влю(бить)

                                                                  ***
Илья выходит на улицу, надежно укутавшись в шарф и надев капюшон. Как
оказалось, лекарства пить надо, а последние таблетки Мазеллов допил ещё с
утра. Руслан, вероятнее всего, и помог бы с походом в аптеку, но тот больно
торопился домой, отчего блондину не по себе стало и просьба так и осталась
витать в мыслях. Дома что ли что-то опять приключилось.
Температура, за время проведенное дома, спала до 37, однако поднимать её
было опасно. Потому парень быстрым шагом спешит обратно домой, сжимая в
ладони пакет с лекарствами.
Знакомый со спины человек заставляет Илью остановиться прямо возле
подъезда, странно на него уставившись. Кашин ходит у подъезда из стороны в
сторону, искренне пытаясь вспомнить номер квартиры Мазеллова, в голове
считая число этажей.
— Нил? – блондин подходит ближе, рассматривая задумчивого парня. — Я не
понял, а ты что здесь делаешь?
— Ебать, даже считать не придется. – усмехается Даня недовольно,
остановившись рядом.
— Чего тебе? – раздраженно выдает тот. — Если ты опять хочешь..
— Спокойно, крашеный. Видишь, я один. – рыжий крутится вокруг себя. —
Пизделки мне пока не нужны, усек? Я о Руслане хотел спросить.
— Че?. – не улавливает Мазеллов, прикрывая кашель свободной рукой.
— Хуй через плечо. – не обращает внимания старший. — Он у тебя должен быть.
— Нахуя тебе он? Ничего я тебе говорить не буду, интересный какой. – парень
проходит мимо Нила, но тот требовательно останавливает его за плечо.
— Слушай. – Илья нехотя оборачивается, скользя взглядом по разбитому лицу. —
Ответь мне просто, где он сейчас?
— Для начала ответь, че тебе от него надо? – блондин дергает плечом,
отталкивая от себя. — Отъебись уже от него. И без этого у него проблем полно.
— Проблем? – переспрашивает Нил, заметно напрягаясь.
— Все, иди отсюда. – Данила усмехается от его выходок, удивляясь излишней
дерзости.
— Забыл с кем базаришь? – Мазеллов молчит какое-то время, все-таки решаясь
ответить как следует.
— С рыжим уебаном очевидно.
— А ну, сука, иди сюда. – Даня озлобленно догоняет юношу, что почти дошел до
домофона, поворачивая на себя.
— Нил, передо мной хотя бы не петушись. – рыжий меняется в лице. — Дай пройду домой спокойно. — Руслан где, я тебя спрашиваю? – тормошит из стороны в сторону блондина старший, не давая ему уйти. — Угадай. – язвительно произносит тот, как будто собирается плюнуть обидчику в лицо. — Ты че, поиграть решил? – цедит Даня, вызывая у Ильи лишь победную улыбку. — А может и решил, что тебе с этого? – хриплый голос Мазеллова внушительно застревает в его голове. — Сука. – рыжий теряется в догадках. — Дома? — Сказал что идет домой, но обычно он мне пишет, когда доходит до квартиры. – блондин нерадостно вздыхает. — Не написал. – внутри Данилы чуть ли не бушует ураган, но вида тот не подает. — Если ты его хоть пальцем тронешь, я не побоюсь тебя ебнуть. — Хули ты за него так печешься? — Дорог мне потому что. – искренне отвечает Мазеллов. — Все, отвали. — Гуляй. – Кашин неприязненно отпускает блондина, молча наблюдая, как тот скрывается за дверью парадной. Лучше от его слов не стало. Придется разбираться самому.

