Глава 29. Сделка из прошлого
Кофейня в центре города была маленькой, утопающей в тишине.
Лия выбрала её не случайно: здесь не было камер, охраны, официанты не задавали вопросов.
Место, где женщины встречаются не для светской болтовни, а чтобы однажды сказать:
«Я больше не та, кого ты знала».
Она приехала одна.
Рикардо настоял, чтобы по периметру были его люди, но она сама вышла из машины и зашла внутрь.
На ней было строгое пальто, платье свободного кроя, лёгкий макияж.
На лице — никакого напряжения. Только спокойствие.
Мать уже сидела у окна.
Сгорбленная, с чашкой кофе, с глазами, в которых жили годы боли.
Когда Лия вошла, она поднялась.
— Ты пришла...
— Я не могла не прийти, — сказала Лия. — Письмо было честным. А на честность я отвечаю.
Они сели.
Минуту молчали.
Заказали чай.
— Ты... выглядишь иначе, — сказала мать. — Даже глаза у тебя стали другими.
Глубже. Жестче.
— Так и есть, — тихо ответила Лия. — Жизнь в доме, где выживают, а не живут, не оставляет в женщине ничего лишнего.
— Я знаю.
Я видела, как ты смотришь. Как говоришь.
Ты сильная.
Ты... стала такой, какой я никогда не смогла быть.
Лия опустила взгляд.
— Почему ты тогда молчала? Почему позволила ему отдать меня?
Мать сжала руки.
— Потому что это не было «тогда».
Это началось гораздо раньше.
— Объясни.
Женщина взглянула на неё.
И впервые — по-настоящему открыто.
— Ты думаешь, он отдал тебя за карточный долг?
Нет, Лия.
Это была финальная часть сделки, которую он вынашивал годами.
Ты всегда была для него разменной монетой.
Он растил тебя с мыслью, что однажды «пригодишься».
Ты должна была стать способом укрепить влияние, получить выгоду.
Сначала он хотел выдать тебя замуж за сына своего партнёра.
Потом — продать в элитную школу за границей, спонсируемую мафией.
А потом, когда всё рухнуло, и он стал терять позиции — он просто отдал тебя.
— Значит, я всё детство была инвестиционным проектом?
Мать опустила глаза.
— Я пыталась сопротивляться.
Я пыталась защищать тебя.
Но у меня не было власти.
А потом я сломалась.
Я выбрала тишину.
И жалею об этом до сих пор.
Лия откинулась на спинку стула.
— Ты не пыталась уберечь меня.
Ты пыталась выжить.
Как и все женщины в этом мире.
Я не виню тебя.
Но и не прощаю.
Я просто... отпускаю.
Мать всхлипнула.
— Я знаю, ты теперь с Рикардо.
И ты носишь его ребёнка.
И я знаю, что у тебя теперь всё иначе.
Но если ты позволишь...
хоть раз в месяц...
увидеть внука...
Лия посмотрела прямо в её глаза.
— Если ты хочешь быть в его жизни — начни жить своей.
Не в его тени.
Не в страхе.
А в свободе.
— Я не знаю, как...
— Тогда научись.
Иначе ты потеряешь не только мужа.
Ты потеряешь и меня.
И ребёнка, которого могла бы любить.
Они замолчали.
Чай остыл.
Люди в кафе жили своей жизнью, не подозревая, что за столиком у окна сейчас навсегда меняется чья-то судьба.
⸻
На прощание Лия не обняла мать.
Но сказала:
— Если однажды ты решишь жить — я открою дверь.
Но если ты вернёшься в свой страх — я эту дверь закрою навсегда.
И вышла.
⸻
На улице стояла машина.
Рикардо ждал у капота.
— Как всё прошло? — спросил он.
Лия села в салон, застегнула ремень.
— Я узнала, что была сделкой.
Что отец не просто меня отдал — он меня вырастил, как товар.
Рикардо молча взял её руку.
— Но я выжила.
И теперь... мой ребёнок родится не ради выгоды.
А ради любви.
Он поцеловал её в висок.
— А я не позволю, чтобы с ним кто-то когда-либо поступил, как с тобой.
Лия посмотрела в окно.
Небо было серым.
Но внутри неё уже светило солнце.