Военнопленный

Изуку медленно подходит к красивому полю, усеянному цветами и могильными камнями. Он садится напротив одного из них и облегченно выдыхает.

Прошло 5 лет после того, как его мать скончалась, потому что не выдержала давления мира.

В этом мире 20 лет идет война, а может даже больше, никто не считал точно. Солнце тут давно не всходит, мир живет в вечной тьме, серости и разрухи, а, так называемое,  утро начинается с перестрелки между районами.

Инко много рассказывала сыну о мире до войны. О мире, где она росла счастливым ребенком, и Мидория всегда внимательно слушал. Он хотел так же. Хотел выходить на улицу без оружия и страха, что сегодня твой последний день.

Он родился после того, как война во всю шла 4 года. Поэтому детства, которого у него не было, он боялся. Но знайте, с возрастом он понимал, что боятся стоит мертвых. Собственно поэтому он сидит у могилы мамы и молчит. Он бы рассказал ей многое, но говорить не о чем.

Так хочется вздохнуть полной грудью свежий воздух, но не получается. В груди застрял запах гари и дыма, что никогда не выйдет оттуда.

Еще немного просидев так, парень понял, что уже довольно поздно и решил уйти. Вместо травы, по которой он шел в массивных военных сапогах, был только сгоревший уголь. Сам он был одет в просторные штаны и хопчато-бумажную футболку с длинными руковами. Вся одежда, как и его волосы, были зеленого цвета, которая сильно контрастировала с почти серой кожи.

Многие в этом городе, где и началась война,  умирают, недожив до сорока. Голод убил половину населения в первый же год. Вот и Изуку, родившись чудом, всегда был хрупким, к тому же, придя в свет глубокой зимой, в буран, он стал еще и зимнерожденым, а такие быстро отходили в иной мир. У Мидории очень острые колени, а  кости выпирают, что кажется, словно кожи, вообще, нет. Его когда-то зеленые глаза стали серыми от постоянных взрывов вокруг, из-за которых он ослеп на один глаз и вынужден был носить повязку, словно пират.

Изуку доходит до развалившегося здания и входит через стену, от которой одни камушки остались.

- Что-то случилось? - спрашивает он, заметив, как двое его лучших солдат сидят поникшими, опустив головы.

- Звонили из штаба Йосы, - начал парень с пронзительно-голубыми глазами и волосами цвета ночи. Сидел он, глубоко углубившись в свой капюшон, так как не любил показывать ожоги по всему лицу, которые получил в ходе боя.

- Они выслали указания, да? - мгновенно понял Изуку, с холодным взглядом направляясь в середину комнаты, если это можно было так назвать. Он дошел до пыльного стола и, вытащив из-под камня блокнот, стал перелистывать страницы.
- Ты выслал подкрепление? Тога, что с границами? - затараторил Мидория, который  в свои 16 лет стал талантливым полководцем и командовал довольно большой территорией.

- Какое, к черту, подкрепление? Ах, да, которого у нас нет, - съязвил Даби, пребывая в трауре.

- Границы прорвали шесть часов назад, полдня идет битва, но мы проигрываем. Наши солдаты голодные и, к тому же, замерзли, - подала свой голос Химико, поднимая глаза и смотря на командующего, - прошу вас отставить войска и сдаться, - отрезала она, чем взбесила Изуку.

- Отозвать? Чтобы все наши жертвы были зря?! - Изуку повысил голос до неузноваемости, но девушку это не напугало.

- Она права, - поддержал брюнет, - мы проиграли, - Даби сам не верил, что говорит, но, кажется, это единственное нормальное решение в данной ситуации.

- Вы сговорились? - Мидория ударил по столу, от чего шаткая конструкция развалилась на две части, - блять, - прошипел он.

- Сам подумай, Йосо уже выслали указания, значит, наши люди мертвы, остались только мы! - тоже повышал голос Даби.

- Что они приказали? - вмиг успокоился Изуку, скрестив руки на груди, и поднял бровь в удивлении.

- Сказали привести тебя к их главнокомадующему.

- И все? - не поверил Мидория, который ожидал список требований.

- Да, - подтвердила Тога.

Мидория  усмехнулся. Видимо, это его последний день, раз у них одно условие, то скорее всего они имеют в виду, что Изуку убьют. Он поднимает глаза к небу, на котором грозовые тучи и улыбается.

"Кажется, я скоро встречусь с тобой, мама..., " - подумал про себя Мидория. От воспоминаний о маме на душе стало легче.

Во время войны вся территория мира поделилась на множество регионов, но самым главным в их стране оставался Йосо, люди которого не щадили никого. Изуку смог отвоевать кусочек земли, где рос, встав из грязи. Он командовал около трех лет, и, видимо, его время пришло.

За Мидорией приехала машина, причем почти сразу же. Ему связали руки, глаза закрывала повязка, потому и не мог он толком в пространстве ориентироваться. 

Ехали они подозрительно спокойно, нигде не слышались бомбы, только в сознании они грохотали. Может быть, это потому что все боялись и слова возразить Йосо, а может, потому что оказывали им уважение, но когда их люди шли, то все военные действия прекращались в ту же секунду.

