Глава 10.
Агата стояла перед зеркалом, её пальцы дрожали, расстегивая шнуровку свадебного платья. Ткань соскользнула с плеч, обнажив бледную кожу, испещрённую мурашками от холода и страха. Она не решалась взглянуть на своё отражение — словно боялась увидеть там не себя, а чужую, незнакомую девушку, попавшую в паутину Волковых.
За её спиной лежало свадебное платье, белое и роскошное...
Она сняла лифчик, и прохладный воздух коснулся сосков, заставив их напрячься. Нижнее бельё упало к её ногам, и она осталась наедине с собой — голой, уязвимой, но почему-то… свободной.
Хотя бы в этом.
Агата не знала, что за стеклом, в тени камеры, её муж сходит с ума...
Стас не мог оторвать глаз от экрана. Его пальцы впились в подлокотники кресла, оставляя вмятины на дорогой коже. Виски давно закончилось, но огонь в жилах только разгорался.
Она была прекрасна.
Она была… живой. Каждое её движение, каждый вздох, каждая тень, скользящая по рёбрам, когда она повернулась к окну — всё это сводило его с ума...
Он видел, как её руки скользнули вниз, к животу, потом ниже…
Стас резко вдохнул.
Нет. Остановись. Боже мой ..
Но она не останавливалась.
Её пальцы коснулись той нежной кожи между бёдер, и Стас застонал, сжимая себя через ткань брюк. Он был твёрд, как сталь, и так же беспоощно скован.
— Чёрт… — прошептал он, откидывая голову.
Ему было стыдно. Он не должен был смотреть. Но как он мог остановиться? Его рука скользнула вниз, освобождая растущее напряжение. "Не должен", — но пальцы уже обхватили твёрдую плоть, сжав в ритме, который диктовало бешеное сердцебиение...
Она не видела красного огонька камеры, спрятанной в резной раме зеркала. Не знала, что в эту самую секунду чьи-то пальцы сжимают стакан виски так крепко, что стекло вот-вот треснет...
В кабинете раздался приглушённый стон. Стас сжал себя в кулаке, не в силах отвести взгляд.
"Прекрати. Остановись. Ты же не животное…"
Но она словно слышала его мысли.
Её пальцы скользнули между ног, и он увидел, как её губы приоткрылись в беззвучном вздохе.
"Блядь…"
Его рука двинулась быстрее...
Он смотрел на экран, где Агата, обнажённая, стояла в центре комнаты, её кожа светилась под мягким светом лампы. Он хотел отвернуться, но его тело не слушалось. Каждый её жест был для него как наркотик, от которого он не мог отказаться. Его дыхание участилось, а в голове всплывали обрывки мыслей:
«Она не знает. Она не знает, что я её вижу. Я подлец. Я не должен…»
Но он не мог.
Он спас ее от своего отца, от его черного аукциона где продают девушек, женился...но взять ее в первую же ночь...не смог.
Стас кончил, содрогаясь всем телом, и откинулся на спинку кресла, тяжело дыша. Его глаза были прикованы к экрану, где Агата, казалось, застыла во времени, словно Венера, явленная миру. Чувство вины и похоти переплелись в его сознании, создавая невыносимый коктейль. Ему хотелось разбить этот проклятый экран, стереть из памяти каждую секунду увиденного, но, в то же время, он понимал, что это невозможно.
Он уже ее так сильно...до дрожи и невозможности полюбил..
После этого он пошел в душ, чтобы протрезветь, периоделся в домашнюю черную футболку и серые спортивки и, заснул в кабинете...
*****
Время было 4 утра а Агата все еще не могла заснуть...сердце стучало как бешенное, она хотела увидеть Стаса..
Накинув свой шелковый халатик, девушка выскользнула в коридор и легкими босыми ножками двинулась в его спальню..но Стаса там не оказалось.
- " Кабинет..." - шепнула она себе..
