ОХОТНИК

ЮЛИЯ.
—Да, мы вернёмся на этой неделе. Сообщи Эрвину, что все в порядке.
Я вышла на улицу, когда увидела Даню, серьезно разговаривающего по телефону и выкуривая очередную сигарету. Как только он сбросил звонок и выкинул окурок, он повернулся ко мне.
—Ты подслушиваешь?— блондин ухмыльнулся, подходя ближе. Когда его рука дотрагивается до моей щеки, я невольно вздрагиваю и убираю ее. Я все ещё чувствую себя некомфортно. Не знаю, что больше меня злило: то, что я позволила себе и зайти так далеко или же то, что он оттолкнул меня тем вечером.
—Прекрати эти молчанки, ты не ребёнок.
—И как девушку ты меня не воспринимаешь,— неосмысленные слова сами соскользнули с моего языка и я моментально залилась краской.
Он нахмурился и вскинул брови.
—Прости, что?
Я промолчала, пытаясь найти хоть какое-то оправдания и отчаянно надеясь, что он действительно не расслышал сказанные мною слова. Мой стыдливый взгляд блуждал по траве, что находилась под моими ногами.
—Я имела ввиду, что нам стоило бы обсудить наши отношения.
Это было единственное, что пришло мне в голову. Я не знаю зачем я ляпнула всю эту чепуху.
—Наши отношения? А какие между нами отношения?
Я вытаращила глаза. Его слова окончательно меня добили. Милохин ставил меня в очень неловкое положение. Мне стало до жути обидно.
—Если ты о сопливых отношениях парня и девушки, то знай, Юлия, я не встречаюсь и не позволяю ограничивать себя в чём-то.
Данил пристально наблюдал за моей реакцией и его слова оставляют неприятный осадок на душе. Я чувствовала себя полной дурой. Снова. Зачем он тогда искал меня и приехал сюда, если все то, что происходит между нами не имеет никакого значения?
Почувствовав влагу у уголка глаз, я развернулась, чтобы войти в дом, но Милохин схватил меня за запястье, поворачивая к себе лицом. Я заметила, что он сбит с толку, как и я.
—Не поворачивайся ко мне спиной, когда я разговариваю с тобой.
—Не говори мне, что делать, Данил,—надеюсь, что ему понравится, как звучат его слова с моих уст. Голубоглазый заметно побледнел.
—Попрощайся с мамой, мы улетаем в Лондон сегодня.
Он замолчал, пытаясь выяснить как на меня повлияют его слова. А я, в свою очередь, чувствовала, что внутри меня все закипало. Дане не стоит испытывать мое терпение.
—Это ты улетаешь, а я остаюсь в Нью-Йорке,—спокойно говорю я.
—Юлия, собирай свои гребанные вещи, ты летишь со мной!
—Нет. Хотя бы потому, что в Англии мне угрожает Хьюстон.
Его глаза расширились. Он цокнул языком, покачивая головой.
—С ним уже разбираются ребята и Мейсон.
—Если он узнает, что ты тут, он убьёт всех нас,—капельки пота выступили на лбу, когда я повысила голос на несколько октав.
—Если ты будешь находится рядом со мной, то он и пальцем тебя не тронет. А если ты останешься здесь, то смерть угрожает вам обоим.
Я задумалась над его словами. Как бы я не хотела признавать, что он был прав, это было именно так. Он убедил меня.
—Что я скажу ей?— возмутилась я, указав на окно. По ту сторону стекла, моя мать выпекала яблочный пирог и что-то бурчала себе под нос.
—Что соскучилась по друзьям, а я, такой хороший, готов помочь тебе и с деньгами, и с работой.
Милохин победно улыбнулся, играясь с зажигалкой в руках.
На пятках, я развернулась в противоположную сторону, и на этот раз Даня не остановил меня.
***
Моя мама не сразу согласилась с выдуманной историей Дани и ему пришлось вмешаться, чтобы она поверила нам. Она уговорившая перенести перелёт на следующий день, но Даня сказал, что в Лондоне у него неотложные дела и будет лучше, если я полечу с ним. Мы поужинали раньше обычного, чтобы встать в три ночи и успеть на самолет.
