Расшатанный мир

Время летело, бесповоротно забрав все то, что оставалось от Миреллы. Обычные учебные будние дни в Хогвартсе начали казаться сном, который никогда не был реальностью. Новой жизнью была маленькая комнатка в квартире Снейпа. Да, девушка так и жила у него, не позволив себе появиться в доме Уизли из страха, что может навлечь беду на эту семью, которая так много сделала для моей безопасности из искреннего желания помочь и спасти от тех ужасов, которые окружили меня и готовы были поглотить с головой. Магический мир перевернулся и вернуться к тому, что было раньше было невозможно. Мирелла, сидя у окна, оглядывала пустуя серую улочку, которая нагоняла тоску и печаль.
До Мирелла дошли слухи о свадьбе Билла и Флер, которая пройдет в норе. Если до девушки дошла эта информация, то пожиратели смерти, естественно, тоже в курсе. Время шло, а скрывать информацию они так и не научились. Мирелле пришлось выручать их, когда Снейп заявил, что пожирателе знают о тайной перевозке Гарри с Тисовой улицы в нору и они готовили нападение.
Девушка в тот же миг вылетела, изменив свою внешность на случайного прохожего. Она летела, преодолев расстояние с немыслимой скоростью. Лишь бы она успела. В далеко показались фигуры, рассекающие воздух на метлах. Это были они. Рядом раздавались вспышки и Мирелла устремилась прямо туда. Она видела, как пожиратели разделились, преследуя каждого из группы. Девушка сразу вычислила настоящего Гарри. Тот сидел в корзине мотоцикла Хагрида. Слишком просто и очевидно. Как они могли до такого догадаться. Сбив одного из преследователей заклинанием, Мирелла отлетела от них, стараясь скрыться из поля зрения. Проследив, чтобы больше за Гарри и Хагридом никто не увязался, Мирелла направилась дальше и старалась выискивать знакомых. Не зная как именно, но она узнала Джорджа и старалась держаться рядом, осматривая окрестности. Вдалеке показалась странная тень, которая преследовала парня. Яркая вспышка и Мирелла резко вильнула в сторону, сбивая Джорджа с метлы и рухнув вместе с ним на землю. Удар был тяжелый и достаточно болезненный, вышибающий весь дух. Мирелла вздохнула, на секунду задыхаясь. Но опомнившись, она подняла голову и осмотрела Джорджа в облике Гарри. Тот ударился головой, но дышал. Девушка потрепала его по лицу, приводя в чувства. Она оглянулась по сторонам, пытаясь высмотреть того, кто мог быть поблизости, но рядом пожирателей не оказалось. Тогда она еще раз потрясла парня и он приоткрыл глаза, всматриваясь в незнакомую фигуру.
–Ты, конечно, прости, парень, но это не самая удобная ситуация, когда ты лежишь на мне.
Мирелла усмехнулась и ответила близнецу.
-Я думала, что ты свою любимую покупательницу узнаешь из тысячи.
Глаза Джорджа округлились и он всматривался в лицо, пытаясь понять, действительно ли это может быть Мирелла.
–Нет, ты никогда не перестанешь меня удивлять.
Девушка усмехнулась, встала с парня и протянула ему руку, помогая встать.
–Тебе пора. Мы от них оторвались, но пожиратели в любой момент могут вернуться. Тебе надо спешить.
–А ты? – спросил он удивленно, явно не хотя отпускать девушку одну.
–Поверь, им лучше со мной не сталкиваться, – сказала Мирелла и скрылась в ночном небе.

И сейчас, она также садилась на метлу, пряча в кармане оборотное зелье, которое помогло бы ей стать Перси Уизли. Его волосок она успела прихватить, когда была в норе, где миссис Уизли бережно хранила вещи сына, хоть они и были в ссоре.
Шатёр был поставлен в саду. Он был огромным, белым, с золотыми полосами по краям. Внутри расставили длинные столы, накрыли белыми скатертями. На каждом стуле лежала маленькая конфетка в золотой обёртке. По углам расставили вазы с розами, и Флер лично проверила каждую, ведь она хотела именно бледно-розовые, и никакие другие.
Мирелла затаилась в высокой траве, наколдовав вокруг себя тени, которые её скрывали и наблюдала за праздником из своего укрытия, ожидая, того, что неминуемо произойдет.
