Опасное притяжение// слово пацана// Турбо

- Валер? - в груди парня засела надежда, слыша чей-то мягкий голос, но эта надежда разбилась на мелкие осколки, когда он открыл глаза, - миленький, ты тут всю ночь сидел? - Таисия Михайловна смотрела с тревогой, поглаживая плечо Туркина, на которого смотреть больно, опухшие и красные глаза, в которых больше не видно той искры жизни, что сияла раньше, когда Еесения была рядом с ним, не здоровая серость лица подчеркивалась скулами, оттеняющие челюсть.

Он встал со стула, отпуская руку возлюбленной, уступая его женщине, пропуская к мать к дочери, - здравствуйте, да, - безжизненный голос бил по перепонкам, болью рассеиваясь в душе Таси, что так переживала за избранника дочери, - вы как? - отойдя ближе к окну, смотря куда-то сквозь, поинтересовался тот. 

Женщина, благодаря которой, в жизни обычного парня с улицы, появился смысл жизни, смотрела с пустыми глазами на дочь, ласково касаясь её плеча, тихо зашептала, - плохо, Валероча, плохо, - услышав ответ, Туркин сжал челюсть, отворачиваясь, пряча лицо. Он ненавидел себя, за то, что произошло, - нет тут твоей вины, милый. Не вини себя. И прости за вчерашнее, не думала, что приехав надень рождения дочки и оказаться в больнице. И Витю прости, он не со зла.

Тот лишь вытер вновь намокшие глаза, подошел к будущей тёще, приседая на корточки, - не забирайте её у меня, она все, что осталось у меня, - уткнувшись в колени женщины, тихо заплакал. Его выдавали только плечи, подрагивали в такт с прерывистым дыханием, - не смогу без неё, не смогу, - Тася сама заплакала, поглаживая парня по голове, стараясь подобрать слова, - я так виноват перед вами..

- Ну, что ты такое говоришь? Никто не заберет Есю, миленький! Мы всё понимаем, не виноват ты! - она сама захлебывалась слезами, да соплями, вытирая лицо рукавом своей блузки, - она ж ради вас сюда вернулась, мы отговаривали, но когда речь зашла про тебя, смирились. Любит тебя, и кто мы такие, чтобы рушить счастье своей дочери, - в палату вошел Виктор, с горечью в глазах смотря то на кровать, где лежит младшенькая их семьи, то на жену с женихом Есении, - Вить, отвези Валерку домой, ему поесть нужно, посмотри, как извел себя! - сквозь плачь просила жена, с мольбой во взгляде.

Мужчина кивнул, но прежде чем увести парня, подошел к дочери и оставил поцелуй на лбу, - поправляйся, дорогая, - после, взяв Туркина под руки, вывел из палаты, как тряпичную куклу и уволок в машину, оставляя жену с дочерью, - Валер, я все понимаю, и знаю, что ты чувствуешь, - он хотел продолжить, но кудрявый, что молчал всю дорогу, перебил его.

- Нет, вы не понимаете меня. У вас другие чувства. Она ваша дочь, а для меня она вся жизнь и единственное, что у меня осталось, - возможно, это прозвучало грубо, с его стороны, зато честно.

Виктор тяжело вздохну, но продолжил, - не изводи себя так, худой, как скелет! Ну, вот очнется она, думаешь, обрадуется увидев тебя в таков виде? Приходи в себя, ешь нормально, спи дома, в кровати, если хочешь, оставайся у нас. Знаем мы, что Еся к тебе собиралась с вещами, чемодан видели, - Дёмин старший с грустью в голосе, осознавал, что его малышка Еся выросла, и собиралась строить уже свою семью, но...

Туркин так и не ответил, сидя на переднем сиденье, сгорбившись и сложив руки на груди, смотрел в окно, разглядывая улочки, по которым они вместе гуляли, прятались от всех, когда только помирились, где она звонко смеялась, убегая от него во время игры в снежки, где они целовались, стоя под фонарем, пока большие хлопья снега витали вокруг них.
Где они были вместе, где они были счастливы. 

Виктор так и продолжал что-то говорить, но Валера не слышал, был окутан воспоминаниями, который сжирали его изнутри, сжигая душу. Он понимал, что если она не вернется, ляжет вместе с ней под землю. Не сможет жить, зная, что она мертва.

Смотря на него полтора года назад, удивляешься, как неожиданное появление сероглазой изменила парня. Буквально поменяв его принципы. Тогда, в октябре 1985, он был тем, кому не нужны серьезные отношения, так, на одну ночь, получить удовольствие и идти дальше, не задумываясь о чувствах тех, кто выкрикивал его имя, лежа под ним.

Конечно, она так же влекла его, не раз представлял ее стонущей под своим телом, но большее удовольствие Валера получал, когда она что-то говорила, рассказывала истории из школьной жизни, про жизнь в штатах, да просто от её голоса по его телу ползли мурашки, не говоря о касаниях нежных рук, что будили его по утрам, перебирая кудрявые волосы.  От смеха любимой его пробирало до самых костей. С ней ему важна душа, а не тело.
Её глаза, сводили с ума, толкающие на безрассудства.

Машина подъехала к девятиэтажке, что стала для Туркина домом, - пойдем, Валер, отдохнешь по человечески, а не на стуле, - отец девушки, помогая парнишке, вытаскивал его из авто, заводя в подъезд и поднимая в квартиру, - Вита, помоги, пожалуйста, - крикнул мужчина, переступив порог.

В коридоре показалась рыжеволосая, с ужасом глядя на друга, - до чего ты себя довел.. - прикрыв рот ладонью, подошла ближе, хватая его свободной рукой, утаскивал в ванную комнату, - я сейчас тебе вещи принесу Матвея, сходи в душ, - оставив его там на несколько минут, вернулась со стопкой белья в руках, - помоешься, на кухню приходи.

Тот, как безвольная кукла, медленными движениями избавился от одежды, открывая истощенное тело, что пропиталась слезами и запахом больницы, залез под горячий душ. Прикрыв глаза, запрокинул голову, дабы воды попадала прямиком на лицо, смывая слезы.

