Белая тень Нины

Без тебя я — не я, без тебя меня нет
А они говорят, говорят: «Это бред»
Это солнечный яд, золотой лучи
А они говорят: «Надо срочно лечить»

Нина стояла у огромного панорамного окна квартиры Саши, наблюдая, как осенний ветер швыряет горсти опавших листьев по опустевшим улицам Москвы. Неделя у Белова, с его тихим домом за городом, свежим воздухом и спокойными вечерами, пролетела как одно мгновение. Эта идиллия, эта робкая надежда на простое женское счастье, казалась таким контрастом с теми долгими, серыми, промозглыми годами рядом с Виктором. Развод почти оформлен, и Нина Салтыкова, лицо канала "ТВ-Новости",и "Погода на первом" вновь, казалось, обретала свободу – и, может быть, Александра.

Ее лицо действительно мелькало на каждом втором экране в стране. Спортивные выпуски, острые репортажи с места событий, интервью со звездами – Нина была везде. Ее узнавали в магазинах, здоровались на улице, просили сфотографироваться. Но за глянцевой маской уверенной в себе теледивы скрывалась ранимая женщина, изголодавшаяся по теплу, пониманию и… простому человеческому участию.

Сегодня Саша, Александр Николаевич, пригласил ее на теннис. Нина невольно улыбнулась своему отражению в окне. Теннис – это, мягко говоря, не ее стихия. Она гораздо охотнее провела бы вечер в уютном ресторане, обсуждая прочитанные книги, или просто гуляла бы по парку, слушая тихий шепот ветра. Но она знала, что для Александра это было важно. Важно было что-то доказать, переломить, вытащить себя из той ментальной ловушки, в которой он, кажется, застрял.

Она вспомнила их разговор в гримерке после утреннего эфира. Нина сдержанно, но профессионально, доносила до зрителя неутешительные мировые новости: надвигающийся экономический шторм, политические игры, жертвами которых становились обычные люди, трагические события в очередном "горячем" регионе. Ее голос звучал ровно, выверенно, как и всегда, но Александр, стоявший в дверях, заметил усталость в ее глазах.

– Ты слишком близко принимаешь все к сердцу, Нина, – заметил он, когда последний гример покинул помещение. – Нужно уметь абстрагироваться. Иначе выгоришь в два счета.

Нина нахмурилась, задетая его словами.

– Абстрагироваться от человеческой боли? – в ее голосе прозвучало неприкрытое возмущение. – Как ты можешь так говорить?

Он пожал плечами, его лицо оставалось непроницаемым.

– Это просто работа, Нина. Констатация фактов. Не стоит драматизировать.

Именно тогда она поняла, что ее любовь к Александру – это не просто вспыхнувшая вновь страсть, но и… миссия, что ли. Она должна вернуть ему веру в то, что добро все-таки существует, вытащить его из омута цинизма и равнодушия, в который он, казалось, погружался с каждым прожитым днем, с каждым раскрытым делом.

Нина взглянула на часы. Пора собираться. Она надела теплое зимнее платье в мелкий цветочек, под которым угадывался спортивный силуэт, завязала волосы в небрежный хвост, стараясь придать себе максимально непринужденный вид. Накинув на плечи легкую куртку, она вышла из квартиры.

Александр ждал ее у подъезда, облокотившись на капот своего черного BMW. Он был одет в стильный спортивный костюм, темно-синий с белыми полосками, которые подчеркивали его мужественные черты. Уютный шарф обвивал шею, а на голове была теплая шапка, чуть приподнятая, чтобы не скрывать его выразительные черты лица. Редкие лучи зимнего солнца пробивались сквозь облака, играя на его темных волосах, слегка тронутых сединой. Нина невольно залюбовалась им — он был красив, словно герой из фильма.

– Привет, – улыбнулся Александр, заметив ее. – Готова к разгрому?

– Надеюсь, ты не будешь слишком жесток, – ответила Нина, садясь в машину.

Всю дорогу они слушали музыку 90-х. "Руки Вверх!", Ace of Base, Aqua – песни, под которые они когда-то зажигали на школьных дискотеках, чувствуя себя такими взрослыми и независимыми.

– Как будто снова знакомимся, – сказала Нина, прикрыв глаза и подпевая привязчивой мелодии.

– А мы и знакомимся, – ответил Александр, бросив на нее быстрый взгляд. – Ты изменилась.

– И ты тоже, – прошептала Нина, глядя в окно.

Она вспомнила, как они расстались где то три года назад. Нина тогда была молодой, наивной, полна юношеского максимализма и веры в лучшее. Она верила в справедливость, в непобедимость добра, в вечную любовь. А Александр… Александр... Был совсем другим, не такой как она,они были разные, но им комфортно вдвоём. И однажды Нина стала свидетелем того, как он, казалось, равнодушно, с каким-то отрешенным цинизмом наблюдал за умирающим человеком, не по своей воле. Это был переломный момент. Нина не смогла понять и принять его. Она просто ушла, хлопнув дверью, уверенная в своей правоте.

Теперь, годы спустя, она понимала, что совершила ошибку. Нельзя судить человека, не зная, что он пережил. Нужно попытаться понять, что произошло, может тот парень и сам был не промох?