Светящиеся феи появились ближе к полудню. Они кружили под потолком, переливаясь синим и золотым. Где-то в углу играл: несколько скрипок сами играли вальс, а между ними летала маленькая арфа, перебирая струны. Флер вышла к гостям в три часа. Она была в длинном белом платье, с кружевными рукавами и шлейфом, который несли две маленькие кузины. Её волосы были распущены и сияли даже без магии. Билл стоял у алтаря в простой чёрной мантии, но выглядел королём. Она не смотрела ни на кого, кроме него.
Гарри был там. Под оборотным зельем он стал рыжим мальчишкой с веснушками, совсем непохожим на себя. Только зелёные глаза выдавали его, если присмотреться. Он сидел между Роном и Гермионой и пил тыквенный сок, осторожно оглядывая гостей. Как минимум тот факт, что он сидел между друзьями выдавал его с головой. Мирелла покачала головой, вздыхая от их непроницательности. Люпин был рядом, в тёмном плаще, и его взгляд метался по сторонам чаще, чем у Гарри. Тонкс, с её фиолетовыми волосами, держала его за руку и улыбалась, но улыбка была напряжённой.
Церемония была короткой. Флер плакала, когда говорила клятву. Билл сжимал её руки так сильно, что побелели костяшки. Молли всхлипывала в плечо Артуру. Когда объявили их мужем и женой, феи взорвались золотым фейерверком, а оркестр заиграл громче, и гости закричали: «Ура!»
Потом был пир. Жареные поросята с яблоками, запечённая картошка, пироги с мясом и ягодами. Молли испекла целых три свадебных торта, потому что боялась, что одного не хватит. Из кувшинов сами собой лились тыквенный сок, сливочное пиво и огненный виски для взрослых. Мирелла сглотнула слюну, ведь она давно ничего вкусного не ела. Профессор Снейп, если и появлялся дома, то ничего не готовил, Мирелла тоже не видела необходимости, но сейчас, когда видела все эти вкусности, хотела подойти к Молли и попросить её научить готовить все это.
После обеда начались танцы. Билл и Флер открыли бал. Она кружилась в его руках, и её платье развевалось, как облако. Потом Молли заплакала, танцуя с Артуром. Потом Джордж вытащил Джинни, а Рон – Гермиону. Гарри танцевал с какой-то дальней кузиной Флер, но всё время смотрел на часы.
В воздухе висела странная тревога. Все знали о войне, о Волан-де-Морте, о падении Министерства, но говорить об этом было запрещено – не на свадьбе. Гости улыбались, чокались, желали счастья молодым, но голоса иногда срывались, взгляды убегали в сторону, и смех был чересчур громким, как будто все старались перекричать страх.
Где-то к вечеру Артур поднял тост. Он говорил о семье, о том, что Уизли всегда были вместе, и что Флер теперь часть этой семьи. Он сказал, что у них впереди много счастливых лет. Что бы ни случилось, они справятся. И когда он это говорил, все в зале затаили дыхание, потому что каждый знал: это не просто слова. Это прощание с мирным временем.
Было уже темно, когда всё случилось. Феи в шатре погасли на секунду. Оркестр затих. В воздухе появилась зелёная искра — Патронус Кингсли Бруствера. Он влетел в шатёр, замер над головами гостей и заговорил голосом самого Кингсли. Громко. Чётко. Без паники, но с ужасной, холодной правдой:
— Министерство пало. Скримджер мёртв. Они идут.
И тишина. Никто не дышал. Никто не шевелился. А потом кто-то закричал. Флер схватила Билла за руку, её лицо побелело. Молли прижала руки к груди и зарыдала. Гости вскочили, стулья падали, бокалы разбивались, кто-то пытался аппарировать, но защитные чары вокруг норы ещё держались.
Гарри схватил Рона и Гермиону за руки. Они не сказали ни слова — просто исчезли. Хлопок, и их стулья опустели. Мирелла начала оглядывать небо, в поисках пожирателей. Она не собиралась покидать свое укрытие раньше времени.
Артур выбежал из шатра и начал выкрикивать заклинания, пытаясь усилить защиту. Люпин вытащил палочку и встал спиной к Тонкс. Джордж побежал к дому, чтобы закрыть ставни. Кто-то плакал. Кто-то звал детей. Кто-то просто стоял и смотрел в небо, как будто ждал, что оттуда упадут Пожиратели смерти.
Свадьба закончилась в ту же секунду. Гости разбегались кто куда — кто аппарировал, как только чары ослабли, кто бежал по саду в темноту, спотыкаясь о корни и скамейки. Флер рыдала в плечо Биллу, и её свадебное платье пачкалось травой.
Билл держал её и смотрел на пустой шатёр. Там, где ещё минуту назад звучала музыка, теперь стояла тишина, разбитая только ветром.
И больше никто не танцевал.