Конец.
Расследование о смерти Закировой закрыто. Причина - самоубийство. На теле никаких повреждений, нанесенных до падения, а кровь кристально чиста, что исключало наличие алкоголя, препаратов или таблеток. Случай не несчастный. Самоубийство и точка. Так сказали врачи и милицейские Васильевой.
Валера нехотя натягивает на себя черный костюм, что остался с выпускного, ранним утром понедельника. Он перед выходом не смотрит в зеркало, ему всё равно, как он выглядит. Мужчина чувствует колючую щетину на лице, но нет желания заниматься бритьём. Он перестал готовить себе и, в основном, вообще не ел. Пару дней назад сухо общался со следователями, которые приходили выяснять обстоятельства и с группировкой, что хотела хоть как-то поддержать. Турбо впервые выходит из дома спустя три дня. Солнце режет по глазам, он щурится, опускает взгляд, садится в автобус, который оплатила улица, собрав со всех и едет, покуривая сигарету за сигаретой, потому что лишь крепкий никотин придавал сил держаться на ногах. Он нормально не спал со дня, когда прекрасной не стало, а сейчас сидит возле закрытого гроба, рядом с плачущей тетей Светой.
Приехав, хотелось остаться в гребанном автобусе, лишь бы не видеть похороны.
Марат выглядит совсем плохо, и, кажется, он подвыпивший. Адидас старший держит в объятиях молодую медсестру, что сама плохо стоит на ногах. Здесь все, и бабушка Айжан со своим стариком и маленькая Юля, плачущая на руках старшего брата. Даже Кощей пришел со своими близкими.
Бледное лицо Василисы, отмытое от крови, безжизненное и такое родное.
Туркину хватает одного взгляда, чтоб глаза наполнились слезами. Девчонка одета в красивое белое платье, и цвет его сливается с кожей. Ресницы кажутся такими темными на общем фоне, а губы почти незаметные, сухие и такие же бледные, как и все тело. А мужчина когда-то целовал их. Жаждал и нуждался. Супер понимает, что в нём нет сил оставаться здесь дальше. Все только началось, но он больше не может выдержать. Его сердце разрывается. Валера не хочет больше видеть это лицо. Эти руки. Хочется запомнить прекрасную такой, какой она была при жизни. Яркой, эмоциональной и любимой. Группировщик разворачивается и уходит, не дожидаясь конца церемонии прощания.
Конец.