39 глава.
Феликс.
Я оставил свою машину у того дома, куда сейчас приехали следователи, скорая помощь, судмедэксперты и прочее. Вызвал водителя, который привезет мою тачку домой и вместе с Дареном, Мелиссой и Кэтрин отправился в Нью-Йорк на вертолете. С этим делом поделятся с шерифом Уилсоном в нашем округе и если что, то нас будут допрашивать там, поэтому сейчас от нас ничего не требовалось.
Я все не отводил взгляд от своей малышки, которая прижималась к Мелиссе, зарывшись в ее шею, немного дрожа. Прошло уже больше часа, как мы вытащили ее оттуда, но дрожь все еще не покидала ее тело.
Смотреть на это и вспоминать откуда мы ее забрали - было тяжело. Будто в тебя вонзали осколки.
На Кэт был накинут плед, а Мелисса поглаживала ее и что-то напевала. Из ее глаз моментами текли слезы и она закрывала их, но продолжала напевать какую-то песню. Все же я благодарен, что она появилась здесь. Не знаю, что пришлось бы вколоть Кэт, чтобы она не истерила. Ведь я еще помню ее состояние в том коридоре...
Дарен вел разговор с шерифом, поэтому мы мало перекинулись с ним словами. Я лишь наблюдал все это время за состоянием одной девушки, которая стала частью моей жизнью.
Нет.
Она и есть жизнь.
***
Когда мы приземлились в аэропорту, сразу же отправились домой. Кэт повезли в мой дом. Ее мама сейчас все равно находится в больнице, а оставлять ее одну точно было бы не лучшим решением. К Мелиссе мы не поехали, потому что там кузен Дарена и его будущая жена присматривают за девочками. Остается только мой дом, но я и не был против. В нем гораздо приятнее стало находится, когда он полон, а не пуст. Даже этот собакен скрашивал мрачные дни.
И когда я стал нести такую слезливую речь? Неужели так на меня влияет психолог? Скоро я начну радоваться розовым пони.
Мелисса отвела Кэт в комнату около получаса назад, а мы спустились с Дареном в мой подвал, чтобы наконец поговорить без лишних ушей.
— Ты же знаешь, что ты совершил убийство? — деловым голосом спросил Дарен, облокотившись на мой рабочий стол и крутил в руке кубик-рубик.
Я знаю, что он сейчас и недоволен и расстроен тем что я сделал. Но я должен был это сделать.
Я должен был внести справедливость за жизнь Кэтрин. Одному Богу известно, что она прожила. И даже смерть этим ублюдкам было легким наказанием. Их мучения должны были продолжаться годами, а теперь они подохли и не чувствуют боли.
— Я не настолько глуп и туп, чтобы этого не понимать,— ответил я, облокотившись о стену, рядом со своим столом.
— Феликс, ты...
Я выставил ладонь вперед, наклоняя голову.
— Еще раз тебе повторю. Поставь меня на свое место. Ладно, о'кей, ты мог быть спокоен, пока шло расследование. Но найдя свою жену или дочь, в разорванной одежде, со шрамами, чье тело словно прошибает ток - чтобы ты сделал с тем ублюдком, который вызвал такое состояние у них? Ответь мне на этот вопрос?! — поднял я на него глаза.
Дарен замер и просто смотрел на меня не в состоянии что-либо произнести.
Так прошло несколько минут, но он лишь закивал и продолжил крутить кубик в руке.
— Вот. Ты сам бы не сдержался. Поэтому давай без этих нотаций. Этот ублюдок заслуживал такой исход событий, но я был бы согласен на долгие мучения. Ты видел как ее трясло даже когда Мелисса вела ее в спальню. За две чертовых недели, что она находилась там, мы даже предположить не можем через что она прошла.
— Я понял тебя. Может ты и прав,— пожал он плечами. — Но это все равно убийство. На том месте я смог договорится, чтобы тебя не задержали, а ты дал показания здесь, у нашего шерифа. С Оливером я попробую также договорится, чтобы на тебя не открыли дело. Но для составления протокола ты и Кэтрин все равно должны дать показания. Мы переиграем это как самооборону, я постараюсь уладить это с шерифом. Пока он что-то не выходит на связь, но завтра я еще раз ему наберу.
