Двойной эспрессо

*****

«— Хигён, какое у Пак сегодня настроение?»

Тихо хмыкаю, видя на экране телефона сообщение от друга.

«— Относительно неплохое. Опаздываешь?»

«— Да я вообще не планировал идти, но она же потом не отстанет»

Легкая улыбка трогает мои губы, и я лениво подпираю голову рукой, печатая ответ.

«— Ну, тогда тебе лучше поторопится. А то будет хуже, чем если бы ты вообще не пришёл»

«— Бегу»

Отложив телефон, зеваю.
Сидя на первой субботней паре, погружённая в свои мысли, я все ещё не совсем понимаю, зачем вообще нахожусь здесь. Разум давно покинул пределы аудитории, пока средних лет преподавательница, увлечённо излагающая сложные концепции, казалась мне далёкой и совершенно неинтересной. За окном холодного, промозглого ноября зловеще кружили обветренные листья, а небо было затянуто темно-синими облаками. В груди заволновалась странная тоска.

Голову заполнили мрачные размышления о разном. Учёба, будущее, деньги, работа.. Черт, работа! Я совсем забыла о том, что меня могут уволить с моей и без того ужасной подработки.

Прикусив губу, я свела брови от этой мрачной перспективы. Конечно, раздавать листовки никогда не было моей мечтой, но стипендии и так не хватает даже на самую экономную жизнь, а на другие возможные варианты временной работы меня не брали либо из-за отсутствия опыта, либо из-за собственных причин. «Извините, но мы ищем парня бариста. Девушка не подойдет» — прозвучал в голове противный голос одной дамы, в чьё кафе я пыталась устроится не так давно. До сих пор бесит эта ситуация. Какого хрена? Нигде не было указано, что нужен именно, мать вашу, парень!

Мой взгляд вновь скользнул по темному небу за окном, дабы отвлечься от навязчивых мыслей. Просто раздражает.

Далее, вместо того, чтобы всё же начать внимательно слушать преподавателя и делать заметки, я боролась с желанием спать — веки с каждой минутой становились всё тяжелее. Я, конечно, старалась сосредоточиться, но мысли упрямо ускользали в сторону.

За стеклом все ещё бушевал ветер, неумолимо срывая последние листья с деревьев и швыряя их на тротуар. Я вздохнула, чувствуя, как усталость наваливается на меня, как тяжёлое одеяло.

«Что, черт возьми, нужно сделать, чтобы теперь хотя бы раздавать листовки мне доверяли» — снова и снова прокручивалось в голове. Каждый раз, когда приходилось стоять на улице в холод, размахивая листовками, я чувствовала, как ненавижу всё и всех вокруг. Люди проходили мимо, не обращая никакого внимания, а иногда и вовсе грубо отказывались от моих предложений. Поэтому я не могла не думать о том, что мой «горе-начальник», вероятно, не был доволен моей работой.

Очередной усталый вздох. Я попыталась вернуть себя к реальности, но мысли вновь унесли к проблемам. Как я могу повлиять на ситуацию? Не хотелось бы разочаровывать родителей, которые верят, что я получаю достаточную стипендию и подрабатываю администратором в приличном ресторане.

Тихо хмыкаю. Боюсь, они не обрадуются, если они узнают, что меня выгнали оттуда ещё месяц назад.

Я даже не сразу услышала, как преподавательница во всю кого-то отчитывала.

— Какое безответственное отношение к учебе! Это недопустимо, Хван Хёнджин! — крикнула она вслед недовольно плетущегося к моей парте парня, заставив того закатить глаза.

— Радуйся, что я вообще пришел, — тихо буркнул он в её сторону, заваливаясь на стул рядом со мной.

Я хихикнула.

— Я тебя предупреждала.

Вновь закатив глаза, Хван лениво подпер щеку рукой, тихо зашипев.

— Айщщ, сраный чупа чупс, — он поморщился, слегка потерев немного подпухшую щеку, на что я непонимающе посмотрела на него. — Съел вечером, так зуб всю ночь болел.

— Бедолага, — иронично надув губы, я погладила того по взъерошенным волосам. — А стоматологи-то нынче дорогие.

— Да что ты говоришь? Правда, что-ли? — вспылил он, обиженно убирая мою руку. — Мне и так зарплату уже неделю не отдают, а тут.. Дебильные студенческие годы.

Я грустно усмехнулась.

— Не то слово. Вообще не знаю, что делать — за то, что я целыми днями стою на холоде и пристаю людям с этими дурацкими листовками, платят сущие копейки, так ещё и уволить грозятся, — пробормотала я, нервно подёргивая ногой. — А всё из-за того, что какие-то малолетние идиоты решили, что докапываться до девушки, раздающей листовки с рекламой ремонта стиральных машин — офигеть, как круто. Вот сломается у них стиральная машина — вспомнят меня!

Хёнджин рассмеялся.

— Обязательно вспомнят. Кстати, — он посмотрел на меня. — Мой хороший друг подрабатывает барменом в достаточно неплохом баре.

— И?

