Эпилог
Два месяца спустя
Судя по количеству гостей, собравшихся во Дворце бракосочетания, сегодня Питер ждал новый рекорд.
Машины все прибывали и прибывали. Букеты уже давно некуда было ставить. А от ароматов парфюма и цветов кружилась голова.
Настоящее столпотворение. Вавилонское. И ведь даже половину из гостей никто не приглашал! Сами шли, будто не свадьба, а городской праздник. Открытие фонтанов, блин.
Лично я после сто пятидесятого перестала считать количество пришедших. Вместо этого расслабилась, позволила жениху немного поухаживать за собой. И даже опрокинула бокал холодного спрайта - вариант шампанского для беременных. Во всяком случае, хотя бы его Даня от меня не прятал.
- Я в этом платье не кажусь толстой коровой?
За последний час я уже третий раз спрашивала об этом жениха. Другой, наверное, послал бы подальше. Но вместо раздраженного «Да успокойся ты!» снова прозвучали совсем другие слова.
- Не волнуйся, дорогая! Ты выглядишь потрясающе.
- А живота точно не видно?
- Пока нет, - терпению моего спутника можно было лишь позавидовать.
- Как подумаю, что скоро стану круглой как шар... Уф!
- Тебе не стоит беспокоиться. Даже круглая как шарик ты все равно будешь очень красивой женщиной. Особенно в белом.
Я пропустила мимо ушей намек на «белое» и улыбнулась.
- Это откровенная лесть, но спасибо, - жадно сделала еще несколько глотков и посмотрела на жениха.
Широкие плечи, ровная спина, длинные ноги... Некоторые мужчины все же словно рождены, чтобы носить фрак. Важно, солидно, как английские лорды. А еще кружить женщинам головы.
Этот точно кружил. Меня от гормонов и красоты позорно пробивало на слезы. А о том, как переживу саму роспись, даже думать не хотелось.
Сопли и слезы обеспечены. Хорошо, что фотограф уже успел сделать нужные кадры, так что можно было со спокойной совестью расстаться с макияжем и залить радость еще одной бутылочкой спрайта.
- Ну что, готова? - будто это моя собственная свадьба, Лев Дмитриевич Крамер поставил вместо себя стул и, словно немощной, помог присесть.
- Готова, - я смахнула со щеки первую слезу. - Только скажите ба, чтобы не бросала в меня букет! С ее меткостью вряд ли попадет. А если вдруг не промажет, эта толпа прямо сегодня устроит нам с Даней роспись.
- Так, может, хватит мучить моего внука? Приглашенных тут на десять свадеб наберется. И поздравим, и отпразднуем по-людски.
- Нельзя. Совсем нельзя. Мы позже. Как-нибудь...
- Ох и жестокая ты девчонка! Никак от вас с Дашей свадьбы не дождешься! - старший Милохин покачал головой, но, к счастью, ничего больше добавлять не стал. Вместо этого он пошел занимать место у тумбы регистратора и ждать свою собственную невесту.
Когда жениха и след простыл, я расслабленно выдохнула.
Взгляд привычно стал выискивать в толпе того, кто уже два месяца был мне законным мужем. А на губах - крутиться только одно: «Поздно уже!»
.
***
Долго выискивать не пришлось. Уж что у нас с Даней получалось лучше всего, так это чувствовать друг друга. Стоило мне взглядом скользнуть по головам гостей, как он сам отвлекся от разговора с каким-то незнакомым мужчиной и двинулся в мою сторону.
Пер напролом. Как ледокол. Высокий, сильный, красивый. Молодая и улучшенная версия своего деда.
«Во фраке и с белой бутоньеркой жениха он смотрелся бы убойно», - мелькнула шальная мысль, но я быстро ее отогнала.
- Как самочувствие? - устроившись за спинкой стула, Даня выхватил из моих рук спасительный спрайт.
- Твоими молитвами, - я погладила свой еще совсем маленький живот. - Но, чувствую, скоро начну реветь, так что готовь платок.
- Десять штук тебе хватит?
Он достал из кармана брюк упаковку одноразовых платков, предъявил мне и засунул их обратно.
- Если не станут требовать нашу свадьбу, то хватит.
- Я сегодня два раза уже отбился, - прозвучало с досадой. - Из твоей бабушки получился бы отличный коллектор. В курсе?
- Если бы кое-кто не был таким быстрым, ни мне, ни тебе не пришлось бы отбиваться.