На теннисном корте Александр, как и ожидалось, не оставил Нине ни единого шанса. Он играл жестко, напористо, не давая ей ни секунды передышки. Каждый его удар был выверенным, точным, словно он преследовал преступника, а не играл в теннис с любимой женщиной. Нина смеялась, отбивая мячи как могла, и чувствовала себя… счастливой. Даже несмотря на то, что проигрывала всухую.

– Ты играешь, как блондинка из анекдота, – поддразнил ее Александр, подавая очередной убийственный мяч.

– Зато я получаю удовольствие, – ответила Нина, в очередной раз отбивая мяч в сетку. – А ты слишком серьезен. Расслабься! Ты же не на допросе!

После игры они сидели на скамейке, пили воду и, задыхаясь от усталости, пытались разговаривать.

– Спасибо, что пригласил, – сказала Нина, глядя на покрасневшее от напряжения лицо Александра. – Мне было очень весело.

– Мне тоже, – ответил Александр, глядя на нее с нежностью, которая пробивалась сквозь броню усталости. – Ты знаешь, Нина… Я… я хочу быть с тобой. По-настоящему. Я хочу быть другим.

– Я знаю, – улыбнулась Нина, мягко коснувшись его руки. – Я помогу тебе.

Ее рука была теплой и мягкой, словно луч солнца, пробивающийся сквозь толщу серых, дождевых облаков.

– Я буду твоей белой тенью, Саша, – прошептала она. – Я всегда буду рядом.

На следующий день Нина приехала на работу раньше обычного. Она хотела подготовиться к прямому эфиру, просмотреть последние новости, собраться с мыслями. Но в ее кабинете ее ждал неприятный сюрприз. На ее столе, прямо на стопке свежих новостных сводок, лежала фотография. Фотография с места преступления.

Нина осторожно взяла ее. На фотографии был изображен труп молодой женщины. Она лежала в луже крови, ее лицо было обезображено. Но самое страшное было то, что на стене, за трупом, кровью было выведено одно слово: "ИСКУПЛЕНИЕ".

Нина похолодела. Она не понимала, что это значит, кто мог оставить эту фотографию у нее в кабинете и, главное, зачем?

В кабинет вошла Ольга, ее редактор, с чашкой кофе в руках.

– Нина, привет! Ты чего такая бледная? Плохо себя чувствуешь?

Нина быстро спрятала фотографию в ящик стола.

– Нет, все в порядке, – попыталась она улыбнуться. – Просто немного устала.

– Ну да, конечно, – усмехнулась Ольга. – После выходных-то… Я видела тебя вчера на теннисном корте. С Беловым. Смотрю, старая любовь не ржавеет?

Нина покраснела.

– Это личное, Ольга.

– Да я и не лезу, – отмахнулась Ольга. – Просто будь осторожна. Саша у нас парень с характером. Да и работа у него… не сахар. Криминалист все-таки. Насмотрелся всякого.

– Я знаю, – тихо ответила Нина.

– Ладно, не буду мешать, – сказала Ольга, выходя из кабинета. – Эфир через час. Не забудь про экономический форум. Там сегодня жарко будет.

Нина осталась одна. Она снова достала фотографию из ящика и внимательно ее рассмотрела. Что-то в этой фотографии ее настораживало. Что-то ускользало от ее внимания.

Внезапно ее взгляд упал на небольшой красный предмет, лежащий рядом с трупом. Это был… теннисный мяч. На нем четко виднелось кровавое пятно.

Нина отшатнулась от фотографии, словно обожглась. Теннисный мяч… Кровь… "Искупление"…

Она вспомнила, как они играли в теннис с Александром. Как он был жесток и напорист. Как в его глазах промелькнула та самая грусть, которую она так боялась увидеть.

В голове Нины заметались тревожные мысли. Она не хотела верить в то, что Александр может быть как-то причастен к этому убийству. Но фотография… она говорила сама за себя.

Нина знала, что ей нужно поговорить с Александром. Но как? Как спросить его об этом, не разрушив хрупкое доверие, которое только начало зарождаться между ними?

В этот момент зазвонил телефон. На экране высветился номер Александра.

Нина глубоко вздохнула и ответила на звонок.

– Привет, Нина, – услышала она его голос. – Как дела?

– Привет, Саша, – ответила Нина, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более естественно. – Все в порядке. Просто немного устала.

– Ясно, – ответил Александр. – Слушай, я тут… хотел тебя кое о чем попросить.

– О чем? – спросила Нина, чувствуя, как в ее сердце закрадывается тревога.

– Мне нужна твоя помощь, – сказал Александр. – У меня тут сложное дело. Нужно кое-что проверить. Ты не могла бы…

Нина замолчала, ожидая продолжения.

– Ты не могла бы… приехать ко мне в отдел? – закончил Александр. – Мне очень нужна твоя поддержка.

Нина посмотрела на фотографию, лежащую на ее столе. На кровавое пятно на теннисном мяче. На слово "ИСКУПЛЕНИЕ", написанное кровью на стене.

– Хорошо, – сказала она. – Я приеду.

Продолжение следует ...

Ставти свои реакции, меня это очень радует 💐💗