Находясь в этой квартире, ему было тяжело дышать, ощущая призрачный аромат ее духов.

Он никогда так много не плакал, как за последние две недели, даже после смерти матери, которая была всем для него, - мам, помоги ей, прошу тебя, - он шептал в пустоту, надеясь, что женщина, которая как год мертва, услышит его. Скоро её дата, а Валера даже не знает, как поехать на кладбище, да и сможет ли?

Проведя под горячей водой около двадцати минут, вышел, обтирая тело полотенцем, и черт, оно тоже пахнет ею. Сжав челюсть, стараясь унять боль, надел вещи друга, закидывая свои в стиральную машину. Зайдя на кухню, обвел её взглядом, словно видя перед собой, все моменты, что произошли на нескольких квадратных метрах, - Вит, где Дог?

В последнее время, кроме Еси, никто толком не слышал его голоса, и от резкого обращения, Виталина взвизгнула, от неожиданности, - господи, напугал! Давай, садись за стол, покормлю тебя. В качалке он.

Молча уместившись на том месте, где обычно сидела Еся,  заерзал, словно сидит на иголках, - кофе только, больше ничего, мне в больницу нужно, - все так же холодно отвечал парень, проводя рукой по мокрым волосам, пряди которых, скручиваясь в кудряшки, прилипала к лицу. Девушка лишь фыркнула, и пропустив мимо ушей просьбу Туркина, поставила перед ним тарелку с горячим супом, его любимый борщ, на который он смотрел с отвращением. Пища попросту не лезла в горло, вызывая приступы тошноты.

- Пока ты не съешь эту тарелку, черт выпущу из-за стола, ясно? - прошипела рыжая, наливая кофе и поставив его перед Валерой, села напротив, - пойми ты, она живая и скоро поправится, а вот ты такими темпами ласты склеишь! И что нам ей говорить? Ой, да он от тебя не отходи вот и помер? Или как? - после лекции от Ахметдиновой, через силу он начал заталкивать еду в рот, - другое дело.

***

- Добрый день, - вошедший в палату врач, поздоровался с Таисией, что ни на шаг не отходила от дочери, - кем приходитесь больной? -  держа папку в руках,  на которой была приклеена бумажка с надписью «Дёмина Е.В.»,  прошел к койке, осматривая девушку, - гематомы сошли, уже хорошо.

Тася подняв усталый взгляд, медленно заговорила, - мама, а вы лечащий врач, так понимаю? - мужчина с круглыми очками, как у Ивашки из мультфильма «Ивашка из Дворца пионеров», утвердительно кивнул, - как она вообще? Какие прогнозы?

Тот лишь устало потер подбородок, заглядывая в ту самую папку, - анализы-то хорошие, дышит сама, но почему не приходит в себя, мы не знаем, - он с сочувствием поглядывал на женщину, что за два дня себя извела, - она молодая и сильная девушку, просто в нашем случае остается ждать. Слишком серьезное ранение было. Хирурги прекрасно справились, да и реаниматологи тоже,  - Таисия вопросительно взглянула на врача, - вы разве не знаете? Во время операции открылось кровотечение и была остановка сердце. Кровь брат сдавал, чтобы была максимальная совместимость, а сердце довольно быстро завели вновь, - мать побледнела, сжимая юбку на коленях, - извините, но вы в любом случае должны знать об этом. Да, и в карточке написано.

Та лишь кивнула, уставившись на лицо дочери. Заметив легкое движение век, сразу же подскочила на ноги, - вы видели?! ВИДЕЛИ!? - крича, сквозь плачь, хватая мертвенно бледную, исхудавшую руку, - милая, пожалуйста, вернись ко мне, доченька, - голос охрип, горло запершило, но мольба страдающей матери продолжалась, даже сквозь адскую боль в горле, - ты же слышишь меня, подай знак!

Доктор, завидев лично еле уловимое движение век, достав небольшой фонарик и разлепи глаза, светил на зрачки, что начали реагировать на свет, - могу вас поздравить, она и правда вас слышит, будем надеяться, что вскоре и сама заговорит, а сейчас пройдемте-ка со мной, - желая вколоть женщине успокоительно, крепко, но аккуратно сжал ее плечи и потащил в сторону процедурной, где сегодня как раз была Наталья, которая при виде матери своих друзей, засуетилась, поняв, что от нее хотят, - Наташ, уколи ампулу Фенибута, а то боюсь скоро сознание потеряет.

Выполнив просьбу врача, Рудакова присела рядом, обхватив ладонями кисти женщины, - теть Тася, все хорошо будет. Я каждый день тут, за Есей гляжу, - Таисия слабо улыбнулась и кивнула, - вы, главное, не переживайте, сейчас наоборот нужно сильными быть.

Наталья обняла малознакомую ей Дёмину, поглаживая по спине, пока успокоительное не подействует, - вы подруги, да? - молчаливый кивок, и теплые касания, - хорошо, что у моей доченьки такие друзья, - ее голос стал спокойным, холодным, от чего мурашки шли по коже блондинки, - Валерка так переживает, бедный мальчишка, измучил себя, не ест, не спит нормально...

Вскоре препарат подействовал, и Таисия провалилась в сон, прямо на кресле в процедурной. Наталья шумно выдохнув, оставила женщину и направилась в палату к подруге, - привет, милая, - преступив порог, расплылась в улыбке, - у тебя наконец-то затянулись ссадины все, да и синяки сошли, удивительно, что переломов никаких не было, зная, что эти уроды с тобой делали.. - садясь на стул, ладонью провела по волосам Есении, - маме твоей сказала, что мы подруги, она улыбнулась. Ты не переживай, Валера придет, просто, ему тоже нужен отдых, а то сам на себя уже не похож. Отец твой домой к вам повез, в коридоре видела с утра, - проведя монолог, рассказывая что вообще происходит, поцеловала спящую в щеку, - вечером зайду.

