Стрельба из лука

Тёплые поцелуи вытягивали из сладкого сна. Нежные губы с трепетом касались подрагивающего тела. Прохладные пальцы выводили замысловатые узоры на животе, спускаясь к покрывшимся мурашками бёдрам. Знакомый аромат, ласкавший обоняние, чувствовался намного ярче, чем обычно. А сердце в груди билось отчаянно, словно дикая птица в клетке, пытавшаяся вырваться на волю.

Я неохотно приоткрыла глаза, сквозь приопущенные ресницы, различив светлую макушку, нависшую над моей грудью. Приглушённый шёпот вибрацией отдавался внутри, когда горячее дыхание касалось чувствительной шеи.

— Леголас? — голос, всё ещё не до конца отошедший от сна, прозвучал хрипло, с некоторой леностью.

Взгляд встретил довольное лицо аранена, поднявшего голову из-за моего пробуждения. Он навис надо мной, по обе стороны опираясь руками о кровать. Его глаза с играющими в них переливами всех оттенков голубого скользили по мне не отрываясь. Губы тронула лёгкая улыбка, которая с каждой секундой становилась шире и шире. И излучала такой свет и сияние, что его бы хватило на заполнение всей комнаты.

— Доброе утро, — заботливо произнёс Леголас и крепко обнял, прижимаясь ко мне, что остатки сна улетучились.

— Леголас, ты сейчас меня раздавишь, — еле вымолвила я, пытаясь расцепить обвившие меня руки и ноги.

— Не раздавлю, — хихикнул он, своим носом щекоча мою шею.

— Пусти! — взмолилась я, начав извиваться в разные стороны, как уж.

Леголас расхохотался и ослабил хватку, позволяя мне вырваться из его цепких рук.

— Чего это ты липнешь ко мне? Тебя, между прочим, никто не прощал, — я сомкнула руки на груди, всем видом изображая серьёзность.

— Обижаешься? — спросил аранен, а его голос зазвучал так печально, что сердце болезненно сжалось.

— Да, — губы вытянулись в тонкую линию, пока я пыталась разобрать эмоции на лице Леголаса.

Его брови сошлись на переносице, пальцы потёрли виски, а лёгкие при глубоком вдохе наполнились воздухом. И он, как нашкодивший ребёнок, встретился со мной виноватым взглядом, в котором таилось терзавшее его душу сожаление. И от наполненного горечью взора что-то дрогнуло глубоко внутри.

— Прости меня, любимая. За те ужасные слова, что наговорил тебе в порыве злости, — он потянул мои руки на себя, разрушая воздвигнутую мной защиту. Ладоней коснулись подрагивавшие пальцы Леголаса, словно пытаясь завоевать моё доверие этим неожиданным жестом. — За боль, что причинил.

— Ты правда признаёшь свою вину? — засомневалась я.

Аранен молча кивнул, не прекращая выжидающе смотреть мне в глаза.

— Хорошо, — я захватила в себя побольше воздуха, набираясь смелости и борясь с соблазном простить любимого просто так, лишь бы только никогда не видеть угасший в глазах блеск. — Но только если ты выполнишь одно условие.

— Какое? — выдохнув, с отчаянием в голосе спросил он.

— Смирись с тем, что я вправе распоряжаться своей судьбой и лично принимать решения относительно дальнейшего пути. Я, без чьей-либо помощи выберу, что для меня лучше. И, если буду уверена, что хочу принять участие в следующей битве, ты не станешь запрещать, — я чётко проговорила своё требование.

Леголас опустил голову, погрузившись в раздумья, и спустя продолжительное время неохотно кивнул.

— Согласен. Но и у меня будет к тебе встречное условие, — он помедлил, убедившись, что его внимательно слушают, продолжил. — На поле боя не отходи от меня далеко, чтобы я чуть что смог тебя защитить.

— Но, Леголас, я сама в состоянии справиться, — проворчала я.

— Знаю. Просто позволь быть сильным для тебя, любимая, — нежно улыбнулся он, смахивая с лица мешавшую прядь. — Ведь я по-прежнему должен тебе одно спасение от смерти, помнишь?

