2 БОНУС
Кэтрин
— Кэти, подай, пожалуйста нож,— попросила меня Лисс, вытирая руки о бумажную салфетку.
Я потянулась за предметом и протянула подруге.
— Спасибо,— поблагодарила она и принялась нарезать овощи.
Мы наконец смогли вырваться все вместе к родителям Мелиссы и Феликса. Прошло уже четыре года с того момента, как я родила Тео и это наша вторая поездка сюда. Первый раз мы были без Харрисов, но во второй раз решили поехать вместе. И эта лучшая идея из последних нами запланированных.
Полтора года назад Дарен предложил поехать всем вместе в Кэтскилл, после чего все лечились от укусов комаров. Год назад идея Феликса посетить зоопарк закончилась тем, что мы пытались вытащить мою сумочку из клюва фламинго. Буквально несколько месяцев назад мы с Мелиссой лечили голову нашим мужьям. И я не преувеличиваю. Мы серьезно лечили им голову. Они решили построить детям домик на дереве, в результате чего несколько досок свалилось им на голову. Они были оба без сознания и пока везли их в больницу, мы с Лисс метались между разными чувствами. Мы боялись за них, а также хотели их убить. Домик на дереве был достроен мастерами. Вообще, смешно, правда? Два человека, один из которых до сих пор владеет строительной фирмой, а другой помогал ему ранее в ведении этого бизнеса, не могли спроектировать деревянный домик и забить правильно гвозди в доски.
Вообщем, эта идея с поездкой всей семьей была и правда лучшая.
Родители Феликса и Мелиссы постоянно нянчились с детьми, и маленькие проказники никак не хотели уезжать отсюда. Когда мы приехали первый раз после рождения второго ребенка, Тео еще не понимал многого, но Амир каждый раз плакал и хотел остаться у бабушки с дедушкой. Он также любит и мою маму, и также всегда плачет, когда мы уходим от нее. Но это недолгая история. Остаться без мамы и папы было куда хуже.
Сейчас Тео уже четыре года, он умеет говорить и понимать многое. И он очень непослушный ребенок. И по большей степени страдает Феликс. С Амиром я была мягкая и спокойная, но мне пришлось стать строгой мамочкой, как только Тео стал делать первые шаги. Он настоящий шалун. Мы вытаскивали его из духовки, он разбивал цветочные горшки, опрокидывал тарелки с едой, иногда таскал Гибси за хвост и я не знаю как пережила эти моменты. Он мял важные документы Феликса и рисовал на них. Если Феликс начинал его ругать, он мстил ему. Мазал краской его вещи, или мазал самого Феликса, пока тот спал. Однажды мы проснулись утром и я увидела на лице Феликса разноцветные большие кляксы.
Этот малыш настоящая бомба замедленного действия. Раньше я думала, что Оливия была проказницей, но наш второй сын переплюнул ее.
Насчет маленькой Оливки. Ей уже десять и она стала совершенно другой. Более спокойной и сосредоточенной. Я заметила в ней способности к рисованию, как у Лисс. Хоть ей и было десять, но она уже могла выводить точные линии, подбирала соответствующие цвета, благодаря чему получались более реалистичные картинки. У нее была отличная память и она быстро запоминала все новое, она быстро решала какие-то задачи и могла четко сформулировать какую-то мысль. Думаю, это по больше части у нее от Дарена. Малышка взяла все от своих родителей. И кое-что я заметила еще. Она стала тянуться к природе. В свои десять она уже отлично могла скакать на лошади, Дарен играл с ней на перегонки и она всегда держала его в напряжении. Но больше всего она всегда проводила время на полянке или в поле. Она искала там бабочек и каждый раз подбегала ко мне и спрашивала как они называются. Я уже говорила, что она отлично рисует? Так вот, у нее есть блокнот, где она изображает всех бабочек, которых видела и дает им краткую биографию. По большей части она спрашивала у меня их строение, как они живут и чем питаются. И мы многое время проводим с ней вместе, проводя расследование через интернет. Она ловко все переносила на бумагу.
