61
Джейден
Я сижу за столом в окружении семьи, купаясь в лучах триумфа. Я еще никогда не видел своих родителей такими счастливыми и гордыми. Сестры в прекрасном расположении духа, смеются и подшучивают над каким-то парнем, который ухлестывает за Нессой.
Это картина, над воплощением которой я работал месяцами.
И тем не менее я отвлекаюсь от беседы, потому что хочу смотреть на Аиду.
Поверить не могу, что жена осталась на складе Зайца, чтобы найти меня.
Ее могли убить или, по меньшей мере, схватить и держать в заложниках, пока братья не вернут украденные деньги.
Аида могла сбежать в тот же миг, как выскользнула из кабинета. Но не сбежала. Потому что знала, что я где-то в здании, возможно, подвергаюсь пыткам, возможно, погибаю от рук бандитов.
Для нее это был бы идеальный способ разорвать наш брачный контракт.
Но, кажется, она больше не хочет его разрывать. Во всяком случае, не так сильно, как раньше.
Я понимаю, что не хочу терять ее.
Теперь я уважаю Аиду и симпатизирую ей. Мне нравится тот эффект, который она на меня оказывает. Делает меня более беспечным, но также более сконцентрированным. До встречи с ней моя жизнь была сплошной рутиной. Я делал, что должно, ни о чем особо не заботясь.
Мои цели не изменились, но теперь я стремлюсь к ним еще активнее. Потому что хочу пройти это все с Аидой, которая может вдохнуть жизнь в любое начинание.
Я беру супругу за руку и держу ее, нежно поглаживая большим пальцем. Аида смотрит на меня удивленно, но без недовольства. Она улыбается, сжимая мою руку в ответ.
Затем ее телефон вибрирует, и жена украдкой достает его из сумочки, чтобы прочитать сообщение. Она смотрит на экран под столом, чтобы я не видел, что там. Но я тут же замечаю, как меняется ее настроение – Аида издает вздох восхищения, ее щеки заливаются румянцем.
— Что там? – спрашиваю я.
— О, ничего, – отвечает она. – Просто сообщение от брата.
Аида быстро убирает телефон, но теперь она буквально светится от предвкушения и едва может усидеть на месте.
Я убираю руку и пью вино, пытаясь скрыть раздражение.
Что нужно сделать, чтобы добиться от Аиды полной честности? Когда она, наконец, откроется мне, чтобы я перестал чувствовать себя назойливым надзирателем.
Девушка так счастлива, что не замечает перемены в моем настроении.
— Надо заказать десерт! – говорит она. – Какой твой любимый?
— Я не ем сладкое, – угрюмо отвечаю я.
— У них есть грейпфрутовое мороженое, – шутливо произносит она. – Сойдет за здоровое питание.
— Может быть, я попробую немного у тебя, – сменяю я гнев на милость.
— Я не ем такое, – смеется Аида. – Возьму шоколадное суфле.
* * *
На следующий день я собираюсь посетить свой новый офис в городской мэрии. Я ненадолго заезжаю домой, чтобы узнать, не хочет ли Аида пойти со мной. К моему удивлению, она уже одета и садится в джип Нессы.
— Куда ты собираешься? – спрашиваю я.
— Есть кое-какие дела, – уклончиво отвечает она.
— Какие дела?
— Разные, – говорит Аида, забираясь в машину и закрывая дверь.
На ней короткий кроп-топ и обрезанные шорты, волосы собраны в хвост, на макушке солнечные очки в форме сердечек. По меркам Аиды это достаточно нарядно. Я сгораю от любопытства.
Наклоняюсь к окну, огорченный тем, что она не едет со мной. Мне хочется устроить ей экскурсию по мэрии и, возможно, пообедать вместе с ней.
— Они не могут подождать? – спрашиваю я.
— Нет, – с сожалением отвечает супруга. – На самом деле, мне уже пора ехать.
Я отхожу, и она заводит двигатель.
— Что за спешка? – говорю я.
— Никакой спешки. Увидимся вечером! – кричит Аида, сдавая назад.