От последней фразы я чуть ли не растаяла, чувствуя прилив благодарности к аранену.

— Договорились, — я победно улыбнулась, радуясь, что мы наконец пришли к согласию. — Я приложу все усилия, чтобы исполнить твою просьбу, если, конечно, ты выполнишь мою.

— Спасибо, — просиял он и снова сгрёб меня в охапку.

И теперь, когда мысли освободились от терзающих проблем, я чётко почувствовала, как его рельефная грудь прижималась к моей. Дыхание прервалось, пальцы невольно сжали спину Леголаса, чувствуя, как перекатываются напряжённые мышцы. А кожа вспыхнула диким огнём в тех местах, где наши тела соприкасались. И даже хлопковая рубаха не спасала ситуацию.

— Леголас, — я снова начала отталкивать его от себя, на этот раз более шутливо. — Я подумала... ты ещё не заслужил моего прощения.

— Нет? — он удивлённо уставился на меня, а на лице отражалось неподдельное недоумение. — Мы же договорились.

— Я прощу тебя, когда...— я хитро прищурилась, рассматривая его идеальный торс, а желание покрыть поцелуями каждый сантиметр стройного тела так и просилось наружу. — Когда ты оденешься.

Леголас, уловив моё настроение, одарил меня игривой улыбкой и шустро обхватил голень, поднося к губам. В небесно-голубых глазах медленно разрасталось пламя, прокладывая путь к моему клокочущему сердцу.

— Хочешь, чтобы я оделся? — шепнул он, и кожа на ноге покрылась мелкими мурашками.

— Да, хочу, бесстыдник, — ласково протянула я, обхватывая зубами нижнюю губу.

— Это я бесстыдник? — его брови удивлённо взметнулись вверх, и Леголас оставил невесомый поцелуй возле моей коленки, заставляя кровь, чуть ли не забурлить в венах.

— Конечно же, ты, — проглатывая просящийся наружу стон, произнесла я. — Я одета.

— Одета говоришь? — не прекращая улыбаться, спросил он, устраиваясь рядом со мной набок и легонько касаясь одними кончиками пальцев моей щеки.

— Да-а, — хихикнула я, не переставая удивляться тому, как краски в его глазах стремительно меняют свои оттенки, подстраиваясь под настроение хозяина.

Леголас на секунду прикусил нижнюю губу, как делал всегда, принимая вызов, а потом тесно прижался ко мне. Его ловкие пальцы принялись медленно расстёгивать рубашку, пуговица за пуговицей. Я втянула в грудь воздух, ожидая его горячих прикосновений, но ни разу не ощутила их кожей. Не знаю, как он это делал, но его руки скользили по лишь тонкой ткани.

— А теперь? — с этими словами он поцеловал меня в щёку.

Следующее чувственное касание губ пришлось на вторую. От невинных поцелуев почему-то бросило в дрожь. В животе возникло невыносимо приятное покалывание.

— Я всё ещё одета, а ты по-прежнему бесстыдник, — тихим голосом ответила я, пропуская пальцы сквозь мягкие волосы принца.

— А если я сделаю так? — и с этими словами Леголас распахнул рубашку, отчего кожу обдало прохладным воздухом, и она покрылась мурашками.

— Я останусь одетой, пока ты полностью не разденешь меня... — я облизала вмиг пересохшие губы, встретившись взглядом с потемневшими глазами принца, под огненным взглядом которых я медленно плавилась.

— Думаю, пока можно с этим повременить, — ухмыльнувшись, он припал губами к моей груди, осыпая её чувственными и жгучими поцелуями.

— Ах, — простонала я от внезапного порыва аранена, действия которого уносили меня куда-то за пределы сознания.

— И кого из нас надо называть бесстыдником? — шепнул он, и у меня перехватило дыхание, когда влажный язык с особой лаской встретился с моим соском.

— Леголас... — я выгнулась навстречу настойчивым рукам, когда те решительно раздвинули мои ноги.

Тонкие пальцы принялись беспорядочно исследовать внутреннюю поверхность бёдер, а губы — прокладывать дорожку из поцелуев к животу, который вздрагивал от малейшего прикосновения. Руками я вцепились в длинные пряди аранена и простонала особенно громко, когда его пылкие поцелуи спустились ещё ниже, лаская меня там, где я даже боялась представить.