Неужели, малышка пойдет по моим стопам? Это было приятно.
В свое время я тоже начинала интересоваться строением животных. Но Оливия начала с насекомых. И да, она очень сильно любит этих бабочек. Вся ее комната буквально отражает эту любовь. Больше всех ей нравились бабочки, которые имели синий оттенок или сами были полностью синие. Большая часть гардероба у Оливии была именно в этих тонах. Голубой, небесный, морской и все похожие.
Она настолько близка мне и я всегда с трепетом провожу наши совместные посиделки.
Признаюсь, я была бы напротив дочери. Но сейчас не время. Может через пару лет. Все мое время занято моими мальчиками и работой. Я так и не смогла ее оставить. Это моя отдушина и моя жизнь - помогать животным. Мой Неби умер несколько лет назад и это было ударом для меня. Я на несколько месяцев потеряла рассудок и еле смогла восстановится. Он был лучшим другом. Лучшим слушателем. Он подарил мне всего себя. Когда я должна была вылечить животное, я в слезах убегала и запиралась в кабинете. Будто видела его глаза в другом животном, те самые глаза, в которые я смотрела за несколько минут перед тем как он ушел. Первые недели даже Феликс был рядом со мной. Он взял отпуск и не отходил от меня ни на шаг. Я пролила много слез, все мальчики переживали за меня. Я не хотела их расстраивать, но не могла удержаться от рыданий.
Заведя животное, мы всегда должны быть готовы к тому, что расстанемся с ним в одно время. И это убивает.
Я смахнула свои слезы и отвлеклась от мыслей, смотря на мальчиков.
Феликс играл с Амиром и Тео на траве в машинки. Вокруг них бегали собаки. Мы взяли Гибси с собой и я думала он не подружиться с Шонни, той самой хаски родителей Феликса и Мелиссы. Но нет. Они подружились довольно быстро и уже несколько дней резвятся вместе. У них была спокойная хаски, но вой мы все равно иногда слушали. Спустя столько времени все уже привыкли к этому и не обращают внимания.
Тео сидел на большом грузовике и смотрел на то, как Амир сбивает своей машинкой машинку Феликса. Тот изобразил как его машинка отхватила сильный удар. Он покатил игрушку по траве, переворачивая ее. Тео залился смехом и Шонни ткнула своей мордочкой в его лицо.
Гибси принялся бегать вокруг Оливии, которая пыталась запустить воздушного змея, подпрыгивая и улыбаясь тому, как собака путалась у нее под ногами и мешала разогнаться.
Мы отдыхали на большой поляне у озера, которую сняли мужчины для нашего прекрасного вечера. Приехали сюда на трех фургонах, внутри которых можно было жить. Сегодня мы также решили остаться ночевать именно здесь и встретить рассвет всей семьей. Натерпелось увидеть это.
— Девочки, вам нужна помощь? — подошла мама Лисс и Фила и спросила нас.
— Нет, мамуль, ты можешь отдыхать. Мы справляемся,— сказала Лисс и поцеловала свою маму в щеку.
— Да, миссис Гарсия, вам лучше отдохнуть. Мальчики вас утомили,— сказала я виновато, потому что полчаса назад они буквально сидели на ее шее, пока Феликс не забрал их.
— Ну же, Кэти. Сколько раз говорить тебе, называй меня мама или просто Патриция. Мне куда приятнее,— улыбнулась она мне доброй улыбкой и приобняла за плечи, немного хихикая.
— Мне каждый раз неудобно,— немного смутилась я и увидела как Лисс улыбается.
Миссис Гарсия заметила это и шлепнула Мелиссу по ягодицам газетой и та подпрыгнула, еще больше хихикая.
— Безобразница. Еще смеется,— ласково с улыбкой отчитала она ее.
— Мама,— сквозь смех выговорила Лисс, на что ее мать уже легонько приложила ей газетой по голове.