— И им требуются официанты. Платят, говорят, неплохо, да и напрягаться особо не нужно. Ну, по пятницам и субботам, разве что — в эти дни он почти полон.

Я насмешливо приподняла брови, лишь слегка заинтересовавшись.

— Официанткой? Ты хоть представляешь меня с полным подносом в руках? Да в первый же рабочий день этот бар потеряет половину своей посуды, а я потом буду отрабатывать до конца жизни.

Хван закатил глаза.

— Да ладно тебе, это не так сложно. Я попрошу друга, он за тебя спросит. Наш одногруппник, кстати, и мой сосед по комнате по совместительству.

Нахмурив брови, я попыталась вспомнить, кто же его сосед. Почти и не представляю, как он примерно выглядит.

— Я видела его всего пару раз, и то ещё на первом курсе. Минхо, кажется?

— Ага, — Хёнджин откинулся на спинку стула, потянувшись. — Он не ходит на пары — свои причины, — отмахнулся он. — Но если ты ещё не успела хотя бы раз испортить ему настроение, а ещё лучше не попадалась ему на глаза вообще, — он будет нормально к тебе относится, если я про тебя скажу.

Я даже рассмеялась.

— Ого, он такой опасный? — хихикнула я.

— Нет, но он реально грымза! — возразил Хёнджин. — Ты просто с ним ещё не сталкивалась.

— Вот оно как, — я тихо хмыкнула. — Ну, я подумаю. Если что — сразу скажу тебе, мой дорогой друг.

— Я польщен, — парень театрально положил руку на сердце и захлопал глазами.

— Хван Хёнджин! — донеслось с другого конца аудитории. — Мало того, что опоздали, так ещё и срываете мне лекцию?!

Хёнджин что-то пробормотал и зажмурил глаза, медленно сползая вниз на стуле.

— Ещё одна выходка, и вы больше не переступите порог этой аудитории, вы поняли меня?!

Я покраснела от того, что не могла сдержать смех, а парень лишь недовольно на меня посмотрел.

— Он понял, — быстро сказала я за него, и когда, фыркнув, преподавательница продолжила свой рассказ, тихо засмеялась, прикрывая рот рукавом худи.

— Нихрена не смешно, Хигён. Говорили оба, а получил один я! — обиженно надул губы Хёнджин, отворачиваясь от меня.

*****

Холодный ветер заставлял кутаться в пальто ещё сильнее, пока я бежала к парню, который должен был выдать мне партию листовок на этот день.
Вспомнив недавний инцидент, из-за которого меня могли выгнать и с этой работы тоже, мои губы скривились. К счастью, конечно, всё обошлось, но я была не особо счастлива почти час выслушивать то, что мне дают самый последний шанс.

Сейчас, подходя к месту встречи, я четко ощущала то, как безумно была бы рада вернутся обратно в общежитие, завалиться на кровать и заснуть, укрываясь теплым пледом.

— Ну что, Хигён, — начал парень, когда я подошла. — Я надеюсь, ты понимаешь, что твоя работа — это не только раздача листовок. Ты должна уметь справляться с трудными ситуациями, — серьезно сказал он. — Даже, если тебе грубят. Мы не можем позволить себе, чтобы наши сотрудники участвовали в подобных инцидентах, что в прошлый раз.

Я кивнула, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Как будто бы я слышу все это впервые.

— Постараюсь, — произнесла я тихо, стараясь звучать максимально серьезно и убедительно.

Словно в ответ на мою незаинтересованность, парень добродушно вручил мне несколько пачек листовок и сказал:

— Раздавай на этой улице. Лучше встань возле того парфюмерного магазина — там сегодня какая-то крутая демонстрация, много народу. И помни, никаких ситуаций, иначе мы не сможем продолжать сотрудничество.

Я кивнула, сжимая в руках листовки.

— «Сотрудничество», — фыркнула я, когда он ушел. — Говорит так, как будто мы какие-то бизнесмены, и сейчас я держу в руках не листовки с рекламой местной пиццерии, а являюсь её владелицей.

Холодный воздух только усугублял тоскливое настроение. Я снова подумала о том, как бы хорошо было просто лечь и забыться в сне, не беспокоясь о работе и проблемах. Но жизнь не оставляла выбора, и пришлось брать себя в руки, угрюмо топая в сторону парфюмерного магазина.

Сначала всё шло довольно неплохо. Люди улыбались мне, и лишь единицы просто игнорировали, проходя мимо. Я была удивлена — ожидания от этого дня были явно хуже.

Завернувшись в теплый шарф, я старалась как можно искреннее улыбаться в ответ, и люди реагировали с приторным дружелюбием. Некоторые останавливались, чтобы зачем-то поблагодарить за информацию, другие просто кивали, беря листовки. Я даже успела помечтать о том, как сегодня вечером смогу порадовать вкусным кормом рыжего кота, который прибился к общежитию и частенько заглядывает на наш балкон через пожарную лестницу.

