.
— Теперь твоя мать решит, что я жмот, — цедит сквозь зубы Даниил. — Чертов Майкл, ну и подстава…
— Она знает, что все это вызвался организовать и оплатить Джонс, — говорю успокаивающе. — Не расстраивайся, все будет хорошо.
— Мне кажется, Татьяна Петровна не будет вдаваться в подробности, а поставит на мне ещё одно клеймо, — продолжает ворчать любимый.
— Тогда я объясню ей, что ты здесь ни при чём. Я уверена, что нам здесь понравится, — продолжаю настраиваться на позитив.
— У нас ещё есть время развернуться и поехать в мой любимый итальянский ресторан, — упорствует Милохин. — Владелец мой хороший знакомый, хотя свободных столиков там без записи не бывает, уверен, он найдёт нам столик…
— И обидеть Майкла? Из-за того, что это кафе находится не на главной улице, не в центре города, и не слишком презентабельно? Я хочу, чтобы все прошло именно здесь.
— Мне не нравится, что ты так его защищаешь, — подтверждает мои догадки Даня.
— Боже мой, только не устраивай сцену ревности, тебе это не идёт, — закатываю глаза.
— Что это за место? — подходит к нам мамуля с круглыми удивления глазами. — Даниил? Кафе «Ромашка»? Серьезно?
Только что Данил говорил ровно тоже самое, но стоит только маме повторить все его слова, как его мнение меняется прямо на противоположное.
— А что такого? По-моему, прекрасное кафе, в которое нас пригласил мой хороший друг Майкл, я доверяю его вкусу, — невозмутимо повторяет мои слова Милохин. С трудом удерживаюсь чтобы не захихикать особенно от выражения лица мамы, на котором написано крайнее изумление, вперемешку с брезгливостью.
— Мам, пожалуйста, давай не будем портить друг другу вечер, проведём его в прекрасном месте, дружно. В конце концов, главное гости, дорогие сердцу люди, а не расположение или дизайн. К тому же, Майкл обещал нам чудесную кухню. Давайте уже зайдём внутрь!
— Добро пожаловать, дорогие гости, — на крыльцо выходит Майкл, широко улыбаясь. — Рад вас видеть, все уже готово, проходите. Юлия, это, наверное, твоя мама. Хотя больше похожа на твою сестру, такая как же красивая, как и ты. Мамуля тает этого комплимента, обстановка разряжается. Заходим внутрь.
Действительно, небольшое, но очень уютное помещение, очень вкусно пахнет, посредине большой длинный стол, заставленный разнообразными блюдами, закусками и напитками. Столики поменьше убраны к стене. Кафе полностью в нашем распоряжении, и это очень радует.
— Шампанское я привез с собой из Лондона. Ящик. В вашу честь, мои дорогие, — улыбается Майкл. — Рассаживайтесь, Юля и Дэн во главе стола. Татьяна Петровна, вы тоже, напротив…
— Нет, я сяду рядом с зятем, — твердо заявляет мамуля.
Устраиваемся, открываем первую бутылку шампанского, дегустируем угощения, которые действительно оказываются очень вкусными, все довольны, заняты едой, тостами, наконец понимаю, что можно расслабиться и получать удовольствие от вечера.
Спустя минут сорок к нашему столу подходит очень миловидная девушка, с улыбкой на лице. При ее приближении Майкл сразу же поднимается из-за стола, его глаза вспыхивают.
— Дорогие друзья, хочу вам представить хозяйку этого замечательного заведения, Яну Воропаеву.
— Здравствуйте, — смущенно говорит девушка. — Надеюсь, вам понравится здесь. В нашем кафе редко бывают банкеты… Обычно к нам заходят выпить кофе, позавтракать… Поэтому, я немного волнуюсь… Искренне надеюсь, что вам все понравится. Если какие-то пожелания, или замечания, с удовольствием выслушаю.
— Нет, деточка, все прекрасно, и очень вкусно, — покровительственным тоном шальной императрицы произносит мамуля. У нее немного заплетается язык, видимо уже развезло от коллекционного шампанского Майкла. Поэтому неудивительно, что мамуля подобрела. Она приняла уже изрядно и теперь ей все нравится. До появления Яны она донимала Милохина рассказами о Лондоне, о том, как бы хотела побывать там, лицезреть вживую достопримечательности. Взглянуть на Букингемский дворец, пройтись Трафальгарской площади, насладится видами в Гайд-парке. Даниил, к его чести, мужественно выдерживал этот поток словоблудия и заискивания, тоже налегая на шампанское.
— Все замечательно и очень вкусно, — улыбаюсь девушке.
— Да, великолепно, как дома. Обязательно буду советовать ваше кафе сотрудникам нашей фирмы, мы совсем рядышком тут, — обещает Зоя.
— Ой, да, обязательно посоветуй, — киваю подружке, задумавшись о том, что я сама могла бы, но уезжаю…
— У меня сердце кровью обливается от мысли, что мы будем теперь с тобой так далеко друг от друга, долго не увидимся, — с грустью говорит Зоя
.
— Мы обязательно будем видеться, ездить друг к другу! Ты ко мне приедешь, я сюда буду прилетать, маму навещать, — красноречиво смотрю на мамулю, которая явно не желает смириться с нашим решением и все ещё планирует переместиться в Лондон для охоты на английских джентльменов. По-моему, она эту идею никак из головы не может выбросить, и даже если мы не возьмём её с собой, все равно рано или поздно обрадует нас своим присутствием.