— Такая проказница, ты посмотри на нее,— снова отчитала миссис Гарсия. — Дарен, тебе следует больше следить за ней. Совсем распустилась.
Все это время они обе улыбались, пока Дарен не отошел от своего тестя и не подошел к своей жене.
— Все будет сделано, миссис Гарсия,— и оставил поцелуй на виске у Лисс.
Мелисса перевела взгляд на маму после слов своего мужа и я последовала ее примеру.
— Вы делаете меня какой-то старой теткой. Сколько раз я вам всем говорила называть меня или мамой или по имени. Хм,— надулась она, как ребенок, но уголки ее губ подрагивали, что означало, что она сдерживала улыбку.
Мистер Гарсия, который все это время жарил с Дареном мясом, тоже подошел к нам.
— Ты опять ворчишь на них? — приобнял он уже ее и покачал.
Они были уже в возрасте, но я каждый раз видела их любовь в глазах. Отец Фила и Лисс всегда заботился о их маме и никогда не садился за стол без нее. Он также всегда наливал ей чай, а по вечерам читал ей классику.
Это было настолько трогательно, что в те моменты, когда я замечала это, не могла сдержать слез.
Мои родители были точно такие же. Папа всегда ухаживал за мамой и оберегал ее.
Я предлагала маме поехать с нами, но она отказалась. Она не хотела оставлять больную тетю Клару, хотя та говорила ей поехать. Тетя заболела пневмонией и лежала в больнице уже несколько недель. Мы навещали ее, но старость давала знать о себе и выздоровление никак не приходило. Надеюсь на лучшее и скорейшее ее выздоровление. Она тоже всегда крутилась вокруг моих сыновей и дарила им разные подарки. Спустя время мы нашли с ней общий язык, но скорее из-за того, что она теперь спокойна: у меня есть муж и дети.
— Почему они обращаются ко мне, как к старой женщине. Разве я старая? — посмотрела Патриция Гарсия в глаза своему мужу.
— Да что ты. Ты в самом соку. Предлагаю устроить марафон.
Миссис Гарсия толкнула его локтем в грудь и сомкнула губы. Кажется, она начинала злиться.
— Иди, смотри за мясом, иначе тебе точно придется бежать до города за новой партией,— обиженно сказала она.
— Мамочка, ну чего ты? Ты у меня сама красивая и самая привлекательная,— подошла к ней Лисс и обхватила ее лицо руками.
— Будет тебе. Льстишь мне, чтобы я не ругалась на вас,— снова обиженно проговорила она.
— Ни за что. Ты у меня самая классная,— обняла она ее.
Я не удержалась и тоже подошла к ним.
— Прошу простить меня, если я вас чем-то обидела. Но мне правда, очень неловко называть вас по имени. Вы старше и...
Она перебила меня.
— Кэти, ты тоже моя семья. Тоже важный человек в моей жизни. Мы не чужие люди. Я никогда не расстроюсь и не обижусь, если ты назовешь меня по имени, однако я понимаю, что ты не можешь назвать меня мамой. Она у тебя уже есть и я не хочу заменять ее. Если тебе, конечно, так удобно, то ничего страшного. Я пойму. На то родитель и есть родитель, чтобы понимать своих детей,— сказала она мне и притянула меня в объятия вместе с Лисс. — Когда я родила Феликса, я мечтала скорее родить дочку. Феликс был непослушным ребенком и я думала, что девочка будет покладистей. В принципе так и было. Мелисса была немного тише Феликса. Но к чему я веду...Я хотела иметь девочку, после рождения сына и когда это случилось - я была очень счастлива - иметь и сына и дочь. А теперь я счастлива вдвойне: у меня есть два сына и две дочери. Вы мне все дети.
Ее слова врезались в глубину души. Я породнилась с Лисс и теперь мы подружки, связанные одной семьей. Это согревало и успокаивало.
Гарсия точно обладали этим навыком. Что Фил, что Лисс, что их мама и даже отец - все они приносили умиротворение внутреннему хаосу.
