Это война!
С того самого дня она все время чувствовала себя плохо. Девушку мучили головные боли, в самые ответственные моменты в глазах появлялось потемнение, руки дрожали. Не в состоянии контролировать это, ведьма начинала плакать при острых приступах, а как только боль отступала Мэрилин прикладывала все еще не покинувшие ее силы на ответные действия! Боль и обида не позволяли девушке прекращать борьбу!
***
Почему так болит нога? Неужели она нащупала старую рану и посылает боль именно туда? "Змея",- окончательно убедился в своем мнении медиум. Неужели этой ведьме мало того, что она путает его видения? Она же скручивает их, будто в водоворот, ничего не возможно разобрать, а через день-другой должны начаться новые испытания. Неужели для Мэрилин недостаточно того, что у него в голове чуть ли не беспрерывно звенит какой-то невыносимый гул! А еще болело что-то такое, чему сам колдун не мог найти объяснения.
***
Их встреча с глазу на глаз была неминуема, да и оба были просто переполнены тем, что хотели высказать друг другу. Мэрилин прогуливалась по городу и ноги сами принесли ее к тому самому боулингу. Воспоминания холодным острием резанули по сердцу. Зачем она пришла сюда! Задавив подступивший к горлу комок, ведьма отвернулась от здания, и, опустив глаза, быстрым шагом направилась прочь. И чуть не сбила с ног кого-то, кто, как и она, мчался куда глаза глядят, не разбирая дороги. Подняв глаза друг на друга, эти двое отшатнулись, словно обжегшись, диким взглядом сжигая объект своих долгих раздумий.
-Ты!- Александр просто сверлил ее взглядом, он явно был недоволен тем, что они встретились на людной улице. Видимо, он бы предпочел где-нибудь в подворотне, чтобы без проблем сомкнуть пальцы на ее белоснежной шее.
-Мерзавец! Будь проклят тот день, когда ты родился, видимо в тот день сам дьявол изрыгнул в свет свое дитя!- она шипела, как дикая кошка.
-И это ты мне говоришь?- смерив девушку уничтожающим взглядом, ответил маг,- Ты! Самая лицемерная из всех женщин в радиусе 5000 тысяч километров!
-Есть, у кого учиться! Кто бы говорил о лицемерии! Да Иуда по сравнению с тобой просто паинька!
"И это она говорит мне? Как будто не она нанесла первый удар." Исходя от бешенства, его ноздри раздувались, как у быка!
-Ты пожалеешь об этом, дрянь! Ты кровью плеваться будешь, но до финала не доползешь!- прошипел медиум сдавленным голосом, медленно обходя своего врага, но ни на секунду не сводя с нее глаз, словно ожидая нападения.
-После тебя, ублюдок! Одно из моих следующих жертвоприношений будет с твоим сердцем, лживый колдун, я сделаю для этого все!- едва сдерживаясь, чтобы не вцепиться Александру в лицо, проговорила ведьма, словно заклинание.
Даже прохожие сторонились этой парочки, ведь невооруженным взглядом было видно, что эти двое мечут молнии! Если кого-то из двух ясновидящих и можно было разозлить больше прежнего, то теперь максимум точно был достигнут.
***
Девушку просто душили рыдания! От обиды, от боли, от ненависти, которая заставляла ее душу гнить изнутри, ведьма отчетливо чувствовала это, но была не в силах остановить разложение своего естества. Пытаясь хоть как-то очиститься, девушка забралась в ванну, погрузилась в ароматную пену, всеми силами пытаясь хоть ненадолго очистить свой разум от гнева. Ну почему эти усилия приносят такую дикую головную боль! Сжав зубы, девушка принялась неистово натирать тело благоухающим мылом.
Вылезая из ванны, девушка почувствовала себя гораздо лучше. Обернувшись полотенцем, Мэрилин начала причесываться перед зеркалом. Однако стоило ей положить расческу и ведьма как будто потеряла опору - ее резко зашатало! В глазах потемнело, в голову как будто вбивали гвоздь - такая сильная боль поразила ведьму. Желая опереться на что-то, девушка размахивала руками, поураняла все флаконы, которые только находились в зоне ее досягаемости. Мэрилин вцепилась в полотенце, но оно не выдержало резких движений девушки, и та полетела вниз. К несчастью, на пути ясновидящей была раковина, с которой столкнулась рыжеволосая голова. Успев только вскрикнуть, Мэри оказалась на холодном полу, а по ее рыжим локонам, прямо возле виска, растекалась колдовская кровь. Кожа лица девушки из нежно-кремовой стала мертвенно-бледного оттенка.