                                                            *** В больнице, адрес которой был отправлен чуть позже, неприятно пахло хлоркой и этиловым спиртом, а косые взгляды проходящих мимо пациентов вызывали у парня смятение. Раздражающие бело-голубые стены помещения добавляли большего отвращения, тем более Руслану, что до жути ненавидел подобные помещения и всегда нехотя переходил их порог. Тушенцов, с разрешением врача, заходит в одну из палат, с первых секунд ощущая себя ужасно некомфортно. Изучающий взгляд Ромы сбивает парня с толку, но тот изо всех сил держит себя в руках, встав напротив железной койки. Вид Керимова пугает ещё сильнее – забинтованная голова, виднеющиеся синяки по всему телу и капельница, что поддерживает общее состояние. Старший, несмотря на измученный вид, улыбается потрескавшимся уголком губ, усаживаясь на одеяло. Брюнет от страха сглатывает, но церемонится рядом с ним не собирается. Возмущенно смотрит в ответ, а в стеклянных карих глазах отражается пустота. — Говори. – серьезно произносит Руслан. — У меня мало времени. — Поздороваться не хочешь? – Рома в ответ получает лишь взгляд, полный равнодушия. — Гарантия того, что фотографии будут удалены со всевозможных гаджетов? – Керимов неприятно удивляется, моментально разочаровавшись от чужих резких слов. — Ладно, понял, значит говорю иначе. – старший тянется к телефону, лежавшему на шкафчике возле кровати. — Я привязал файл только к этому телефону. В прошлый раз приврал тебе, зайка, чтобы не расслаблялся. Никуда я их не перекидывал. – парень закрывает глаза, чтобы успокоиться. — Они все время были только здесь. — Значит ты.. – повышает голос от несправедливости Руслан, но его вовремя перебивают. — Тише. – закатывает глаза Рома, передвигая капельницу поближе. — Голова раскалывается от криков.
— Какой договор? – все ещё злится Тушенцов, в шаге от того, чтобы разнести всю
палату вместе с Керимовым.
— Дай-ка подумать.. – старший наигранно задумывается, прикасаясь к
подбородку. — Деньги мне неинтересны..
— Ты ответишь или нет? – голос младшего предательски подрагивает. Каждая
проведенная секунда здесь кажется сущим адом.
— Русланчик, не кипятись. – отмахивается Роман, противно усмехнувшись. — Все
просто – переспать со мной.
— Ты.. долбоеб? – Тушенцов до последнего надеется, что все это просто шутка.
Ебаный пранк. Однако Керимов ничуть не улыбается, серьезно настроившись на
выполнение условия.
— Мое единственное условие. – пожимает плечами тот, аккуратно укладываясь
обратно на кровать.
— Нет, нахуй! – вскрикивает брюнет, пиная от злости край койки. — Никогда.
— Значит фотографии.. – Рома снова лезет в смартфон, залезая в нужные файлы.
Руслан же от перепуга подбегает к старшему, чуть ли не вырывая телефон из
рук.
— Стой!
— Что? – спрашивает старший, наконец улыбнувшись.
— Ладно, я.. – Руслан задумывается ненадолго, все же отвечая. — Согласен.
Только если ты сейчас передо мной удалишь все фотки.
— Само собой. – Керимов вновь лезет в телефон, но неожиданно выключает
экран. — Только вот незадача, Руслан. – младший тушуется на месте. — Вдруг ты
сбежишь?
— Нет, я.. – Тушенцов пытается придумать отмазку, однако старший снова
обрывает на мысли.
— Ладно, поверю — на твоей совести. – парень мысленно выдыхает. — Сегодня
меня обещали выписать, представляешь?
— Ага. – без всякого интереса говорит юноша.
— Все твои фотографии удалятся одним кликом. – Керимов наглядно
показывает, как навсегда удаляет файлы со всевозможных мест. — Фокус.
Показать остальные файлы, если не веришь?
— Нет. – робко произносит тот, доверяя чужим действиям.
— Вот и умница. – подмигивает он, спрятав телефон под подушку. — Я буду
ждать тебя сегодня у твоего подъезда. Поверь, меня выпишут к этому времени.
— У моего.. – осознает всю беспомощность положения Руслан, произнося мысли
вслух.
— Именно. Если не откроешь, придется идти на крайние меры, о которых тебе
лучше не знать. До встречи, зайка. – Тушенцов чувствует себя также
опустошенно, как в тот день, когда ему пришлось убегать из отеля. Он не
помнит как выбежал оттуда, как бежал дальше по заснеженному тротуару, как
покосившиеся прохожие одаривали его взглядами. Все повторяется снова и
снова.
Закончится ли это?


                                                                 ***
Руслан всё оставшееся время сидит дома на кровати с закрытой дверью, пугаясь
лишнего шороха. От мамы вестей никаких, да и не нужно было, не сегодня. Роме
открывать Тушенцов из-за принципов не собирается, да и надеется, что тот не
знает номера квартиры. Хотя, все возможно. Пиздец. Ебанный шантаж
преследует больше полугода.
Страх накрывает с головой. Руслан в очередной раз не решается написать Илье,
отбросив эти мысли который раз в сторону. Парень чувствует огромную вину из-
за того, что не может доверить множество карающих секретов лучшему другу.
Просто не может.
Ты — вещь, которой пользуются.
Ты — гребаная подстилка.
Ты — никто.
Крутится в голове из раза в раз, пока неудержимые слезы обжигают щеки.
А если он догадывается в какой квартире я живу?
Тушенцов медленно подходит к входной двери на цыпочках, поглядывая в
глазок. К счастью, пусто. Парень небрежно надевает обувь, быстро проворачивая
ключи и оказываясь в обшарпанном подъезде. И плевать, что в домашней
одежде.
Остается только один выход.