И двинулась туда. И застыла...
На небольшом мягком диване лежал Стас, его черная футболка задралась оголяя красивый пресс, а серые спортивки плотно обтягивали бедра..
Какой же он красивый...
И тут он шепчет : - "Моя Белоснежка.."
Это он про нее...
Агата замерла на пороге, её пальцы сжали край шелкового халата, будто пытаясь удержать себя от шага вперёд. Губы её слегка приоткрылись, когда её взгляд скользнул по его телу — по напряжённым мышцам живота, по линии таза, где ткань спортивок подчёркивала каждый изгиб. Её сердце билось так громко, что она боялась, будто он услышит его даже во сне.
Нет, не во сне. Стас лежал неподвижно, но дыхание его было глубоким и ровным, словно он погрузился в мир, где не существовало ни её, ни этого кабинета, ни их странного, мучительного брака...
Она сделала шаг вперёд, ощущая, как пол холодит её босые ступни. Ещё шаг. Ещё. И вот она уже стояла прямо перед ним, её тень падала на его лицо, и она видела, как его веки с длинными, черными ресницами дрогнули...
«Проснись, — прошептало что-то внутри неё. — Проснись и возьми меня».
Её рука дрожала, когда она провела пальцами по краю дивана, ощущая мягкость ткани. Она хотела коснуться его, почувствовать тепло его кожи, убедиться, что он настоящий. Но что, если он проснётся?
Что, если он отвернётся, как в эту первую ночь, когда он не смог даже дотронуться до неё?
Её губы сжались, а в глазах зажглась искра чего-то, что она сама до конца не понимала. Она наклонилась ближе, её дыхание коснулось его кожи, и она увидела, как мурашки побежали по его руке. Он почувствовал её.
— Стас… — её голос был едва слышен, но в то же время он звучал как гром.
Его глаза медленно открылись, и она увидела в них сперва пустоту, а затем — осознание. Она стояла перед ним, её халат слегка распахнулся, открывая бледную кожу груди. Он вскинул на неё взгляд, и его глаза расширились.
— Агата… — его голос был хриплым, словно он только что проснулся от тяжёлого сна. — Что ты…
Она не дала ему закончить. Её рука коснулась его груди, и он вздрогнул, как от удара током. Его ладонь автоматически схватила её запястье, но она не отдернула руку. Вместо этого она наклонилась ещё ближе, её губы оказались в сантиметре от его уха.
— Я не могу спать, — прошептала она, её голос дрожал, но в нём была сила, которую она сама в себе не ожидала найти. — Я думала о тебе.
Его дыхание участилось, и она почувствовала, как его пальцы сжали её руку сильнее. Он хотел оттолкнуть её, она это знала. Он всегда отталкивал. Но сейчас что-то изменилось. Его глаза горели, как угли, и она видела, как он борется с собой.
— Агата, ты не понимаешь… — он начал, но она перебила его.
— Я понимаю, — сказала она, её губы коснулись его шеи, и он замер. — Я понимаю, что ты хочешь меня. Почему ты не берёшь?
Его рука отпустила её запястье, и он резко сел, отодвигаясь от неё. Но она не отступила. Она опустилась на колени перед ним, её руки легли на его бёдра, и она почувствовала, как он напрягся.
— Остановись, — сказал он, но его голос был неуверенным, и она знала, что он не хочет, чтобы она останавливалась.
Её пальцы скользнули по его ногам, ощущая тёплую ткань спортивок. Она подняла на него взгляд, и их глаза встретились.
— Я не остановлюсь, — сказала она, её голос был тихим, но твёрдым. — Ты мой муж. И я твоя жена.
Он схватил её за плечи, его пальцы впились в её кожу, и она увидела, как его глаза наполнились тьмой. Он хотел её. Она знала это. И она хотела его.
— Ты не знаешь, что делаешь, — прошептал он, но его дыхание уже сбивалось, и она почувствовала, как его тело отвечает на её прикосновения.
