ЧЕТВЕРТЫЕ

Сидя у костра, Ученый рассказывает нам о том, что случилось с миром. Почему остались в живых только мы и вообще о том, что произошло. Нам нужно это знать, а ему — поделиться.

— Благодаря особенностям своей крови, организм четвертых перерабатывает и выводит все токсичные вещества, содержащиеся в еде.

— Не понял, траванулись все что ли?

Ученый поднимает лицо к Ване.

— Не совсем. Просто четвертые могут переваривать даже изменившуюся пищу. Тогда как в крови других групп, когда критическая масса вредных элементов перешла черту — начался мор.

— Я не понял, откуда эти вещества ко всем в тарелки попали?

— Они всегда были в продуктах. Но постепенно человеческий организм уже не мог их переваривать. В первую очередь умирать начали мясоеды: трупный яд, содержавшийся в клетках убитых животных не выводился из организмов, а накапливался в клетках и органах людей и убивал.

— А вегетарианцы? — спрашиваю я.

— Элементы, которые усваивались тысячелетиями, резко усваиваться перестали. Потому что сельское хозяйство во всем мире было подсажено на разного рода добавки, якобы полезные для растений, но на самом деле меняющие полезное на смертельно опасное.

Неужели все случившееся было предрешено? Но при этом никто ничего об этом не знал!

— То есть это все было неизбежно?

— Да.

Валя негодующе поднимает голову, но Ученый примирительно поднимает ладони.

— Природный процесс, каким он должен был быть, занял бы минимум столетие, но его подтолкнули.

— Кто? — хором спрашиваем мы с Валей.

Но вместо Ученого отвечает молчавший до этого Алекс.

— Те, кто развязал руки пищевому апокалипсису.

Ученый поддерживает его.

— В последние годы уровень ядохимикатов и ГМО в продуктах был завышен в сотни тысяч раз. И в каждом без исключения продукте содержался не указываемый на упаковке консервант h76, который на самом деле высвобождал реакции ядохимикатов, накопленных в организме, и запускал распад на клеточном уровне.

Я не могу в это поверить.

— Почему об этом никто не знал? Как вообще допустили этот консервант к использованию?!

— Всем, кому можно, заткнули рты. А h76, как самый безопасный, выдавался предприятиям-производителям бесплатно в рамках государственных программ по внедрению экологически эффективных добавок в продукты.

— Чего касались ваши исследования? — вмешивается в разговор Алекс, пока мы пытаемся переварить услышанное.

— Я разработал сыворотку, она помогала людям с другими группами крови усваивать пищу. Сыворотка нейтрализовала действие вредных веществ и помогала выводить их из организма.

Я покрываюсь холодным потом, получается, что всех можно было спасти!

— Где же она?

— Когда формулу утвердили, мою лабораторию закрыли. Исследования признали неэффективными. Меня арестовали и держали дома, но это я уже плохо помню.

— А сейчас, — говорит Алекс, — вашу сыворотку получают те, кому выгодно сохранить жизнь правящей верхушке.

Я совершенно вопросительно смотрю на Алекса, как и остальные.

— Ты о чем?

Ученый кивает.

— Я догадывался. Мне сообщали, что одна лаборатория начала производить ее в гигантских масштабах.

Ваня перебивает его.

— Ребят, я не въезжаю, вы о чем?

— Подожди, — говорит ему Алекс и поворачивается к Ученому.

— У сыворотки есть какая-нибудь особенность?

— Ее нужно принимать ежедневно в течение года.

— Это крючок.

Тут я уже не выдерживаю: о чем они говорят, черт побери?! Откуда Алексу это известно, что вообще происходит?! Я хлопаю себя по коленкам, заставив Дусю недовольно мотнуть головой спросонья, что, впрочем, не помешало ей улечься обратно и уснуть.

— Ребята, брэйк! Здесь еще три человека, которые ничего не понимают! Это все не из-за природы, а из-за людей?

Ваня порывается встать, но его тормозит Валя.

— Не, ну, ребят, это тогда война, я вам говорю.

— Природу подстегнули несколько очень влиятельных и богатых людей, — спокойно говорит Алекс, глядя на костер, — решивших стать королями мира.