— Мы тоже тебя любим, мамочка,— проговорила Мелисса.
— Конечно. Очень любим вас,— быстро выговорила и я.
— Патриция,— отвлек нас мистер Гарсия.
Мы все взглянули на него. Он шел к нам с большим букетом полевых цветов.
Мама Фила и Лисс вздохнула.
— Вот. Для тебя собирал, рискуя своей спиной,— проговорил Рикардо Гарсия хриплым голосом, но не без улыбки, держась за поясницу.
Патриция Гарсия быстрее взяла букет в руки и обратилась к своему мужу:
— Как твоя спина? Болит?
— Немного что-то хрустнуло.
— Ой,— с тревогой бросила мама Фила и Лисс.
Все насторожились.
— Может я смогу посмотреть? — подошла я к нему и взяла его за локоть.
К нам подбежали Фил с мальчиками, а следом бежала Оливия.
— Пап, что такое? — спустил он Тео на землю с рук, а Амир протиснулся между ногами Фила.
— Кажется немного надорвал спину. Ничего страшного, отлежусь и все.
— Ой, девочки. У меня есть мазь в аптечке. Кэти, ты сможешь посмотреть? — с надеждой в голосе обратилась ко мне миссис Гарсия.
— Конечно, вам не нужно даже было спрашивать.
— Фил, Дарен, помогите довести папу до фургона,— скомандовала Лисс. — Ливи, посмотри, пожалуйста, за мальчиками.
Пока я поправляла волосы и шла за мужчинами и мамой Фила и Лисс, Ливи подбежала к Амиру и Тео.
— Хорошо, мама,— нежно проговорила Оливия и взяла двоих мальчиков за руку.
Лисс поспешила за мной.
— Надеюсь ничего серьезного,— тревожно сказала она.
— Сейчас посмотрим. Но не переживай так сильно. Думаю просто защемил. Несколько минут массажа и надеюсь все будет хорошо,— поспешила я ее успокоить.
— Хоть бы.
Когда Дарен и Фил довели своего отца до фургона и помогли ему войти внутрь, я принялась мыть руки в маленькой раковине. Лисс осталась рядом, а наши мужья ушли смотреть за мясом. Патриция Гарсия ушла нарезать овощи. Мистер Гарсия уже лежал на кровати и ожидал меня с оголенной спиной. Лисс подготавливала его.
Я вытерла руки насухо и взяла мазь, которую перед уходом миссис Гарсия дала мне. Он пах елью или сосной. Также присутствовал спирт и еще какие-то горькие нотки. Я поняла, что это мазь была домашнего приготовления. Она находилась в маленькой баночке.
Я размяла руки и взяла немного мази.
— Пап, ты как? — спросила Лисс.
— Да нормально, милая. Думаю руки Кэт поставят меня на ноги. Ты забыла? Я еще не показал сальто детям.
— Папа, — закатила Лисс глаза.
Феликс точно был в отца.
Я принялась сначала ощупывать место, где была боль и когда поняла локацию, стала растирать и массажировать под стоны мистера Гарсия.
***
Спустя десять минут мы перевернули его на спину и укутали одеялом. Мазь была разогревающей и у меня уже горели руки. Кажется, там был или пчелиный яд или змеиный.
Я вышла из фургончика родителей и направилась в свой. Лисс осталась с отцом.
Ливи резвилась с мальчиками, Дарен жарил мясо, а миссис Гарсия разговаривала с Филом. Как только они увидели меня, их мама закричала:
— Ну как там? Все хорошо?
— Да, все хорошо. Мазь должна прогреть его спину и все будет отлично.
— Спасибо тебе, дочка. Здоровье твоим рукам,— с благодарной улыбкой поблагодарила она меня.
— Главное вам здоровье,— улыбнулась я в ответ.
Феликс отвлек ее каким-то разговором, а я зашла в наш фургон и стала мыть руки. Пару капель мази упали на мою футболку и мне нужно было еще и переодеться.
