Today (ficbook.)[ЗАКОНЧEH]

Отправляясь в зал для танцевальных практик, Хосок по непонятным для него причинам оказывается возле студии Мина. Как сюда дошёл, он не знает. Смотрит на дверь, не решаясь войти, но и уходить не хочет. Из студии не доносится ни единого шума — слишком хорошая звукоизоляция. Ему хочется узнать, чем сейчас занят хён, поэтому он поднимает руку, собираясь постучать, но в последний момент она замирает в нескольких сантиметрах от столкновения с поверхностью двери. «Стоп. Я же обещал Чонгуку не видеть сегодня Юнги-хёна. Ты не должен нарушать своих обещаний» — думает Хоуп, тем самым останавливая себя. Парень разворачивается, чтобы уйти, но его окликивают.

-Хоби-хён, что ты здесь делаешь? — появляется из неоткуда Чимин. — У тебя разве не свидание с Гуком? 

— Оно вечером, — поясняет Хоуп. — А ты, я смотрю, всё знаешь.

— Мне Юнги-хён рассказал, — объясняет Чимин. — Войти не собираешься? 

— Нет, я просто мимо проходил. 

— Эй, хён, я же видел, что ты постучать хотел. 

— Тебе показалось.

— Ну, будь по-твоему, — усмехается Чимин. 

— А ты что здесь делаешь? Ты же хотел все выходные проспать, — интересуется Хоуп, а в душе непонятное чувство. Ревность?

— У меня одно важное дело с Юнги-хёном, — загадочно улыбаясь, отвечает Чимин. — Думаю, что целый день проведу с ним.

— Что же это за важное дело такое? — ревностно бурчит себе под нос Хоуп.
 
— Что ты сказал? — специально переспрашивает Чимин, хотя на самом деле всё прекрасно слышал.

      Но Хосоку не даёт ответить открывшаяся дверь студии. Из неё выглядывает Юнги и смотрит прямиком на Чимина, не обращая внимания ни на кого больше.
 
— Чимина, наконец-то ты пришёл. Почему так долго? — ругается Юнги. — Время-то поджимает.

— Хён, да не волнуйся ты так. Если что, у нас впереди вся ночь, — успокаивает Чимин. — Так что всё успеем. 

— Тогда хватит болтать, мелкий. Пошли уже.

      Юнги хватает Чимина за запястье и затягивает к себе в студию, так и не взглянув на ещё одного там присутствующего. Дверь закрывается с громким хлопком, от чего Хоуп немного вздрагивает. «Почему они так спешат? Что за важное дело такое, что возможно до утра затянется?» — у парня много вопросов, но нет никого, кто бы мог дать на них ответы. Не ворвётся же он в студию, что бы расспросить их обо всём? Тем более дверь-то они заперли. Хоупа больше всего интересует то, что Юнги даже не взглянул на него, будто бы его там и вовсе не было.

      Не спеша разум начинает окутывать ревность, запутывая всё вокруг. В голове селится мысль о том, что Юнги возможно и не любит его, но Хоуп быстро прогоняет её. Парень доверяет старшему и не верит, что вся забота, которую тот подарил, всего лишь игра. 

Хоуп разворачивается и начинает медленно идти в зал для практик. Ему некуда спешить, потому что до вечера ещё много времени. По дороге парня посещает множество мыслей и одно неприятное чувство. Чувство страха и тревоги. Страх потерять миновскую любовь, которая ему так сильно нужна. И тогда Хоуп резко осознаёт, что влюбился в старшего окончательно и бесповоротно.
                           ☆☆☆
- Ви-хён, помоги мне, — просит Чонгук, забегая в комнату старшего. 

— Что случилось, Чонгука? Почему ты такой взвинченный? — спрашивает Тэхён, отрываясь от телефона.

— У меня сегодня свидание с Хоби-хёном, и я не знаю, как вести себя на нём, — поясняет Чонгук, усаживаясь на кровать старшего.

— Да не переживай ты так. Всё будет хорошо, — успокаивает Тэхён. — Просто веди себя естественно. 

      Не для такого совета пришёл к нему Чонгук. Парень и сам знает, что нужно быть самим собой. Но с самого утра его сердце бешено колотится в предвкушении вечера, и он не может успокоиться, потому что уже знает завершение свидания. Именно тогда Чонгук скажет о своём решении, принятом совсем недавно. 

      В течение нескольких часов Тэхён даёт напутствующие советы по поводу предстоящего вечера. Они вдвоём разрабатывают план свидания, чтобы всё прошло идеально, и не было никаких недочетов.

— А что мне подарить ему? — спрашивает Чонгук, перед тем как уйти.

— Букет цветов, — в шутку отвечает Тэхён, не осознавая, что младший всерьёз воспримет эти слова.

— О, точно, хён. Спасибо за всё, — улыбаясь, благодарит Чонгук.

      Тэхён хочет сказать, что это была шутка, но младшего уже и след простыл. Парень уже вовсю подбирает себе наряд, а затем быстро выбегает из общежития, ведь он не хочет опаздывать на свидание, которое является первым и пока что единственным в его жизни.

