Не прощаю, но впускаю
Часы пробили почти полночь, когда Лея, устав от бесконечных тостов, формальностей и навязчивых взглядов, вернулась домой. Платье сброшено на кресло, волосы распущены, в руках — бокал сухого красного. Тишина квартиры встречала спокойствием, которого ей давно не хватало.
Зазвонил домофон.
— Кто там? — она не смотрела в экран.
— Масленников. Ты вроде как обещала сегодня без приключений, но я всё равно тут.
Она молча нажала на кнопку. Дверь подъезда щёлкнула.
Минуты через три — стук в дверь. Лея открыла, даже не переодевшись. Дима стоял на пороге в расстёгнутом пиджаке, с бутылкой в руках.
— Ты же вроде не пьёшь. — она приподняла бровь.
— Не пью. Но подумал, что сегодня повод особый. Позволю себе глоток… ради твоей компании.
— Проходи. Только без пафоса, мы ж не в управлении.
Он зашёл, поставил бутылку на стол, огляделся.
— Уютно. Как будто тут не ночуют люди с пистолетами под подушкой.
— Ты удивишься, но не все свои пушки на виду держат. — она наливала в бокалы, голос — спокойный, будто ледяной.
Они сели. Несколько минут — молчание. Слышен только плеск алкоголя о стекло.
— Зачем пришёл? — спросила она, не глядя.
— Хотел убедиться, что у Ермакова не останется даже желания думать о тебе.
— Думаешь, я не справилась бы?
— Ты бы справилась. Но мне хотелось, чтобы он знал — ты не одна.
Лея посмотрела на него.
— Ты когда-нибудь говоришь то, что действительно чувствуешь? Без щита, без фраз "потому что надо"?
— А ты когда-нибудь позволяешь кому-то быть рядом, без вопросов и проверок? — он ответил мгновенно, как выстрел.
Они замолчали. Бокалы касаются губ. Красное вино — почти не греет, но внутри закипает что-то другое. Не спор, не флирт — баланс на грани.
— Помнишь, как я тебя впервые увидел в управлении? — вдруг спросил он.
— Ты меня проигнорировал. — она усмехнулась.
— Нет. Просто не знал, выдержу ли ещё одного профессионала, который смотрит, как будто сканирует до костей.
— Ты выдержал.
— Возможно. Но с тех пор я не могу просто смотреть на тебя как на коллегу.
Тишина.
Она поставила бокал. Встала.
Он тоже. Они стояли рядом. Слишком близко.
— Это уже не про работу, да? — тихо спросила она.
Он кивнул.
— Давно не про неё.
Поцелуй случился не внезапно. Он был точным. Без лишнего. Без театра. Просто — как будто всё, что не сказали, ушло в прикосновение.
Лея первая отстранилась, но уже без слов. Развернулась, пошла вглубь квартиры. Не сказала ни «иди», ни «останься».
Он пошёл за ней.
В ту ночь они не обсуждали границы. Не ставили диагноз чувствам. Они просто были вместе. Не как Масленников и Реваль. А как двое, кто вечно на линии огня — но сегодня позволили себе выдохнуть.