***

Когда все-таки Валера осилил несчастную тарелку с супом, схватил остывший кофе и забрав пачку вишневых сигарет из куртки, направился на балкон, проходя через всю квартиру.
Оказавшись в одиночестве, закрыл за собой дверь, ограждаясь от всех, и усевшись на табурет, воткнул сигарету меж губ, поджигая табак. В голове сразу же всплыл образ его возлюбленной.  Воспоминания с вечера, когда они помирились, стоя рядом с больницей, - я скучаю.. - смотря куда-то в небо, что удивительно было без туч, прошептал.

Из потока мыслей его вырвал Матвей, резко распахнув дверь, - здорова, друг, - короткое рукопожатие и резкий кивок, - даже спрашивать не буду, как ты. Сам вижу, - Валера был рад за друзей, что они не находятся в апатии, как он, и продолжают заниматься делами,  - там парни стены покрасили у вас в квартире, - почесав затылок, переводя дух, - в спальне, правда, обои поклеили, девчонки настояли, что так лучше будет. Барахла накупили всякого, приговаривая, что ей понравится, - создавалось впечатление, что имя спящей, ребята, боялись произносить, заменяя милыми прозвищами или местоимениями, - мусор убрали, стекла, в общем, избавились от последствий твоих вспышек, - Туркин лишь кивал, не говоря и слова, - там это, мама в больнице, отец сказал, не хочешь до качалки дойти?  Парни волнуются, да и ты супер старший, все таки, а вечером к Е..мышке.

- к Есе, прекращай бояться произносить имя, она живая, - буркнула появившаяся Вита, - а чем так сладко пахнет? - Валера, вытянул руку, держа пачку сигарет «Вега», - ты разве их курил?  - тихо сказав, кому принадлежит упаковка, глаза старшего брата и рыжеволосой расширились,  - она курила!? Так вот почему ты их взял.. - догадка уколола душу девушки, смотря на мучения того, кто раньше был сердцу мил, - Валер, ты сходи к парням, развейся, если что-то будет, сама лично прибегу,  хорошо? - тот лишь кивнул, и стряхнув пепел, сделал последнюю затяжку и затушив бычок в пепельнице, последовал за Матвеем, пряча пачку в кармане штанов.

Через двадцать минут молчаливой прогулки до подвала, спускались по лестнице вниз, - смотрите кого привел! - Дог, крикнув, отошел в сторону, открывая вид на Туркина, - принимайте, - пацаны срывались с мест, накидываясь на старшего супера, которого видели в последний раз практически две недели назад. Все так же молча, обменялся рукопожатиями,  а на вопрос «как ты?» отвечал кивком, а после, прошел в дальнюю каморку, где сидели Адидас, Кощей, Зима и Марат с Пальто, - Вахит, чайку организуй, на улице колотун, а ты, давай садись, - подтолкнув Валеру к дивану, сам сел в кресло.

- Как она? - тихо спросил Суворов младший, со стыдливыми глаза, перебирая руками какой-то мелкий предмет, искоса поглядывая на Турбо, - врачи что-нибудь говорят? - кудрявый лишь помотал головой, не желая говорить, словно экономия слова.

Вахит, что уже расплескал чай по стаканам, щелкнул в лоб Валеры пальцем, тот же никак не отреагировал, - друг, все понимаю, но так нельзя, - все присутствующие полностью поддерживали Зиму, но знали, на сколько Туркину плохо, - она живая, а это главное. Нужно чуть времени и побежите подавать заявление в ЗАГС, как ты и хотел, - Кащей, что не присутствовал на празднование Нового года, не знал о предложение, открыл рот от удивления, - закрой, муха залетит.

- Я и без вас это знаю. Только вы одного не понимаете, она из-за меня там, дурочка, лучше бы мне мозги вышибли, нежели Еся так мучалась, моя эта вина. Она лежала на операционном столе, истекала кровью, - он сорвался на крик, чем всех напугал, - и блядь это её сердце останавливалось! А теперь лежит, и хуй знаешь, не случится ли что завтра? Я заебался каждую ночь вскакивать с кровати в ледяном поту, из-за снов где она умерла! Правильно дядь Витя сказал, она спокойно жила в Америке, а сейчас.. - из его глаз вновь хлынули слезы.

Макс, что все время сидел молча, подошел к Туркину и схватив его за плече, тряханул, - меня послушай. Да, я не так давно появился в её жизни, но я еще никогда не видел, чтобы девчонка так сильно любила. До нее я не знал, на что способно любящее сердце. Она пожертвовала собой, не для того, чтобы ты себя винил, а чтобы жил блядь, и благодари врачей, что спасли её, а не еби себе мозг, - впервые, за все время, по щеке Макса скатилась слеза, когда голос дрогнул, - прекращай себя винить. Слышишь? Тут вина только на тех, кто поднял руку на девушка, а моя сестра герой. Герой, который все отдаст за родных и это её осознанный выбор, хоть и безрассудный, - тяжко выдохнув, стал говорить тише, успокаивая,- ей нужен ты, а не Америка и спокойная жизнь, уверена, была бы она сейчас здесь, подтвердила бы. Думаешь, сама не понимает, на сколько опасно жить в Казани? Понимает и еще как, но она ради всех вас вернулась, но в первую очередь, из-за тебя,  - Туркин, что изначально ненавидел Острого, внимательно слушал, не перебивая, а после опустил голову на плечо и закрыл руками лицо, скрывая слезы. Тот лишь похлопывая его по спине, сказал, - завязывай, и приводи себя в порядок. Смотреть больно уже.

Парни с сочувствием смотрели на друга, которая с каждым днем выглядел хуже и хуже, - возвращайся к жизни, ты нам тоже нужен, - пробубнил Зима, видя лучшего друга, в лучшем случае раз в несколько дней, ночью возле больницы, - да и мы заебалсь уже за тебя ремонт делать! - каморка заполнилась смехом, а Валера слабо улыбнулся, - вот, другое дело! 

***

Проведя с друзьями около двух часов, сухо попрощался, вспоминая куда идет. Нет, конечно он рад, что увидит любимую, но не её состояние. Подходя к больнице, заметил знакомую зеленую машину, от куда через минуту выскочил Колик, - здорова, Турбо, - протянув руку, ждал того же жеста. Валера, посмотрев пару секунд, протянул в ответ, - ты к Есе? - подтверждающий кивок, и вот, они вместе заходят в здание, поднимаясь в нужную палату. 
Обнаружив там родителей девушки, остались в коридоре, не желая их смущать.

