Глова 2
Ежевичная Звезда протиснулся сквозь папоротниковую ограду и вошёл в лагерь, ведя остальных патрульных за собой. В ущелье сияло солнце, отчего длинные тени расползались во все стороны. Над скалами мягко шелестели деревья, а тёплый ветерок приподнимал пыль над поверхностью земли.
Предводитель Грозового племени всё ещё видел следы жуткой бойни, когда воители Сумрачного Леса наводнили лагерь: свежие стебли ежевики вплетались в старые стены детской, перекрывая бреши, а куст орешника, служивший палаткой старейшинам, до сих пор пестрил поломанными ветками. Коту достаточно было прикрыть глаза, чтобы вновь оказаться посреди бури крови и боли, среди котов, живых и мёртвых, нападавших со всех сторон. Воители Сумрачного Леса бросились в битву, одержимые яростной жаждой могущества и мести, и, чтобы одолеть их, потребовались объединённые усилия всех живых котов, а также Звёздного племени. Ежевичная Звезда слегка тряхнул шкуркой, стремясь вернуть утренний оптимизм: по крайней мере, палатки были восстановлены, а выжившие коты оправились от ран.
«Но шрамы, не видимые глазу, излечить намного тяжелее».
Когда битва была окончена, Воробей приставил очищенную от коры ветвь к камню у подножия Высокой Скалы. Он оставил на ней следы когтей, по одному за каждую жизнь, отнятую Сумрачным Лесом.
— Это будет нам напоминать о нашем долге перед павшими соплеменниками, — пояснил он.
Сейчас перед ветвью стояла Белолапа вместе со своим учеником, Каплелапом. Зернолапка и Кувшинка находились там же с наставниками, Шмелём и Маковкой.
— Ты можешь вспомнить все имена? — спросила Белолапа ученика.
— Думаю, да. — Каплелап прищурился, задумавшись. — Вот эта отметина означает Кисточку, — начал он, дотронувшись до первого следа от когтя. — Она была старейшиной, но так отважно дралась! А та — Остролистая. Её какое-то время не было с нами, но она вернулась вовремя, чтобы прийти на помощь во время нападения Сумрачного Леса. А эта царапина — Лисохвост, который позже скончался от ран.
Ежевичная Звезда кивал головой, пока Каплелап зачитывал все имена. Он принял решение, согласно которому теперь каждый ученик должен был заучивать этот список в рамках своей подготовки, чтобы павших соплеменников вспоминали сезон за сезоном, покуда живо Грозовое племя.
— Эта вот — Тростинка, — продолжал Каплелап. — Она погибла от лап Звездолома, защищая котят в детской. А эта — Медуница. Она скрыла свои раны, потому что хотела позаботиться о котятах, и умерла, когда победа была уже за нами. Она была самой храброй из всех.
— А что значит вот эта большая метка на вершине? — спросила Белолапа. — Ты знаешь, кого она символизирует?
— Нашего предводителя, Огнезвёзда, — ответил Каплелап. — Он был самым лучшим котом в лесу и отдал последнюю жизнь, чтобы спасти нас!
Ежевичная Звезда почувствовал знакомый укол горечи. «Интересно, смотрит ли он на нас сейчас? Надеюсь, он одобряет то, что я делаю».
— Я тоже скучаю по Огнезвёзду.
Ежевичная Звезда обернулся и увидел, как к нему подошёл Воробей. Голубые глаза целителя столь пристально разглядывали собеседника, что было сложно поверить в слепоту Воробья.
— Не думал, что ты всё ещё можешь понять, что у меня на уме, — мяукнул Ежевичная Звезда, удивившись.
— Не могу, те дни остались в прошлом, — признался Воробей, его голос звучал слегка задумчиво. — Но было несложно догадаться, что ты думал об Огнезвёзде. Я слышал, как Каплелап провёл лапой по отметине Огнезвёзда и назвал его имя, после чего ты вздохнул. — Целитель прижался к боку Ежевичной Звезды. — Уверен, Огнезвёзд присматривает за нами.