Как только я стала вытирать руки, на мою талию упали другие руки. Грубоватые, большие и такие родные. Следом за руками, на мою шею опустились теплые губы.
Они исследовали каждый миллиметр и оставляли нежные поцелуи.
— Моя волшебница,— прошептал Феликс.
— Мгм,— лишь выговорила я, наслаждаясь трепетом, разливающегося по мне.
Мы с Филом уже шесть лет в браке и до сих пор между нами есть страсть и похоть. Каждую ночь. А иногда и день. Он до сих пор дарит мне незабываемую близость, от которой я растекалась и теряла себя на время.
— А на что еще способны твои руки? — с ноткой возбуждения в голосе спросил он меня.
Его рука скользнула к моей ягодице и сильно сжала ее. Своим весом Фил прижал меня к раковине.
— Я много раз показывала тебе,— выдохнула я, окунаясь с головой в головокружительное ощущение, в которое отправлял меня мой муж.
— Хочу еще раз лицезреть это. А также почувствовать.
Я стала ощущать его растущее возбуждение, прижимающее к моей заднице.
— Но Фил, нас ждут...
— Подождут,— прикусил он кожу на моей шее и я издала стон. — Я хочу оказать благодарность. Не красиво отказываться, kitkat.
Он до сих пор дает мне это прозвище. А на тридцатилетие он вообще подарил мне набор этих шоколадок разных видов и устроил праздник. Я будто побывала на презентации фирмы по производству этих шоколадок.
— Но я не хочу, чтобы все подумали что мы тут...
Его рука обвила мою талию и ладонь скользнула под пояс легких штанов.
Его пальцы ловко прокрались в мои трусики и надавили на мой клитор, который вовсю пульсировал. Мои ноги подкосились и я вцепилась руками в раковину.
— Ты думаешь, они не знают, что мы этим занимаемся? Они взрослые люди.
Фил играл с моим чувствительным местом, растирал его, набирая темп. Я не могла сдержать стоны в себе и громко дышала, закатывая глаза. Наша близость была пару дней назад в нашем доме. Мы не могли заняться ею вчера и позавчера из-за загруженности, после того, как приехали в дом его родителей и распаковывали вещи. К тому же, в их доме были тонкие стены. Первый раз, когда мы приехали к ним, наша близость с ним случилась, когда его родители забрали мальчиков и ушли гулять. В этот раз я даже не рассчитывала, что она вообще будет, так как было слишком много людей.
Но, кажется, мы оба сильно нуждались в этом.
— Но, Фил. Фургончик будет качаться.
— Сегодня я сдержусь и буду медленнее и нежнее. У нас есть такой шанс. Я хочу попробовать тебя снова.
Он вытащил руку и оставил терзающую пустоту. Я была уже разогрета.
Я повернулась к нему лицом и потянула его за футболку к себе. Мы смотрели друг другу в глаза, пожирая. Не знаю как у меня, но в его глазах горел огонь похоти.
— Сколько у нас времени? — шепотом произнесла я.
— Пока Дарен не спалит мясо.
Я хихикнула.
— Думаю минут десять есть,— хмыкнул он и припал к моим губам.
Сладость разлилась во мне от основания губ, проходя в каждую клеточку.
— Заделаем девочку? — резко отстранился он от меня.
Я растерялась.
— Что? Нет. Ни за что. Не сейчас,— шокированными глазами я стала уворачиваться от него.
— Амир сказал, что он хочет сестренку. Братик ему надоел,— издал Фил смешок и смотрел на меня.
Я, наверное, выглядела, как испугавшаяся белка.
— Расслабься. Давай не портить момент и продолжим мою благодарность. Время истекает.
Я выгнула бровь.
— Мы не будем делать девочку,— ухмыльнулся он и снова напал на мои губы в жадном поцелуе. — Пока, — проговорил он, немного оторвавшись и снова завладев мной.
Я ударила его по плечу, но уже не смогла разомкнуть слияние наших губ. Он мне нужен.
Сейчас.
Завтра.
Всегда.