- Доченька, там твой принц пришел, мы пойдем уже, но завтра вернемся, - отец по тому же сценарию поцеловал в лоб, улыбался, поджав губы.
- Набирайся  сил, милая, мы с папой тут, тебя ждем, - она повторила действие мужа и взявшись за руки, покинули палату, - иди, думаю, она ждет тебя, - задержавшись возле сидевшего, на стуле в коридоре, Валеры и Ромы,  потрепала его по голове, когда же Виктор пожал руку.

Заходя тихо, словно боялись разбудить,  Туркин сел на привычное место, поглаживая большим пальцем костяшки девушки, - привет, мышь, - хмыкнул Колик, но как-то с грустью,  - чет ты долго отдыхаешь, не находишь?  Давай выкарабкивайся, ты можешь, я знаю, ты ж боевая. А то твой благоверный скоро к тебе ляжет, с таким темпами, - Валера даже не слышал слов, пока Колик не попрощался,  - давай, Турбо, держись, вернется она скоро.

Промолчав, кивну, и когда Рома уже выходил, Валера прошептал, - спасибо, - послышался смешок. Домбытовец понял, за что прилетела благодарность. Именно он дал пистолет тогда и  отправил к Есе. Оставшись вдвоем, прильнул к обнаженному плечу головой, целуя ключицу, - сегодня с парнями увиделся. Брат твой, Макс, сказал мне одну вещь, о которой я задумался, - проведя пальцами от плеча до  кисти её руки, накрыл ладонью, сплетая в замок и вновь остался с ней до следующего утра. Весь персонал уже смирился с нахождением Туркина в больнице, а старшие медсестры, преклонного возраста, заставляли его хотя бы пряник в рот запихать, да чаем запить.

***

Через пару дней, он как обычно сидел у нее, дожидаясь Таисии и Виктора, который вот-вот должны были появится и сменить парня, он упорно отказывался от затеи, хотя бы днем быть дома и нормально отдыхать,  но затрещина от отца Есении его вполне убедил. Теперь они «дежурят» по очереди, они днем, а он ночью и ранним утром,  - прости, любимая, но сегодня я не приду. У мамы год, на кладбище поеду к ней, - шепча на ухо, уложив голову на привычное место, поглаживал щеку девушки, - не знаю, сколько пробуду, но кудрявая дежурит, поэтому одна ты не будешь, - дверь открылась и там стояли родители, что с теплом смотрели на дочь, рядом с которой сидел Валера, что-то шепча ей на ухо, - ну вот, твои пришли, до завтра, маленькая, и помни, когда ты очнешься, я буду рядом, - поцеловав, как обычно в кончик носа, по негласной традиции, поздоровался с Дёмиными и ушел до дома, попутно заходя в цветочный, купить хризантемы, что так любила его мама. Десять стеблей, обмотанные черной ленточкой. 

Договорившись заранее с Догом, ожидал его возле дома, стоя у подъезда, опираясь плечом о стену, курил вишневую сигарету. Завидев машину друга, заезжающую во двор, сделал пару затяжек и выкинула окурок в мусорку, двинулся на встречу.

Сев на переднее сиденье, держа цветы бутонами вниз, пожал руку, - ну, как ты? - буркнул Матвей, сдавая назад, не имея возможности развернуться, выезжал к дороге, поглядывая в зеркало заднего вида.

- Знаешь, после слов Макса и правда чуть легче стало, даже есть начал, правда, после того,  как теть Тася в очередной раз ложкой в лоб заедет, - Дог залился смехом, понимая о чем говорит Туркин. Смотря на цветы, перевел взгляд на дорогу, что вела к кладбищу, - но уходить из её палаты, каждый раз тяжело. Вдруг очнется, а меня рядом не будет.

Матвей, открыв окно, прикурил сигарету, и сделал затяжку, выпуская дым наружу, - да, что там есть? Ты говорить начал, это уже радует, - вскоре, машины остановилась возле кладбища, - может с тобой сходить?

Завидев ненавистные ворота, Туркин помрачнел и мотнул головой, - сам, если не сложно, подожди, я ненадолго, - Дёмин понимающе кивнул, и заглушил авто, не давая бензину гореть попросту.

Проходя по тропинкам, между могил, шел к определенной, к той, от которой все внутри замирает. «Туркина Дамира Закировна. 28.05.1941 - 18.01.1986.» - привет, мамуль, - ставя цветы в пластмассовую вазу, протер рукавом куртки фотографию, на ней изображена женщина с кудрявыми и длинными волосами, широко улыбаясь, - ну как ты? Год тебе сегодня, скучаю, ужасно... Я женюсь, на Есе, правда, она в больнице, да, ты и сама знаешь, - он было хотел закурить, но вспомнив, как она это не любила, вернул пачку в карман, - дома ремонт сделали парни, правда, я пока даже не видел че там, да как, либо у Еськи, либо у родителей её нахожусь, - резким движением смахнув слезу, шмыгнул, пряча руки в карманы, - представляешь, прямо в новогоднюю ночь предложение сделал. Правда, через сутки ужас произошел, но мы справимся, уверен, справимся, - его пробила мелкая дрожь, когда будто чья-то рука погладила его по щеке, как в детстве, - я так тебя люблю, мам. Мне очень тебя не хватает, прости, что довел, - с трудом сглотнув ком в горле, чмокнул ледяную фотографию, - пойду я, мамочка, но как снег растает, приду уберусь тут у тебя, оградку нормальную поставлю, да памятник хороший, - вновь погладив портрет, облизнул губы, что пересохли от ветра, - пока, мамуль, - парень, перешагнув через оградку, закрыл низкую калитку, плотно прижимая метал, и направился на выход, к машине друга.

Завидев идущего Туркина, завел авто, включив печку. Дождавшись, когда тот сядет на переднее сиденье, не прерывал тишину, понимая, что тот не хочет ничего говорить, но первый издал звук как раз кудрявый, - я нормально, лучше, докинь до гастронома, пожалуйста, водки куплю, да домой пойду. Помину и спать, утром в больницу нужно, - Матвей подбодрившись, улыбнулся уголком губ и двинулся в сторону города, искренне радуясь за близкого друга, который станет полноправным членом семьи.

