24. Детский почерк.
Придя с Лордом на пустырь, что находилась недалеко от родительского дома, спустила его с поводка.
Пока пес носится, в свое удовольствие, я присела на поваленное дерево, достав из сумки книгу, поглядывая на хвостатого друга.
Жуткое ощущение чужого, пристального взгляда, каждый раз отвлекало меня.
Почувствовав неладное, подозвала пса к себе. – Лорд, ко мне! – Он в ту же секунду оказался возле моих ног, интенсивно подминая траву под собой, ложась рядом. – Какой ты молодец, малыш. - Достав из кармана, взятые из дома, лакомства, протянула ему. – Заслужил.
***
Всю оставшуюся прогулку оставалось чувство чужого присутствия. Девушка оглядывалась на каждый, по ее мнению, подозрительный шорох, пока на вернулась домой.
Вымыв лапы псу, насыпала ему в миску еды и оставив Лорда на первом этаже, за поеданием корма, вернулась в свою комнату.
Переодевшись, Еся взяла все ту же книгу, и усевшись на подоконнике, продолжила читать.
Ей с каждым днем становилось все легче, конечно, боль никуда не уйдет, но она учится жить с ней.
***
Девушка сидела дома, готовясь к скорой фотосессии, параллельно готовя ужин родителям, что скоро вернуться.
***
Напевая любимую мелодию, Еся услышала звук открывающейся двери. – Доча, мы дома! – Ринувшись в прихожую, встречая родных, заметила в руках отца конверт, со знакомой маркой. – Это тебе. – Взяв бумагу в руки, увидела надпись: «СССР».
Сердце пропустило удар.
- Я в комнату. – Забыв о еде, что готовилась на плите, безжизненно переставляя ноги в сторону спальни, вскрывала конверт.
«Привет, Есения.» – Детский почерк, от которого внутри все сжалось. – «Это Лампа, ты же узнала меня? Я очень очень скучаю! Без тебя тут всем плохо. Но я пишу не только из-за этого. Мне страшною. Будто что-то страшное происходит, Старшики очень нервные, всегда ходят грустные и злые.
Мне так хотелось рассказать тебе об этом. Мое письмо наверное пришло к тебе. Напиши в ответ, если это так.
Люблю тебя, Еся и очень сильно скучаю.» – По щеке прокатилась слеза. Искреннее детское письмецо, с множеством ошибок, задело свеж зажившие раны.
- Малыш... – Безумно хотелось обнять его, защитить от всего мира, от того опасного мира, в который он когда-то попал, из-за непутевых родителей.
Не услышав стука и звука открывающейся двери, дернулась, от испуга, когда раздался голос мамы. – Милая, от кого письмо? – Повернувшись к ней лицом, взглянула с огромной болью в глазах, закрывая их, в попытках остановить слезы.
Мотав головой, чувствовала, как накрывает истерика. Мама крепко прижимала меня к себе, покачиваясь, стараясь успокоить. – Тш, все будет хорошо, маленькая моя. – Нежные руки гладили по голове, переходя к спине.
- Ма, ему страшно, он же такой маленький. – Голос истерически подрагивал.
Она непонимающе оглядела меня. – Дорогая, ты о ком? – Не в силах произнести слова в слух, протянула ей письмо.
Пробежав глазами по тексту на бумаге, тяжело вздохнула, молча продолжая обнимать меня, пока я не уснула.
***
Проснувшись посреди ночи, Есения, по нескольку раз перечитывала откровения ребенка, который искал некой защиты в лице девушки.
Не важно, был ли мальчуган в группировке, но в первую очередь, он ребенок, которому хочется чувствовать себя в безопасности, чувствовать, что его любит.
***
Она так и не смогла уснуть, прокручивая снова и снова все, что произошло с ней за этот год. То как она поменялась, как смогла вытащить саму себя из того дерьма, в котором жила.
Лишь один вопрос в ее голове «Готова ли я?». Он мучил ее долгое время.
Она так и не ответила на «крик о помощи», не могла. Боялась, но чего конкретно? Что сорвется и ринется к ним? Или наоборот, струсит, прячась, как пугливый кролик?
***
Парень шел не спеша, о чем-то думая. – Турбо! – Его окликнул товарищ, подходя ближе. – Куда направляешься?
Выкинув дотлевший окурок, перевел взгляд, указывая им на ближайшее здание. – Домой.
Сидя в пустой квартире, Валера вновь вспоминал тот момент в мельчайших подробностях.
