отряд "Феникс"

Правое крыло городской тюрьмы, куда временно посадили Чанёля, являлось пристанищем заключённых, приговорённых к смертной казни. Пак сидел в одиночной камере, выглядывал в коридор через узкое зарешечённое окошко и натыкался на такие же потухшие взгляды из соседних отсеков. На каждом лице была печать смирения и молчаливого согласия со своей судьбой.

А Чанёль не мог принять свою участь. Всё в нём клокотало и противилось. Он готов был ломать, крушить и кричать от боли, но вместо этого забивался в самый угол камеры и тихо плакал, вытирая слёзы тут же, стоило им прокатиться по щекам. Ведь альфы сильные. Они не плачут.

Мысль о том, что со дня на день его может не стать, приносила невыносимую боль. Чанёль даже не мог до конца поверить в подобное. Ещё свежи были мечты о скором окончании войны, большом доме, улыбке сонного Бэкхёна по утрам. И плевать, если в их будущем не суждено было появиться детям. Главное, чтобы они там были вдвоём.

Когда внутренности в сотый раз за ночь скрутило в судорожный клубок, а в ржавое ведро, поставленное в камеру для естественных нужд, Пак выблевал остатки жалкого обеда и последние капли желудочного сока, он устало откинулся на облупленную стену и нащупал за рубашкой измятый лист бумаги, который передал ему тайком Ифань. Успев выучить весь текст до последней строчки, альфа вновь пробежался взглядом по ровным буквам, написанным рукой Бэка, и зарычал от бессильной ярости. Его глупый Слюнявчик оставался верен самому себе.

«Чанни, ты только скажи, дай знак, и я возьму вину на себя. Мне не страшно, я найду способ выкрутиться. Да и бет очень редко приговаривают к смертной казни. Пожалуйста, подумай над этим!»

Пак не то что думать, даже вспоминать об этом не хотел. Мало того, что хрупкий мальчишка пытался вытащить его из тюрьмы, так ещё и беззаветно подставлялся вместо него. Спасибо, но Чанёль обойдётся без жертв. К тому же, какая жизнь ему будет без Бэка? Лишь сейчас, в вонючей камере для смертников, Пак понял, как отчаянно любил своего мелкого наивного Слюнявчика. Корил себя, что так и не попробовал, каково на вкус его тело. Не оставил на нём следов собственной принадлежности. Так редко говорил добрые слова, ещё реже хвалил и заботился. Чанёль с удовольствием переиграл их неудавшиеся отношения, если бы судьба предоставила такой шанс.

«Я люблю тебя, Чанёль! И я всегда буду за тебя!»

И в конце, как эффектная точка, крохотное мокрое пятно. Его мальчик плакал, а причиной слёз вновь стал Пак. Сможет ли Бэк однажды его простить? И, если Чанёля всё-таки убьют, будет ли он страдать? Точнее, как долго? Наверняка однажды свяжет себя узами брака с каким-нибудь бетой. И будет по утрам улыбаться ему, а не Паку.

— К чёрту! — заорав, ударил в стену альфа.

Крича, как раненый зверь, он метался по крохотной клетушке, и вопли боли и отчаяния тонули в пустынном тёмном коридоре.

***

К обеду Чанёль смог кое-как успокоиться и даже поспать пару часов. Когда к нему в камеру впустили сосредоточенного Ифаня, Пак лишь нахмурил брови и отвернулся в сторону. К счастью, командир сделал вид, что не заметил опухшего от слёз лица и покрасневших глаз. Молча протянул чистую одежду и облокотился на стену, дожидаясь, когда юный альфа переоденется.

— Я добился, чтобы тебе выдали хорошего адвоката. Этот альфа мой давний друг, хотя мы и предпочитаем не выставлять напоказ наше общение. Так что у нас ещё есть шанс побороться, — ободряюще улыбнулся Ифань.

— Скажите, — Пак оторвался от застёгивания пуговиц на рубашке и с надеждой взглянул на командира, — вы верите, что это не я убил Бруно?

— Дело в том, что твоя смерть ничего не изменит. Она не вернёт родителям Бруно, а Отчизне верного солдата. Кто бы ни был убийцей, расстрел — не лучший метод наказания. И…

— И? — встрепенулся Чанёль.