Купив бутылку горячительного, парень впервые за несколько дней оказался в своей квартире, которая заметно приобрела человеческий вид, благодаря помощи друзей. Как Зима и сказал, в спальне, где стоит двуспальная кровать и ждет парочку, поклеены обои, светло-бежевого оттенка, благодаря девушкам, что сами выбирали рулоны. Кухня же, сменила свою ярко-желтую плитку, на белую. Естественно, её просто покрасили, но все же, выглядит лучше. Весь кухонный гарнитур отмыт до блеска, который был только при покойной Дамире. Ванна с туалетом толком не стали меня, просто все так же вымыли, а вот зал, что был в дальней части квартиры приобрел лучший вид: стены так же обклеены новыми обоями, с персиковым под тоном и мелким объемными узорчиками. Парни где-то отыскали новый сервант, на замену старому, который натерпелся за год от вспышек агрессии Туркина, в моменты, когда его накрывали воспоминания. На диване красовался новый плед, а на стене, где раньше висел ковер, теперь картина, с изображенным домиком и зимней природой, - они даже балкон отмыли, во дают, - зайдя на свою «курилку», оценил Валера, - еще и кресло спиздили где-то, - в углу стояло небольшое креслице, а на полу коврик, - как-то всех отблагодарить нужно, - продолжая разговаривать с самим собой, ушел на кухню, и достав стопку, сел за стол.

После четырех опрокинутых, в себя, рюмок водки, тормоза сорвало, и от всего, что произошло в его жизни, рыдал в одиночестве, напиваясь сильнее. Выпив больше половины бутылки, не соображая, поплелся в комнату, и упав на кровать, отрубился.

***

Больничная палата. 4:37.

Открыв глаза, с невероятной тяжестью, огляделась, стараясь вспомнить, что произошло. Вспыхнувшие воспоминания накатили словно цунами, унося в тот злополучный день, - почему всякое дерьмо происходит в январе-то блядь, - шепча самой себе, ощутила сухость во рту, и дикое желание пить.
С трудом подняв исхудавшие руки, рассматривая их, пока внимание привлекла фенечка, немного не аккуратная, но яркая, - а это-то от куда? - с интересом разглядывая таинственный браслетик, появилась резкая боль, в лобной зоне. И в голове начали всплывать открытки фраз: «не оставляй меня! Ты не можешь!» «сестренка, ты нам нужна, не смей уходить от нас» «Если ты уйдешь, за тобой в след уйду. Рядом лягу.» «Нам тебя не хватает» «я люблю тебя» «Вернись ко мне. Я без тебя сирота» «Ты Герой, сестренка» «придешь в себя, а я рядом буду» «Туркина», коснувшись шеи, проведя пальцами, наткнулась на кулон, которого явно раньше не было. Ощупывая его, поняла, что это буква, - «Т» и где же ты, любимый.. - надеясь, что он спит дома, прикрыла глаза, но так и не смогла уснуть до самого утра.

По ощущением прошло около полутора часа, когда дверь скрипнула, и раздался голос, - привет, милая, я тебе тут пришла капельницу менять, кома комой, но питание нужно, - Наталья бережными прикосновением провела по голове, - как же мы соскучились по тебе. Валерка так вообще, не могу смотреть на него, худущий стал, не ест же ни черта, - открыв глаза на этом моменте, наблюдала за действиями кудрявой, что стояла ко мне спиной, не замечая, - он придти скоро должен, обычно ночью сидит, но вчера годовщина смерти была, вот его и нет, - она начала медленно поворачиваться, держа стеклянный бутыль. Увидев, как я смотрю на нее, внимательно слушаю и слабо улыбаясь,  выпустила из рук склянку, что с грохотом разлетелась на осколки по полу.

- А я-то думаю, когда заметишь? - кудрявая накинулась на меня, крепко обнимая и рыдая в голос, уложив голову мне на грудь, - я тоже скучала, - гладя ее по волосам, старалась успокоить, - ну всё-всё, я живая, лучше расскажи, сколько дней прошло?

Она подняла на меня глаза, полные слез и горечи, - дней? Милая, три недели как ты тут, - она продолжала плакать. Услышав, «три недели» присвистнула, продолжая гладить подругу худущими руками, - как ты себя чувствуешь? Я сейчас врача позову!

- Слабость и горло першит, а так нормально, - кивнув, Рудаков фурией унеслась и вернулась через несколько минут со стаканом воды, а за ней бежал врач, который когда-то лечил Валеру, - здравствуйте, - он осматривал меня так, будто в музее экспонат, - а можно мне хотя бы одеться-то? Голой не очень классно, да и холодно, - Наталья быстро среагировали и сбегав в сестринскую, притащила свои вещи, что лежали в сумке, еще после нового года, - господи, спасибо.

Надев шорты и футболку, меня уже ждал медбрат, с коляской. Ходить мне тяжело, а точнее, вообще встать не могу, мышцы ослабли за долго время лежки. Меня увезли на МРТ. Проведя практически час в кабинете, меня наконец-то повезли обратно в палату, дожидаться результата, от него будет зависть дальнейшее лечение.

Оказавшись возле нужной мне двери, послышались крики, - Где моя дочь?! - истерический.
Узнав голос мамы, захлопала глаза, когда Димка, медбрат, открыв дверь, закатил меня во внутрь, - вы-то как тут оказались? - родители бросились ко мне, ощупывая тело и лицо, - я это, я! - слабо засмеявшись, обняла обоих за шее, притягивая к себе, - смотрите так, будто призрака увидели, ей богу.

Мамины глаза наполнились слезами, - доченька, как же ты нас напугала! Мы приехали поздравлять тебя, а тут такое! - она держала мои руки, нежно поглаживая, когда и по моим щекам покатились слезы,  - ты, главное не волнуйся, мы найдем врача, тебя поставят на ноги! - видя меня в коляске, на придумывала себе черт пойми что.