      Около зала для танцевальных практик Чонгук смотрит на наручные часы, которые оповещают о том, что назначенный час пробил. Из помещения раздаётся громкая музыка, и парень понимает, что любимый хён наверняка сейчас танцует. Младший открывает дверь и видит, что Хоуп полностью погружен в процесс танца и какое-то время совсем его не замечает. Чонгук всегда мечтал научиться двигаться также идеально. Хотя его навыки и хороши, но он думает, что чего-то ему всё же не хватает. И это что-то Чонгук находит в танцах старшего, ведь танец для Хоупа является жизнью, воздухом и внутренним миром.  Без танца и музыки он попросту не сможет дышать.
- Чонгука, давно ты здесь? — часто дыша, спрашивает Хоуп, когда замечает младшего.

— Нет, только что пришёл, — улыбаясь, отвечает Чонгук.

      Хосок подходит к стереосистеме и выключает музыку. Зал сразу же погружается в тишину, слышно лишь громкое дыхание старшего. По внешнему виду Чонгук понимает, что хён провёл за танцем довольно-таки много времени: волосы влажные и взъерошенные, всё тело покрыто капельками пота, а прилипающая к торсу футболка до такой степени мокрая, что её можно брать и выжимать.

— Хён, зачем ты так утомляешь себя в выходной день? — ругается Чонгук. — Ты не забыл, что у нас сегодня свидание?

— Конечно, не забыл. Ты что, сомневаешься во мне? — обижается Хоуп. — А что у тебя там за спиной?

— Ах, точно, чуть не забыл, — говорит Чонгук и достаёт из-за спины букет красных роз.

- Чонгука, вот скажи мне, я что, так сильно похож на девушку? — смеясь, спрашивает Хосок. 

— Хён, да если бы ты был девушкой, проблем бы совсем не было, — серьёзно отвечает Чонгук. 

— Ты сам решил цветы мне подарить, или тебя кто-то надоумил? 

— Ви-хён, — отвечает Чонгук, потирая шею. — А что в этом такого? Если я захочу, буду хоть каждый день дарить тебе цветы.

— Чонгука, чтобы почувствовать твоё внимание, мне не нужны букеты. Мне нужно совсем другое, — нежно улыбаясь, произносит Хоуп. 

От такой улыбки Чонгук сразу же забывает всё на свете и не знает, что сказать. Если бы парню представилась возможность загадать всего лишь одно желание, которое обязательно исполнилось бы, он бы попросил чтобы хён всегда улыбался и неважно, для кого и почему. Ведь счастливый Хоуп лучше всяких наград. Чон-младший с удовольствием бы смотрел целый день на удивительную улыбку старшего.

—Чонгука, ты придумал, куда мы пойдём? — спрашивает Хоуп, поднимая букет с пола.

— Хён, я сегодня себе голову сломал, размышляя о том, куда тебя отвести. Есть много мест, где я хотел бы с тобой прогуляться, держась за руку. Но мы айдолы и нас узнают на улице. Мы не сможем спокойно пройти и шагу и тем более держаться за руки.
- чем тогда займёмся? — разочарованно спрашивает Хоуп, вдыхая аромат цветов.

— Ну, у меня есть предложение. Что, если дождёмся полночи, а затем отправимся гулять? Людей на улицах почти не будет.

— Хорошая идея. Я давно не гулял поздно ночью. 

— Значит так и сделаем, — радостно заявляет Чонгук.

      До полночи оставалось несколько часов, и всё это время они решили занять себя танцами. Чонгуку нравилось танцевать с хёном, поэтому он даже был бы не против никуда не ходить, а остаться в зале до утра. В коротких перерывах младший пару раз заваливает Хоупа на пол, забравшись на него сверху. Он щекочет его до слёз, заставляя смеяться. Но старшего всё равно что-то продолжает тревожить, и Чонгук прекрасно это чувствует.

Когда стрелки часов указывают на полночь, парни надевают маски и кепки, ведь даже если на улице и темно, всё равно дополнительная маскировка совсем не помешает. Чонгук переплетает свои пальцы с чужими и тянет за собой прочь из душного здания на свежий воздух. Оказавшись на улице, они бегут какое-то время, не останавливаясь, проносятся мимо высотных зданий, сворачивают в какие-то улочки, и Хоуп совсем не представляет, куда его тащит за собой младший. На удивление по дороге им почти не встречаются прохожие, а если и встречаются, то на них никто не обращает внимания. Когда Чонгук замедляет бег и останавливается, старший оглядывается вокруг, понимая, что находится в парке. Кроме них, в нём нет никого. Только они и звёзды над головой. В назойливом свете парковых фонарей Хоуп замечает связку воздушных шаров, застрявших на ветке высокого дуба. Он подбегает поближе и начинает подпрыгивать, пытаясь дотянуться до них, но у него никак не получается ухватиться за ленточку. И тогда парень ощущает на своей талии сильные руки младшего, которые поднимают его вверх, помогая достичь нужной высоты. Благодаря этому, Хосоку удаётся схватить ленточку и получить желанные воздушные шары.