Она чертовски бесит, когда не отвечает на вопросы.
Я не могу перестать думать о том, что жена слишком разоделась, чтобы просто заскочить на почту или куда-то в этом роде. И что у нее могут быть за дела, требующие такой пунктуальности?
С кем она переписывалась прошлым вечером? Может ли это быть Оливер Касл? Возможно ли, что Аида прямо сейчас едет к нему на свидание?
Я сгораю от ревности.
Знаю, что мне просто стоит поговорить с ней вечером, когда она вернется, но не хочу ждать так долго.
Жаль, что я забыл стащить ее телефон. Я выяснил пароль, подглядев из-за плеча, когда Аида его вводила – 1799, ничего сложного. Но в суматохе нашей схватки с Зайцем и последующих выборов это совершенно вылетело у меня из головы.
Стоило просмотреть телефон вчера ночью, пока она спала.
Теперь это меня гложет.
Я хватаю из кармана собственный телефон и звоню Джеку. Он немедленно снимает трубку.
— Что там, босс? – спрашивает он.
— Где ты сейчас?
— Рейвенсвуд.
— На джипе Нессы установлен GPS-трекер?
— Да. Твой отец поставил его на все тачки.
Я облегченно вздыхаю.
— Хорошо. Я хочу, чтобы ты за ним проследил. У Аиды какие-то дела – хочу, чтобы ты узнал, чем она занимается и куда направляется.
— Будет сделано.
Джек не задает вопросов, но я уверен, что он догадался, в чем дело.
— Держи меня в курсе. Рассказывай все, что она делает. И не сбейся со следа.
— Понял.
Я кладу трубку.
Я не в восторге от того, что натравливаю Джека на Аиду – особенно зная ее отношение к нему. Но мне необходимо узнать, чем она занимается. Мне нужно понять раз и навсегда, принадлежит ли сердце моей супруги кому-то другому или оно может быть свободно. Возможно, даже для меня.
Мне все еще нужно в мэрию, так что за компанию я беру своего отца. Он уже вовсю обсуждает, как мы используем эту победу на выборах мэра через пару лет. А еще, как извлечь из должности олдермена максимальную выгоду.
Я едва обращаю на него внимание. Мои руки беспрестанно ощупывают карман, где лежит телефон, чтобы снять трубку в ту же секунду, как Джек позвонит.
Спустя сорок минут он присылает сообщение:
«Она где-то в районе Джексон-парка. Вижу машину, но ее пока не нашел. Посмотрю в магазинах и кафе».
Я натянут туже, чем струна.
Что в Джексон-парке? С кем у Аиды встреча? Я знаю, что она с кем-то встречается, чувствую это.
Отец кладет руку мне на плечо, отчего я вздрагиваю.
— Ты не кажешься довольным, – отмечает он. – В чем дело, тебе не нравится офис?
— Нет, – качаю я головой. – Офис отличный.
— В чем тогда дело?
Я колеблюсь.
Наши с отцом отношения основаны исключительно на совместной работе. Все разговоры всегда крутятся вокруг семейного бизнеса. Проблемы, которые нужно решить, сделки, которые нужно заключить, пути, куда можно расширяться. Мы не обсуждаем личное.
Эмоции.
Чувства.
И тем не менее мне нужен совет.
— Мне кажется, я совершил ошибку с Аидой, – говорю ему я.
Отец обескураженно смотрит на меня через очки. Это явно не то, что он ожидал услышать.
— Что ты имеешь в виду?
— Я был холоден и требователен. Даже жесток. Возможно, уже слишком поздно начинать все сначала…
Хосслер-старший скрещивает руки и опирается на стол. Возможно, он не хочет это обсуждать. Я тоже не хочу это обсуждать. Но этот вопрос не дает мне покоя.
— Вчера вечером она не выглядела как человек, затаивший обиду, – говорит он.
Я вздыхаю, глядя в окно на высотки напротив.