- Нет, нет, ты не так поняла, мам, ходить я могу, - пошевелив обеими ступнями, улыбнулась, оглядывая их, - слабость сильная, да и не положено после комы-то шарахаться самой, мне восстанавливаться нужно. Но Карим Игоревич говорит, что я быстро восстановлюсь, спорт все-таки пригодился, - весело хохотнув, попросила Диму помочь пересесть на кровать, - так, ну рассказывайте, что тут у вас? И где мой жених-то?

Родители, что-то смотрели на меня с такой жгучей болью, сидя по обе стороны, и держа за руки, по очереди начали рассказывать, - ну, я, конечно был в шоке, когда узнал, что ты замуж выходишь, доча, - буркнул отец, касаясь кольца на пальце, - И мы про Макса узнали.. - услышав это замерла, слушая дальше, - как он отчитал меня, аж неудобно стало, - вздернув бровь, мол «за что», смотрела на отца, - ох, когда мы с матерью залетели в палату, в твой день рождения, от злости, на Матвея, что втянул тебя, крикнул, о том, что мы увезем тебя, - отец виновато опустил голову, - а там уже и Валерка мужество проявил, заявив, как бы нас он не уважал, тебя не отдаст, - в душе расплылась теплота и желание увидеть любимого, которое и так было высотой до луны, взлетело еще выше, - хороший он парнишка. Любит тебя.

- Я его тоже.

Мама запричитала, - себя винит! Ни ест ничего, худой, как не знаю кто! Спал на этом стуле несчастном, отказываясь от тебя отходить, пока не получит от Вити, потом договорились, мы днем, он ночью, только на это согласился, - она гладила меня по плечам и рукам, - да и ты, тощая, выпишут, откармливать будем вас обоих! - засмеявшись, чмокнула родителей в щеки, наслаждаясь их присутствием.

- Вот, только вины его и правда нет, сама его закрыла, не могла ничего сказать, когда видела, как пистолет на него навели, - хватаясь за воспоминания того момента, рассказывала, - успела только из последних сил за шею его схватить, да спиной повернуться, боль, а потом крик и все, ничего не помню больше, - пытаясь хоть как-то вырвать какие-то фрагменты из памяти, выпалила, - даже не думайте, я реально никуда не уеду. Мне все равно насколько тут опасно. Моя семья здесь, - они лишь грустно кивнули, зная, что спорить со мной бесполезно.

В палату залетел Карим Игоревич, тот самый, что спас мою жизнь, - Есения! МРТ показало, что нарушений головного мозга нет, да и пострадавшие органы тоже замечательно себя ведут, вот, смотрите, - держа снимок напротив окна, обвел ручкой поджелудочную железу и желудок - вот там точка небольшая, это как раз от пули, она застряла при выстреле, задев желудок, поэтому было сильное внутреннее кровотечение, - переведя ручку на снимок мозга, обвел его полностью, не выделяя определенные участки, - тут вообще все замечательно! Поэтому, думаю еще недели полторы - две и спокойно домой, больше вид твоего мальчика я не вынесу! - мы залились смехом, когда в палату влетели Наталья и два моих брата, останавливаясь на мгновение, и кидаясь ко мне, - мальчики!

- Есенька, маленькая, - Матвей плакал, крепко обнимая меня вместе с Максом, - как же я боялся тебя больше не увидеть, дурочка, не смей так больше делать! - обняв обоих в ответ, заплакала с ними, - сумасшедшая! Честно слово, что за черт сиди в тебе? - Дог продолжал причитать, утыкаясь носом в волосы, шумно вдыхая.

Макс тихо зашептал, - я еще ночью почувствовал, еле дотерпел пока Натаха наберет, - гладя мои волосы одной рукой, второй сжимал пальцы, - напугала ты нас всех, до ужаса напугала. Когда ощутил бешеную боль в спине, в тот вечер, сразу понял, что случилось.

Родители пересели с кровати, дав парням сесть рядом со мной, - где Валера? - смотря на братьев по очереди, нетерпеливо ждала ответ, но в палату ворвались Женя и Вита, а за ними спешил Вахит, - чет вас много на один квадратный метр, - получив в лоб от Женьки, громко засмеялась, болтая ногами, что не доставали до пола, - и я скучала!

Виталина потрепав меня по голове и чмокну в щеку, сказала, что дома меня ждет сюрприз на мой день рождения, который я благополучно проспала, - Дёма, я тебя сама убью, - шикнула Синица, крепко обнимая за шею, - но не сейчас. Прости меня, если бы не я, - перебив ее тем, что тут нет вины не её, не Валеры, щелкнула по носу, - мы вам такую красоту в квартире сделали! Слава богу раньше Вовы и Вахита купили обои, а то они хотели синие, ты представляешь? - на причитания подруги, я лишь смеялась, держа ее за руку, когда Зима подошел ближе.

- Ну, всё-всё, дай меня ее обнять! Я тоже скучал, ващет! - он заграбастал меня к себе, крепко прижимая, - дура ты, Еся, ужас просто, перемячики мне не сделала и тут отлеживалась! - услышав про его любимую выпечку залилась задорным смехом, тыкая его в живот,  - поэтому, ни че не знаю,  выходишь от сюда и делаешь мои перемячики!

***

В это же время. Квартира Туркина.

Проснувшись от невероятной долбежки в дверь, создавалось ощущение, что долбят по голове. Сползя с кровати, направился в коридор и открыв дверь, увидел запыхавшегося, взволнованного Марата. Страх заполз под ребра, - что случилось?!

- Очнулась, - все, больше я не слышал ничего, пока напяливал вещи и закрывая дверь, слетал с лестниц вниз, на улицу.
Бежав так, словно за нами гонятся, слышал свое сердцебиение, сквозь тяжелые вздохи. Оказавшись возле больницы, завидел Кощея с Адидасом и Айгуль, и мы все вместе направились в нужную палату, - первые заходите, иначе я не подушу к ней потом никого.

***

Когда Карим Игоревич ушел, начался очередной спор Жени и Вахита, - да, поэтому я тоже соскучилась, - шикнув Виталине, сидевшей рядом, взглянула на родителей, что святились от счастья бегая глазами от сыновей ко мне. Все дети рядом.