Изуку, на самом деле, никогда не боялся смерти, так как привык ее видеть, и, можго сказать, он стремился к ней, раз полез на рожон, кинув вызов главнокомандующему Шото, чьи люди всегда ходили в черной форме с красными нашивками в виде герба.

Штаб Йосо - соседняя территория, собственно поэтому ехали они всего лишь час, но сама их земля была довольно большой и они добирались еще дольше.

Все, что помнит Мидория - это кочки. Дорога после взрывов, конечно же, не ровная, и поскольку они не летели на вертолете, то Деку на собственном примере испытал всю радость ездить по дорогам.

После того, как машина внезапно остановилась, Мидорию никто какое-то время не трогал, но после чья-то рука вышвырнула его из авто на еще мокрую после дождя землю.

- Эй, ну ты поосторожней с ним, он же все-таки босс территории Имо, - усмехнулся один из его сопровождающих.

- Бывший, к тому же,  его все равно убьют, - зло расхохотались оба мужчин.

Мидория даже не сопротивлялся. Он старался как можно лучше запомнить все. Он считал все повороты, углы, двери, на случай, если выпадет шанс сбежать. Таким образом, даже не видя, он запомнил буквально все.

Далее он услышал щелчок двери сзади и почувствовал, как держащие его руки, отпустили. Он понял, что его отпустили, но все еще не двигался, так как в любой момент перед ним могла возникнуть угроза.

- Чего же ты застыл? - прозвучал голос, когда Мидория в тишине стал слышать, как горит лампа, и как кто-то очень быстро что-то пишет.

- Как видите, я не имею доступа двигаться, - Изуку развел ладонями, указывая на связанные руки. Некто отложил ручку и медленными шагами стал подходить. По стуку, Изуку понял, что на обладателе голоса туфли.

- Не бойся, мы в комнате, - заверил его голос прежде, чем развязать беднягу.

И правда, это была обычная комната, которая освещалась прилумленно-желтым светом, от чего создавалась атмосфера уюта, что позволило Изуку немного расслабиться.

- Итак, что ж, расскажи мне, как ты догадался до столь неадекватного поступка? - парень, что предстал перед Мидорей был довольно молодым, хотя Изуку представлял его старым дедом.  

- А смысл? - улыбнулся Мидория.

- Не задавай лишних вопросов, - у парня были разные глаза и разные волосы, этим он безусловно очень завораживал.

- Пф, - прыснул Изуку в кулак, - безрасудный?  Да другие главы того же хотят, -  сказал простую истину.

- Ох, - выдохнул Шото и устало потер переносицу, - я тут слежу за дальними территориями, а все мои враги, оказывается, близко, - усмехнулся сам себе Тодороки, облокотившись о стол. Его темно-синий жилет почти что сливался с тьмой. Глава взглянул на Изуку, - и чем же вас не устраивает мое правление?

- Всем, - выпалил, что первое в голову взбрело, - люди гололают, умираю, - протянул Изуку, засунув руки в карманы.

- Но я каждый месяц высылаю деньги, - не понимает Шото.

- Так их забирают жирные Либоса и Кугела,  а нам ничего не остается, как медленно умирать, - Мидория оскаливается.

- По тебе видно. Ты бледный, маленький и с повязкой, - Тодороки хотел дотронуться до нее, но Изуку отхлопнул его руку.

- Спасибо за комплимент, всегда знал, что я красавчик, - вновь Мидория превратил все в шутку.

- Сколько тебе лет? - неожиданно спросил Тодороки.

- Почти столько же, сколько и вам, - не задумывался Изуку.

- Прекрасно. Держи, - Тодороки пододвинул какие-то бумаги прямо к носу омеги.

- Что это? - спросил Мидория, вчитываясь.

- Контракт на объединение наших территорий посредством брака и общего ребенка, - совершенно спокойно выдал Шото.

- Р-ребенка?! - засмущался Мидория и покраснел. Одна мысль о том, что им нудно сначала заделать ребенка выводила его из строя. А в мозгу было только: loading.

- Ты очень умен, я поражен, - похвалил Шото, - мы сможем объединиться и подчинить остальных, - Шото крепче сжал ладонь, словно сжал в ней весь мир.

- Но..., - забесспокоился омега.

- И тогда мы создадим мир без войны и насилия, - предлагал Тодороки.

Мидория встал в ступор. Ребенок, брак? Зачем? Он ожидал, что это его последний день, но, как оказалось, все вовсе не так.

- Ну так что? Только недавно ты разбрасывался колкими словами, а сейчас замолчал, как рыба, - заметил Тодороки.

- Я не знаю, - растерялся Изуку.

- Зачем тебе повязка? - спросил Шото, касаясь глаза омеги.

- Я ослеп на один глаз, потому многие и говорили, что я урод, - мрачнеет он.

- Но ведь это не так, - Тодороки убрал пряди красных волосы, открывая свой шрам, - я понимаю тебя, - прошептал он.
- Так, ты выйдешь без меня? - приблизился к Изуку.

- А что мне еще остается? - усмехнулся парень.

В этом мире все нужно делать быстро, потому что уже завтра ты можешь умереть, но даже такое предложение стоит ценить.

- Славно, - улыбнулся Шото,  а Мидория невольно подметил, что он довольно милый.