— Я уверен, что это не ты убил Бруно.

Ободряюще улыбнувшись парню, командир вышел за дверь.

В зал суда они пришли вместе, под конвоем двух охранников. К ним тут же подошёл статный альфа средних лет. Незаметно кивнув Ифаню, он с мягкой улыбкой посмотрел на Чанёля и протянул руку.

— Добрый день! Меня зовут Сон Шиху и я буду твоим адвокатом! — сжав ладонь Пака, представился мужчина. — Прости, что не смог с тобой поговорить заранее, но сейчас у нас есть несколько минут. Так что давай отойдём!

Ву проводил удалившихся альф взглядом и тут же недобро усмехнулся занервничавшему Ю Хёншику. Бета внезапно стал жутко неуверенным, и то и дело перекладывал бумажки на столе, придавая им совсем уж пугающий порядок.

Ещё через минуту в зал суда пустили «Железных псов» и «Феникс». Оба отряда держались на почтительном расстоянии и даже места заняли максимально далеко друг от друга. Первые — взрослые состоявшиеся мужики, скорбевшие по убитому командиру. Вторые — совсем ещё дети, взволнованные, напуганные и смятённые.

Ифань видел, как дёрнулся Бэкхён, когда в зал в сопровождении адвоката вернулся Чанёль. Лухан дёрнул его обратно на стул, и мальчишка послушно понурил голову, пряча за чёлкой заблестевшие от слёз глаза. Чанёль же, напротив, старался не смотреть в сторону Бёна, сосредоточив всё внимание на железных прутьях, которые отделили его от зала.

А дальше была унылая процедура допроса. Вновь задавались однотипные вопросы, Хёншик пытался придраться к любым мелочам и несостыковкам, в то время как адвокат всячески вытягивал из них пользу. Никто из тех, кто участвовал в драке, не сказал ничего нового. Ни один не обвинял напрямую Чанёля, но также никто не взял на себя вину.

Когда на допрос вызвали Бэкхёна, Пак нашёл в себе силы поднять голову и предостерегающе зыркнуть на парня. Мальчик понял этот молчаливый посыл и, сжав в тонких пальчиках вытянутые рукава пиджака, испуганно взглянул на подошедшего к нему Хёншика.

— Бён Бэкхён, расскажите суду о том, какие отношения связывают вас с подсудимым Паком?

— Мы друзья, — робко пролепетал мальчик, но увидев согласный кивок Шиху, продолжил, — а ещё я его очень люблю.

— Любите как кого? — не унимался Хёншик.

— Как альфу.

— То есть, вы хотите сказать, что состоите в интимных отношениях с подсудимым?

— Протестую! — вступил в диалог адвокат.

— Прокурор Ю, не забывайте, что разговариваете с несовершеннолетним, — лениво отозвался тучный альфа-судья.

— Прошу прощения, — заискивающе улыбнулся Хёншик. — Так какого рода отношения связывают вас двоих?

— Просто я люблю Чанёля. И я хочу сказать, что он не убивал Бруно! — Мальчишка столкнулся с полным отчаяния взглядом Пака и улыбнулся ему сквозь слёзы. — Этот человек выручал меня много раз! Когда мы только приехали на базу «Морская звезда», я едва не утонул во время тренировки, и именно Чанёль спас меня от смерти! А когда на базу напали нергалийцы, именно он помогал раненым товарищам, помогая дотащить их до бункера! Я могу бесконечно перечислять все его подвиги — большие и маленькие. Сегодня много всего было сказано в его адрес. Все говорили, что он импульсивен и горяч. Но именно отчаянное сердце всегда толкает его помогать другим и защищать. Именно Чанёль готов закрыть собой от пули и подставить своё плечо. Пожалуйста, пусть каждый из вас вспомнит не только что-то плохое, но и хорошее. Почему в попытке прикрыть самих себя, вы пытаетесь сделать виноватым Чанёля?

Бэк всё же не сдержался и надрывно всхлипнул, а затем повернулся к Паку и тепло улыбнулся.

— Я очень рад, что мы оказались в одном отряде. И рад, что в твоём большом сердце нашлось местечко и для меня. И я знаю, что это не ты убил Бруно. Ты столько раз спасал меня от смерти. Прости, что не могу сейчас сделать то же самое!