Меня будто подхватил стремительный вихрь, лишая рассудка. Из пересохшего горла вырвался приглушённый стон. Руки аранена метнулись к моим затвердевшим соскам, перекатывая их между пальцами, а язык прикоснулся к самой чувствительной точки моего тела. Сознание воспарило к небесам, по конечностям прошла приятная судорога, и я непроизвольно обхватила бёдрами голову Леголаса, чувствуя его ласки ещё ближе. Ещё сильнее. Как бы стыдно ни было признаваться в этом, но фееричнее ощущений я не испытывала никогда в своей жизни.

— Леголас, что... — мне не удалось договорить, потому как невыносимо горячие губы принялись посасывать нежный бугорок, в котором сконцентрировалась вся скопившаяся во мне энергия.

Пульсация между ног усиливалась, как и движение губ с языком Леголаса. Громкие стоны беспрепятственно вырывались из меня. Каждая клеточка тела кричала от охватившего удовольствия. Пальцы аранена сильнее сжали полыхавшие соски, а губы втянули в рот трепещущую плоть.

Руки судорожно сжали смятые простыни. Спина прогнулась навстречу любимому. Тело затряслось от накатившей волны наслаждения. И я взорвалась, чувствуя, как внизу живота словно разверзся вулкан. Без сил рухнула на подушку, не видя и не слыша ничего, лишь медленно плывя по окутанной звёздами тропе. А сердце в груди билось, как бешеное.

В сознание вернули чувственные поцелуи, скользящие по моей груди. Учащённое дыхание Леголаса оставляло на коже жаркие следы. Его пальцы бесстыдно гладили меня между ног, хотя о каком стыде можно было говорить после того, что сейчас произошло.

— Что ты делаешь? — лениво простонала я, остро ощущая каждое его прикосновение и всякий раз вздрагивая.

— Принцесса, — ласково промурлыкал он на ушко, оставляя в покое мою грудь.

— Леголас, перестань, — я попыталась извернуться, но словно бы почувствовав моё сопротивление, аранен впился в меня поцелуем.

Его сладкие губы и требовательный язык вызвали в ещё возбуждённом теле новую волну дрожи. Руки любимого медленно поползли вверх, останавливаясь на моей вздымавшейся от быстрого дыхания груди. Не прекращая целовать, он перекинул через меня свою ногу, и я ощутила его желание.

Твёрдая обжигающая плоть коснулась моего бедра. Её пульсация передалась и мне, затягивая новый узел внизу живота. Тихо простонав, я почувствовала, как аранен улыбнулся сквозь поцелуй и обхватил мои запястья, смыкая руки над головой. Глаза непроизвольно закатились от удовольствия, спина прогнулась, и я ярко ощутила подрагивающий орган между ног.

Какая-то неведомая сила овладела мной. Под действием порыва, продиктованного неудержимой страстью, я обхватила ногами торс Леголаса и толкнулась корпусом вперёд, чувствуя, как любимый наполняет меня собой. Блаженство прокатилось по телу, а наши стоны смешались.

Я распахнула глаза и прервала поцелуй, желая увидеть выражение лица аранена. Он смотрел на меня с лёгкой улыбкой, застывшей на устах. Яркие глаза затянуло бледной поволокой с маленькими вкраплениями, которые точно россыпь звёзд виднелись на утреннем небе. Запутанные пряди волос окаймляли светящееся счастьем лицо.

— Прекрати меня разглядывать, лучше поцелуй, — и он снова завладел моими изнывающими по ласкам губами.

Не успела я опомниться от головокружительного поцелуя, как аранен медленно качнулся тазом вперёд, скользя внутри меня. Я подалась ему навстречу, теряя стоны в поцелуях любимого. Который становился всё требовательнее и ненасытнее с каждым движением бёдрами.

— Анариэль!

Мы замерли одновременно от звука женского голоса, донёсшегося из коридора. И у меня, и у аранена резко участилось сердцебиение. От испуга я не могла и пошевелиться, так и застыв с прижатыми к Леголасу губами.