И в очередной раз, дверь распахивается, с грохотом ударяясь о стену и на меня летят три лба и хрупкая Гуля, которая уже захлебывается слезами. Никита, как и всегда целует в макушку, это куда больше слов, Адидас крепко обняв за плечи, отходит, уступая место Маратке, что сразу же обвивает меня своими лапами и шепчет, лишь бы не слышали другие, - прости, прости, что я не приходил. Не мог я тебя видеть в таком состоянии, - я лишь понимающе киваю, не держа обиды, глажу по коротким волосам, улыбаясь во все тридцать два. От этой атмосферы мне стало легче, и слабость отошла на второй план, - и фенечку я сам сплел, Гуленька показала, - чмокнув его в щеку, ощутила, как мне не хватало лучшего друга.

- Ты наверное не помнишь, - начала Айгуль, немного успокоившись, крепко хватая меня за руку, - но ты, Еся...Я восхищаюсь тобой! Ты самоотверженная, и это достойно уважения.. пожертвовать собой ради любимого, - и она вновь заплакала, утыкаясь в мое плечо.

- А где два моих архаровца? Валера и Лёшка, - Вита оповестила, что Лёша в школе, но про Валеру никто не говорил, - так, что уже случилось и где мой будущий муж?! Если вы прямо сейчас не ответите, с вами будет тоже самое, что и со Зверевыми! - развернувшись спиной к двери, недовольно смотрела на братьев, когда послышался скрип двери и голос.

Мой самый любимый голос.

- Девочка моя, ты только в себя пришла, а уже строишь всех? - резко повернувшись, застыла, смотря в зеленые глаза, по которым невыносимо скучала. Секунда, я подрываюсь к нему, забыв о слабости в ногах, и падаю ему в объятия, заливаясь слезами, задыхаясь, - маленькая моя, любимая, - его губы блуждали по моему лицом, а руки нежно сжимали кожу на талии. Я чувствовала, что и он плачет, - как же я скучал, принцесса. Не смей больше меня оставлять, - помотав головой, чувствовала, как его пальцы зарылись в волосы,

Родные решили оставить нас, покинув палату, понимая, что нам нужно время побыть вдвоем. Только дверь захлопнулась, Валера подхватив меня на руки, сел на кровать, устраивая меня на своих коленях, - маленькая, прости меня, я не должен был этого допускать, - он все еще винил себя, а от этого больно становилось мне, - ни за что в жизни больше не допущу этого, клянусь тебе.

- Душа моя, не говори глупости! Ты не виноват, я бы не смогла просто смотреть, как тебя убьют, да и жить потом тоже, - прижимаясь к нему, целуя скулу, что стали еще острее, - зачем ты так себя извел, глупый? - теперь я понимаю, о чем говорили мама с Наташей, - иссох весь! - он лишь расплылся в улыбке, смотря мне в глаза.

Придерживая меня за талию рукой, вторую положил на затылок, - не ругайся, - он накрыл мои губы своими, утаскивая в жаркий поцелуй, наполненный тоской друг по другу. Его блуждающие, горячие руки исследуют  мое тело, словно он никогда к нему не касался прежде, залазя под футболку, не трогая грудь, которая так желала этого. Мои же оказываются на шее, притягивая ближе, когда его язык бесцеремонно проникает в мой рот, жадно исследуя.
Ощутив движение на внутренней стороне бедра, и выросший, в его штанах, бугор, который упирается мне в ягодицу, поняла, что если мы сейчас не остановимся оба, переспим прямо в больничной палате, пока наши родные стоят за дверью, - Валер.. - с трудом оторвавшись от его губ, старалась восстановить дыхание, - я тоже хочу, но не тут. Не на твой кровати,  где я валялась полу мертвая и точно не в больнице! - он захохотал, целуя в кончик носа, - как я люблю, когда ты так делаешь...

- А я люблю тебя, - смотря в мои глаза, расплывался в улыбке, - каждый день мечтал скорее вновь увидеть эти глазки, - его руки все еще ласково гладили кожу, пока та ладонь, что была на спине, резко не остановилась, - позволишь? - кивнув, он задрал футболку, там был шрам, от вошедшей пули, - маленькая.. Будем дома, всю расцелую, ясно? - рассмеявшись, довольно кивнула, - я тут пока с тобой был, парни, да девушки подсобили, квартиру в человеческий вид привели, обои там поклеили, стены на кухне покрасили, отмыли всё, чтобы ты в чистоту приехала, - вздернув бровь на словах про обои и стены, напряглась, зная, как парни выбирают цвета, - не волнуйся, всё выбирала святая четверка, из Наташи, Виты, Жени и Айгуль! - довольно кивнув, кротко чмокнула в губы, когда в палату, вновь кто-то ворвался. На этот раз это был Лешка.

Пересадив меня на кровать, со своих колен, предупредил, что коро вернется и куда-то унесся, - ну, что встал-то, как вкопанный? Иди ко мне! - детские руки вцепились в футболку на спине, когда послышались всхлипы, - ты чего, маленький мой? Все ж хорошо! - поглаживая мальчишку по голове, улыбалась, зная, что он все время был с моими родителями и Матвеем с Витой, - ты не знаешь, с документами разобрались? - интенсивно закивав, оторвался от меня, смотря снизу вверх.

- Я очень переживал за тебя и скучал! - он вновь захныкал, - мы все в ту ночь думали, что больше не увидим тебя.. - затащив его снова в свои объятия, шепча дала обещания, что больше никогда его не оставлю.

***

Выбежав из палаты, парень помчался в туалет, желая скрыть то, чем они занимались наедине, когда Виктор попытался остановить, тот лишь крикнул, - минуту! - скрываясь за деревянной дверью. Парни с девушками, поняв сразу, залились смехом, наполняя им коридор.

- Это что было? - смотря на жену, которая тоже все поняла, стояла красная от смущения, прикрывая рот, хихикала, - Матвей, в чем дело-то? - потерянный вид отца еще больше будоражил молодежь.

