глава 5.
Страх, трясущиеся колени, сердце, которое колотится со скоростью света - этим можно было описать состояние Маши. Первая ночь, в которой она двигается хоть и впервые, но настолько уверено. Ей казалось, что каждое её движение, ударяется отголосками по всей Казани. Боязнь, что она провалится в первый свой выход - возрастала с каждой секундой.
В темноте, на грани заката, протянувшейся как бескрайнее полотно, Маша решительно шагала, смешиваясь с тенью ночи. Её глаза, обычно наполненные светом и надеждой, теперь утонули в глубоких полумраках, словно затмеваемые тайной, которую она намеревалась раскрыть. Взгляд Маши был холодным, как звезды на небесах. Темные волосы, ранее мерцающие от жизненной энергии, теперь словно поглощали свет в своих черных завитках. Она была как призрак, несущий в себе неведомые тайны и сомнения. Перед её первым преступлением стоял ещё один бескрайний мрак, и Маша чувствовала смесь адреналина и страха, сжимающую её сердце. С каждым шагом звук её шагов становился шепотом в бездонной тишине ночи. Она двигалась, словно воплощение ночной тайны, проникая во все уголки города, где свет фонарей терял свою силу. Маша была в поисках своего преступного первородства, стремясь ощутить мрак, который таился в её душе. Слабое мерцание звезд было единственным свидетелем этого мистического пути. Воздух был пропитан запахами ночи - влажным асфальтом, далёкими ароматами цветов и таинственными ароматами, замешанными с жарким ветром. Душа девушки колебалась между тёмными амбициями и мучительным внутренним конфликтом. Когда Маша подкрадывалась к своей цели, её руки дрожали от волнения и страха. Эмоции колыхались в её глазах, как отражение луны на поверхности тёмного озера. Она чувствовала нарастающую тяжесть ответственности, но в то же время внутренний голос пытался её успокоить, утверждая, что это неизбежный этап её судьбы. Её сердце билось сильнее, адремалин наполнял каждую клетку её тела. В тот момент Маша поняла, что она нарушила какую-то невидимую черту, перешла границу между законом и преступлением. И все это сопровождалось смешанным ощущением вины и свободы, как если бы она разбила оковы общественных ожиданий.
По описаниям старших, мужчина походил на обычного, среднестатистического человека республики. Рост меньше среднего, худощавое, можно было сказать даже костлявое телосложение, сутулость и расхлябанная походка. Жертву девушка приметила буквально сразу, узнав его, по тем самым чертам, которые были даны ей прошлой ночью. Казалось, что миссия буквально невыполнима, хоть они и были практически одного роста, одного телосложения, но силы были не равны, но разве он знал, что за ним сейчас следят? Что в беспросветной ночи за ним преследует девушка, аккуратно ступающая буквально по пятам. Её призрачное перемещение по двору, казалось странным, ведь вряд-ли бы один из авторов группировки испугался обычной девчонки, но остерегаться стоило. Никогда не знаешь, что, у кого на уме.
Маша, сжимая рукоять ножа, спрятанного в ее кармане, двигалась в тени, пытаясь остаться незамеченной. В ее глазах отражался страх, который словно расплескивался на каждом ее шагу. Нож, хорошо спрятанный в складках ее одежды, стал ее будто бы последней опорой на данный мопент , когда она следовала за мужчиной, уставившись на него с большим напряжением. Темный городской ландшафт был полон тайн и угроз, а фонари на улице касались земли своими блеклыми лучами. Маша, скользя в тени, чувствовала, как холодный металл ножа прокладывает путь к ее решимости. Ей казалось, что каждый звук - шаги, ее собственное дыхание - становится грозным предзнаменованием, и нож становится единственным спутником в этом путешествии в неизвестность. Раскисший ветер проникал сквозь щели ее одежды, а тени тянулись по земле, создавая игру света и тьмы. Нож в кармане казался ей каким-то загадочным артефактом, способным изменить ход событий. Он стал символом ее силы, прячущейся в тени, ждущей своего момента. Фонари мерцали, создавая танец света и тени, как будто подчеркивая драму, разыгрывающуюся в их тени. Ночь, словно воплощение их страхов и надежд, содрогалась под влиянием каждого их шага. Рука девушки, уверенно удерживающая нож, была как факел во тьме, готовый разгонять зловещие тени, что прячутся вокруг. И хотя страх не покидал ее, нож придавал ей уверенность и силу, необходимые для продвижения вперед.