Нашу грусть прерывает появление Богомоловых, Катерина врывается в кафе, как всегда взволнованная, эмоциональная. Обнимает меня крепко.
— Боже мой, неужели это правда, про Бориса? — спрашивает меня шепотом. — Я так разочарована. Просто убита.
— Мне жаль, — пожимаю плечами.
— Главное, у вас с Даниилом все хорошо, — говорит Катя. — Малыш будет расти в полноценной семье. Вы такая красивая пара! Пусть у вас будет много деток!
— Спасибо, Катюш.
Андрей Богомолов — полная противоположность сестре, сдержанно жмет мне руку. Его усаживают по соседству с окончательно окосевшей мамулей, поэтому, смотрю на беднягу сочувственно. Ни Зоя, ни Андрей демонстративно не замечают друг друга. Зато подружка сегодня очень много внимания уделяет Майклу.
— Эй, девушка, как там вас… — машет рукой мама.
— Кого вы зовете, Татьяна Петровна? — хмурит брови Даниил.
— Ее, — тычет в сторону кухни.
— Яну? — вскакивает на ноги Майкл. — Я позову.
Когда хозяйка кафе приходит, мама требует танцы. Яна приносит колонки и начинается настоящее веселье. В какой-то момент, чтобы остудиться, выхожу на улицу, вместе с Зоей.
— Вы с Андреем так красноречиво шарахаетесь друг от друга, — не могу не сказать об этом.
— Он совсем мне не подходит, — вздыхает Зойка. — А вот Майкл ничего, симпатичный. Но кажется, запал на хозяйку кафе, Яну эту. Она миленькая, хотя зашуганная какая-то. Нет чтобы использовать шанс, ловить иностранца.
— Тогда ты используй, — улыбаюсь. — Будем жить рядышком.
— Как думаешь, сможешь обосноваться в Лондоне? Другой язык, менталитет, да все другое.
— Надеюсь. Главное, чтобы между мной и Даниилом было все хорошо. Так, как сейчас… Остальное… думаю, приложится. Но я надеюсь часто сюда ездить, как и сказала.
— Вот увидишь, Татьяна Петровна не мытьем так катаньем к вам переберется.
— Да, чувствую, — вздыхаю. — Что поделать…
— Ладно, пошли дальше отплясывать, подруга.
— Я еще немного воздухом подышу…
Зоя уходит, но я недолго остаюсь одна, ко мне выходит Майкл.
— Не хочешь пойти спасти своего жениха, твоя мама его там танцевать заставляет, — говорит он с улыбкой.
— Боже, мамуля! — восклицаю со стоном, бросаюсь к двери, но Джонс преграждает мне путь.
— Я пошутил. Дэн вполне способен сам о себе позаботиться, — говорит с улыбкой. — Поболтай со мной, милая. Ты счастлива? Вижу, что да. Просто так приятно об этом спрашивать. Искренне рад за вас обоих, хотя было непросто жить с разбитым сердцем, — вздыхает Майкл.
— Что-то мне подсказывает, что ты уже залечил свое сердце, — улыбаюсь.
— Ты очень проницательна.
— Яна? Красивая девушка.
— Да, очень.
— Сразу поняла, что кафе «Ромашка» выбрано неспроста. Но мне правда очень здесь понравилось. Просто замечательно.
— Да, я рисковал, это место явно не по статусу для Дэна, он явно подразумевал ресторан, — соглашается Майкл. — Но я очень хотел помочь Яне. Ей очень нужны деньги, клиентов мало. Увы, это не так просто, она очень гордая. Знаешь, у нее ведь есть дети. Двое.
— Правда? Надо же, выглядит такой юной.
— Мальчик и девочка. Я готов стать отчимом.
— Это прекрасно. Желаю вам счастья, — целую Майкла в щеку.
— Серьезно? У нас помолвка, можно сказать, а вы тут целуетесь? — раздается возмущенный голос Даниила, и мы отскакиваем друг от друга с Майклом.
— Дорогой, это было по-дружески, — чувствую, как заливаюсь краской.
— В тот момент, когда я танцую с твоей мамой… — повышает голос Милохин, я вздрагиваю. — Ладно, расслабься, Гаврилина, шучу, — посмеиваясь, обнимает меня.
— Умеешь ты страху нагнать, — легонько бью по груди любимого.
— Ну а как иначе, тебя надо в тонусе держать.
— Не буду мешать, — прощается с нами Майкл.
— Пригласи Яну на танец! — кричу ему вслед.
— Ты что тут, его дела сердечные решала? — спрашивает Даниил.
— Ну а почему нет, — обнимаю его за шею. — Знаешь, я так счастлива. Так безумно, неприлично счастлива!
— Это хорошо. Потому что в этом и есть моя цель, собираюсь посветить этому всю жизнь.
— Я люблю тебя, босс, — встаю на цыпочки и шепчу в губы любимого.
— И я тебя, Гаврилина. Безумно люблю. Особенно твое упрямство и неприступность. У меня вот уже вторую неделю такое чувство, словно я суперкубок выиграл.