То письмо, что останется напоминанием о той самой, висело на холодильнике, маяча перед глазами каждый день. А кольцо...Он сохранил его, как и просила девушка.
Оно каждый день с ним. Висит, надетое на цепочку, прячась под одеждой.
Тоска по девушке сжирала его каждый день, желание жить покинуло его еще тогда, когда он прочел строки, посвященные ему. Но она просила жить. И ему приходилось существовать.
***
Прошел практически месяц с того дня, когда родители принесли то злополучное письмо.
Есения каждый день просыпалась, анализируя, из-за чего мальчишке может быть страшно и что там происходит.
Ей начали сниться сны, где Лампа кричит, зовя ее, тянет к ней свои ручки. Она пытается ухватиться, притянуть его к себе, но расстояние не позволяет. Словно отдаляется от него.
До Рождества оставалось всего пару недель, а после и день рождение. Восемнадцать лет. Вроде и жизнь наладилась за это время, но что-то не даёт покоя.
***
Проснувшись одним морозным утром, словно на автомате, девушка собралась и поехала покупать билет. Уж слишком сильно ее задели слова, написанные в том письме.
Чуть ли не бегом, Есения направлялась к кассе. Где-то в глубине она знала, что это билет в один конец.
***
Зайдя в дом, застала родителей, сидевших за обеденным столом. – Мне нужно поговорить с вами. – Думаю, по интонации голоса, они сразу все поняли.
Садясь между ними, взяла за руки. – Мне нужно в Казань. Не могу сказать причину, но правда нужно. Безумно хочу остаться с вами, но сейчас я нужна там.
Мы долго разговаривали, родные не хотели меня вновь отпускать, переживая за мое состояние, но им пришлось смириться.
***
Девушка собирала вещи в чемодан, как и год назад, но только на этот раз была совершенно другая причина, да и она сама была друга.
***
Прощаясь с родителями в аэропорту, непонятное чувство пустоты распространялось под кожей, заполняя изнутри.
Есения прошла зону досмотра, оказываясь в зале ожидания, судорожно прислушиваясь к голосу диктора, что объявлял рейсы.
Услышав нужный, она рванула к нужной двери.
***
Весь полет, что длился семнадцать часов, она провела в раздумьях. Правильно ли она поступает? Как они отнесутся к ее возвращению? Что будет, когда встретиться с ним?
Не дав себе поспать, хотя бы пару часов, дождалась прилета.
***
Проезжая по родным улицам, направлялась к родному дому.
Вскоре машина остановилась возле нужного подъезда. Выйдя из машины, дождалась, когда мой чемодан достанут из багажника, на дрожащих ногах направилась в квартиру. В свою родную квартиру.
Остановившись напротив двери, долго не могла постучать. Решившись, сделала три громких стука, но ответа не последовало.
Простояв там долго время, стучась, отправилась к соседям, с просьбой оставить чемодан у них, до вечера, а сама решила дойти до качалки.
***
Ноги гудели, от долгого ношения сапог, но продолжая идти по заснеженным улочками, разглядывала все вокруг, окунаясь в хорошие воспоминания прошлого.
Практически дойдя до нужного места, мое внимание привлек знакомый силуэт.
Подойдя чуть ближе, узнала Рому. – Если я просто поздороваюсь, у тебя сердце не остановится? – Нервно хихикнув, поежилась.
Колик что-то начал бубнить себе под нос, постепенно увеличивая децибелы голоса. – Это просто галлюцинация, такого не может быть. – После, он все же повернулся ко мне. На мгновение старый друг замер, не веря своим глазам. – Ты шутишь так? Я сплю, да?
Покачав головой в ответ, протянула руку. – Можешь потрогать, я не иллюзия. – Виновато улыбаясь, отвела взгляд.
Рома заграбастал в объятия, крепко прижимая к себе. – Я убью тебя, за то, что ты сделала, но не сейчас.
Мы простояли так какое-то время, пока он не оторвался, рассматривая меня с ног до головы. – Как ты поменялась. – Опомнившись, чуть увеличил расстояние. – Почему ты вернулась? Что вообще произошло за это время?
- Так, давай вечером приезжай, мы все обсудим, а сейчас, я хочу увидеть брата. – Улыбаясь, Рома кивнул, направляясь вместе со мной к двери, что вела в подвальное помещение, занятое Универсамом.
Колик зашел первый. – Всем здорова. Я тут кое-кого привел в гости. Надеюсь, вы не против? – Послышались недовольные мычания.