— Я знаю, — ответила она, её губы снова коснулись его шеи, и он застонал. Его рука опустилась на её спину, прижимая её к себе, и она почувствовала, как его сердце бьётся в унисон с её.
— Агата… — он начал, но она перебила его, её голос был шёпотом, но в нём была сила, которая заставила его замолчать.
— Я не убегу. Я твоя.
И тогда он сдался. Его губы нашли её, и она почувствовала, как будто мир вокруг них взорвался. Его руки обхватили её, прижимая к себе, и она ответила на его поцелуй с такой же страстью, какую чувствовала в каждом его прикосновении.
Её халат соскользнул с плеч, но она уже не думала о холоде. Её мысли были только о нём, о его руках, которые скользили по её телу, о его губах, которые оставляли следы на её коже. Она чувствовала, как он теряет контроль, и это только разжигало её ещё больше.
— Стас, — прошептала она, её голос был полон желания, и она почувствовала, как он дрожит в её объятиях.
Но он не ответил. Его губы снова нашли её, и она почувствовала, как он теряет себя в ней...
Агата чувствовала, как мир сужается до них двоих. Каждое прикосновение Стаса будто выжигало её изнутри, оставляя на коже следы, которые она хотела ощущать вечно. Его пальцы скользили по её спине, медленно спускаясь к пояснице, а затем ниже, к изгибу бёдер. Она вздрогнула, когда его ногти слегка впились в её кожу, оставляя едва заметные следы. Её губы оторвались от его шеи, и она встретилась с его взглядом. В его глазах было что-то дикое, необузданное, что-то, что она видела в нём впервые.
— Ты уверена? — прошептал он, его голос был грубым, словно его изнутри разрывала борьба.
Она не ответила словами. Её рука скользнула вниз, между ними, и она услышала, как его дыхание прервалось. Её пальцы нащупали застёжку его спортивных штанов, и она медленно расстегнула её, чувствуя, как его тело напряглось в ожидании...
— Ты никогда не был со мной таким, — прошептала она, её голос дрожал, но она не могла остановиться. — Почему сейчас?
— Потому что я больше не могу, — выдохнул он, его руки схватили её за талию, подтянув ближе. — Я думал, что смогу держаться. Думал, что смогу прожить с тобой, не касаясь тебя… Но ты… ты разрушаешь меня, Агата. Каждый раз, когда ты рядом.
Её сердце забилось быстрее. Она чувствовала, как его тепло распространяется по её телу, как его дыхание становится прерывистым. Её рука скользнула внутрь, и она почувствовала, как он напрягся, застонав тихо, почти невольно.
— Значит, возьми меня, — прошептала она, её губы снова коснулись его уха, и она почувствовала, как мурашки побежали по его коже. — Ты мой.. я твоя.
Он не заставил себя ждать. Его руки подняли её, и он понес ее в спальню к себе....
Он аккуратно положил ее на черные, шелковые простыни его большой кровати, его тело нависло над ней, как тень, обжигающая и манящая. Он смотрел на неё, его глаза были полны чего-то тёмного, необузданного, чего она не могла понять...
— Ты не знаешь, во что ввязываешься, — сказал он, его голос был низким, почти угрожающим.
— Покажи мне, — ответила она, её голос был шёпотом, но в нём была сила, которая заставила его вздрогнуть.
Его губы снова нашли её, и он поцеловал её с такой яростью, что она чуть не потеряла сознание. Его руки скользили по её телу, исследуя каждый изгиб, каждый уголок, который он никогда не позволял себе трогать. Она чувствовала, как он теряет контроль, и это только разжигало её ещё больше.
— Стас, — прошептала она, её голос был полон желания, и она почувствовала, как он дрожит в её объятиях.