— Он уже посещал твои сны? — спросил Ежевичная Звезда.
— Нет, — покачал головой Воробей. — Но это сам по себе хороший знак. У меня и так предостережений и посланий от Звёздного племени хватит на девять жизней. — Коротко кивнув Ежевичной Звезде, он засеменил прочь и присоединился к Листвичке, которая перебирала цветки мать-и-мачехи и свежую кошачью мяту снаружи палатки целителей.
— Пошли, Снеголап! — позвала Искра своего ученика. — Пришло время боевых тренировок!
— А мы можем пойти с ними? — жалобно пропищал Каплелап, когда его брат побежал за своей наставницей.
— Конечно, можем, — мяукнула Белолапа.
— Я тоже хочу! — Янтарка перебежала через весь лагерь и затормозила рядом со своими родственниками.
— А тебе нельзя! — крикнул Долголап, стоявший у кучи со свежей дичью с Белохвостом и Черешней. — Ты этим утром ходила в рассветный патруль. Тебе нужно отдохнуть.
— Но тогда они выучат что-то новое без меня! — заныла Янтарка, опустив хвост. — Я отстану от них, и никогда не стану воителем!
Долголап подошёл к ней и по-дружески коснулся хвостом её уха.
— Ты обязательно станешь воителем, мышеголовая! Как только ты отдохнёшь, я покажу тебе приём, который они собираются изучить, обещаю.
— Ладно. — Янтарка всё же проводила печальным взором своих родственников и их наставников, когда те покидали ущелье.
— А как насчёт нас? — спросила Кувшинка, обменявшись разочарованными взглядами с Зернолапой. — Почему нам нельзя отправиться на боевую тренировку?
— Потому что мы идём охотиться! — живо бросила Маковка. — Давайте-ка, Шмель знает лучшие места для ловли мышек!
— Отлично! — воскликнула Зернолапа, радостно подпрыгнув. — Кувшинка, спорим, я наловлю больше мышей, чем ты.
— Да я наловлю столько мышей, что на всё племя хватит! — парировала сестра.
— Так не честно! — пробурчала Янтарка, смотря им вслед. — Почему мне не досталось никакой работы?
— Я уже объяснил тебе, — ответил Долголап. — Ты была в рассветном патруле. Теперь отдыхай. Но перед этим, — продолжил он, — можешь набрать чистого мха для палатки Пурди.
— Конечно! — просияла Янтарка. — И, быть может, он расскажет мне историю! — кошечка сорвалась с места и вмиг исчезла, протиснувшись сквозь ограду.
— Интересно, во мне тоже когда-то было столько же энергии? — мяукнул вслух Ежевичная Звезда, когда Янтарка скрылась из виду.
Из детской неподалёку показалась голова Песчаной Бури.
— В тебе и нынче сил, хоть отбавляй! — ответила она коту, выйдя на поляну и толкая перед собой скатанный в шарик мох. — Приятно видеть молодёжь такой активной. Их вид дарит мне новую надежду на наше будущее.
Она сделала паузу, и её взгляд вдруг затуманился. Ежевичная Звезда задумался, не о своём ли бывшем друге, Огнезвёзде, думала кошка? Рыжего кота не было с ними, он не мог видеть, как росли новые ученики. Вскоре Песчаная Буря снова подняла голову.
— Мы с Ромашкой чистим детскую, — объяснила она, подтолкнув лапой шарик мха. — Сейчас там, может, пусто, но наверняка одна из кошек помоложе скоро будет ожидать котят.
— Надеюсь на это, — отозвался Ежевичная Звезда, припомнив недавний разговор с Ягодником. «Очень, очень надеюсь». — Уверен, Ромашке может помочь кто-нибудь другой, — продолжил он, полагая, что Песчаной Буре не стоит беспокоить себя уборкой подстилок, пачкаясь в пыли и ошмётках мха.