- Это любовь, пап, - улыбаясь, Дог приобнял рыжую и подмигнул отцу, - тебе напомнить, что они без пяти минут муж с женой? - резкое осознание в глазах Виктора, и по новой волна смеха. Он так же покраснел, только вряд ли от смущения, скорее от гнева.

- Да, я его сейчас! - ласковая рука жены легла ему на плечо, когда дверь туалета открылась и от туда вышел расслабленный Туркин, - я тебя придушу сейчас! - Виктор погнался за Валерой, а тот от него. Понятное дело, что все это было лишь шуткой, а может и нет, кто знает? - Валера, придушу!

- Да, ну, дядь Витя! Ничего не было, клянусь! - прячась за, только поднявшейся на этаж, Рафией Закировной, держа женщину за плечи, оправдывался, - слово пацана, не было! - Дёмин старший успокоился, когда заметил женщину преклонного возраста, что с шоком на лице застыла, осматривая всех, - теть Рафи, вы к Есе? - подтверждающий кивок, - я вас проведу!

Отец девушки все так же тяжело дышав, подошел к супруге, - ну, что ты устроил? - задорно шикнула она, влепив подзатыльник мужу, - они не дети уже, смирись!

***

Разговаривая с Лёшкой, узнавая о его успехах в школе, с коридора донесся жалобный вой, - поможешь посмотреть, что там происходит? - мальчишка кивнул, и перекинув мою руку, укладывая на плечо, придерживал, когда вышли из палаты, - вы чего раскричались? - стоять было тяжело, даже при помощи. Мышцы еще не привыкли. Заметив женщину, что стала мне бабушкой, расплылась в улыбке, - теть Рафи! - Валера подвел её ко мне, шарахаясь от взгляда отца, - как вы? - обращаясь к Рафие, которая уже обнимала меня, плача, - ну вы чего?

- Внученька, как же я волновалась! Каждый день молилась, чтобы с тобой все хорошо было! Как вспомню, какую тебя привезли, сердце разрывается, - она поглаживала меня по голове, а Туркин, что подошел со спины, отпихнув Лёшу, придерживал за талию, не давая свалиться на пол, - поправляйся скорее,  да в гости приходи! И на работе тебя уже заждались, - кивнув, мы проговорили еще минут десять, и она вернулась к себе.

- Что вы устроили? Что за крики в коридоре были? - шикнув на отца с Валерой, услышала ответ, от которого сама залилась смехом, - папа...
Он фыркнул, держа маму за руку, - молчи! Для меня ты все еще ребенок!

Они просидели со мной до шести вечера, а потом Наташе пришлось всех выставить за дверь, так как теперь им можно приходить в часы посещения, - да, подожди, кудрявая, дай две минуты! - ворчал Валера, выталкивая ее из палаты.

- Валерий, я жду тебя в коридоре! - кричал отец, что не может принять происходящее.

Кудрявый прильнул ко мне, накрывая своими губами, мои расставляя руки по обе стороны от моих плеч, - завтра приду, - сквозь поцелуй, предупреждал, - пойду, пока твой отец меня не кастрировал, - я залилась смехом, когда он поцеловал в кончик носа, - люблю тебя, до завтра, маленькая, -  уходя, пролепетал Туркин.

- И я тебя! - крикнув в догонку, выдохнула, когда дверь закрылась, - ну и денек..

Минут через десять пришла Наташа, с двумя ароматными напитками, - чай, конечно, хорошо, но лучше бы сигареты были, ей богу! - она фыркнула на мою реплику, ставя кружки на тумбу и запустив руку в карман медицинского хала, вытащила пачку с надписью «Вега» и спички, - от куда!? - радостно пискнув, забрала у подруги сигареты.

- Валера втихаря отдал, чтоб твои не видели, - Наташа закатила глаза, - не спались только! И кури ночью в окно.

Радостно закивав, заныкала «секрет» под подушку, - у меня лучший мужчина!

В эту же ночь, дождавшись полной тишины, докорабкалась до окна, и открыв его настежь, навалилась телом на подоконник, держа губами сигарету. Подкуривая, сделала глубокую затяжку, наполняя легкие дымом, а кровь никотином.

Выдохнув в открытое окно, ощутила волну расслабления, - Господи, неужели.

***

Этой пачки еле хватило на две недели, которые я проводила в больнице, долечиваясь. И вот второе февраля и моя выписка. Я спокойно хожу, бегать не пробывала, конечно, но и времени прошло не много.
Собрав вещи, что за это время натаскала мама из дома, переоделась в свои любимые синие джинсы-варенки, теплый свитер, того же цвета, и зимние ботинки, которые принесла Наташа, как и те вещи, в которых я была в тот день, - сожгу нахер, - злобно рыкнув, резко запихала их в сумку, когда дверь открылась, - я готова, - развернувшись, увидела Туркина, что расплылся в улыбке.
С того момента, как я очухалась, Валера начал нормально питаться и быстро вернулся к прошлой форме, серая бледность исчезла, уступая ровному и здоровому оттенку кожи. Чего не скажешь обо мне, я все еще слишком худая, хоть и питалась по назначенной диете врача.

- Идем, маленькая, нас ждут, - забрав мою сумку и обняв одной рукой за талию, пошли на выход, по пути заглядывая к Наташе и предупреждая, что вечером собираемся у Матвея.
За это время Валера успел собрать мои вещи и с боем отвез их к себе, пока папа пытался прятать сумки, не желая меня отпускать.

На улице ждал Макс с Матвеем, облокотившись о машину, - голубки, едем! Мама нас порвет скоро, - мы расположились на заднем сиденье, закинув сумку в багажник, и поехали домой. Родители решили отметить именно сегодня наш с Максимом день рождения, так как через три дня им нужно улететь. Они так сильно задержались из-за меня, да и у отца работа.

- Слушайте, - Острый привлек внимание, потирая лицо, - я это, свою позвал, ну маму.. вы не против? - он так смущенно говорил, словно это что-то запретное,  высунувшись между передними сиденьями, звонко чмокнула в щеку.

- Конечно мы не против!

Подъезжая к дома, увидела знакомый авто...