Но он не ответил. Его губы снова нашли её, и она почувствовала, как он теряет себя в ней. Его рука скользнула между её бёдер, и она застонала, когда его пальцы коснулись её. Она чувствовала, как её тело отвечает на его прикосновения, как тепло распространяется по её животу, опускаясь ниже.
— Ты такая мокрая, — прошептал он, его голос был низким, почти хриплым. — И ты хочешь меня...Это же твой первый раз...
Она не стала отрицать. Её рука схватила его за запястье, прижимая его руку к себе, и она почувствовала, как он напрягся.
— Возьми меня, я хочу тебя...хочу стать твоей... — прошептала она, её голос был шёпотом, но в нём была сила, которая заставила его вздрогнуть, и она раздвинула перед ним ноги...
Стас снял с нее халат, разделся сам..
Агата замерла, её взгляд прикован к его телу, к тому, что она видела впервые. Её сердце билось так громко, что она боялась, будто оно вырвется из груди. Он был совершенен — каждый мускул, каждый изгиб, каждый шрам на его коже рассказывал историю, которую она хотела узнать.
Стас стоял перед ней, его глаза пылали, словно тлеющие угли, готовые вспыхнуть в любой момент. Его член, напряжённый и твёрдый, был лишь продолжением того напряжения, что сквозило в каждом его движении. Он шагнул ближе, и она почувствовала, как тепло его тела окутывает её, как будто он уже касался её, даже не прикасаясь...
Его руки схватили её за бёдра, и он притянул её к себе так сильно, что она почувствовала, как его тело впивается в её. Она застонала, когда его член упёрся в её живот, и её пальцы впились в его спину, оставляя следы на коже.
— Ты не представляешь, как долго я ждал этого, — прошептал он, его губы коснулись её шеи, и она почувствовала, как его язык скользнул по её коже, оставляя горячий след. — Как долго я боролся с собой, чтобы не коснуться тебя.
Стас схватил её за талию, приподняв её ещё выше, он вошёл в неё одним резким движением. Она закричала, её ногти впились в его спину, но он не остановился. Он двигался внутри неё, каждый толчок наполнял её, каждый звук, исходивший от него, будто поджигал её изнутри...
Толчок...еще толчок...еще....
— Ты моя Белоснежка...господи, какая же ты узкая... — прошептал он, его губы коснулись её уха, и она почувствовала, как его дыхание стало тяжелее. — Ты всегда была моей...и ты будешь стонать только подо мной...
Агата уже не сдерживалась, срывая голос. Ее тело мокрое пота, волосы прилипли, но сейчас все ощущения сконцентрированы только там...
— Ты создана для того, чтобы тебя трахали, — он собирает ее волосы и наматывает их на кулак, а потом тянет к себе, заставляя встать к нему попкой и прогнуться и опереться спиной на его твердую грудь...
При этом он не переставая входит , с каждой секундой увеличивая темп. — Идеальная.. для меня..я заполню тебя спермой и ты будешь только моя...
Его рука скользнула между их тел, и он коснулся её клитора, заставив её вздрогнуть. Она застонала, её голос был громким, но она уже не могла сдерживаться. Её тело отвечало на его прикосновения, будто оно создано только для него. Она чувствовала, как напряжение в её животе нарастает, как волны удовольствия начинают охватывать её всё сильнее...
О, как он начал кончать в нее…она чувствовала каждую пульсацию его члена внутри себя…
Каждый раз жизнь дарила ей судьбоносные ощущения…и первый был в этом списке…
Больно ей не было..она видимо была просто создана для него…как он прошептал.
Агата застонала, наслаждаясь всеми его чувствами…
Он кончил в нее, заполнив девочку под завязку....и лег, приобнимая ее, а затем рукой приулснулся к ее клитору и довел ее до первого оргазма...
Агата застонала ему в губы...
- "Ахх....Стас..!!"- тихо прошептала она, когда волны удовольствия прошлись по ней...
- "С первым оргазмом, детка..."- шепнул он ей...