Барвюзем

Когда-то давным-давно по магическому лесу прогуливался молодой волшебник по имени Эхон. Зачарованный лес умирал. Растения погибали от нехватки манны, и многие существа покидали лес в поисках нового источника пропитания и сил.

Волшебник практиковался в этом лесу. Он обучался магии жизни. Возрождал умершую флору, помогал лесным духам. Однажды, под его чары попал тысячелетний Кристалл Жизни, из которого позже, как из яйца, вылупилось существо. Мальчик с кристальными локонами и телом человека. Волшебник подобрал мальчика и оставил у себя в воспитанниках.

Эрчин рос бок о бок с Эхоном и Ринкаши, ученицей волшебника. Она часто навещала их, чтобы получить очередные уроки колдовства. Эрчину нравилась Ринки. Он вечно бегал за ней хвостиком. Везде шел по ее пятам. Они полюбили друг друга.
Через десять лет, перед самой свадьбой, Ринкаши пропала. Ее искали везде. Близкие, друзья, родители. Но все напрасно. Эхон не мог смотреть как молодой Эрчин страдал без нее. Волшебник передал свой фамильный амулет сыну и разрешил отправиться на поиски пропавшей, если тот так этого хочет. Эрчин собрался в тот же вечер и ушел из дома, пообещав, что однажды он вернется вместе с ней.

Прошло больше трехсот лет. В узких кругах Эрчин стал известен как межмировой путешественник. О нем слагали легенды и истории. А на верховных лавках торговцы и покупатели говорили про него всякое, от чего его образ быстро оброс слухами и всякими небылицами. Но одну правду все знали точно - спустя столько лет он так и не нашел свою возлюбленную.
***
Очнувшись, Рауль обнаружил себя в кровати. В небольшой спальне, перетекающей в просторный кабинет. Тут было достаточно темно, а саму спальню окружали дорогие винные оттенки. Шторы, мебельная обивка, постельное белье, все было в этих темных тонах. За окном царила ночь.

Последнее, что помнил молодой господин, это белесые пакли его наставника и сопутствующая боль от частых ударов головой. Головные боли преследовали его и по сей момент, хотя уже не так явно как днем.
В комнате не было никого. Где он вообще? Сползя с высокой для мальчика кровати, он проковылял до середины помещения, чтобы все лучше рассмотреть. Килли заметил зеркало, висящее напротив входной двери. В отражении перед ним предстал не радостный беззаботный мальчик, полный сил и энтузиазма исследовать окрестности гильдии, а уставший, замученный парень, растрепанный и обросший, с бинтами и перевязками на всю голову и в какой-то больничной пижаме, что была явно ему не по размеру.
- Это в самом деле я? - подумал Килли. - Я правда так ужасно выгляжу?
Эльф аккуратно дотронулся до повязки на голове и глазу, слегка надавливая подушечками пальцев. Болит. Эльфик нахмурился и опустил взгляд ниже, на свои босые ступни, пальчики которых высовывались из-под мешковатых для него штанин. На них ровно так же не осталось и живого места. Все истертые и побитые, от постоянной беготни. Постояв еще немного у зеркала, Рауль перевел свой взгляд на остальную часть интерьера. Все эти благородные винные цвета не могли ему напомнить ничего, кроме вида крови. В моменте у мальчика подкосились ноги и закружилась голова, с глаза в очередной раз переполнились слезами, вспоминая своих погибших родителей. Находиться в этой комнате больше не представлялось возможным. Его потянуло к окну. Резко распахнув тяжелые бархатные шторы, Килли взобрался на подоконник и прислонив руки к прохладному от ночи стеклу, стал искать затворки. Затем, окна окрылись, и мальчик смог вдохнуть промерзлый свежий воздух. Ночная прохлада встретилась с его лицом. Стало чуть легче.

Все еще стоя на подоконнике и держась за ручки окон, его разум потихоньку пустел. Не было больше смысла думать о том, что произошло. Он не в силах вернуть тех, кто ему был важен и дорог, и он нехотя понимал это.

- Я такой слабый. Я ничего не смог сделать. Это моя вина. - слезы уже во всю текли по щечкам маленького владельца, не давая глазам нормальный обзор.
Рауль, все еще держась за ручки, боязливо выставил одну из своих побитых ножек за пределы оконной рамы, в воздух, вникуда. Все вокруг застыло.