Была уже полночь, но я так и не сомкнула глаза. Под кроватью я нашла старую коробку в которой находились всякие безделушки из моего детства и маленький плюшевый медведь с пришитой лапой, которую в детстве оторвали дворовые ребята. Я так же нашла старый семейный альбом и пролистав его несколько раз, я вытащила две фотографии. На одной была я, мама и папа в Диснейленде. Счастливые и измотанные. На другой были мама и папа на своей свадьбе. Я вложила фотографии с свой кошелёк, убирая коробку назад и легла на большую кровать, устремив взгляд в потолок. Меня беспокоила эта поездка назад в Англию. Там меня ожидала неизвестность, а тут спокойствие и тишина. Я не была готова снова погрузиться во весь хаос, созданный Даней.
Я закрыла глаза.
—Лия, просыпайся,— я слегка приоткрыта глаза, когда увидела перед собой Даню с моей сумкой в руках. Через пару секунд я уже окончательно пробудилась и попросила Даню выйти из моей комнаты, чтобы переодеться.
Натянув на себя футболку и чёрные джинсы, я спустилась на первый этаж. В коридоре меня уже ожидала сонная мама и Даня.
—Мне доехать с вами до аэропорта ?—я отрицательно кивнула головой и Даня поддержал меня, сказав, что не стоит этого делать.
Я влезла в белые кроссовки и обняла маму. Мне будет так ее не хватать. Я чувствовала, что она дрожит и пытается сдержать свои эмоции, но слезы ее предательски выдавали и я смахнула их, сказав:
—Я обязательно прилечу в следующем месяце.
Она кивнула
—Звони мне чаще, Юляш. А ты, Данил, приглядывай за ней.
Он усмехнулся и сказал, что-то вроде «конечно, не волнуйтесь», когда мы выходили из дома.
Желтая машина с табличкой «такси», на ее крыше, уже ожидала нас,и Даня отдав мою небольшую сумку шаферу, сказал везти нас к аэропорту.
Всю дорогу мы молчали. Я наблюдала за городом, а блондин сидел в телефоне. И лишь когда мы доехали до пункта назначения, Даня попросил мой паспорт. Мне казалось, что Даня был чём-то обеспокоен. Он был напряжен весь перелёт, а я не осмеливалась заговорить с ним. К тому же, я все ещё была зла на него. В самолёте я поспала и проснулась уже только при посадке. Даня взял мою сумку и пропустил меня первой к выходу.
Погода в Лондоне, по сравнению с Нью-Йорком, была тусклой. Небо было пепельного оттенка, тучи полностью перекрыли солнечные лучи, а ветер стал прохладней, чем когда я была тут последний раз.
Через пару часов длинной дороги, мы стояли на пороге знакомого особнякам откуда исходил приятный запах пиццы. За это время его успели отремонтировать. Везде была охранная сигнализация, даже забор успели обновить, сделали его выше, чем он был. Мой пустой желудок заурчал от голода, и Даня, наконец, заговорил со мной:
—Тебе стоило перекусить в самолёте.
Я не успела ответить. Тяжелая дверь открылась и на меня налетел красноволосый парень со своими тёплыми объятиями. Я ахнула и попятилась назад, но потом ответно обняла его. Краем глаз я заметила недовольное лицо Дани и прижалась к Митчелу ближе.
—Я не мог поверить в то, что ты жива до этого момента,— прошептал Браун и я улыбнулась,— Но зачем ты исчезла? Это Дрю тебя напугал? Он угрожал тебе?
—Оставь ее в покое,— рыкнул блондин, запихивая меня в дом,—Она должна отдохнуть.
Я встретилась с зелёными глазами Эрвина, который оставив открытую колу на барном столе, начал подходить ко мне. Сегодня я не хотела учавствовать в каких то эмоциональных разборках с Даней, я хотела насладиться комфортом с ребятами, жуя пиццу с четырьмя видами сыра и запивать колой из горлышка