Судья невольно выпрямил спину, когда стоявший перед ним мальчик тихо расплакался, стыдливо отворачивая лицо.

Следующим выступающим стал Ифань. По суровому лицу командира Ву было видно, что к речи он готовился долго и обстоятельно.

— Единственный виноватый здесь — я, — решительно начал альфа. — Как командир, я не должен был допустить, чтобы в моей части случалось подобное. Каюсь, что не придавал должного значения постоянным задираниям омег. Малодушно считал, что им не место в армии, и если они не хотят быть посмешищами, то должны доказать свою компетентность. Я даже не предполагал, что всё зайдёт так далеко… И я прошу наказать меня. Я готов принять участь Чанёля. Расстреляйте меня, не его. Он молод и неопытен, он ещё не знает жизни! Убийством вы ничего не добьётесь. Заоран потерял хорошего солдата. Расстреляв Пака — потеряете ещё одного. Кто тогда будет защищать Родину?

Отпустив Ифаня на место, судья задумчиво постучал пальцами по столу и дал возможность прокурору и адвокату сказать последнее слово.

— Что ж, думаю ответ очевиден — убийцей Бруно Хлоя является Пак Чанёль, — уверенно начал свою речь Ю. — Давайте объективно смотреть на факты. У подсудимого были причины ненавидеть убитого — это и постоянные приставания к омегам отряда «Феникс», а также нападение, совершённое накануне на Бён Бэкхёна. Подсудимый сознательно пронёс с собой оружие, хотя ранее от командира О поступал приказ идти безоружными. Кроме того, Чанёль потрясающе владеет ножом и для него не составило труда ударить Хлоя в темноте. Ну, и самое главное — это его импульсивный характер. По свидетельствам Ким Минсока — психолога отряда — у Пака есть все предпосылки к убийству. Так что я настоятельно рекомендую суду ещё раз ознакомиться с представленными мной неоспоримыми доказательствами вины Пак Чанёля.

— Сон Шиху, ваше слово, — взглянул на адвоката судья.

— Благодарю, — обезоруживающе улыбнулся альфа. — Хотелось бы начать свою речь с опровержений слов моего коллеги. Как сказал прокурор Ю, подсудимый умеет идеально владеть ножом. А вот удар, нанесённый Бруно Хлоя, был, мягко говоря, неточным. Били второпях, на удачу. Проще было чиркнуть лезвием по горлу, но убийца предпочёл всадить нож в шею. К слову, из той позиции, в которой находился Чанёль, ударить сзади, да ещё и так сильно, было невозможно. Следовательно, это сделал кто-то другой. Тот, кто сейчас молчит и пытается спрятаться за спиной невиновного товарища. К слову, на ноже были обнаружены отпечатки едва ли не всего отряда. И не стоит забывать, что убийца мог воспользоваться перчатками. Напрашивается вывод — если убийца действительно Пак, то зачем ему самому подводить себя под расстрел? Чтобы убить Бруно, необязательно идти драться с ножом. Можно было прирезать его тихо, один на один, в тёмном переулке. Кто-то очень сильно хотел подставить Пака. Или, как вариант, попытался его защитить, ведь в момент, когда Луна скрылась за облаками, Бруно Хлоя вытащил из-за ремня свой нож.

Адвокат Сон поднял со своего стола несколько листов и передал их судье.

— Ознакомьтесь, пожалуйста. Эту петицию подписали не только члены отряда «Феникс», но и другие солдаты части. В ней говорится о том, что Пак Чанёль отличный солдат и верный друг, который не способен убить исподтишка, да ещё и подставляя самого себя. Да, подсудимый импульсивен, но у него достаточно ума, чтобы не совершать подобное. — Адвокат обернулся к залу и задумчиво улыбнулся. — К тому же, у Пак Чанёля есть такой замечательный возлюбленный, который столь искренне за него переживает и волнуется. Право, неудобно об этом говорить, но, чтобы прокурор Ю не заблуждался, скажу… Рано утром Бэкхён прошёл медицинское освидетельствование, заключение которого я ранее передал судье. В нём говорится, что мальчик является девственником и никаких половых отношений с Паком у них не было. Непросто в наше время любить платонически, не так ли, прокурор Ю?