Я лишь кивнул.
— Спасибо,— поблагодарил я и протянул ему руку для рукопожатия.
Дарен окинул ее взглядом и издав смешок, вложил свою руку в мою.
— Ей нужна будет какая-то психологическая помощь? — кивнул он на выход из моего подвала.
— Я хочу дать ей пару дней прийти в себя. Все же мы не знаем что там происходило и насколько сильно все плохо. Но я бы хотел, чтобы ей оказали психологический осмотр,— ответил я.
— Понял тебя.
— Ты что-то узнал о той женщине, что была с Кэтрин в том доме? — все же наконец поинтересовался я.
Я ничего так и не узнал о ней в том доме. Я не мог переключится от мыслей, связанные с Кэт.
— Она правда врач-гинеколог. Приехала по указке этого Даниэля, чтобы осмотреть Кэтрин. На самом деле ничего серьезного у Кэт не было, она подделала свои дни и соврала что ей нужна помощь.
Мои брови сдвинулись на переносице и я смотрел на Дарена, не понимая ничего.
— Подожди, что ты сказал? — выгнул я бровь и все еще находился в непонимающем состоянии.
— Да, ты все правильно расслышал. Кэт обвела вокруг пальца этого засранца, симмулируя. Она не сдалась.
Как я и говорил.
Это не я спас Кэт, это она себя спасла. Она лишь ждала нужного времени.
Я горд за нее. Я так горжусь ею. Она не растерялась и смогла вызвать помощь.
Я захотел еще сильнее прижать ее к себе и сказать, какая она молодец. Какая она смышленная.
Моя девочка самая лучшая.
И она моя.
От этих слов нечто теплое и приятное разлилось внутри меня, принося умиротворение.
— Что-то еще известно? — поинтересовался я дальше.
— Да. Кэт смогла передать ей сообщение, что она в опасности...
Твою мать, я готов ей поклоняться.
— Но после этот урод не выпустил врача и закрыл ее в подвале. Спустя несколько часов Кэт спустилась к женщине и освободила ее. А после очнулся этот подлец и пришел в ярость. Он снова связал женщину и запер ее в подвале, а после напал на Кэт. Ты как раз застал этот момент. Ты успел прийти вовремя на помощь к ней. Женщина рассказала, что прошло не слишком много времени, когда ты явился туда. Максимум пару минут, как он ее запер и переключил свое внимание на Кэтрин.
Облегчение накрыло меня.
Он не долго истязал ее, хоть что-то. Но это не исключает того факта, что он возможно истязал ее все остальные дни и судя по его словам, он делал это часто.
«Но думаешь я не трогал ее? Я избивал ее каждый раз, когда она брезгала мной.»
Эти слова так сильно вошли в мою кожу, что я еле сдержался, чтобы не размазать его голову о стену. Я хотел превратить его в жидкость, но держался, чтобы насладиться его мучениями подольше.
— Откуда ты узнал это? — дальше заваливал я его вопросами.
— Та женщина рассказала полицейским, я узнал у них. Ты все равно находился в мутном сознании,— хмыкнул он.
— Да,— заключил я и взъерошил волосы.
Между нами повисло молчание. В подвале было тихо. Ощущал себя ужасно.
Интересно что сейчас происходит в комнате девушек? Мелисса смогла привести Кэт в чувства? Голодна ли она?
Забота резко одолела меня и я хотел что-нибудь сделать для Кэти.
Но наконец она дома. В безопасности и больше я никогда не позволю ничему плохого с ней случится. Я отдам за нее свою жизнь.
— Могу я поинтересоваться кое-чем? — разрезал мои мысли вопрос Дарена и я отвлекся.
— Валяй.
Дарен прочистил горло.
— Что ты собираешься делать дальше?
Я выгнул бровь.
— В каком смысле?
— С Кэт. Что ты собираешься делать с ней? Снова отгородишь ее от себя или...?
Я издал смешок.
— У тебя есть предположения?
Нашему разговору не хватало бутылки рома или виски со льдом. Но сейчас не место алкоголю.