— И что могли сделать несколько человек?

— Они спонсировали исследования, точно знали, что нужно сделать, чтобы достигнуть критической точки и уничтожить население планеты. Их лидер — бездушный монстр. У него было более сотни детей, убитых в утробах матерей, в его бесконечных попытках иметь наследников четвертой группы крови.

— Саш, ты мужик, — разводит руками Ваня, — я тебя реально уважаю, но ты сейчас говоришь просто кино.

— На счет лидера-монстра не знаю, — вмешивается Ученый, — но все, что он говорит, совершенно жизнеспособно.

Меня колотит от непонимания, я не могу оторвать взгляд от Алекса, и только один вопрос бьется в моей голове.

— Откуда ТЫ ЭТО знаешь? — произносят мои заледеневшие губы.

Мы все смотрим на Алекса, а он на нас.

— Я единственный из его детей с четвертой группой крови.

Это как обухом по голове. Как поток ледяной воды, лишающий воздуха. Мы все замерли с одинаково живописными лицами. Это уму непостижимо. Это просто невозможно.

— Попандос, — резюмирует Ваня.

Никто не двигается и, похоже, никто не знает, что делать. Я-то уж точно. Как-то совершенно естественно Саша стал нашим лидером. Человеком, на которого можно положиться и за кем хочется идти. Но как быть теперь? Этот вопрос совершенно равнодушно задает мое сознание, как бы просто для галочки, потому что в подобных ситуациях полагается задаваться таким вопросом и сомневаться в человеке. Сами подумайте, большая часть людей погибла. И стоит за этим один-единственный человек — отец Саши (ну не могу я называть его Алексом!), отец того, кому я доверила свою жизнь и жизнь сестры! Удивительно, но мое отношение к нему совершенно не изменилось, на веру в него не повлияло то, что он сказал. Он не имеет отношения к тому, что сделал отец, он сам по себе и он наш друг — отражение этих же мыслей я вижу в глазах каждого из нас.

— В наш последний разговор я пообещал, что убью его, если он будет пытаться найти меня.

— Ну, это логично, — зевая, произносит Ваня.

— Это почему еще? — как обычно уточняет у него Валя.

— Очевидно же, конопатая. Он здесь с нами выжить пытается, а не с отцом миром правит.

Я чувствую, что как никогда ему сейчас нужна поддержка и кладу свою ладонь на его руку. Да, мы с тобой как шли, так и пойдем дальше. Ты стоишь веры. Ты стоишь доверия. Он благодарно улыбается мне.

Пора спать, мы все безумно устали. Сашино откровение сблизило нас и, наверное, как-то примирило его с его прошлым, раз он даже не реагирует, когда его зовут Сашей.

— Давайте отдыхать, — говорит он.

Все облегченно вздыхают и поднимаются.

Ваня первым оглядывается в сторону машины, откуда доносятся странные звуки.

— Это еще что за черт?

Саша идет за ним, Леся с Дусей остаются спать на его куртке. Звуки становятся идентифицируемы — это радиопомехи. В этот же момент радио в машине оживает:

— Внимание, внимание! Всем выжившим! Если вам необходима помощь, свяжитесь с Координационным Центром по телефону 55-11.

Тут же пиликает мой сотовый и на нем высвечивается сообщение от абонента 55-11: «Если вам нужна помощь, свяжитесь с нами».

— По возможности свяжитесь с Координационным Центром и сообщите о текущей ситуации с вами и в вашем регионе. Попытайтесь самостоятельно добраться в Петербург. Если вы не имеете такой возможности, сообщите нам, и мы вам поможем. Центр помощи выжившим находится в Петербурге.

Пауза.

— Внимание, внимание... — Саша выключает радио.

— По круговой погнали... — комментирует Ваня.

Вокруг нас опустилась тревожная и гнетущая тишина. Никому не нужно объяснять, с кем мы столкнулись и от кого нужно скрываться. Новый самопровозглашенный лидер мира — тиран, с которым лучше не пересекаться. Выходит, что ему подконтрольно информационное поле нашей страны. И вообще все подконтрольно. Теперь понятно, от кого прилетела та бомба, но совершенно непонятно, как теперь незаметно угнать самолет.