— Уж не пытаешься ли ты сплавить меня в палатку старейшин? — поддразнила она, весело сверкнув зелёными глазами.
— Ты достаточно долго служила своим соплеменникам, — ответил Ежевичная Звезда. — Почему бы теперь не позволить им позаботиться о тебе?
Песчаная Буря пренебрежительно повела усами.
— В моих лапах жизнь всё ещё бьёт ключом! — заверила она предводителя, после чего вернулась в детскую помогать Ромашке бороться с кучей хрупкого и затхлого мха.
Ежевичная Звезда понаблюдал за кошками какое-то время, затем отвернулся. Его глашатай, Белка, стояла рядом с палаткой старейшин, распоряжаясь охотничьими патрулями вместе с Крутобоком. Как и Песчаная Буря, бывший глашатай был одним из старейших котов в племени.
— Нужно отсылать охотничьи патрули пораньше, — стал объяснять кот Белке. — Дни становятся жарче, лучше избегать беготни по лесу под солнцем, палящем в зените.
— И добыча к тому времени попрячется по норам, — понимающе закивала Белка. — Я уже выслала один патруль, — продолжила она. — Но вышлю ещё один. Во главе поставлю Яролику, она прекрасно подойдёт. — Она окинула лагерь взглядом. — Эй, Яролика!
Рыже-белая кошка выскользнула из-под ветвей, скрывавших палатку воителей.
— Да?
— Я хочу, чтобы ты возглавила охотничий патруль, — сказала ей Белка. — Но придерживайтесь строго определённой местности и вернитесь прежде, чем станет слишком жарко.
— Какой конкретно местности? — спросила Яролика, склонив голову.
— Тебе стоит попробовать на границе с племенем Теней, — предложила Белка. — Милли только вчера заметила там беличье гнездо.
— Хорошая мысль! — мяукнула Яролика. — Кого мне взять с собой?
— Милли, разумеется, ведь она знает, где это гнездо. Кроме неё, любых котов, которых пожелаешь.
— Уже поспешаю! — Яролика устремилась к палатке воителей, чтобы позвать Милли. Захватив с собой в придачу Голубку и Мышеуса, она отправилась за папоротниковую ограду.
Не успели стебли перестать колыхаться после отбытия охотничьего патруля, как возвратилась Янтарка с большой охапкой мха в челюстях. Пока она тащилась к палатке старейшин, Ежевичная Звезда заметил, как со мха капала вода, оставляя дорожку тёмных пятен на пыльной поверхности поляны.
Белка поднялась с места и перехватила ученицу, когда та приблизилась к палатке.
— С таким туда нельзя! — резко сказала она Янтарке. — Мох слишком мокрый, он вымочит все подстилки, и Пурди оторвёт тебе уши, когда из-за тебя его лапы разболятся от сырости.
Заслышав своё имя, Пурди высунулся из палатки в кусте орешника.
— С моими лапами всё в порядке, и с моими ушами тоже! — фыркнул кот.
— А как поживает твоя шкура? — спросила Янтарка, бросив мох наземь.
Ежевичная Звезда еле подавил весёлое мурчание. Полосатая шкура Пурди выглядела так, будто он пробирался через тернии задом наперёд: она топорщилась во все стороны и местами слиплась, будто старик не ухаживал за собой как минимум луну.
— Ась? Говори громче! — пожаловался Пурди. — Ну что ты мямлишь? Молодёжь нынче всё время мямлит! —добавил он сердито.
— Я пыталась объяснить Янтарке, почему нельзя нести мокрый мох тебе в палатку, — громко сказала Белка.
— Да? — Пурди потыкал лапой в охапку мха. — Ты уверена, что не пыталась принести мне попить? — спросил он Янтарку.
— Я всего лишь хотела помочь, — подавленно ответила ученица.