— Хён, ну и зачем они тебе были нужны? — усмехаясь, спрашивает Чонгук.

— Просто захотел, — пожимает плечами Хоуп, рассматривая шары.

— И кто теперь из нас ребёнок? — качает головой Чонгук, ласково улыбаясь.

— А ты, кстати, становишься всё сильнее и сильнее, — удивляется старший. — Вон как легко меня смог поднять.

— Хоби-хён, да ты же как пушинка. Я таких как ты десяток смогу поднять. Тебе бы побольше кушать, а то ветерок подует, и улетишь ты прям на этих же шарах, — подшучивает младший.

— Не такой уж я и лёгкий, — отмахивается Хоуп. 

      Чонгук не слушает старшего, подходит к нему вплотную, подхватывает на руки и начинает кружиться вместе с ним, показывая тем самым, что говорит правду. Хосок крепко обхватывает шею парня, закрывает глаза, полностью отдаваясь моменту, и смеётся, оголяя глубокие ямочки на щеках. Младший завороженно смотрит на счастливого хёна, и самому на душе становится хорошо. И в этот самый момент план свидания, тщательно выстроенный с помощью Тэхёна, исчезает, потонув навсегда в глубоких ямочках Хосока. 

      Когда голова начинает до невозможности кружиться, Чонгук останавливается, но старшего на землю не опускает. Не отрываясь, ласково смотрит в уже открытые глаза, от чего Хоуп постепенно покрывается краской.

— У тебя восхитительные ямочки, — тихо произносит Чонгук, но этого достаточно, чтобы быть услышанным.

— Чонгука, хватит вгонять меня в краску. Ты посмотри на меня, я, наверное, уже как помидор весь красный.

— Но я люблю этот помидор, — смущаясь, произносит Чонгук. 

— Что ты сказал? — краснея ещё сильнее, переспрашивает Хоуп.

— Я люблю тебя, хён, — выкрикивает Чонгук что есть силы, чтобы точно его услышали.

      Эти слова эхом отдаются по всему пустому парку, и, благодаря этому, Хоуп ещё несколько раз слышит признание младшего. Чонгук приближается к лицу парня, заглядывая в удивленные глаза, целует щеку в том месте, где совсем недавно красовалась ямочка, а затем страстно припадает к его губам. Не обрывая поцелуя, младший усаживает хёна на ближайшую скамейку. После того, как признался, парню будет вдвойне тяжелее сказать то, что он решил для себя.

— Хоби-хён, мне нужно тебе кое-что рассказать, — серьёзно говорит Чонгук. — Так что выслушай меня внимательно.

— Чонгука, не пугай меня так. Говори, а я буду слушать.

— Я наконец-то смог признаться тебе, и от этого мне труднее будет говорить то, что ты сейчас услышишь, — начинает Чонгук, смотря в темноту перед собой. — Я знаю, что ты любишь меня, но я также знаю, что ты любишь Юнги-хёна больше. И прошу, не отрицай этого, — говорит младший, пресекая все возможные отговорки. — Я убеждаюсь в этом всякий раз, когда вижу вас вместе. И Юнги-хён любит тебя до безумия. Он не сможет без тебя жить также, как и ты без него. Вчера я решил для себя, что после нашего свидания отступлю и перестану бороться. Тебе не придётся страдать, делая выбор. 

      Хоуп всё внимательно слушает, пропуская каждое слово через сердце. Они проходят сквозь него, принося ужасную боль, но также в некоторой степени и облегчение. Ему хочется возразить младшему, но потом он понимает, что тот прав во всех словах, сказанных им. Под конец речи парня Хосок уже вовсю рыдает, роняя на землю горячие слёзы.

— Чонгука, мне так жаль, — тихо произносит Хоуп, опустив взгляд вниз. — Мне не нужно было запутывать вас двоих ещё больше.

— Хён, не думаю, что в этом есть твоя вина. Мы сами виноваты, что не смогли остановиться, — говорит Чонгук, притягивая старшего к себе, чтобы обнять. — Мы самые настоящие упрямые козлы.

-- И что теперь мне делать? — просит совета Хоуп.

— Что же ещё? Конечно, признаться Юнги-хёну в любви. Только не говори ему сразу, пусть помучается немного. Должен же я получить хоть какую-то выгоду из всего этого, — усмехается Чонгук, поглаживая блондинистую голову хёна.
 
— Чонгука, когда ты успел стать таким взрослым? — интересуется Хоуп, заглядывая в глаза младшего. 

— Я всегда таким был, — отвечает Чонгук, вытирая слёзы старшего. 

      Парни сидят ещё какое-то время, обнимая друг друга. У одного на душе облегчение, а у другого теперь односторонняя любовь, от которой вряд ли он в скором времени сможет избавиться, тем более что видятся они чуть ли не каждую минуту.