Знакомый, до боли, картавый голос, приглушенно донесся. – Если это не Еся, выход знаешь где. – Зиму не было видно, но я знала, что это он.
Выйдя из-за спины Ромы, громко и уверенно произнесла. – А если я, то что? – Все парни, что находились в основной части помещения смотрели в мою сторону в полнейшем шоке, не в силах пошелохнуться.
В дальней комнате какое-то время было тихо, но резкие и громкие звуки копошения и падающих предметов, дало понять, что Вахит вот-вот появится.
И правда, огромная железная дверь открылась, и из-за нее показалась лысая голова. Пару секунд зрительного контакта хватило другу осознать, и вот, он уже несётся в мою сторону, сшибая меня с ног. – Вахит, шуба белая! Стирать ты будешь! – Крепко обнимаясь, оба плакали, продолжая валяться на полу.
Сквозь слезы, Зима умудрялся шутить. – Хоть зубами грязь буду отскребать, главное не смей больше так делать.
- Больше не буду, а теперь давай подниматься! – Он помог мне встать, и тут же, в меня вцепился Лампа. – Маленький мой! – Крепко прижимая мальчишку, душа наконец-то успокоилась, видя его здоровым и невредимым.
Лешка, выбравшись из моих объятий, лучезарно улыбался. – Тебе дошло мое письмо? – Кивнув, приложила палец к губам. Он понимающе кивнул, отходя в сторону, дав возможность остальным подойти ко мне.
Многие ругали за мой поступок, но все равно были рады видеть.
***
Рома уехал по своим делам, обещав заехать вечером.
Мы же с Вахитом ушли в дальнюю комнатку, усаживаясь на диван. – А тут ничего и не поменялось. – Проведя рукой по обивке, что давно впитала в себя запах табака, улыбнулась, окунаясь в воспоминания.
- Чай будешь? – Зима по-прежнему разглядывал меня, словно, не веря в то, что перед ним сижу я. – Остальные скоро придут...Даже не представляю, какая будет реакция. Но, надеюсь, никто тебя не убьет.
Звонко засмеявшись, переключила внимание на чайник. – Если твой фирменный чай, то буду! – Он на скорую руку налил горячий напиток, от которого исходил умопомрачительный аромат. – Ну, уж надеюсь, что и правда не убьют.
Долгое время мы сидели, разговаривая обо всем, что произошло за эти месяцы, и я впервые почувствовала себя по настоящему счастливой.
Я скучала. Очень.
Часа через два, из основной комнаты, где была входная дверь, послышались голоса.
Самые родные на свете голоса. И они приближались, бурно что-то обсуждая.
Встав с дивана, ждала, когда парни откроют дверь. Эти секунды превратились в вечность, заставляя дрожать.
- Все будет хорошо. – Вахитушка заметил, что меня трясет, и шепотом подбодрил.
Словно в замедленной съемке, железная дверь, со скрипом, открылась.
Пять пар глаз уставились на меня, остолбенев на месте. – Я понимаю, что поступила ужасно, но может, хотя бы родной брат меня обнимет.
Матвей сорвался с места, отрывая меня от земли и крепко прижимая к себе. – Господи, это не сон. – Шепча, говорил он. В этих словах было столько боли и счастья, что это можно было почувствовать физически. – Не смей больше уезжать, слышишь? – Он продолжать шептать.
Обнимая брата, утыкаясь в плечо, так же шепотом отвечала на его мольбу. – Ни за что на свете. Никогда.
Недовольный голос зазвучал. – Мы все понимаем, брат и сестра, но мы тоже хотим обниматься!
Матвей поставил меня на пол, быстрым движением смахивая слезы, лишь бы никто не увидел.
Марат, Кащей, Андрей и Вова налетели, сжимая крепкими объятиями.
Нет, никто ничего не говорил. На разговоры теперь много времени. А в этот момент хотелось просто молча чувствовать друг друга рядом.
Вскоре, меня отпустили из круга, все, кроме Марата. – Клянусь, когда-нибудь, убью тебя.
***
Мы сидели все вместе, обсуждая прошедшие месяцы.
- Ты очень поменялась. – Брат с улыбкой разглядывал меня. – Шуба, каблуки, косметика, выросла ты. – Он на секунду задумался. – Тебе же скоро восемнадцать. – Уверенно кивнув, саркастично задрала голову, от чего парни залились громким хохотом.
- А где Турбо? – Своим вопросом поставив их в тупик, разглядывала лица, желая разглядеть эмоции каждого.