— Одно я уже озвучил. Или отгородишь ее от себя или не отпустишь.
Не отпущу. Больше никогда. Но перед этим я принесу свои извинения Кэтрин и вымолю прощение.
— Я больше не хочу отпускать ее.
— Нас ждет свадебная симфония, голуби и слезы счастья? — улыбка растянулась на лице Дарена.
— Возможно. Все зависит от нее.
Было неловко обсуждать это с Дареном. Тяжело припомнить, когда последний раз у нас был с ним такой душераздирающий разговор. Но мне почему-то становилось легче от этого.
Я точно скоро стану скупать все пони.
— Буду ждать, когда по этому дому будут бегать маленькие Феликсы,— прижал он кулак ко рту, смеясь.
— Этого у меня еще не было в мыслях. И не думаю, что это случится скоро. Кэт должна прийти в себя, а я...Я не знаю. Я еще не готов иметь детей.
— И никогда не будешь готов. Нет готовности к этому. Ты просто в один момент принимаешь свою роль или не принимаешь.
Я вздохнул.
— Только представь, как появятся такие же сорванцы, как ты. Мне жаль в этой ситуации только Кэтрин. Вы же съедите ей весь мозг. Ты бываешь невыносим,— тыкнул он пальцем в мою сторону.
Я закатил глаза.
— Расскажи мне, как моя сестра все еще не убила тебя? Ты тоже не бываешь милым и послушным зайчиком,— фыркнул я и взял в руки ручку, которой часто ставил подписи в документах.
— О, поверь, в наших отношениях милый и пушистый я. Я бы перефразировал твой вопрос. Как я все еще не убил твою сестру? Но ответ очень прост. Я люблю ее.
— С темы об убийстве мы перешли на сопливые разговоры? Пожалуй надо отлучиться и захватить с собой гору конфет, ноутбук со скачанными мелодрамами, вино и целый ящик салфеток.
— Мне еще не настолько плохо, чтобы я применял все это.
Дарен не мог скрыть улыбку. Вот же черт. Когда он перестал улыбаться и натянул серьезное лицо, на весь подвал, эхом, прозвучал голос Мелиссы.
— Мальчики, вы тут? — она показалась из-за арки.
Лисс уже переоделась в ночную одежду, но лицо ее было очень уставшим.
— Здесь, жизнь моя,— отошел Дарен от стола и стал надвигаться в ее сторону.
Хоть кто-то счастлив. И я надеюсь что скоро сам обрету полное счастье, только бы Кэт была в порядке.
— Я разогрела еду. Заварила чай. Пойдемте,— устало проговорила она.
Конечно, ведь время близилось к утру. Я не сомкнул глаз, на счет Дарена и Лисс не знаю. И Кэт также не спала.
— Ты не устала, травка? Может ты ляжешь уже? — спросил ее Дарен и приобняв ее, оставил поцелуй на ее виске.
Мелисса на несколько секунд закрыла глаза и я думал она сейчас сразу же уснет, но нет. Она открыла их и натянуто улыбнулась.
— Мне не помешает выпить горячий успокаивающий чай. Как и вам поесть. А потом мы все ляжем,— проговорила она.
— Как скажешь, любимая. Но если ты устала - сразу ложись спать. Не томи себя. Ты отлично справилась,— снова поцеловал он ее.
Она ничего не ответила на это и махнув мне рукой, развернулась и стала подниматься по лестнице наверх.
Я быстрым шагом направился к ним и догнав их на последних лестницах в маленьком коридоре, соединяющий подвал и гостиную, коснулся Мелиссы. Она перевела свой взгляд на меня.
— Дарен?!— обратится я к нему, показывая глазами в сторону гостиной, чтобы он оставил меня наедине с Лисс.
— Все. Понял,— поднял он руки на уровне груди и стал приподниматься наверх.
Мы с Лисс проследили за тем, как Дарен исчезает, а потом моя сестра заговорила.
— Она сейчас спит. Успокоилась,— ее голос был мягким.
Я притянул ее к себе для объятий. Она расслабилась.
— Спасибо тебе за помощь,— тихим голосом произнес я.