«Её учили не чувствовать боль и это казалось самым тяжёлым испытанием. Суть в том, что она не должна была, показывать виду, когда её истязали и мучали, что это вызывает какие-то болезненные ощущения. Маша проходила такие испытания множество раз, по итогу перестала чувствовать вовсе. Девушка взрослела в стенах укрытия «Хади Такташ» и там её чувства не имели никакого значения. Холодная, колючая, беспристрастная и безразличная, теперь это её суть.»
Подходящий к подъезду мужчина, остановился, всё шло по плану, как ей и объяснял Рафа, буквально каждое его действие - девушка знала, поглядывая на наручные часы. Вот сейчас он достанет пачку сигарет, закурит и выпустит ядовитый дым, который будет постепенно расплываться по воздуху. Притаившуюся за кустами девушку выдавал лишь шум, качающихся веток, от теплого, летнего ветра. Вот-вот, все закончится, его кровь будет хлестать из артерии, которую девушка перережет, а сердце остановится и больше никогда не будет биться, в привычном ритме. В голове девочки было довольно много, разносторонних мыслей. «А что, если она сейчас его не убьет? Ну, просто не сможет. Побоится, рука дрогнет и он останется жив..» Всё могло произойти в эту бездонную ночь, время тянулось предельно долго, казалось, что несколько минут длятся вечность! Рука сжимающая рукоять ножа, уже аккуратно вытаскивала его из кармана, чтобы избавить человека жизни.
Мужчина медленно поднимает руку к лицу, держа в пальцах сгоревшую окурку. Взгляд его задумчив и отрешенный, словно в тот момент он не задумывается о последствиях своих действий. Пальцы сжимают окурок, словно он - символ его прошлых переживаний, и, с невидимой тяжестью на душе, он бросает его вниз. Сплющенный огонь окурка устремляется к земле, оставляя за собой лишь тонкую вуаль дыма. Гарипов поворачивается и направляется к подъезду собственного дома, погружаясь в свои мысли. Взгляд его не останавливается на окружающем мире - он словно погружен в собственные раздумья. По его шагам остаются круги от выкинутого окурка, как будто это невидимые следы его прожитых моментов. Сзади, в тени, крадется Маша. Ее шаги легки, но шепот иссушает воздух вокруг. Она следит за мужчиной, стремясь сохранить невидимость своих намерений. В ее глазах читается настойчивость, смешанная с затаённым страхом. Ей приходится идти на крайние меры, чтобы выжить в этом жестоком мире. Девушка приближается к подъезду, следуя за мужчиной на безопасном расстоянии. В ее руках мерцает нож, который она все таки смогла без причинения себе вреда вытащить из кармана. Ее пальцы дрожат, но глаза напряжены и решительны. Мгновение невнимания мужчины может стать ключом к ее дерзким планам. И так, в этой атмосфере напряжённого ожидания и затаённых намерений, две жизни переплетаются на путях подъезда. Одна полна прошлого и символов, другая - собственных тайн и неизведанных возможностей. Момент их встречи кажется неминуемым, и в воздухе витает невидимая нить судьбы, готовая связать их судьбы в том, что предстоит произойти. Ускоряя шаг, девушка уже буквально может дотронуться до его плеча, но этого не происходит. Подставляя нож к горлу, он начинает брыкаться и буквально валить девушку назад, что удается успешно, но и Маша, к счастью натренирована довольно серьезно, такие фокусы с ней не проходят. Стальное, отточенное лезвие впивается в шершавую, бритую кожу мужчины. Ещё несколько минут он старается вырываться из оков неминуемой смерти, но Маша настроена решительно, выводя аккуратно полоску вокруг шеи и доводя её до шейных позвонков, девушка не издает ни звуку, настолько хладнокровно закалённый характер не даёт издать эмоции, как это было бы раньше. Возможно, будь это Маша полгода назад, она бы