Однако, как обычно, ничего так просто мне не достается.
Из-за угла, не обращая никакого внимания на окружающих от слова «совсем», выскочил мужчина средних лет с до противного недовольным лицом. Что-то активно доказывая кому-то явно несчастному, он выглядел так, словно сейчас лопнет от злости.

— Ты меня ещё не понял?! Найди мне его, я сказал! Я этому мелкому засранцу все кости, переломаю, клянусь!

Не замечая никого на своем пути, этот кретин грубо пихнул меня плечом, пролетая мимо. Листовки, которые я держала в руках, разлетелись в разные стороны.

— Эй! — воскликнула я, пытаясь поймать хотя бы одну из них, но ветер был слишком сильным. — Вы не видите, куда прёте?!

Мужчина остановился и, обернувшись, посмотрел на меня с гневом. Убрав телефон в карман, он сплюнул в сторону, подходя ближе.

— Что сказала?

Я отчетливо почувствовала, как где-то в груди усталость, недосып и раздражение смешались воедино и вступили в бурную реакцию между собой.

— А что, проблемы со слухом?

У мужика глаза на лоб полезли.

— Да кто ты такая? — рявкнул он, поднимая с пола одну листовку, и сжимая её в руке. — Ты у меня сейчас жрать эту бумагу будешь!

Толпа вокруг нас росла. Некоторые из них начали перешептываться, и краем глаза я заметила, как несколько людей с интересом наблюдают за конфликтом.

— Вот так в 21 веке некоторые особи мужского пола с девушками разговаривают? — хмыкнула я, скрестив руки на груди.

Но когда через три секунды он гневно сжал кулаки, мне стало совсем не до смеха.

— Повтори.

Я нервно сглотнула, отходя назад.

— Повтори, овца.

— Кто?!

В воздухе повисло напряжение, и я буквально закипела. Да что он себе позволяет вообще?!
И даже смотря на это красное от злости лицо, инстинкт самосохранения, видимо, полностью покинул меня, а в голове всплыла только одна мысль.
Лучшая защита — это нападение.

******

— Сука! Я тебе найду, тварь ты малолетняя! — отдаленно слышу я где-то далеко за своей спиной.

Сердце колотится бешеной скоростью, и мне кажется, что если я продолжу бежать ещё хотя бы пару минут — упаду в обморок.
Завернув в какой-то двор между многоэтажек, я спряталась в одном из подъездов, переводя дыхание.

— Ну, зато будет знать, как распускать свой грязный язык, — истерично посмеиваясь, успокаивала я себя, оперевшись спиной о стену. Кажется, я попала точно в цель. Иначе не успела бы убежать.

Согнувшись, уперлась руками в колени, стараясь отдышаться. И даже немного рассмеялась. Давно я не получала столько адреналина.

Телефон разрывался от звонков работодателя, и я закатила глаза, доставая его из кармана своего пальто. Парой нажатий добавив номер в черный список, я показала экрану язык.

— Уж лучше без денег, чем с такими приключениями, — пробормотала я, с тихим болезненным стоном выпрямляя спину и медленно плетясь на улицу.

Аккуратно выглянув из подъезда, я убедилась в том, что того кретина нигде нет.
Усевшись на небольшие качели, которые стояли на детской площадке, я запрокинула голову к небу, прикрывая глаза.

— Ну почему я вечно попадаю в какое-то дерьмо? — промычала я, сведя брови.

Телефон вновь разрывало от мелких вибраций.

— Господи, отвали ты уже, — я откровенно заворчала, словно старушка, открывая многочисленные сообщения от парня, который давал мне листовки, в мессенджере.

«— Ты уволена!»

— Правда? Не шутишь? — тихо «удивилась» я, театрально вскинув брови. — Как же так?

Заблокировав настойчивого парня и там тоже, я вздохнула, набирая номер друга.

— Да? — послышался слегка усталый голос по ту сторону экрана.

— Твое предложение устроится официанткой было принято к рассмотрению и на данный момент утверждено, — невесело объявляю я, без сил вставая с качели и плетясь куда-то по дворам.

Слышу, как Хёнджин смеётся.

— Хорошо, я скажу другу, чтобы замолвил за тебя словечко.

— Нет, нет, нет, только давай без всяких друзей, ладно? Просто скинь мне название бара, и я сама все сделаю, — заверяю его я, и слышу, как он цокает языком. — Не спорь.

— Ладно, как тебе угодно, — Хёнджин сдаётся, вздыхая. — А что с листовками?

На секунду я замолкаю, прикусив губу.

— Амм.. Ну, просто решила, что такая работа не для меня, — кажется, я звучала немного неубедительно. Но я старалась.

— Точно?

— Угу.

— Ну, будь по-твоему. А, кстати, — оживился Хван. — У меня есть для тебя предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Хмыкаю, выходя на главную улицу.

— И что же это за предложение?

— Ты пишешь за меня курсовую, а я даю тебе палочку и фантик от чупа чупса. Клубничного! Идёт?

Я усмехаюсь и закатываю глаза. Кажется, ещё один контакт сегодня откажется в черном списке.

______________________

Визуал к главе в тгк🤍