— Конечно, ты хотела помочь, золотце. — Пурди потрепал бок Янтарки своим хвостом. — Давай-ка мы с тобой разложим мох прямо тут, снаружи палатки, и солнце его быстро просушит. А пока он сушится, я расскажу тебе, как однажды расправился с целым гнездом крыс.
— Ура! — Янтарка принялась раскладывать влажный мох, нетерпеливо подпрыгивая на лапках от восторга.
На другой стороне поляны Песчаная Буря направлялась прочь из лагеря, толкая перед собой гигантский ком использованных подстилок. Ежевичная Звезда залез в детскую и принялся помогать Ромашке наскребать следующий ком.
— Слыхала что-нибудь о новых котятах? — с надеждой спросил он.
— Нет, — покачала головой Ромашка. — Но, уверена, скоро нам надобится детская, раз настала пора Юных Листьев. Вон, посмотри, — добавила она, немного погодя.
Кошка вывела Ежевичную Звезду из детской и указала хвостом на Львиносвета и Пеплогривку, которые лизались друг с другом в лучах солнечного света.
— У нее очень скоро будут котята, — мяукнула Ромашка, поведя ухом в сторону Пеплогривки.
Ежевичная Звезда почувствовал прилив воодушевления. Он вспомнил, как играл с Львиносветом у детской, когда тот был котёнком, и как обучил его первому приёму. «Несмотря на всё, что случилось, я любил этих трёх котят так же сильно, как если бы приходился им настоящим отцом».
Львиносвет поднял глаза и заметил, что Ежевичная Звезда смотрел на него. Быстро шепнув что-то Пеплогривке, он поднялся и зашагал через всю поляну к своему предводителю.
— Ты что-то хотел? — спросил он.
— Нет, но раз ты подошёл, можешь рассказать, как у вас там дела. Скоро ли нам ждать новых котят? Если ты понимаешь, о чём я... — промяукал Ежевичная Звезда, дружески подтолкнув золотистого воителя.
— О, Звёздное Племя! — Львиносвет смущённо лизнул грудку разок-другой. — Какое давление.
— Ты точно в порядке? — обеспокоенно спросил Ежевичная Звезда, заметив шрам на плече Львиносвета. «Он на эту же лапу прихрамывает».
— Да, в полном, — ответил Львиносвет, вздохнув. — Листвичка и Воробей осмотрели меня и дали мне лист щавеля от стёртой лапы. Просто очень сложно привыкнуть к тому, что теперь я могу быть ранен. Я всего лишь споткнулся о тупую ежевику!
— Какая досада, — мяукнул Ежевичная Звезда. — Неужели тебе теперь придётся смотреть под лапы?
— Наши враги теперь точно будут падать, лишь завидев меня. Падать от смеха, — проворчал Львиносвет, захромав обратно к своей подруге и усевшись рядом с ней.
Глаза Ежевичной Звезды уловили движение у входа в лагерь: вернулся первый охотничий патруль. Его вёл Дым, и в его зубах болталась белка. За ним вошли Бурый, Пестроцветик и Маковка, вдоволь загруженные добычей. Ежевичная Звезда смотрел и одобрительно качал головой, пока патрульные тащили улов к куче свежей дичи.
Он обратил внимание, что Дым, выгружавший белку в кучу, выглядел особенно утомлённым. Полосатый бурый кот так и не пришёл в себя после смерти подруги, Тростинки, павшей в Великой Битве. Белка рассказала ему, что Дым часто просыпался среди ночи в палатке воителей, крича и содрогаясь в своём гнезде. Во сне он всякий раз пытался вызволить Тростинку из когтей Звездолома, и вновь и вновь был вынужден смотреть, как она умирала.
Чуть меньше луны тому назад Ежевичная Звезда предложил Дыму уйти на покой и перебраться к старейшинам.
— Только не это! — прорычал Дым. — Держи меня занятым. Мне нужно отвлекаться на что-то, а иначе воспоминания причиняют невыносимую боль.
— Однажды, в Звёздном племени, ты снова встретишься с Тростинкой, — мягко сказал Ежевичная Звезда, пытаясь утешить пожилого воителя.