— Анариэль! — повторился зов Эовин, теперь уже вместе со стуком в дверь.

И тогда мне удалось отойти от оцепенения, отталкивая от себя такого же ошарашенного Леголаса. Он рухнул рядом, смотря на меня округлившимися глазами. А я принялась судорожно застёгивать пуговицы на единственном прикрывающем меня элементе одежды.

— Что она здесь делает? — шёпотом спросил он, взволнованно смотря в сторону двери.

— Не знаю, — так же тихо ответила я, чувствуя, как замерло дыхание.

— Анариэль, у тебя всё хорошо? Эомер сказал, что слышал, как ты кричала ночью, — снова донёсся обеспокоенный голос девушки, а Леголас недовольно сжал губы. — Я сперва не придала его словам значения, но время уже далеко за полдень, а ты до сих пор не покидала своих покоев. У тебя всё хорошо?

— Ответь ей что-нибудь, — шепнул аранен.

— Эовин, — голос прозвучал с хрипотцой, поэтому я прочистила горло. — Эовин, всё в порядке. Не переживай. Я просто заспалась.

Мой эльфийский слух обострился настолько сильно, что я услышала, как девушка облегчённо выдохнула.

— Хорошо, — радостно откликнулась она. — Я принесла твою одежду. Ты ведь её у меня оставила, я уж подумала, что ты из-за этого не выходишь. У тебя же кроме платья то и ничего нет, да и то без посторонней помощи не наденешь.

Вспомнив про разорванное Леголасом платье, я недовольно зыркнула на него, на что тот лишь пожал плечами.

— И что мне теперь делать? Не выйду же я к Эовин в твоей рубахе? — поинтересовалась у аранена, говоря на полтона тише.

— Откуда я знаю? Попроси её уйти, — предложил принц.

— А в чём я буду ходить? Ведь по твоей милости я осталась без платья, — недовольно сообщила ему я. — Поэтому иди сам забери вещи.

— Я? — от удивления он даже открыл рот.

— Уж лучше одетый ты, чем я в твоей рубахе.

— И как, скажи на милость, я надену брюки в таком состоянии? — он опустил взгляд вниз, за которым я проследила и сразу же ощутила, как запылали щёки, стоило только столкнуться с мужским достоинством внушающего размера.

— Не знаю, — быстро отвела глаза я. — Неужели ты не можешь с этим что-нибудь сделать?

— Как я сделаю что-то, если передо мной сидишь красивая и привлекательная ты? — он улыбнулся, скользя по мне томным взглядом.

— А ты поменьше на меня пялься и представь, что это не красивая и привлекательная я, а мерзкий и уродливый орк, — приказала я. — А теперь одевайся.

Леголас скорчил такое выражение лица, будто я несу несусветную чушь, и выполнить мою просьбу в принципе невозможно.

— Анариэль? Ты меня слышишь? — недоумённо спросила Эовин.

— Да, конечно. Подожди минутку.

Я принялась поторапливать Леголаса, чувствуя себя при этом дико неловко. От одной только мысли, что обо мне подумает Эовин, становилось не по себе. Но мне нужна была одежда, поэтому приходилось прибегнуть к помощи аранена. Который с трудом, но всё же натянул штаны, хотя в области паха виднелась значительная выпуклость.

— Надень камзол, — потребовала я, снова краснея.

— Тогда отдай мне рубаху, — хитро протянул он, приподняв брови.

— Какой же ты, — буркнула я, принявшись расстёгивать пуговицы. — Даже в такой ситуации не упустишь возможности увидеть меня обнажённой.

— И вовсе нет, — улыбнулся он, не отрывая глаз от моих, бегающих по пуговицам, пальцев. — Просто у меня, в отличие от вас, аранель, нет привычки носить камзол на голое тело.

Леголас подмигнул, напоминая мне те два случая.

— Ах ты! — громко вырвалось у меня, и я запустила в него снятой рубахой, которую он ловко поймал, а я сразу же закрылась одеялом, чтобы не пялился.

— Анариэль? Ты там не одна? — раздался обеспокоенный голос Эовин.