— Она моя лучшая подруга. Я это делаю не для того, чтобы получить потом благодарность. Кэт ухаживала за моей дочерью, это мой долг быть рядом с ней.
Я согласен с ее словами.
— Ты права,— теперь уже я оставил поцелуй на ней, только на макушке. — Она ничего не поела? — поинтересовался я, потому что состояние ее здоровья заботило меня.
— Нет. Только выпила мятно-ромашковый чай и уснула. Но хотя бы она немного пришла в себя и ее покинула дрожь,— голос Лисс теперь стал поникшим.
— Она ничего не рассказала тебе?
Лисс покачала головой у меня на груди.
— Не думаю, что она в ближайшее время будет готова к этому разговору.
Я лишь кивнул.
Я не собираюсь давить на нее, чтобы пытаться узнать что она прожила. Не хочу, чтобы она снова испытывала стресс. Но если она сама будет готова рассказать - я выслушаю. Я поддержу ее и подарю защиту.
— Хорошо, пойдем. Тебе тоже нужен отдых.
Она снова кивнула и мы стали подниматься наверх.
Когда Лисс стала направляться на кухню, я обратился к ней.
— Я навещу ее и пойду спать. Не голоден.
Мелисса кинула взгляд на комнату, где остановилась Кэт. А потом улыбнулась.
— Постарайся не разбудить ее. Ей нужно восстановить силы. Пусть отдыхает, — проговорила она и я кивнув, стал подниматься в ее комнату.
Лечь спать без нее — приравнивается к преступлению и предательству.
Я дошел до комнаты и стал медленно раскрывать дверь. Я слышал ровное дыхание Кэт в комнате, которую освещал утренний рассвет.
Зайдя в комнату, я также тихо закрыл дверь и стал приближаться к ее кровати.
Оказавшись рядом с ней, я наблюдал как она посапывает, удобно устроившись на подушке и положив рядом с лицом свою нежную маленькую руку. Я потянулся к ней и повернул тыльную сторону ладони ее руки к себе. Утренний рассвет позволял мне увидеть состояние ее кожи. На ее костяшках были царапины. Все же они появились от того, что она била руками о пол. Я стал разглаживать эти царапины своим большим пальцем, обхватив ее кисть. Ее рука и вправду была маленькой по сравнению с моей. И до безумства нежной. Как она сама.
Кэтрин зашевелилась и застонала. Я поспешил убрать свою руку. Она поворочалась и мой взгляд упал на ссадину на ее щеке, которую прикрывали локоны ее волос.
Моя рука потянулась к ее лицу, чтобы убрать волосы и осмотреть эту ссадину. Она заживет сама, а вот душевные раны Кэт помогу залечить уже я.
— Мхм, — снова простонала она.
Ее глаза стали медленно открываться и она приподняла голову.
— Мелисса? — позвала она мою сестру, но когда полностью раскрыла глаза, замерла. — Это ты. Фил,— с некой радостью в голосе произнесла она и кинулась ко мне, обхватывая своими руками мое тело.
Я сразу же поспешил обнять ее в ответ. Мне так не хватало этого. Не хватало чувствовать ее. Я опустил свою голову и вдохнул ее аромат, по которому скучал больше всего.
Эйфория пронеслась по моим клеточкам, словно распуская цветы на каждом миллиметре. Во мне будто наступила весна.
Шоколадный запах. Тот самый.
— Ты пришел,— хриплым голосом произнесла она, будто все это время думая, что я не приду к ней.
Я скорее убью себя, чем сделаю это. Я готов быть всегда рядом с ней.
— Я пришел, kitkat,— оставил я поцелуй на ее макушке и она издала шмыганье носом.
И еще один.
И еще.
— Посмотри на меня,— обхватил я ее лицо руками и увидел стекающие слезы и как она морщит нос, когда шмыгает им.
Я стал стирать эти капельки, которые капали и на мою душу, оставляя не мокрый след, а ожог.
— Не плачь. Не надо,— прошептал я.
Она облизала губы и сглотнула.
— Мне так не хватало тебя. Мне так...тебя...,— ее голос срывался.