Дождавшись, когда адвокат сядет на своё место, а прокурор раздражённо опрокинет в себя стакан воды, судья дал последнее слово подсудимому. Чанёль поднялся с лавки, звякнув наручниками, и пристально посмотрел на заплаканного Бэкхёна, не сводившего с него покрасневших больных глаз.

— Я не убивал Бруно, хотя и хотел это сделать больше всего на свете. И я считаю, что он заслужил эту смерть. Героем нужно быть не только для своего отряда, но и для тех, кого по умолчанию должен защищать.

Чанёль хотел ещё что-то добавить, но отрицательно мотнул головой и опустился на место. Судья, собрав в стопку все полученные документы, объявил о перерыве.

***

Первым делом Бэкхён нашёл адвоката и крепко ухватился за его локоть, благодаря за прекрасную речь и защиту Чанёля. Мужчина заботливо погладил мальчика по волосам и отвёл в сторонку — туда, где их никто не мог слышать.

— Что с ним будет? Его же не расстреляют? — с надеждой спросил Бэк.

— Будем надеяться на лучшее. Но хочу предупредить сразу — не стоит надеяться, что вас оставят в покое и позволят остаться в части. Какие-то меры в любом случае предпримут.

— Главное, чтобы Чанёль был жив, — словно заклинание повторил мальчик.

— В любом случае, мы имеем право оспорить решение суда, если оно нас не устроит. Поборемся мы за твоего альфу, не переживай! — Шиху притянул к себе Бэка и похлопал по плечу.

Спустя полчаса все вернулись в зал и заняли прежние места. Бэкхён держался отстранённо, позволив лишь Чондэ и Лухану хоть как-то приблизиться к себе. Всех остальных членов отряда он упрямо игнорировал — за неверие в Пака, за нежелание признаться в преступлении, за отказ подписать чёртову петицию. Адвокат приукрасил действительность — бумагу подписали лишь сам Бэк, Сехун, Лухан и Чондэ. Остальные наотрез отказались, даже Кёнсу, поджав губы, молча принял сторону Минсока.

Из-за расшатавшихся нервов, Бэкхён прослушал вступительную речь судьи, придя в себя на самом главном и ответственном моменте.

— Подсудимый Пак Чанёль признаётся невиновным в убийстве Бруно Хлоя, — проигнорировав изумлённые шепотки присутствующих, судья продолжил свою речь. — Но суд также уверен, что настоящий убийца является членом отряда «Феникс». Поэтому в качестве наказания за нежелание признать собственную вину, отряд в полном составе отправляется в подразделение «А» на восточной границе с Нергалией сроком на один год. После прохождения данного времени все обвинения с отряда будут сняты. На этом заседание суда объявляю закрытым!

***

Встревоженные подростки сидели в комнате ожидания, молча переваривая произошедшее. Бледные лица и трясущиеся руки были лучшим свидетельством их тревоги. И только Бэк, счастливо улыбаясь, задумчиво смотрел в окошко, терпеливо дожидаясь, когда за ними придут взрослые.

— Молодец! Добился своего, сучёныш! — первым зашипел Чонин.

Бэкхён вздрогнул и перевёл на альфу изумлённый взгляд.

— Чего вылупился? Весело тебе, да? Всю жизнь мечтал оказаться в «А»! Да мы там и месяца не протянем! — повысив голос, орал Ким.

— Тогда, быть может, настоящий убийца признается в содеянном и спасёт отряд от жалкой участи? — натянуто усмехнулся Лухан. — Мы туда отправлены не из-за Бэка и не из-за Чанёля, а из-за того, что один из нас последний трус! Кто-то убил Бруно, а погибнуть должны все мы!

— Простите, но что такое подразделение «А»? — не понимающий всеобщей тревоги, робко поинтересовался Кёнсу.

— Ты тупой? — вскочив, завопил Чонин. — Это, блять, специальная часть для смертников! Туда ссылают провинившихся солдат — тех, кто избежал трибунала! Вот только «А» хуже расстрела в сто крат! Бойцов оттуда отправляют на территорию Нергалии для выполнения секретных заданий, а также в самые кровавые бои, которые ежедневно разыгрываются на границе. Люди там — всего лишь расходное средство войны. На них всем насрать. В лучшем случае, из боя возвращается половина отряда. В худшем — они превращаются в кровавую кашу, их даже родственники опознать не могут! Из «А» ещё никто не возвращался нормальным — люди становятся инвалидами или слетают с катушек!

