Глава 36. Граница дозволенного
После той ночи, когда сгорела коробка с прошлым, Лия сидела у камина в абсолютной тишине.
Пламя трещало, играло на её лице бликами, но она не двигалась.
Словно застывшая.
Словно приняла всё, что можно было принять.
И отвергла всё, что не имело больше значения.
Рикардо вошёл в комнату, не издав ни звука.
Он стоял в проёме, наблюдая за ней — за женщиной, которая перевернула его мир, сожгла ложь, впустила в себя боль...
И осталась.
— Совет собирается на следующей неделе, — сказал он. — Ходят слухи, что они хотят предложить тебе титул.
Официальный.
Ты — Бьянки по крови.
Ты могла бы возглавить женское крыло.
Ты могла бы быть...
— Нет, — прервала Лия.
Он замолчал.
Она встала. Повернулась к нему. В глазах — усталость, но не слабость.
— Я не хочу власти. Не хочу места за столом с теми, кто молча позволял убивать.
Я не для этого осталась живой.
Я жена Дона.
Я мать его наследника.
И только это имеет для меня значение.
Он подошёл ближе.
— Они будут пытаться заставить.
— Пусть попробуют, — тихо сказала Лия. — Но я выберу, кем быть. А не они.
⸻
Позже, в спальне, Рикардо стоял у окна.
Он не говорил — просто дышал глубоко, будто сдерживал что-то внутри.
Лия подошла сзади.
Обняла его.
Медленно.
Осторожно.
— Мы не преступники, — прошептала она. — Мы — жертвы чужой игры.
И если ты до сих пор смотришь на меня как на женщину...
Посмотри.
Целиком.
Он повернулся.
Их взгляды встретились.
Без слов.
Без границ.
Он поднял руку, провёл пальцами по её щеке.
— Ты всё ещё хочешь меня?
— Больше, чем когда-либо.
Он ждал.
Но она не дрогнула.
— Тогда докажи, — прошептал он. — Докажи, что мы живые. Что любовь сильнее крови.
⸻
И она доказала.
Сначала — взглядом.
Потом — телом.
Он раздел её медленно, как будто боялся, что всё исчезнет, если поторопится.
Он целовал каждую часть её тела, будто очищал от сомнений.
Она прижималась к нему, будто искала в его коже — ответ на вопрос, который не даёт покоя:
Реальны ли мы как брат и сестра?
— Если мы дети одного мужчины... — прошептала она, когда он вошёл в неё, — это страшно.
Но ещё страшнее — потерять тебя.
Он двигался медленно, крепко держал её за бёдра, целовал губы до онемения.
— Тогда мы узнаем. Найдём ответы.
Но не сегодня.
Сегодня... я просто хочу, чтобы ты снова принадлежала мне.
Она выгибалась под ним, принимала его в себя полностью, будто стирала всё, что было в крови.
Они сливались не как брат и сестра.
А как мужчина и женщина.
Слишком настоящие, чтобы быть проклятием.
Слишком сильные, чтобы отказываться друг от друга.
⸻
Позже, лёжа на груди Рикардо, Лия прошептала:
— Мы должны это проверить. Официально.
Пока он не родился.
Пока мы не передали ему наследие.
— Завтра. Я устрою всё.
Если это правда — мы найдём выход.
Если ложь — я лично сожгу тех, кто придумал эту игру.
Она прижалась к нему крепче.
— Главное — он.
Мальчик, который должен родиться не в тени греха.
А в свете любви.
И Рикардо пообещал:
— Он родится свободным.
Какими не смогли быть мы.