                                                          ***
Истошный звонок в дверь, кажется, нарушает все продуманные планы.
— Че надо.. Руслан? – Даня рассматривает парня, что приперся в одной футболке
и шортах, не считая незашнурованных кед. Тушенцов смотрит в ответ –
естественно, тот тоже одет по-домашнему – белая майка и красные спортивки.
Нил в своем репертуаре.
— Нил.. – брюнет все же надеется, что тот куда-нибудь уйдет и из-за угла
появится мужчина, потому встает на носочки, чтобы разглядеть весь коридор
через его плечо. — А Арсений дома?
— Ты время видел? Бля, нет конечно. – у рыжего сжимается сердце, когда тот
замечает на лице дорожки от слез. — Надо что-то?
— На самом деле нет. – старается скрыть дрожь брюнет, быстро тараторя под
нос. — То есть да. Но можно побыстрее, пожалуйста. Мне сейчас плевать на все
то, о чем мы разговаривали и что на самом деле между нами. – Руслан слегка
краснеет, а Данила с недоумением на него смотрит, пытаясь переварить
сказанную информацию. — Просто.. Впусти меня, прошу.
— Расскажешь на кой хрен – впущу. – Тушенцов от такой несправедливости
поднимает брови.
— Нил, пожалуйста. – просящий голос выбивает старшего из колеи. Рыжий
принципиально не может оставить заплаканного парня одного, даже если до
конца строит из себя неприступного.
— Вот же сука.. – парень тянет за руку младшего как ни в чем не бывало. —
Идем.
— Это вообще не твоя проблема и ты не должен был меня впускать. –
оправдывается брюнет, отпуская дрожащую ладонь. — Я надеялся что Арсений
Сергеевич дома, честно.
— Хули ты плачешь? – Нил встает напротив Руслана, что глупо прячет взгляд и
все время отворачивается. Все также, как в прошлый раз.
— Ничего я не.. – всхлипывает тот, вытирая слезы. — Сейчас все будет
нормально, остается только переждать здесь.
 — И как долго ты будешь сидеть тут? – Даня резко осекается. — Стой, че ты
вякнул? Переждать?
— Он опять вернется. – шепчет младший. —Он вернется и мне пиздец.
— Кто нахуй? – не вдупляет Кашин, не сводя с Тушенцова взгляда. По-
домашнему одетый Руслан, кажется, становился необъяснимой слабостью.
— Рома. – неуверенно говорит брюнет, шмыгая носом. От старшего как всегда
неприятно пахнет едким дымом сигарет за километр.
— Которого я утром чуть не ебнул? – произносит с раздражением рыжий,
поправляя бинты на костяшках рук.
— Я не хочу его видеть. – подрагивает юноша, уставившись в пол. — Но он опять
найдет меня. Он точно знает, где я живу..
— Бля, я не понял, как он ещё ходит после этого? – агрессия рыжего
увеличивается с каждым сказанным словом. — Че ему от тебя надо, поясни, пока
я в состоянии понимать?
— Неважно. – вздыхает Руслан, натягивая спавшую футболку на оголенное
плечо. — Я недолго, если что к Илье уйду.
— Ты остаешься здесь. – Нил тянется к кожанке, накидывая ту впопыхах.
— Куда..
— Заткнись на время, кисунь. – Тушенцов испуганно не сходит с места. — Мне
надо с ним разобраться до конца.
— Нил, не надо.. – продолжает смущенно брюнет. — Я сам разберусь.
— Смотрю, у тебя отлично получается. – язвит старший, снизу вверх оглядывая
его. — Снимай обувь, проходи, не стой как объебанный.
— Не оставляй меня одного. – внезапно выдает брюнет, заставляя Кашина на
секунду усомниться в своих действиях.
— Руслан.. – встревоженно произносит Даня, не скрывая своего волнения за
младшего.
— Хотя, кто ты мне, чтобы меня слушать? – усмехается тот. — Я вообще не
должен был этого говорить.
— Руслан, блять. Я бы остался, но мне надо разобраться с этим долбоебом раз и
навсегда. – Данила быстро расправляется с обувью, не переставая шептать
угрозы. — Я сломаю этому ублюдку шею..
— Почему ты это делаешь? – не до конца понимает Тушенцов, оставляя кеды
рядом с ним.
— А разве, сука, не очевидно? Кофе на плите. Я не успел выпить. Попей,
успокойся. – серьезнее говорит рыжий, силой открывая входную дверь. — Теперь
ты будешь в безопасности.
— Нил! – дверь с хлопком закрывается и в подъезде слышатся только
спускающиеся шаги. Руслан остается абсолютно один в чужой квартире. — Вот
же.. блять.
***
Каждая, проезжающая мимо двора, машина не остается незамеченной. Даня
неприметно наворачивает круги у дома, чтобы не вызвать лишних подозрений.
Расстроенный Руслан с заплаканными глазами все никак не мог выйти из головы.
Спустя долгое время иномарка припарковывается напротив нужной парадной.
Кашин достает из потайного кармана кожанки один из травматов, пряча его в
рукав. На улице темнеет, значит лишних зевак будет меньше.
— Слышь, пидорас! – Даня держит дистанцию, отчего Рома не сразу понимает,
откуда исходит голос. — Куда намылился?


Щелчок. Конец игры.