— Да. В общем, — я сглотнула образовавшийся в горле ком с примесью стыда, страха и неловкости. — В общем, сейчас Леголас заберёт у тебя одежду.

— Что? — удивлённо выкрикнула девушка, кажется, готовая услышать всё что угодно, но только не это.

Ответа от меня она не дождалась, потому что одевшийся Леголас приоткрыл дверь, встречая гостью с лучезарной улыбкой на лице. А я искренне радовалась, что кровать стоит не напротив двери, и меня не видно в образовавшемся проёме.

— Здравствуй, Эовин, — елейно протянул он. — Ты не станешь возражать, если я передам одежду Анариэль? Она сейчас немного в неподобающем виде.

— Н-нет, — шокированным и дрожащим голосом ответила та, а я была готова сгореть со стыда от последней фразы Леголаса.

— Вот и отлично. Спасибо за заботу о моей невесте, — и, заставляя меня снова провалиться сквозь землю, аранен захлопнул дверь, перед этим не забыв принять из рук девушки вещи.

Как только довольный собой Леголас подошёл к кровати, я сразу накинулась на него:

— Ты что это Эовин наговорил? Зачем сказал, что я в неподобающем виде?

— А то бы она сама не поняла, — хмыкнул он. — Успокойся, что в этом такого? Мы ведь снова вместе.

— Вместе... — фыркнула я. — Невестой меня своей зачем назвал?

— Но ты ведь меня простила...

— Простила, но замуж выходить не соглашалась. А будешь вести себя подобным образом, вообще никогда не соглашусь!

— Анариэль, — он выпятил вперёд нижнюю губу, садясь рядом, — не злись. Я ведь тебя люблю.

Не знаю, в чём была причина, но эта короткая фраза, сорвавшаяся с любимых губ, подействовала на меня лучше любого успокоительного. Но не успела я даже подумать о том, чтобы обнять Леголаса, как он так же быстро всё испортил:

— Давай лучше продолжим, на чём остановились.

— Давай, — подхватила я, на что Леголас удивлённо выпучил глаза, не ожидая такого быстрого согласия. — А остановились мы на том, что ты сейчас уходишь, а я одеваюсь и иду обелять своё имя перед Эовин.

— Но, Анариэль...

— Да, Леголас, — я подползла к нему и нежно чмокнула в нос, придерживая рукой одеяло на груди. — Я люблю тебя, но давай увидимся позже.

Аранен вздохнул и как-то с сожалением взглянул на одеяло в моих руках. Потом, немного поморщившись, поправил брюки в области паха, что меня снова вогнало в краску. И наконец согласно кивнул:

— Хорошо. Но этой ночью ты от меня не отделаешься, — шутливо протянул он, направляясь к двери, возле которой остановился и как-то встревоженно посмотрел на меня. — Между нами точно всё хорошо?

— Да, любимый, всё хорошо, — аранен расплылся в счастливой улыбке и скрылся за дверью.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя после всего случившегося. Мысли метались в голове от размышлений о произошедшем ночью, совместном пробуждении с Леголасом и чем оно закончилось до неловкой ситуации с Эовин. Но, удивительно, это меня почти не заботило, по сравнению с тем, что в итоге заполонило мои мысли. Аранен, наконец, решил дать мне свободу. И это событие стало самым значимым для меня. Произошло то, о чём я даже и не мечтала. Но любимый осчастливил меня, поэтому настроение было лучше некуда. Даже конфуз с подругой не омрачил его. Но всё же ситуацию необходимо разъяснить, и я поспешила одеться.

Принесённые Эовин вещи, которые Леголас оставил аккуратно лежать на кровати, источали тонкий аромат чистоты и свежести. Руки бережно поднесли к лицу белую накрахмаленную рубашку, которая приятно пахла утренним зноем и едва уловимым цветочным благоуханием. Губы выпустили тихий стон наслаждения, когда мягкая выглаженная ткань скользнула по изгибам тела. От приятных ощущений свежей одежды на лице возникла блаженная улыбка.

Расчесав волосы и заплетя их в незамысловатую косу, вышла из комнаты. На удивление, никто не встретился в коридоре, пока я шла к покоям Эовин, а по словам девушки, время было уже позднее. Комната подруги находилась недалеко от моей, поэтому я с лёгкостью отыскала дорогу, хоть и была там всего раз.

