12
- О, Валюша, это ты? Давно приехала? - выдала она заплетающимся языком.
- Зин, ты чего вдруг решила пить?
Происходящее мне совсем не нравилось. У Зинки довольно много вредных качеств, но вот чтобы пьянствовать, этого за ней точно не водилось.
- Зин, что случилось?
- Что случилось? А ничего, все нормально. Ты надолго? Дали отпуск?
- Завтра уеду, Зин, ты чего пьешь?
- Давай со мной, - и она потянулась к стакану.
Быстро схватила бутылку со стола, отнесла в конец террасы и убрала в буфет.
- Тебе уже хватит, дети итак без присмотра. Мало им пьющего отца, теперь еще и ты?
- А.....Виталик....вот и мне интересно, где носит этого пройдоху. Да еще телевизор вынес, гад, пока меня дома не было.
- Так ты из-за этого решила напиться?
Беспокойство понемногу начало отпускать. Если на похождения своего мужа Зинка смотрела сквозь пальцы, то телевизор для нее - это святое. Даже один вечер без сериала ей сложно выдержать.
На пороге снова нарисовался Коля.
- А еще папа мой компьютер забрал, - сообщил он.
- Как?
- Ну...унес, еще на прошлой неделе.
- Ясно.
Сказала лишь бы что-то сказать, хотя мне было ясно только одно, что ничего не ясно. До какой степени безденежья все дошло, если он уже выносит из дома даже старую технику?
Зинка пошатнулась и чуть не свалилась со стула. Помогла ей перебраться на диван, и она тут же погрузилась в сон. Накрыла сестру пледом, решив, что пусть отсыпается, и покинула террасу. Прошлась по дому, заглянула в холодильник. Обнаружила в нем кастрюлю борща и кастрюлю с вареной картошкой.
- Так, сейчас разогрею суп и будем обедать, - сказала громко.
После обеда принялась хлопотать по дому. Убралась, перемыла всю посуду, подключив к своей деятельности детей, вынесла мусор. Ближе к вечеру, когда все дела были переделаны, решила прогуляться до тети Любы. Может быть она прояснит ситуацию.
Вышла из калитки и направилась к дому маминой подруги. Завернула на нужный участок, поднялась на крыльцо и постучала в дверь.
- Тетя Люб, здравствуйте, - сказала, как только дверь открылась, и сама она показалась на пороге.
Увидела меня и кинулась обнимать.
- Валечка, здравствуй, дорогая, приехала.
- Да вот, появилось свободное время. Как у вас дела?
Каждый раз радовалась общению с ней, словно возвращалась в старые времена и от этого становилось теплее на душе.
- Да потихоньку. А у тебя-то как? Как всегда, только на выходные?
- Да, теть Люб, на выходные.
- Ну, проходи, что ж мы все на пороге, садись.
Тетя Люба принялась суетиться, усадила за стол и включила чайник.
- Сейчас будем чай пить, с медом и пирогами, только утром пекла.
- Спасибо, обожаю ваши пироги.
- Да на здоровье, - и через секунду передо мной очутилось большое блюдо, - и сама ешь и своим захватишь, я тебе отдельно заверну. Только Зинке не говори, что от меня, мы с ней не в лучших отношениях.
Я вздохнула. Зинке сейчас точно не до выяснений, откуда пироги.
- Ну, рассказывай, как у тебя там, все нормально?
- Да, учеба, работа, все как всегда.
- Ты молодец, Катенька бы, царство ей небесное, гордилась, а вот сестра твоя, эх. Ну что она с этим непутевым связалась.
- Теть Люб, вот как раз об этом хотела поговорить. Расскажите, что тут у них происходит.
- А что происходит? Пьет он, и деньги из дома уносит. Не только деньги, но и вещи, вот до чего дошел. А недавно, - тут она посмотрела по сторонам, будто кто-то мог нас подслушивать, и понизила голос, - недавно видела его в компании Севки Колтунова, а ты знаешь, он несколько лет в тюрьме сидел. Сейчас то вышел, на крутой машине ездит, но что с того? Чем занимается не знаю, врать не буду, но ходят слухи чем-то незаконным. Собрал вокруг себя таких же, как и он, бандитов, и ходит гоголем. И то видно, Валь, вот скажи, можно на такую дорогую машину заработать честным путем?