Из основной комнаты донесся недовольный голос, а через пару секунд открылась дверь. – Пацаны, чем таким сладким несет на всю качалку? –Он повернулся в нашу сторону и замер. И мое сердце вместе с ним.
Медленно поднявшись, подошла чуть ближе. – Здравствуй, Валера. – Дрожащим голосом, тихо поздоровалась.
По коже пробежали мурашки, словно электрические раскаты. Дыхание сбивалось.
Казалось, мы вечность смотрели друг на друга.
Как же я скучала по этим зеленым глазам, моим самым любимым глазам, которые принесли так много боли.
В порыве потянуться к нему, сделать этот первый шаг, осеклась.
- Для тебя, Турбо. – Он развернулся и ушел. Больше ничего не сказав. Молча.
Опустив голову, с ресниц сорвалась слеза, разбиваясь на атомы, об бетонный пол.
- Есь, он просто. – Не дав продолжить Марату, перебила.
- Нет, он правильно поступил, я виновата перед ним, перед всеми вами. – Шумно выдохнув, вернулась на диван. – Все нормально.
***
Словно ошпаренный, я вылетел из подвала, уносясь, как можно дальше.
Я безумно скучал по ней, и вот, она стоит передо мной, желая обнять, но что-то внутри заставило уйти.
Уйти, убежать, скрыться. Не видеть её. Обида и злость смешались под кожей, распространяясь по венам.
Блуждая по району, дошел до дома, который уже не был родным. Он приносил только боль.
Поднявшись в квартиру, прошел в самую дальнюю комнату, оглядывая стены, в которых вырос.
***
Парень взял фотографию, на которой была запечатлена его мама. Такая улыбчивая, счастливая, живая...
Прижав ее к груди, он тихо, лишь бы никто не слышал, обращался к усопшей. – Мам, зачем ты оставила меня? Почему? – Его голос дрожал, как и руки, что сжимали до треска, рамку. – Как мне жить с этим? Как? Скажи мне! – Он сорвался на крик, подрываясь на ноги, круша все, что было вокруг.
Комната в миг стала похожей на поле боя. Разбитые стекла, что вылетели из серванта, разбросанные листы бумаги, альбомы, и он, обессиленный лежал на полу.
Смотря, словно в пустоту, не осознавая, взращивал в себе ненависть к том, что любил до боли в костях. Теперь она враг номер один для него. Ведь она бросила. Уехала. Не выслушала. Она оставила его одного. Словно выброшенный котенок, он так хотел ее любви, ее касаний, ее. Но сейчас, он молил, чтобы она вновь исчезла, как тогда.
Проведя рукой по шее, нащупал цепочку, а на ней кольцо. То самое кольцо. И вновь волна воспоминаний, о том дне, о письме, что Есения оставила напоследок.
***
23 апреля 1986 год.
Когда кудрявый успокоился, взяв конверт в руки, нащупал что-то круглое. Кольцо.
Недолго думая, расстегнул цепочку, что красовалась на его шее, надел колечко и стал носить, как талисман, ведь она и попросила об этом.
***
Он все так же лежал на полу, не слыша, как в квартиру пришел его друг. – Турбо! – картавый голос эхом прокатился, ударяясь о стены. – Ты тут?
Зима прошел по всем комнатам, доходя до самой дальней. – Ну, и че ты тут устроил? – Лысый оглядел спальню, рассматривая последствия агрессии. – Чё убежал? Ты ж сам говорил, как скучаешь по ней.
Не поднимая головы, безжизненным голосом пробормотал. – Завали. Не смей говорить о ней. – Зима, усевшись рядом с другом, закурил, прямо в комнате.
- Чё ты такое говоришь? Наша Еська вернулась! Тут радоваться надо. – Он похлопал друга по плечу, другой рукой стряхивая пепел на бумажку.
Туркин, собрав все силы, что остались, поднялся на ноги. – Если вы хотите хавать её выкрутасы, пожалуйста, ваше дело, но я не собираюсь быть псинкой на поводке, как вы. – Агрессия вновь вспыхнула в нем. – Захотела бросила, захотела вернулась. Такую хуйню терпеть не собираюсь.
Зималетдинов подскочил на ноги, от услышанного. – Турбо, ты ж любишь ее! Понимаю, злишься и все дела. – Он хотел продолжить, но Туркин его перебил.
- Я ненавижу ее. – После этих слова, Зима грустно покачал головой, уходя в коридор.
На прощание крикнул лишь одно. – Жалеть о своих словах будешь. – Звук закрывающейся двери и оглушительное одиночество.