- Если собрался прыгать, хотя бы сделай это быстро. Аж смотреть тошно. - эта внезапная фраза вытянула его из транса и даже немного напугала, от чего Килли почти был готов свалиться из окна. Рауль ошарашено обернулся через плечо. На входе в комнату стояла низкого роста женщина. Богатые традиционные одежды сменились тяжелым халатом в пол с меховой отделкой. Ее руки были скрещены на груди, а рядом с ней парил поднос с какими-то вещами.
- Госпожа Беатрис?... - боязливо предположил он.
- Не владелец гильдии, а умирающий лебедь, в самом деле. - она прошла в комнату и ночники на стенах загорелись уютным теплым светом.
- Спускайся, неблагодарный. Тебе тут, видите ли, жизнь спасти пытаются, а ты в окно. Нахватался от моего мужа всякого, теперь повторяешь за ним всякую нелепицу. - она махнула пальцем и поднос сам поставился на прикроватный столик.
- Вы... про Вайлета? - Рауль все же аккуратно спустился, оставляя окна открытыми. - И не собирался я прыгать... я только окно открыть... - промямлил он немного обижено, вытирая низом рубашки слезы.
- Про кого же еще. Этот воображала не смог и от маленькой группки отбиться, а еще себя Первым магом называет. - она подозвала к себе Рауля указательным пальцем, и некая сила приподняла того в воздух за ворот рубашки, притянула к ней и силком усадила Киллиана обратно на высокую кровать. Эльфик оторопел и вытаращился на даму в халате, не успев понять, что вообще произошло.
- Снимай бинты, тебе пора перевязку делать. - в приказном тоне велела она, пока протирала руки пробивающим нос спиртом из бутылочки. Рауль послушно повиновался. Он стал аккуратно разматывать повязки. Но что-то его остановило. Мальчик посмотрел на нее, снова вспоминая как отец исцелял себя.
- А магией никак?
Его вопрос создал вакуум в комнате. Беатрис подняла на него свой строгий взор и Килли уже тысячу раз пожалел что спросил.
- Магией? Хм, ну хорошо. - усмехнулась она и отложила чистые бинты обратно на поднос.
Она уселась на пуфик рядом, вытянула ногу Рауля на свои колени и задрала ему штанину, обнажая огромный ушиб и порез на голени, что еще не до конца затянулся. Одной рукой она придерживала его ногу, а вторая начала излучать зеленое свечение, покрываясь световыми узорами. Она поднесла ладонь к порезу и прикоснувшись к ране двумя пальцами, начала проводить ими вдоль по ране, как бы спаивая ее, оставляя после гладкую чистую кожу. Вот только она не успела залечить и сантиметра, как нога Рауля дернулась к нему обратно, и он жалобно завопил:
- Жжется! Больно!
- Ты сам меня попросил воспользоваться магией. - ухмыльнулась она.
- Вы это специально! Это же почти как ожог чувствуется! Даже уколы ставить не так больно! - отсаживаясь от нее подальше на кровать продолжил обиженно вопить эльфик.
- Хотела бы я сама преподать тебе урок о терпении, но магия сделала всю работу за меня. Поэтому, перестань капризничать и, либо я продолжаю, либо меняем бинты. - улыбнулась она ему. Рауль насупился, но все взвесив, потянул руки к своим повязкам.
- Почему это вообще так больно? - пробухтел он, разматывая себя как мумию.
- За все надо платить, Рауль. Лечение это стороной не обходит.
- Но ведь это магия! С магией ведь все гораздо проще! Ну, как мне кажется...
- Ты должен понимать, что магия забирает больше, чем все остальное, что существует на свете. А в некоторых случаях, чтобы колдовать, ты буквально отдаешь ей всего себя. - она помогла ему убрать старые бинты, чтобы начать обрабатывать раны перед перевязкой.
- Как это? Отдавать самого себя?
- Ты должен приносить себя в жертву каждый раз, когда колдуешь. - сказала она это сухо и буднично, будто бы повторяет эту фразу уже сотый раз. - Вначале ты отдаешь запас своей манны. Потом свои жизненные силы. А когда у тебя заканчивается и это, можно принести в жертву кусочек себя, чтобы продолжить колдовать.
- Например?... - с опаской поинтересовался юный эльфик.
- Например зрение, или слух, память, голос, возможно косичку, если у тебя длинные волосы. Кто-то жертвует кровь или плоть. Руку там, глазик, ещё что-нибудь...
От всех этих перечислений Раулю снова стало нехорошо, что он отвернулся и помотал головой.
- Поэтому все колдуют в основном только в рамках своего запаса манны. А ее у обычных магов хватает только на какие-то бытовые вещи. Конечно, этот запас можно расширить, но на это уходят годы обучения... Но терпеливых, к сожалению, можно по пальцам пересчитать.
- А лечение? Что забирает оно? - он вновь повернулся, смотря на чистые бинты с некой грустью.
- Хех, твое душевное спокойствие и почти весь запас манны колдующего. Не у каждого найдется столько нервов, чтобы выстоять такую боль, как ты сейчас. - произнесла она с некой насмешкой.
- В таком случае, зачем вообще такая магия...если она только губит... - Килли скуксился, опуская голову к Беатрис, пока та обрабатывала ему раны на голове.
- «Все нужно использовать с умом и в меру» - процитировала она без энтузиазма. - А вообще, сейчас ты слишком слаб, чтобы тебя можно было лечить магией. К тому же, такие тяжёлые раны. Это возможно, но боюсь, ты быстрее откинешься от болевого шока, чем тебя успеют вылечить колдовством. - она закончила перевязку и уложила использованные бинты все на тот же поднос. - Мы закончили. - хотела на уже подняться и уйти, как Рауль остановил ее.
- Госпожа Беатрис, а... а где мы сейчас?
- Мы? В здании Совета, я уже все починила. А конкретно, в комнате твоего отца. Это теперь твоя комната, и твой кабинет, как нового владельца гильдии. Можешь приходить сюда когда хочешь. Хотя, не сказать чтобы у тебя осталось куда возвращаться... - даже не посмотрев в его сторону, женщина поднялась и ушла, оставляя Рауля одного в столь большом помещении.