Аида умеет держать удар. Но это не значит, что ей не больно. И это не значит, что завоевать ее будет легко. Аида Галло крепкий орешек. Что требуется, чтобы расколоть ее по-настоящему, обнаружить это уязвимое нутро?
— Когда ты полюбил маму? – спрашиваю я, вспоминая, что брак моих родителей тоже был не вполне традиционным.
— Я не сентиментальный человек, – говорит отец. – Думаю, мы с тобой в этом похожи. Я не особо задумываюсь о любви или о том, что это вообще значит. Но знаю, что могу доверять твоей матери. Она доказала, что я могу положиться на нее, что бы ни случилось. Именно это нас и связало. Именно тогда я понял, что больше не одинок. Потому что в мире есть по крайней мере один человек, на которого я могу рассчитывать.
Доверие как основа любви.
Это совсем не романтично на первый взгляд.
Но это имеет смысл, особенно в нашем мире. Любой гангстер знает, что друг всегда может всадить тебе пулю в спину не хуже врага – на самом деле, даже быстрее.
Доверие встречается реже, чем любовь.
Это означает вложить свою судьбу, свое счастье, свою жизнь в чьи-то руки. И надеяться, что этот кто-то о них позаботится.
Мой телефон снова вибрирует.
— Минутку, – говорю я отцу, выходя в холл, чтобы ответить.
— Я видел ее мельком, – говорит Джек. – Сидела в ресторане с каким-то парнем. Он что-то ей передал, маленькую коробочку. Она убрала ее в сумку.
— Что за парень? – спрашиваю я – во рту пересохло, пальцы судорожно сжимают трубку.
— Не знаю, – виновато говорит Джек. – Я видел лишь его затылок. У него темные волосы.
— Это был Касл?
— Не знаю. Они сидели на веранде. Я зашел в ресторан, хотел найти столик, чтобы понаблюдать за ними и подслушать разговор. Но пока я был внутри, они ушли. Я не смог отыскать ее снова.
— Где ее машина? – требовательно спрашиваю я.
— Ну, а это самое странное, – я слышу в трубке тяжелое дыхание, словно Джек разговаривает на ходу. – Джип припаркован там же. Но Аида пропала.
Должно быть, она ушла с тем парнем.
ТВОЮ МАТЬ!
Мое сердце бешено стучит, я ощущаю тошноту.
Она сейчас с ним? Куда они направляются?
— Продолжай поиски, – рявкаю я в трубку.
— Хорошо, – отвечает Джек. – Вот только..
— Что?
— Я нашел ботинок.
Я вот-вот взорвусь, а Джек несет какую-то околесицу.
— Что ты, блин, мелешь?
— На парковке валялся кед, прямо под джипом. Женский конверс без шнуровки кремового цвета, восьмой размер.
Левая нога.
Я ломаю голову, пытаясь вспомнить, во что была одета Аида, когда садилась в джип. Кроп-топ лавандового цвета. Джинсовые шорты. Голые ноги. А там, ниже… кеды, как обычно. Такие, которые можно надеть, не завязывая шнурков. Почти уверен, что они были белого или кремового цвета.
— Оставайся на месте, – велю я в трубку. – Жди меня у джипа.
Приглядывай за кедом.
Я завершаю разговор и спешу назад в кабинет.
— Мне нужно ехать, – говорю я отцу. – Ты не против, если я заберу машину?
— Бери, – отвечает он. – Я доеду домой на такси.
Я спешу вниз, мысли проносятся галопом.
Какого хрена происходит? С кем встречалась Аида? И как она потеряла кед?
По пути к Джеку я названиваю Аиде снова и снова. Гудки идут, но трубку никто не снимает.
На четвертый звонок я попадаю на голосовую почту даже без гудков. Это значит, что телефон отключился.
Я начинаю волноваться.
Может, я полный кретин и Аида прямо сейчас трахается в каком-нибудь номере в отеле, срывая одежду с другого мужчины.
Но я так не думаю.
Понимаю, как все выглядит со стороны, но просто не могу в это поверить. Не думаю, что она мне изменяет.
Думаю, она в беде.
Не будет звёзд – не будет продолжения