— Не надрывайся. Я все понял,— нежно донес я до нее.
Кэт закивала и отпустила меня, схватив подушку.
— Фил?— позвала она меня дрожащим голосом, смотря на меня и вцепившись руками эту в подушку.
Я присел рядом, не трогая ее. У нее возможно еще остались те воспоминания прикосновений этого ублюдка.
— Да, детка.
Она отпустила подушку.
— Ляг со мной,— попросила она и посмотрела на меня грустными глазами.
— Но,— начал я, но она подалась вперед, ко мне, и приложила свой палец к моим губам.
— Без но. Ляг со мной. Мне это нужно,— снова попросила Кэт.
Я смотрел в ее полные отчаяния глаза и не мог выговорить и слова.
Она убрала свой палец с моих губ и разместила свою ладонь на моей щеке. Даже сквозь волоски щетины я чувствовал ее мягкую нежную кожу. Нежными движениями она водила по моей щеке верх вниз и с ее глаз стекали слезы. Я непроизвольно коснулся уже своей ладонью ее щеки и пальцами стал вытирать ее слезы.
— Феликс. Не отвергай меня, прошу. Я хочу почувствовать себя любимой. Настоящей.
Голос ее срывался. Каждое слово произносилось словно удар. Ей было тяжело их выговаривать.
— Ты испугаешься меня,— констатировал я факт.
Может она сейчас это так легко говорит, но она еще помнит то, что с ней произошло. А я не хочу чтобы она боялась....меня.
— Нет,— резко произнесла она. — Я не боюсь тебя. Я доверяю тебе. Ты...ты не пугаешь меня,— снова пустила она слезы.
Я ухватил ее за талию и вместе с ней на своих коленях двинулся к спинке кровати. Я разместил ее туловище на своей груди, а ее ноги устроились между моими ногами. Ее рука легла мне на левую часть торса и я стал своей рукой поглаживать ее волосы.
— Ты останешься здесь? Со мной? Я хочу спать рядом с тобой.
Я чувствовал ее дрожь в теле.
— Если ты не испугаешься моего нахождения с тобой.
— Нет. Не испугаюсь. Я чувствую себя защищенной рядом с тобой,— теперь ее голова легла на мою грудь.
Этот ублюдок причастен к этому.
— Хорошо, kitkat, я останусь здесь.
Для каждого из нас это будет лучшим. Мы оба хотели насладиться друг другом.
— Ты не обманываешь меня?— дальше спросила Кэтрин.
— Нет. Никогда,— сразу ответил я.
— Скажи мне что-нибудь на испанском.
Эта просьба ошарашила меня. Почему она этого захотела? А сам в голове думал, что можно сказать. Но ведь она не знает испанский? И вряд ли запомнит что-то, чтобы спросить у Лисс.
Я, все еще поглаживая ее за волосы, медленно стал выговаривать каждое слово:
— Me vuelves loca. (пер. с исп. — ты сводишь меня с ума). Me gustas mucho. (пер. с исп — ты мне очень нравишься).
— Очень красиво. Что это значит? — спросила она сонным голосом.
Я украдкой посмотрел на ее глаза и она действительно засыпала.
— Я сказал, что ты хорошая девушка и ты в безопасности.
Да. Я соврал. Я не знаю почему, но я не могу ей признаться. Она мне нравится. Да, черт возьми, я ее люблю. Она прекрасна в моих глазах. Она единственная девушка, которая зацепила меня. Но я не могу осилить и признаться ей. Ее боль - моя боль. Ее улыбка - моя радость.
Чертов придурок. Что тебе уже мешает сказать ей, что ты ее любишь?
— Скажи что-нибудь еще ,— зевнув, попросила она.
Я обдумал в голове, что именно. Веселиться так по полной. Я бросил взгляд на ее глаза и они уже закрылись. Возможно она уснула и не услышит меня, но я все же произнес:
— Soy muy afortunada de conocerte (пер. с исп. — Мне так повезло, что я тебя встретил).
На испанском мне было гораздо проще ей признаться в своих чувствах. Почему? Да потому что она и понятия не имела, что я несу. Но она ничего не ответила, значит уснула.
