18 Глава
Сцена: "Я не знала, что ты всё ещё рядом"
От лица Чон Сэ Рин
Голова была тяжёлой, как будто в ней застряли все мысли за последнюю неделю.
Пальцы вяло держали ручку, но я уже не писала.
Глаза закрывались сами собой.
Я не заметила, как погас звонок, как затихли шаги за дверью.
Мир медленно ушёл в мягкий серый шум.
Последнее, что помню — тетрадь под щекой и слабое тепло солнца, падающего с окна.
---
Я проснулась от лёгкого щелчка.
Тишина.
Класс был пуст… почти.
Он сидел у задней парты.
Юн Джэхён.
Всё такой же — безэмоциональный, в капюшоне, с опущенным взглядом.
Но я почувствовала: он знал, что я проснулась.
Он видел, как я сплю.
Возможно, всё это время — он просто ждал.
Я медленно села, сердце застучало.
— Ты... давно здесь?
Он не ответил сразу. Повернулся ко мне, опёршись локтями о парту.
— Случайно зашёл.
И остался.
Я кивнула, не зная, что сказать.
Глаза мои были ещё немного затуманены сном, но в нём — всё было ясно.
Он смотрел не так, как раньше.
Без ярости. Без ожидания.
Просто смотрел.
— Ты всегда засыпаешь вот так? — он едва заметно улыбнулся. — Будто прячешься от всего.
— Иногда. Когда больше не могу ничего держать внутри.
Он поднялся, медленно подошёл к моей парте.
Остановился рядом.
Слишком близко.
Я чувствовала его дыхание.
— Ты выглядишь уставшей, Сэ Рин.
— Я и есть.
Устала от всего.
От себя. От них. От тебя.
Он кивнул.
Неспешно опустился на корточки рядом с моей скамьёй, его глаза были на уровне моих.
— А ты знаешь, что когда ты спишь — у тебя совсем другое лицо?
Спокойное. Почти беззащитное.
Я не знала, как реагировать.
Я не знала, что это сейчас — игра, насмешка или что-то другое.
— Я думал… ты больше не замечаешь меня, — прошептала я, глядя в сторону.
— А я думал… ты хочешь, чтобы я исчез, — ответил он, чуть тише.
Молчание.
Очень длинное. Очень тяжёлое. Очень живое.
— Почему ты остался?
Он посмотрел в мои глаза. Долго.
— Потому что ты спишь так, как будто я — не кошмар.
И я хотел хоть пару минут в это поверить.
---
> Впервые он не был холодным.
Впервые — я не была сильной.
И в этом молчании, в полумраке старого класса
между нами родилось нечто хрупкое.
Не любовь.
Не дружба.
Правда.