Каждый день ему снилась она на его руках
Девушка раскрыла свои глаза в непонятном месте, ведь пару секунд назад она была на полу её уютной квартиры.
В помещение зашел Юра и выставил свои глаза по пять копеек и чуть не валившись с ног позвал врача.
— Это что-то невозможное.. – прошептал он, глядя на ее вскинутые брови вопросительно.
— Что невозможно? – она говорила, не понимая о чем все болтают.
— Рина, вы были в коме год, ваши показатели не стремились вверх, – он удивленно развел руками – а сегодня вы спокойно можете выписываться, но я боюсь вам нужно заново учиться ходить.
— Как год?! – кудрявая вскрикнула от неожиданности – А Петя? Где он?! – она с огромным ужасом смотрела на его брата.
— Ты мертва для него, Рин – его слова оглушили.. девушка на момент потерялась и через секунду вернулась обратно, а врач поспешно ушел, оставив их наедине.
Он рассказал все что провернул, ведь её «смерть» случилась по его вине и парень обезопасил подругу таким способом, лишь он знал всю правду и так ужасно скрыл её.
— Ты же знал, что я очнусь, что я все равно пойду к нему, он никогда тебе этого не простит! – Рина старалась не кричать, но это было невозможно.
— Он живет с девушкой, он счастлив – сново звон в ушах, которые так отвыкли слышать что либо и девушка просто замерла на месте, кажется проживая свою смерть.
— Да плевать я хотела, он должен знать, – не двигаясь сказала та – а ты, Юра, ахуевший, – у него снова полезли глаза но лоб. – ты не имел права распоряжаться моей судьбой.
Он надул свои щеки и удалился из палаты, громко хлопнув дверью.
Рина впервые за долгое время подняла свои руки, чтобы запустить их в свои темные завитки, которые уже доставали до её поясницы, своей длиной. Ужасное чувство потерянности охватило её. Из-за страха парень спрятал её ото всех, провел её похороны, плакал по настоящему зная, что после он пойдет в больницу и увидит дорогую ему девушку. Он не доверял Петру и после неудачной попытки спасения решил засадить его в бурю скорби. Юра лишил брата последней надежды, поддержки, его глотка воздуха, света в теперь уже непроглядной тьме, которая старательно тащила его вниз заставляя убивать каждого, виня всех её смерти, но больше конечно же себя.
Каждый день ему снилась она на его руках.
Еще один месяц девушка провела в больнице заново учась перебирать свои ноги, которые сильно отекли без движения.
Каждое утро, день и вечер, её ставили помогая делать шаг за шагом, аккуратно переставляя ступни, Юра присутствовал при её первых шагах, но с дня её «воскрешения» они так и не заговорили, Рина затаила огромную обиду на парня.
Ночью перед сном она воображала себе картины с Петром, где он бы впервые её увидел и крепко сжал, лишая её воздуха, а она бы звонко смеялась утопая в мужских руках. Она вспоминала про оставленое письмо, которое выводила в последний совместный день, надеясь что он нашел и прочитал его.
Она не верила Юре, бандитское сердце запоминает нежное женское навсегда и уже никогда не сможет отпустить, Рина верила лишь этому.
На город опустилась ночь, что давила по ее ушам. Гул теплого ветра за окном, как летом 95, когда в ее дом вломилось само зло. Её сердце сжималось представляя любимого рядом, прибывая, кажется, в быстром сне она признавалась ему в любви каждую
секунду.
Она опознала это чувство, она чувствовала себя живой рядом с огромным мужчиной, который был готов пустить пулю в голову любому, кто ранит теперь её нежное сердце, что так долго скрывалось под огромной глыбой льда и лишь одна улыбка со словами на губах люблю, смогла вдребезги разнести ее.
Рина воображала их будущее, как тот завяжет с преступностью, возьмется за голову и станет зарабатывать на их маленькую семью.
Как каждый вечер будет снова проводить по его темным кудрям, заглядывая в серо-зеленые глаза находя в них все ответы, на все свои вопросы. Как она снова будет вжиматься в его широкую спину с тяжелым вздохом, за которой можно было спокойно прятаться от этого мира, никто бы и не заметил. Как его сильные руки снова будут нести её в постель, ведь та слишком устала от готовки и уборки. Как один его нежный взгляд топил её, как одна его улыбка заставляла расцветать, как сирень под её окном.
В одну из ночей она проснулась от знакомого голоса, который заставил её сердце упасть в пятки.
— Он сильно ранен, – говорил голос вдалеке – ваша самодеятельность меня с ума сводит, – повышал звук тот – если он подохнет, то это будет на твоей совести
— Петя?... – слегка привстала девушка, почти окрепшая и уже хорошо ходячая.
— Петь, ну кто ж знал – она услышав подтверждение тут же двинулась на выход.
Кудрявая приоткрыла дверь и слегка выглянула из-за нее, остерегаясь чего-то.
Все те же впалые скулы и глаза, все так же зеленые, но без прежней искры, он был потухшей свечой. Цвет лица был почти белым, лишь темные синяки выдавали его жизнь внутри. Он стал будто более накаченным и высоким, но все таким же родным, теплым. Девушка боролась с огромным желанием утонуть в нем прямо сейчас.