Я снова заглянул в ее глаза и они были полностью закрытыми. Через пару минут у нее снова началось ровное дыхание. Она сильно устала и конечно же она быстро уйдет в сон.
Я прижал ее тело сильнее к себе, боясь, что ее оторвут от меня и прикрыл глаза.
Это будет самый лучший мой сон за последние две недели. Она рядом. На моей груди. В моих объятиях.
Она здесь.
***
Кэтрин.
Мой сон нарушал какие-то голоса. Я провела рукой по прохладной соседней стороне кровати и поняла что нахожусь одна. Раскрыв глаза, я еще раз убедилась, что одна. Но я точно помню, что ночью ко мне пришел Феликс и я попросила его лечь со мной. А потом уснула. А он? Он спал рядом? Или нет?
Я села на кровати и протерев глаза, посмотрела в окно. Солнце освещало всю улицу и подходящую осеннюю погоду. Листья уже стали менять цвет, хоть их было и мало.
Я так соскучилась по этому виду.
Неужели я вернулась в ту прошлую жизнь?
Вернуться то я вернулась, но с ужасной историей произошедшего.
Я наклонила голову, смотря на свои руки, которые щипало и сморщила лицо.
Они появились, когда я била руками пол. Тогда я будто сошла с ума. Мой организм был настолько истощен и в панике, что я не соображала что делаю. А страх от мыслей, что я навсегда могу быть такой еще больше пугал меня и я еще больше паниковала. Даниэль применил на мне жестокость, какой еще не было и поэтому я впала в такое состояние. Он наказал меня за то, что я освободила ту женщину. Я все еще помню про свое состояние, которое напрягает меня уже неделю и всеми силами пыталась прикрыть свой живот. Раз уж я наконец спасена, то мне срочно нужно проверить мою теорию. Но я не хочу никого вмешивать в это дело. Я убежусь сама и если это подтвердится...Буду действовать, отталкиваясь от результата. А еще мне нужно увидеть маму, как можно скорее. Я очень соскучилась по ней. Я переживаю за нее. Как она? В этом припадочном состоянии, мой мозг даже не сообразил расспросить Мелиссу о состоянии мамы. Я вообще мало что могла выговорить ночью. Я помню что меня пробрала дикая дрожь и Мелисса даже помогала мне выпить чай, держа кружку.
Но это все закончилось. Это больше не повторится. Я свободна. Феликс...убил мое прошлое.
Я помню, что он сказал мне ночью. Что я буду боятся его. Наверное, он сделал эти выводы, исходя из моего состояния, когда он нашел меня. Нет. Я не боялась его тогда. Я не чувствовала это ощущение. Я просто впала в панику из-за жестокости Даниэля. Я мало что понимала и осознавала.
Но теперь его нет. Я всегда сочувствовала смерти человека, мое сердце могло сжаться от горести, но сейчас я не чувствую ничего из этого.
Его нет и...И прекрасно. Наконец он оставил меня. Навсегда. Хоть кто-то из нас смог убить его. Я могла это сделать, но моя совесть не дала бы мне жить спокойно, но так странно, что она сейчас ничего не говорит, когда я тут сижу и никакого сочувствия не проявляю к Даниэлю.
Я перевела взгляд на дверь, за которой все еще доносились голоса.
Что там случилось?
Я спустила ноги с кровати и оглядела себя. Вспомнила, что Мелисса завела меня в душ, вымыла и переодела.
Как я однажды мыла ее и ухаживала за ней, когда она была беременна. Словно параллель между нами.
Я улыбнулась этому воспоминанию и стала выдвигаться из комнаты. Мне нужно понять что там происходит.
Когда я оказалась на балконе верхнего этажа, я никого не увидела внизу, но я все еще слышала шепот и диалог. Он исходил из коридора.
Я поспешила скорее спустится с лестницы, тяжело перебирая ногами. Они так отяжелели.
Когда я почти дошла до последних ступенек, я замерла:
— Почему они приехали? Что им нужно? — волнительным голосом шептала Мелисса.
— Мы разберемся. Пора уже открывать, иначе они выломают дверь,— произнес также шепотом Дарен.