Остановившись перед нужной дверью, сделала два глубоких вдоха, собираясь с мыслями. Я совершенно не знала, что говорить Эовин и как себя вести, поэтому было принято решение действовать по обстоятельствам и подбирать слова исходя из реакций и поведения собеседницы.

За продолжительным стуком в дверь последовало лишь молчание. Тогда я снова согнула пальцы в кулак и постучала уже громче, из-за чего звук эхом разнёсся по пустому коридору.

— Эовин? — позвала я.

В ответ снова тишина. Значит, никого не было в покоях.

И где мне теперь её искать? Я же здесь ничего не знаю, кроме главного зала да дороги в конюшню.

В итоге решила дойти до конюшен, перед этим заглянув в место вчерашнего пиршества. В зале было куда оживлённее, чем в остальной части замка. То тут, то там сновали слуги, судя по всему, готовясь к обеду. Они расставляли блюда на сервированные столы. Следов вчерашних гуляний не осталось. Зал стал таким же, каким я увидела его впервые.

Среди присутствующих людей мне не удалось распознать Эовин, а спросить у кого-то о её местонахождении я не решилась. Ведь не увидела ни одного знакомого лица. Вот бы мне встретился Эомер или даже Гамлинг. Им хотя бы я была представлена. Не найдя другого решения, кроме как выйти и осмотреться на улице, направилась к выходу из чертога.

Как и сказала Эовин, время было уже давно за полдень. Яркое солнце висело высоко в небе. Его согревающие лучи ласкали соскучившуюся по теплу землю. Вдалеке виднелось пасущееся стадо лошадей, во дворе же было очень многолюдно, начиная от воинов и заканчивая слугами. Кажется, все радовались сегодняшней погоде. Свежий ветерок был мягким и тёплым и ласкал своим дуновением открытые участки кожи. Я остановилась на террасе, закрывая глаза и подставляя лицо сверкающим лучам. Тело медленно наполнялось энергией солнца.

— Доброе утро, тётушка, — послышался загадочный голос.

Я рефлекторно обернулась к нарушителю своего уединения. Ко мне ленивой походкой направлялся Элрохир. Поравнявшись, он, последовав моему примеру, облокотился на заборчик террасы, как-то заинтересованно рассматривая моё лицо.

— Доброе, — я прищурилась от солнечного блика, на мгновение ослепившего меня. — И, пожалуйста, не называй меня больше так. Лучше просто Анариэль.

— Как пожелаешь, — он, хмыкнув, повёл плечами. — Как спалось на новом месте?

— Хорошо, — благодарно кивнула я.

— Ну так оно и понятно. Думаю, королевич с большой ответственностью подошёл к охране твоего сна, — он подмигнул мне, а я зашлась в истерическом кашле, стараясь не смотреть на племянника.

Этого ещё не хватало. Мало того что Эовин знает о том, что в моих покоях ночевал Леголас, так теперь ещё и Элрохир ведёт к этому. Да уж, Анариэль, поведение достойное принцессы, ничего не скажешь.

— А при чём здесь королевич? — как можно более спокойным, не наталкивающим на подозрения, тоном спросила я.

— При том, что вчера нас разместили в одних покоях, но Леголас так и не вернулся после пира. И на фоне всего этого зародились у меня интересные мысли, где он на самом деле решил переночевать.

По телу прошлась неприятная, забравшаяся под кости дрожь. Не зная, куда спрятать стыдливые глаза, я уставилась в пол, дабы не смотреть на догадавшегося обо всём племянника. У меня даже руки покрылись красными пятнами, а что творилось в этот момент с лицом, страшно было и представить.

Между нами нависла продолжительная пауза. Я не решалась что-либо сказать, ведь как никто знала, где именно был аранен и чем занимался этой самой ночью. Элрохир же, судя по всему, всё-таки ожидал услышать что-то от меня, поэтому терпеливо молчал. В итоге тишина нарушилась совершенно неожиданным образом.

— Доброе утро, милые родственнички, — как гром среди ясного неба раздался голос второго племянника, и меня обняла за плечи мужская рука.