— Иногда я думаю, правда ли это, — покачал он головой. — Я сохранил немного мха из её гнезда, — добавил он дрожащим голосом. — Но я больше не чувствую на нём её запаха!
Ежевичная Звезда не знал, чем ещё он может помочь коту, кроме как последовать совету Дыма и загрузить его работой.
Предводитель устремился было на другой конец лагеря, намереваясь поздравить патруль Дыма с доброй охотой, но тут услышал, как его имя кто-то выкрикивает по ту сторону ограды. Заволновавшись, он развернулся и увидел, как в лагерь ворвалась Яролика с остальными патрульными на хвосте.
— Племя Теней! — просипела она, заставив себя остановиться.
— Переведи дух! — Велел Ежевичная Звезда. — Скажи мне, что произошло.
— Она нападают? — спросил Бурый. Вокруг них уже собралось всё племя, растопырив усы от любопытства.
— Нет, но это было бы немногим хуже, — задыхалась Яролика. — Мы почуяли запах племени Теней в пределах наших границ.
— И такое происходит уже не в первый раз, — добавила Милли, рассекая хвостом воздух.
— Они нацелились на то беличье гнездо? — спросил Львиносвет.
Всё больше котов выкрикивали тревожные вопросы. Только Голубка сидела на отшибе, тихая и грустная. Ежевичная Звезда почувствовал укол жалости. Когда-то она могла заглянуть в племя Теней, не покидая ущелья, и подслушать их разговоры, чтобы узнать, зачем они пересекали границу. Но те деньки остались позади. «Без своих сил она чувствует себя слепой и глухой», — подумал кот.
Ежевичная Звезда подошёл к Голубке и прижался мордой к её плечу.
— Ты в порядке? — прошептал он.
— В порядке, — вздохнула она.
Ежевичная Звезда поднял хвост, призывая к тишине.
— Яролика, где именно?.. — начал было он.
— Мы должны напасть на них немедленно! — прервал его Мышеус, его шерсть стояла дыбом от ярости. — Эти пожиратели падали не имеют ни малейшего права ступать на наши земли!
На мгновение подозрение холодным ручейком протекло сквозь Ежевику. Мышеус был одним из котов, обучавшихся в Сумрачном Лесу, и, хоть он вернулся в своё племя, кот демонстрировал слишком много энтузиазма при мысли о нападении на соседей. Уж не хотел ли он опробовать навыки, полученные от наставников из Сумрачного Леса? Ежевичная Звезда отбросил прочь сомнения. «Мышеус молод, а у молодых котов всегда голова горяча».
— Ни один кот не поднимет лапу на чужое племя! — пригрозил он.
— Скажи это племени Ветра! — пробормотала Шиповница, прижав ухо, которое утром ей поцарапала Сумеречница.
— Так что мы сделаем с племенем Теней? — спросила Милли.
— Мы же не позволим им остаться безнаказанными, не так ли? — мяукнул Ягодник. Он звучал почти также воинственно, как и Мышеус.
— Вовсе нет, — ответил Ежевичная Звезда. — Я собираюсь посетить Чернозвёзда и выяснить, почему его воители нарушили границы.
— Серьёзно? — пуще прежнего возмутился Мышеус, задрав глаза на лоб. — Ты собираешься дать им возможность придумать повод и оправдаться, хоть мы и так знаем, что они поступают неправильно?
— Мышеголовый! — Сестра Кротоуса, Вишнегривка, сильно толкнула брата, чуть не опрокинув его. — Ты ничего не понимаешь! Ежевичная Звезда собирается сказать Чернозвёзду, что знает о происходящем и не оставит нарушения границ без последствий!
Ежевичная Звезда был чрезвычайно тронут доверием рыжей кошки к нему. «Мои соплеменники должны верить: я обеспечу их безопасность. Но что они скажут, если узнают, как сильно я сомневаюсь сам в себе?»