Высунув голову из за стенки, увидела их всех. Я прислонилась к стене, смотря на то, как Феликс открывает дверь, а на пороге стоят трое полицейских. Тот, кто стоит ближе к Феликсу, предоставляет ему свои документы, а дальше поднимает белую исписанную бумажку. Я не понимаю, что это.
— Феликс Гарсия, вы обвиняетесь в убийстве Даниэля Батлера. У меня есть ордер на ваш арест. Вы вынуждены пройти с нами для окончательного выяснения обстоятельств.
Я замираю, когда возмущенный голос Мелиссы пронзает мой слух.
— Что? — выкрикивает она и встает рядом с Феликсом. — Какой еще арест?
Я раскрываю рот, теряя силы и мой мир рушится, когда взгляд Феликса останавливается на мне.
Мои мир, итак разрушенный, начинает гореть и огонь полыхает так, что я будто начинаю задыхаться от внутреннего дыма.
Феликса арестуют? Нет. Нет, нет, нет.
— Кэт,— проговорил он и я закусила губу, чтобы не позволить слезам пролиться.
Мелисса и Дарен переводят взгляд на меня.А я не знаю, что и сказать.
Сорвавшись с лестницы, я подбегаю к полицейским и начинаю судорожно объяснять ситуацию.
— Он не убивал. Он защищал меня. Пожалуйста, вы...
— Мы имеем все сведения о ходе дела. Он признан виновным в убийстве и по закону мы должны арестовать его. Не мешайте следствию, мисс, иначе мы вынуждены будем принять меры и в вашу сторону.
Я снова замерла на месте и смотрела на то, как они входят в дом и один из них вытаскивает наручники.
Мелисса подлетает к Филу и загорождает его собой. Я осматриваю ее вид. Ночная пижама и легкий халат.
После я оглядываю Феликса и Дарена и понимаю, что они тоже в ночной одежде. Они все спали, когда сюда пожаловали полицейские.
— Ни за что. Мой брат не убийца. Как вы смеете заявлять такое, не зная что произошло.
— Мисс, вы слышали уже два раза что мы донесли до вас. Я предупреждаю и вас: не мешайте делу, иначе к вам предпримут меры. В сторону, — сказал тот, который показывал Филу документы, который и обратился ко мне.
— Только через мой труп мой брат выйдет из этого дома в наручниках,— возразила она.
— Мелисса,— спокойно позвал ее Феликс и она повернулась к нему.
Ее руки опустились на его лицо.
— Ты не убийца, Феликс. Я не позволю запятнать твой героизм. Ты не убийца,— я услышала как ее голос надломился.
Она обняла его, приговаривая:
— Ты не убийца, брат. Не убийца,— по ее лицу потекли слезы и она зарыдала, хватаясь за его рубашку.
Феликс обнял ее, но посмотрел на меня.
По моим щекам также потекли слезы.
Это я во всем виновата. Убийство лежит на моей совести. Феликс это сделал ради меня. Я виновата во всей этой ситуации.
— Мисс, мне нужно...
Мелисса оторвалась от Феликса и раздраженно произнесла:
— Он не убийца. Вы несете чушь. Убирайтесь отсюда,— взмахнула она рукой на входную дверь.
Слезы все еще текли по ее щекам, ее немного трясло.
Дарен стал подходить к ней.
— Милая, давай не будем...
Но она не дала договорить и ему и повернулась к нему лицом.
— Что не будем? Ты тоже считаешь его убийцей? Да, он убил. И правильно сделал. Этот ублюдок издевался над моей подругой. Он похитил ее и мой брат отомстил за нее. Но он не убийца, а спаситель. Убирайтесь вон отсюда,— снова развернулась она к полицейским.
Двое из тех, кто молчал, опустили головы. А этот, что все время разговаривал. снова обратился к нам:
— Мистер, повлияйте на мисс. Иначе я буду вынужден одеть наручники и ей. У меня мало времени. Мне нужно уже быть по дороге в отдел.
— Никто на меня не повлияет,— снова начала Мелисса, но Дарен обхватил ее плечи.
Лисс гневно повернулась к нему.
— Ты слышал меня? Через мой труп они заберут его.