Всё же заставив себя поднять голову, я заметила, что появившийся словно из ниоткуда Элладан стоял между мной и Элрохиром, обнимая нас за плечи.

— О чём разговариваете? — спросил он, растягивая слова и с подозрением посматривая на брата.

— Да вот, рассказывал нашей тётушке о загадочном исчезновении принца ночью, — ответил Элрохир, снова напоминая мне о недавнем смущении.

— Ах, кстати о нём, — Элладан усмехнулся и высвободил нас из объятий, отходя немного в сторону и открывая взору стоящего рядом Леголаса, который выглядел чуть ли не смущеннее меня. — Повстречал нашего заблудшего соседа, покидавшего предположительное место своей ночёвки.

Элладан подмигнул брату, на что тот широко улыбнулся. Я же за эти несколько секунд уже ни раз пожалела о том, что вообще решила выйти на улицу и остановиться подышать воздухом. Знала бы, что придётся обсуждать подобную тему с племянниками, вообще бы не покидала своих покоев.

— Правильно ли я понимаю, что обворожительная причина пропажи принца сейчас находится среди нас? — не унимался Элрохир.

Элладан кивнул. Я почувствовала, как щёки запылали пуще прежнего, глянула на Леголаса, который был бледен как никогда. Кажется, ему тоже не особо нравилась сложившаяся ситуация, только в отличие от моего его организм реагировал совершенно по-другому. Я уже хотела сорваться с места и просто сбежать, дабы не испытывать весь этот стыд, как вдруг почувствовала невесомое прикосновение прохладных пальцев к моему запястью.

Аранен незаметно завёл руку за мою спину, встретился с дрожащими ладонями и крепко сжал их. В одно мгновение меня покинул и страх, и стыд. В груди стало так тепло, словно касание любимых рук подарило второе дыхание. Заставило откинуть на задний план проблемы и волнения. И тогда я сплела наши с Леголасом пальцы, чувствуя, как крохотные мурашки пробежали по телу.

Не обращая внимания на направленные на нас взоры, аранен наклонился к моему лицу и едва слышно шепнул на ушко:

— Я чувствую, как ты переживаешь, принцесса. Если хочешь, я проведу с этими двумя воспитательную беседу, — его голос мягко обволакивал меня.

— Не нужно. Они всегда такие, — тихо отозвалась я, крепче сжимая его ладонь, а носом легонько потёрлась о гладкую щеку.

— Значит, и правда помирились, — как-то по-доброму заметил Элладан, ставший свидетелем развернувшейся сцены.

— А у вас, Ваше Высочество, как я вижу, совсем отсутствует инстинкт самосохранения, — усмехнулся Элрохир сразу после слов брата, похлопав Леголаса по плечу. — Иначе бы вы понимали, что если Келеборн прознает, что вы наведываетесь в покои Анариэль по ночам, не дождавшись свадьбы, то вы до этой самой свадьбы и не доживёте.

— Прекрати пугать его, брат, — поспешил успокоить аранена Элладан, пока я стояла, не зная, как даже воспринимать столь неожиданное заявление. Леголас тоже был немного удивлён словами друга, очевидно, что он ожидал чего угодно, но только не этого. — Дед у нас всё-таки не изверг какой-то.

— Ты так уверен? — насмешливо ответил ему брат-близнец. — Может к нам он и благосклонен, но, если придётся, руки его не дрогнут совершить даже самое страшное преступление ради чести Анариэль. Поэтому будьте осторожнее Ваше Высочество.

И тут я словно отошла от взявшего в плен ступора и смерила близнецов гневным взглядом. Ещё чего удумали, насмехаться над нами. Да и отца решили зачем-то упомянуть.

— Вы язык за зубами держите, он и не прознает. А то я знаю вас, две болтушки. Хуже лориэнских сплетниц, — поставила я на место племянников, сложив руки на груди.

Леголас расхохотался, Элрохир наигранно надул губы, а Элладан закатил глаза.

— Вот умеешь же ты испортить веселье, Анариэль, — сказал он. — Даже пошутить над твоим женишком нельзя пока есть возможность. А то скоро поженитесь и шутить не над кем будет.