- А у меня был выбор? - Даня перегнулся через плечо, встретился со мной взглядом и, как обычно, не удержался от поцелуя.
Совсем легкое касание опалило губы, и я бесстыдно застонала ему в рот.
Как всегда.
Сладко.
Так что пальцы на ногах поджались и захотелось сбежать со свадьбы собственной бабушки. Запереться с этим невозможным мужчиной в какой-нибудь подсобке. И заставить повторить то, что сказал ровно два месяца назад.
Слово в слово. Глаза в глаза. А потом вновь расплакаться навзрыд.
Два месяца назад
После новости о беременности Даню словно кто-то веслом по голове огрел. С полчаса он ходил за мной по квартире и улыбался. Еще несколько раз заставил повторить, что у нас будет малыш. А потом его будто переключили на новый режим.
Дурашливую улыбку сменила подозрительная собранность. Полная чашка с кофе оказалась в умывальнике, и сам Милохин с телефоном и ноутбуком заперся у себя в кабинете.
Понять причину странного перепада настроения у меня не получалось, как ни старалась. Вроде ж все было так хорошо. Ленивый секс, вкусный завтрак, радостная новость... но хозяин квартиры отказывался выходить из кабинета и запрещал мне просовывать туда свой любопытный нос.
Продолжалась осада чуть больше часа. Я за это время придумала себе и любовницу, и проблемы на работе, и другую семью. Три раза успела посмотреть, есть ли билеты в Питер на ближайший рейс.
Словом, развлекалась как могла.
Но вместо того, чтобы успокоить и убедить меня, что все в порядке, Даня оделся и строго приказал собираться.
«Прихвати паспорт, спускайся на первый этаж и жди!» - прозвучало почти как «с вещами на выход».
Растерянная и злая, я ничего не стала уточнять. Вместо этого быстро побросала в чемодан одежду, оплатила билет на самолет и пошла вниз.
Раздуренная гормонами голова отказывалась искать логическое объяснение Даниным поступкам. Как по щелчку пальцев, я забыла сумасшедшую ночь и все, что было до нее.
Внутри все клокотало, будто за грудиной вместо сердца бил маленький гейзер. Желудок требовал пирожного с ванильным кремом, душа - драмы, а глаза - слез.
Милохину пришлось здорово покрутиться по стоянке, чтобы догнать меня и не дать уехать на такси.
Перепуганный водитель даже предложил вызвать полицию. Но Даня оказался быстрее и меня, и таксиста. Как мешок с картошкой, он усадил мой зад в свою машину, забросил в багажник чемодан и газанул со стоянки так резко, что сзади поднялся столб серо-черного дыма.
Вместе с этим отъездом что-то прорвалось и внутри меня. Молчавшая до сих пор, я обрушила на Данину голову все свои обиды и претензии. Показала с экрана телефона электронный билет и пообещала нажаловаться старшему Милохину.
Большую идиотку, наверное, и представить было сложно. Ума не приложу, как Даня не утопил меня в Темзе. Но, когда машина остановилась, все обиды и злость схлынули сами собой.
- Мы где?
Я ожидала увидеть здание аэропорта, но впереди за оградой находился лишь особняк с российским флагом, а вместо самолетов рядом стояли дорогие авто.
- Консульство! - Даня забрал у меня из рук сумочку, вынул из нее паспорт и положил его во внутренний карман своего пиджака.
- И что мы здесь делаем? - я последний раз всхлипнула и принялась судорожно превращать воронье гнездо на голове в прическу.
- Жениться сейчас будем.
Ничего не поясняя, Даня вышел из машины и открыл мне дверь.
- Что-о-о? Ой! - от неожиданности я стукнулась головой о дверной проем.
- Замуж за меня пойдешь. Хорошо, что мой российский паспорт еще не просрочен. Не придется ждать месяцами, пока тебе сделают визу невесты, а мне - разрешение на брак.
Гад Милохин даже не улыбнулся. Сообщил о женитьбе с таким выражением лица, словно не расписываться привез, а клизму ставить... И мне, и себе.
- Но я... Но почему здесь... Но как? - мой отупевший мозг и в дороге не блистал интеллектом, а сейчас вообще завис, как первый Виндоус.
Оглядев меня с макушки до ног, Даня вздохнул. Покачал головой. А потом медленно потянул к себе в объятия. Прямо под видеокамерой консульства, на виду у десятка прохожих и сурового полицейского. Как маленькую девочку, которая до этого где-то плутала и вдруг нашлась.