— Милая, не нервничай. Мы все решим. Давай ты успокоишься,— голос Дарена звучал нежно.
— Нет,— выкрикнула она. — Да почему вы все молчите,— она подошла к Филу и потянула его за рубашку. — Ты же не убийца. А, Феликс? Ты же не...,— с ее горла сорвался душераздирающий вопль и она стала опускаться на пол, заливаясь слезами и приговаривая: — Ты не убийца. Нет. Что я буду делать? Ты не убийца,— голос ее дрожал и словно не был похож на голос Лисс.
У меня закололо в сердце и я бросилась к ней.
— Мелисса, родная, послушай меня,— обратилась я к ней, также проливая слезы.
Она перевела свой взгляд на меня, вися на Феликсе.
— Ты тоже считаешь его убийцей? Скажи, что нет, пожалуйста.
Она не отпускала Фила, но рыдала и сильно зажмурила глаза.
— Малышка, успокойся,— присел к ней Феликс и стал обнимать ее.
— Ты не убийца, Фил. Не убийца,— все еще говорила она.
Я смотрела на их объятия и еще сильнее ощущала вину на себе. Из-за меня происходит все это. Я довела до тяжкого состояния свою подругу, которая мне как сестра. Я виновата в том, что моего любимого человека обвиняют в убийстве.
Мелисса прижалась сильнее к Филу и ее рыдание заполонило весь дом.
Я вижу в ее состоянии свое ночное поведение. Она сейчас также в панике.
Феликс стал приподниматься, когда Лисс схватила его.
— Нет. Нет, Фил. Нет,— кричала она.
Дарен быстрее опустился перед ней и стал забирать ее в свои объятия. Феликс подал мне руку и помог мне встать.
Моя рука находится в его. Я ощущаю его, но его забирают у меня. Из-за меня.
Феликс медленно вызволил свою руку из нашей хватки и протянул руки для того, чтобы ему стали одевать наручники.
— Нет,— выкрикнула Лисс и я дернувшись от такого крика, перевела свой затуманенный, от слез, взгляд на нее.
Она вырывалась из хватки Дарена, крутясь и ударяя его руками.
— Дарен, отпусти меня, отпусти. Они не заберут его. Отпусти,— все еще кричала она и мотала головой.
По моим щекам еще сильнее потекли слезы. Не знаю откуда они взялись, я думала что выплакала все. Но нет, вот они, текут и падают огромными каплями на пол.
— Дарен, отпусти,— стала Мелисса мякнуть в руках своего мужа.
Мне хотелось обнять ее и попросить прощения. Хотелось, чтобы она не плакала. Хотелось, чтобы она не страдала. Мне так жаль. Мне очень жаль.
Я не хотела этого.
Сначала женщина пострадала из-за меня. Теперь Феликс.
Я стала смотреть на то, как на его запястья одевают наручники и защелкивают их.
А Фил смотрел на меня, когда я подняла глаза на его лицо. Слух все еще разрезали крики Мелиссы, но я смотрела на своего любимого человека.
В его взгляде не было ни намека на сожаление о содеянном. Он делал это намеренно.
Мы так и смотрели друг на друга без слов. Его глаза кричали о том, чтобы я не переживала, а мои кричали о том, что я сожалею. Что мне жаль, что все так произошло. Что мне стыдно.
— Выходим,— проговорил полицейский и стал подталкивать Феликса к выходу.
Он молчал и опустив голову послушно шел к выходу.
— Нет, Феликс,— из последних сил выкрикнула Мелисса и я снова, вздрогнув, посмотрела на нее.
Она стала терять сознание и Дарен поднял ее на руки. Меня снова охватила паника. До чего я довела всю эту ситуацию.
Лучше бы я осталась там. Лучше бы я не вызволяла себя.
Меня передернуло.
— Кэт, пожалуйста, срочно, набери врача. Там в аптечке написан номер на закладке,— обратился ко мне Дарен, с болью в голосе, бежа в гостиную с Мелиссой на руках, которая уже была без сознания.
Если вам понравилась глава, поставьте пожалуйста звездочку 🥺⭐️❤️