В комнате повисла напряжённая тишина. Каждый понимал, что «Морская звезда» и воинская часть под руководством Ву — детский лепет по сравнению с «А». Об этом подразделении ходили легенды и слагались мифы. Им пугали солдат, доводя даже самых отчаянных до нервного тика. И теперь туда предстояло отправиться горстке подростков, половина из которых даже никого не убивала.

— А ещё говорят, что в «А» самые конченые отморозки, — тихо произнёс Чондэ, но его прекрасно услышали. — Если нас даже здесь задирают, то что будет там?

— Ерунда! Там каждый печётся о своей заднице. До нас там никому не будет дела, — со вздохом отозвался Сехун.

— Блять, просто признайтесь, кто убил Бруно! — заорал Тао, до этого молча наблюдавший за происходящим. — Кто тот ублюдок, из-за которого мы все сдохнем в ближайший месяц? Поймите уже, что нам не выжить! Нас кинут в самое пекло и рядом не будет никого опытного! Да нас в лепёшку раскатают!

Прошла минута, но никто не вскочил со своего места, не ударил себя в грудь и не признался, что убийца именно он.

Когда дверь распахнулась и в комнату зашли Чанёль и Ифань, Бэк радостно вскочил и бросился на шею Паку. Уткнулся носом в его грудь и счастливо разрыдался, позволяя сильным ручищам сминать себя до треска в рёбрах. Плевать на «А» — главное, что его альфа с ним.

— Ну и что вы носы повесили? Если не будете считать ворон, то сможете отвоевать этот год и вернуться обратно, — прислонившись к стене, заметил Ву.

— Сами-то в это верите? — довольно грубо хмыкнул Сехун.

— Из «А» возвращаются единицы, да и то зачастую инвалидами. Кто знает. Вдруг вам повезёт больше? — Ифань с достоинством выдержал на себе тяжёлые взгляды подростков и кивнул на выход. — Идите, за вами приехал автомобиль.

Не говоря ни слова, отряд вышел, лишь Чанёль и Бэкхён остановились напротив командира.

— А где адвокат? — отчаянно цепляясь за Пака, шепнул мальчик.

— Уехал по делам в штаб. Просил передать, что попробует оспорить это решение, но будет довольно сложно.

— А почему не могут провести ещё одно заседание и найти убийцу?

— Потому что это никому не нужно. Ежедневно рассматриваются десятки дел. Суду некогда заниматься одними и теми же. Да и согласитесь, это лучше, чем если бы Чанёля расстреляли завтра на рассвете, — с грустью улыбнулся Ву.

— А что будет с вами? — нахмурился Пак.

— Пока останусь здесь. А потом… наверное тоже куда-нибудь отправят. Надеюсь хотя бы на то, что командиром части станет достойный человек. — Ифань глянул на часы и поторопил ребят. — Езжайте, время поджимает. И самое главное — не теряйте веру друг в друга, тогда вам любые испытания будут по зубам!

Подростки порывисто повисли на командире, молча благодаря за всё сделанное для них, а затем, повинуясь приказу, ушли. Когда они вышли во двор и подошли к микроавтобусу, все разговоры в салоне тут же стихли. Опустившись на два последних свободных места, парни взялись за руки и постарались игнорировать взгляды, впивавшиеся прямо в затылок.

— Лучше бы ты сдох, — прошипел Чонин с задних рядов.

Чанёль нервно дёрнулся, чтобы ответить обидчику, но Бэк из последних сил удержал его на месте. Водитель в это время закрыл дверь и мягко тронулся с места.

— Ким прав. Это подло — вот так подставлять остальных. Это ведь ты убил, Чанёль? — поддержал альфу Исин.

— Да, блять, заткнитесь уже! — властно рыкнул Тао и повернулся к Сехуну. — А ты чего молчишь? Забыл, кто здесь командир?

— Сами разбирайтесь, достало всё, — отвернувшись к окну, устало вздохнул О.

— Плевать на них, я всё равно за тебя, — оперевшись лбом о плечо Чанёля, шепнул Бэк.

И вздохнул с облегчением, когда горячая ладонь мягко коснулась его растрёпанных волос.