- Дурочка моя. Напридумывала себе. Накрутила, - погладил по голове. - Как только выжила с такой буйной фантазией?
Пальцы нежно зарылись в волосы. Так заботливо, ласково. Почва из-под ног уходила от его голоса и движений. Мурашки бежали по телу.
- Ты серьезно про роспись? - прячась от всех, я уткнулась носом в белоснежную рубашку.
- Серьезнее не бывает. Пришлось кое-кого напрячь, но обещали расписать без проволочек.
- А как же гости, цветы, ресторан? - Глаза защипало, и в голову стала лезть всякая чушь.
- Я готов тебя потом неделю водить по всем ресторанам Лондона и в каждом проставляться за нашу свадьбу. Поверь, поздравлений хватит. Отбиваться устанешь.
- А платье невесты?
- Так ты в платье.
- В черном, - вырвалось со смехом. - Словно не на роспись приехала, а на похороны.
- Нет! Похороны будут у меня, если еще день незамужней пробегаешь. С моим ребенком под сердцем. - Даня аккуратно стер что-то у меня со щеки. - Нет, нафиг! Вначале распишемся, а потом что хочешь требуй. Хоть свадьбу, хоть венчание, хоть медовый месяц на островах.
- Но нам не простят. Бабушка так точно.
- Выкрутимся.
- Скандал будет. Она мне прошлую скромную свадьбу до сих пор припоминает.
- Ничего. Правнук родится - сообщим.
Даня еще ближе прижал меня к себе. Самый продуманный мужчина в мире. На все у него были ответы, везде - связи. И больше всего нужна я.
- Дань, ты замуж меня зовешь, но даже в любви ни разу не признался. - На душе стало так легко, что я рассмеялась.
- Я не признался? - Он лихо заломил левую бровь и убрал руки с моей спины.
Без широких горячих ладоней вмиг стало одиноко и холодно. Будто в мороз на улицу выставили.
- Нет, я знаю, что ты меня любишь. Я тебя тоже люблю, - сама потянулась к нему. - Но все же...
- Стоп, Юля! - этот упрямец так и не дал до себя дотронуться. Стоял как статуя. Хмурый. Сверлил взглядом.
- Что не так? - я закусила губу.
- Юль, правую руку к глазам поднеси, - вместо объяснений скомандовал Милохин.
Я послушно подняла руку вверх, показала ему.
- Вот!
- Кольцо сними, - с обреченным вздохом продолжил мой диктатор.
- Сняла.
Это было непросто, но я и правда сняла кольцо. Покрутила его перед собой. Ничего не понимая, протянула Дане.
Он с несколько секунд не моргая смотрел то на меня, то на кольцо. А потом вдруг хлопнул себя по лбу.
- Какое, ты говорила, у тебя зрение?
- Тебе лучше не знать, - я отрицательно покрутила головой.
- Ясно. Все с тобой ясно. - Он громко расхохотался, снова притягивая меня к себе. - Досталось же мне такое счастье. Красивое, но слеповатое.
Моей щеки коснулись мужские губы, улыбающиеся, горячие. А потом Даня взял мой указательный палец и самым кончиком подушечки провел по внутренней стороне кольца.
- Чувствуешь? - произнес на ухо уже совсем другим голосом. Без веселья.
- Там... надпись? - Я ощутила, как слабеют ноги и в животе взмывает под самое горло рой бабочек.
- Да. Надпись, - голос Дани совсем сел. - Там написано: «Я тебя люблю. Раньше и навсегда». - Он за подбородок поднял мою голову вверх, заставляя смотреть в глаза. - Это признание, Юль. Корявое. Не самое романтическое. Я в них не спец, никому еще не приходилось признаваться. Но все правда. Раньше. И навсегда. Люблю тебя.
- Даня...
Я не хотела плакать. Разве можно было реветь под консульством? Позор какой! Но сдержать слезы не получалось. Они двумя ручьями потекли из глаз, смывая остатки туши и гордости.
- А теперь ты пойдешь со мной на роспись? - словно из воздуха, в Лешиной руке возник платок.
- Да!
- Без цветов? Без свидетелей? В черном платье? - Даня будто сам еще до конца не верил.
- Да! - К слезам добавился смех.
- И не исчезнешь из моей жизни больше никогда?
- Больше никогда. Обещаю.
Конец !
Очень милая история