- Не знаю.
- Вот то-то и оно. И Виталику вашему в этой компании делать совершенно нечего. Не в обиду будет сказано, но он дурак дураком, не того он уровня, чтобы с Севкой дела крутить. Эх, боюсь, как бы чего не вышло.
Мы еще немного поболтали, я допила чай, взяла пакет, с заботливо завернутыми в него пирожками, и отправилась к себе.
Слова тети Любы напугали и вызвали новую волну беспокойства. Если Виталик связался с такой опасной компанией, то дела хуже некуда. К сожалению, что можно предпринять в данной ситуации я не знала.
Вернулась домой и весь вечер провела за общением с племянниками. Уложила Нату спать, потом постелила и себе в гостиной на диване. Но сон не шел. Вертелась с боку на бок и изводила себя мыслями о том, что делать. Завтра уезжать, ведь в понедельник в университет и на работу, но как оставить детей, когда сестра в таком состоянии? Учебу я еще могла пропустить, и не раздумывая сделала бы это, но на работе я обязана появиться. Больничные и пропуски за свой счет у нас не предусмотрены, могут выгнать.
Проснулась от грохота, доносящегося со стороны кухни, и бормотания сестры. Села на диване и потерла глаза. Потом вскочила, быстро оделась и поспешила на шум.
Зинка гремела кастрюлями, была не в духе, но, слава богу, на ногах держалась хорошо.
- И куда я только задевался этот дуршлаг! - воскликнула она, как только я встала на пороге. На меня старалась не смотреть, из чего я заключила, что сестра нервничает.
- Зин, как ты себя чувствуешь? - спросила осторожно.
- Нормально, а что?
- Ну...
- Может человек расслабиться хоть раз или нет? - в ее голосе чувствовалась нервозность.
- Может, может.
- Ну, вот и все. Черт, да где же он, мне макароны срочно опрокидывать!
Подошла к подоконнику, взяла оттуда искомый предмет и протянула ей.
- Ага, вот он.
Зина схватила дуршлаг и занялась макаронами, а я уселась верхом на стул.
- Зин, я вчера у тети Любы была, - сказала я ей в спину.
Зинка на секунду замерла, но тут же продолжила возиться у плиты.
- И что? Небось наболтала с три короба, вот сплетница.
- Она сказала, что твой Виталик общается с сомнительной компанией.
- А ей что, больше всех надо?
- Зин, может подашь на развод? Не нравится мне все это.
Зинка развернулась и уперла руки в бока.
- Оставить детей без отца? И что я буду делать одна? Кто мне крыльцо починит? А забор отремонтирует?
- Можно подумать, он все это делает. Зин, зачем тебе проблемы?
Он выдохнула и уселась на стул.
- Это надо в суд подавать, я узнавала, если есть несовершеннолетние дети, только через суд.
- Ну и что? Подашь заявление.
- А если он не согласиться? Ой, Валь, не знаю, что и делать. Я хотела, когда мы ругались, так прямо ему и сказала, а он заявил, что будет против.
- Ха, да любой суд оставит детей за тобой.
- А скандал? Что люди скажут?
- Да плевать.
Она поднялась и снова повернулась к плите.
- Нет, я так не могу. Вот вернется и скажу ему - или пусть бросает пить, или развод. Если не бросит, вот тогда и посмотрим.
- Да он никогда не бросит, - не удержалась я.
- Сначала с ним поговорю, - упрямилась Зинка, а я закатила глаза.
- Тебе легко говорить, у тебя нет троих детей, - отрезала она.
На это возразить было нечего, так что мне пришлось замолчать.
Больше мы к этому разговору не возвращались, а вскоре я принялась собираться обратно в город. В этот раз покидала дом с нехорошим предчувствием, но следом за сестрой успокаивала себя, что все как-нибудь образуется.
Электричка подъезжала к нужной мне станции, когда телефон возвестил о приходе сообщения. Номер отправителя был забит в телефонную книгу как Danger(опасность). В голове то и дело прокручивались слова тети Любы, так что тупо смотрела и не могла понять от кого. Мысли о мажоре и его внимании успели отойти на второй план. Решила, не стоит открывать сообщение, но все же не удержалась. Смс содержало только одно слово «Привет». Пришла охота поболтать? А ведь так удачно не вспоминал обо мне почти два дня. Не стала отвечать, убрала телефон обратно в рюкзак. С интервалом в пять минут телефон возвестил о новом смс. Вздохнула и снова полезла за телефоном.