— Вы бы сами себе уже невест подыскали, — цокнула языком я. — А то только шутить и горазды. Хотя по возрасту мне в отцы годитесь.

— Ну знаешь, твой возлюбленный постарше нас будет, — заметил Элрохир. — Так что как доживём до его возраста, можем и задумаемся о невестах. А пока нам и холостяками хорошо живётся.

— Зная ваш образ жизни, вам и возраст не поможет остепениться. Такими темпами я и вовсе не доживу до вашей свадьбы... И это при том что эльфы бессмертны.

— Так, — начал недовольным голосом Элладан. — Что-то разговор пошёл не в то русло. Предлагаю перенести эту тему на более удачный день, а сейчас найти занятие поинтереснее. Мы, кстати, с братом планировали немного поупражняться в стрельбе из лука.

— Да, Анариэль, — поддержал Элрохир. — И мы наслышаны, что ты прекрасно владеешь таким оружием. Не хочешь устроить небольшое соревнование и продемонстрировать свои навыки?

— С радостью! — охотно ответила я, а внутри меня как будто всё оживилось. — Только не смейте поддаваться.

— И не подумаем. Поэтому тебе придётся выложиться на все сто, — подзадоривал меня Элладан.

— Не сомневайтесь, выложусь на все двести, — от предвкушения предстоящего поединка по телу прошёл холодок с примесью обжигающих мурашек.

— Не хочешь присоединиться к нам, Леголас? — спросил Элрохир аранена, которого, кажется, заинтересовал возникший разговор, и он наблюдал за нами с любопытством.

— Я лучше со стороны посмотрю, как Анариэль вас уделает, — усмехнулся Леголас.

От такого заявления у меня чуть челюсть не отвисла. С каких это пор он встаёт на мою сторону?

— Ой, так и скажи, что боишься занять последнее место, — протянул Элрохир. — Давай будем честны, лихолессцы никогда не отличались меткостью.

Леголас рассмеялся:

— Неужели ты хочешь сказать, что вы с Элладаном лучше меня обращаетесь с луком?

— Естественно, — поддержал брата Элладан, сильнее раззадоривая принца.

— С каких это пор? — распалялся Леголас. — Да мне вас обойти — раз плюнуть. А Анариэль мне вообще не соперник.

— Эй! — оскорбилась я, пихая его плечом в бок. — Не слишком ли вы самоуверенны, Ваше Высочество?

— Аранель, — Леголас старался держать серьёзное лицо, но задорная улыбка тронула кончики его губ. — Я нисколько не хочу принизить ваши навыки, ведь у вас был непревзойдённый учитель. Но всё же, чтобы тягаться со мной, вам нужно нечто большее, чем полгода тренировок. Хотя уверен, что, даже проиграв, вы будете держаться достойно, как и подобает принцессе.

Я закатила глаза, а потом послала ему милую улыбку, но так захотелось стукнуть его чем-нибудь тяжёлым. Жаль, что под рукой не нашлось ничего подходящего.

— Элладан, Элрохир, как вам идея показать зазнавшемуся принцу, что он не лучший стрелок в Средиземье? — скрипя зубами, я с вызовом взглянула на аранена. — Вместо того чтобы хвалиться, Ваше Высочество, на деле покажите, на что способны, выступив против нас троих.

Близнецы переглянулись друг с другом, а потом одобрительно зашумели, принимая моё предложение.

— С превеликим удовольствием, аранель, — Леголас довольно прищурил глаза. — Но только учтите, что в случае выигрыша я бы хотел получить поцелуй прекрасной принцессы.

— Отлично, — кивнула я. — Если же победу одержим мы, то Вашему Высочеству придётся признать, что мы самые достойные соперники, что у него были.

Уголки губ аранена быстро поползли вверх. Глаза засветились невиданным ранее огнём. И он молча принял моё условие.

— Кажется, это будет то ещё зрелище, — первым нарушил молчание Элладан.

— Это точно. Пойду за своим луком, а заодно и приглашу зрителей, чтобы веселее было, — хихикнул Элрохир перед тем, как оставить нас на террасе втроём. — Готовьтесь проиграть, Ваше Высочество.