закричала, она бы корила себя за содеянное, но сейчас ей абсолютно плевать. Плевать, что начнут искать зачинщика убийства, плевать, что возможно её посадят, хоть она и делала всё аккуратно, чтобы не оставить лишних следов. Хлыстающая кровь из артерии, которую девушка буквально только перерезала, попадает на одежду, лицо, волосы.. Кажется, что она сейчас вся в этой крови, в жидкости неизвестного для неё человека, её окутывает удовлетворительное чувство. Она сделала то, что считала не подъёмным испытанием. Резкий запах металла ударяет в нос, от которого её не воротит. Девушка будто бы остолбенела, она не может сделать ни шагу, упавшее на мокрый асфальт тело, ещё подрагивает в конвульсиях, но ещё несколько минут и душа покинет этот сгусток крови и мяса.. Неистовое желание выпотрошить все внутренности мужчины, настигает девушку с каждой секундой всё больше. Нет, нет! Она на это не подписывалась, но почему тогда манящий вид крови, так завораживает? Растекающиеся ручьи алой жидкости на асфальте, при лунном свете, оказывается не так страшны, как их описывают, есть в них что-то необычайное. Нож, который девочка до этого держала в руках, свалился на землю, казалось, что все уходит из под ног в этот момент, но оставлять его на месте преступления, она не собиралась. Доставая платок, который был взят намеренно, Маша заматывает «ирку» (ножи, которые делают в тюрьме), которую ей дал Рафа, девушка облегчённо выдыхает, присаживаясь на скамейку. Доставая из рюкзака, испачканный в крови листок, девушка рассматривает портрет убитого, как же они схожи.. Не ошибалась мама, когда говорила, что ей нужно стать художницей, но дочь стала совершенной противоположностью себя. Оглядываясь по сторонам, сердце Маши стучит в космическом ритме, кажется, что сейчас оно выпрыгнет из груди, оставляя её умирать здесь, под ярким светом летней луны. Оставляя рисунок, с характерной её шраму буквой «Х», девушка надвигая на голову капюшон, черной куртки, в которой она, кажется, сейчас начнет плавится, Маша скрывается за поворотом дома, рядом с которым находится такое громкое, молодежное ДК.
Направляясь домой, девочка старается не думать о последствиях, но тревожные мысли настигают её врасплох. Утром тело найдут соседи этого мужчины, которые будут спешить на работу, вызовут наряд милиционеров, те начнут строить теории, кто и зачем убил его. Конечно, первые мысли будут направлять их, на ближайшее окружение, потом враги, а позже надумают на заказного убийцу.. Вряд-ли кто-то подумает на беззащитную девушку, которая только учится и ничего ещё из себя не представляет. Да что вообще может хрупкая девица? Орудовать ножом? Да нет, вы что, конечно же нет, это всё басни прогорелого театра, поэтому и переживать не стоит. Всё, как-нибудь обойдется, всё разрешит мирным путем, а она будет продолжать делать свою работу исправно, без фокусов. Возможно позже, она поймет, что это не тот способ заработка денег, не тот способ забыть прошлое, но сейчас Машу устраивают такие ночные похождения, когда кровь внутри закипает, адреналин дребезжит по всему телу и не даёт опомниться. Подсознание боится, а руки делают..
Много теорий в этот вечер проследовала девушка, ей казалось, что ничего не может навести след на нее. Никаких улик на неё у правоохранительных органов не было, она сделала всё тихо и без пристрастий. Если даже кто и видел её, то не сможет дать точных показаний, ведь люди боятся, что за их жизнями тоже придут, тоже безжалостно убьют и не дадут жить спокойно. Раскрываемость таких преступлений была достаточно низкой, ведь милиция ленилась работать, боялась, что это приведет к плохим последствиям. Вот и это преступление, может остаться без какой-либо разгадки..