«Увидимся завтра» и знак вопроса. Следом еще одно, но читать я не стала. Отключила телефон полностью, чтобы он больше меня не беспокоил.
Pov Егор
Два дня. Два гребаных дня и моя выдержка трещит по швам. Уже полчаса я, как дурак сидел в машине под окнами обшарпанного здания общаги и ждал, когда она выйдет, чтобы ехать в свой институт. Оказался на месте даже раньше, все равно не спалось. В отличие от приятелей, которые обычно отсыпались до обеда, я всегда вставал рано, во сколько бы не лег накануне. Вчера не удержался и прислал ей смс, которые девочка тупо проигнорировала. А потом вообще отключила телефон давая понять, что не намерена общаться. Очень хотелось послать ее подальше, но не получалось. Пока не получалось.
Что Валя делала все выходные я не знал. Мог бы с легкостью организовать слежку, стоило только пошевелить пальцем, но намеренно не стал этого делать. Потому что пробовал выкинуть из головы. Получалось хреново. Теперь меня разбирало любопытство, и я пожалел, что не обратился к охране с этим заданием.
Сам я занимался тем, что все выходные изображал образцового сына, все равно сосредоточиться на чем-либо мало-мальски полезном не получалось.
В субботу позвонил отец и попросил меня принять участие во встрече с предполагаемыми партнерами. Он любил, когда сын наблюдает за ходом переговоров, а потом озвучивает свои впечатления. Мои замечания всегда отличались точностью и нередко помогали принять правильное решение. В просьбах отцу я старался не отказывать, так что пришлось тащиться в ресторан и сидеть там два часа.
Для человека, который также, как и я сам, владел индексом S&P500 (*), отец мог бы не заморачиваться с какой-то фирмой, пусть даже юридической. Но я знал, что отцу нравилось заниматься оффшорами, тем более с этой темы он начинал когда-то свою карьеру. Сделки, партнеры, клиенты, он мог бесконечно крутиться во всем этом и ему не надоедало. Пару раз отец уже пробовал отойти от дел и поселиться в Европе, но через месяц-другой начинал хандрить, а вскоре вновь возвращался к делам.
После встречи хотел было поехать к себе, но потом решил, что давно не навещал мать и следом за отцом завернул в сторону особняка.
Мать обрадовалась приезду сына, весь вечер не отходила от меня ни на шаг, а наутро, стоило мне выйти из комнаты, сообщила, что у них будет торжественный обед, на который уже приглашена одна из ее подруг. Не хотел расстраивать мать, так что остался еще и на обед. Подруга, конечно, была со своей дочерью по имени Адель. Адель оказалась высокой тощей блондинкой с ногами от ушей, бросала на меня через стол томные взгляды, но только лишь обед закончился, я откланялся и пулей вылетел из дома.
Я люблю родителей, но поймал себя на мысли, что, покинув чрезмерно гостеприимный родительский дом, вздохнул с облегчением.
Дверь распахнулась в очередной раз и Валя вышла из подъезда.
Оглядел ее с ног до головы и поморщился. Могла бы уже купить себе обувь поприличнее, эта того гляди развалится. Да и одеться получше не мешает. Я бы хоть сейчас отвез ее в фирменные бутики, где девчонку приодели бы по высшему разряду, но ведь не поедет, стоило вспомнить ее поведение в кафе. Хотелось тогда прибить на месте собственными руками, но я терпел. Как терпел и сейчас, когда она, гордо задрав подбородок пошла мимо машины к остановке. Будто я пустое место.
Я выскочил из машины и быстрым шагом направился за ней.
Pov Валя
Он снова был здесь. После вчерашнего сообщения, я могла бы это предположить, но продолжала надеяться, что больше не увижу, как знакомую машину, так и ее обладателя. Вздохнула, и упрямо пошла к остановке, уже предполагая, что все не решится вот так, просто тем, что я пройду мимо. С ним просто не будет.
Так и оказалось. Уже через несколько метров он нагнал и заставил остановиться, преградив дорогу собой.
- Садись, отвезу, - сказал он, смотря при этом куда-то поверх моего плеча.