***
Матвей, что сидел рядом со мной, улыбался во все зубы, слушая о том, чем я занималась в штатах, все это время.
Марат, перебив меня, радостно затараторил. – Сегодня же дискач в ДК, давайте сходим? Отметим все вместе! Айгуль с Наташей позовем, они же еще не знают, что ты приехал! Прикинь, как обалдеют! - Все дружно согласились, договариваясь встретиться уже вечером, возле здания Культуры.
Брат помог надеть шубу, поправляя воротник. – Что за пятна на спине? – Он выгнул бровь, отряхивая пыль.
- Это так Зима был рад меня видеть, что повалил на пол. – Улыбаясь, взяла брата под руку, вышли из подвала, направляясь прогулочным шагом в сторону дома.
***
Забрав мой чемодан у соседей, вошли в квартиру.
От вида родных стен, ноги подкосились, дыхание сперло, а в груди защемило. – Еся! – Матвей подхватил меня, не дав упасть. – Ты чего? Плохо себя чувствуешь?
Быстро выпрямившись, дабы не пугать брата, заулыбалась. – Нет, что ты? Просто эта квартира... Знаешь, я думала мой дом там, в Америке, но, когда я туда приехала, в апреле, поняла, что мой дом: этот город, квартира, вы, а там все чуждо.
Старший расплылся в улыбке, притягивая меня в объятия. – Вот и хорошо, теперь все на своих местах, да? – Неуверенно кивнув, почему-то вспомнила взгляд Валеры. Такой холодный, чужой, не знакомый мне. – Так, все! Нужно собираться. – Он помог отнести чемодан с вещами в мою прежнюю спальню. – Я ничего не менял, как все было, так и осталось.
Даже плед, что я скомкала в тот день, бросив на кровать, лежал там же. Хоть Матвей и убирался в квартире, вытирая пыль, мыв полы, но не трогал мои вещи, видом, стараясь сохранить мнимое присутствие меня.
***
Ближе к оговоренному времени, я была готова.
Уложив волосы в легкую, природную волну, приступила к подбору одежды.
Надев черную юбку в складку, сверху натянула точно такого же цвета, водолазку, на ногах красовались высокие сапожки, на шпильке.
Накрасив губы алой помадой, подвела глаза черным карандашом и накрасила ресницы. – Я готова! – Выйдя в коридор, держала в руках бутылке духов.
Разглядывая себя в зеркало, духарилась, создавая вокруг себя нежно цветочный аромат, с нотками сладкой ванили. – Матвей, ты скоро? – Брат появился в коридоре, через пару секунд. На нем была надета олимпийка темно синего цвета, а снизу черные джинсы.
Он на секунду застыл. – Ты превосходно выглядишь, сестренка! Неужели так можно измениться за год? – Смущено хихикнув, потянулась за шубой, серо-белого цвета. – Нет, нет, я помогу. – Брат помог надеть ее. – Мне нужно тебя к себе наручниками приковать, что никто сестру не украл. – Засмеявшись искренне, обняла его.
***
Подъехав к ДК, Матвей помог выйти из машины. Парни уже были внутри. Не дождавшись нас.
Сдав верхнюю одежду в гардероб, направились на громкие звуки музыки. – Как я скучала по такому. – Оказавшись в помещение, где множество молодых ребят танцевало, глазами выискивали наших, пока на меня кто-то не налетел, крепко обнимая.
Когда получилось высвободиться, перед собой увидела Цыгана. – Лапуля! Вернулась! – Его басистый смех грел душу. – Колик тоже здесь. – Он указал в сторону барной стойки, подходи, мы будем ждать. – После, он куда-то убежал. Не дав мне и слова сказать.
Найдя своих, увидела Наташу и Айгуль, что стояли к нам спиной. – Дамы! – Привлекая внимание подруг, виновата улыбнулась.
Они медленно повернулись, не веря своим ушам. Налетев на меня с объятиями, девушки расплакались. – Есюша. – Раздался дрожащий голос Натальи. – Как же мы скучали по тебе. – Отрываясь, взглядом прошлись по мне. – Девушка, вы кто? Где наша мышка, любящая нежные платьишки? – Мы расхохотались, подходя к парням, чьи лица вот-вот порвутся от улыбок.
«Я дома.»
Глазами, старалась найти его, но все было тщетно. Он не пришел.
***
Весь вечер Есения притягивала к себе чужие взгляды, но девушка на обращала внимания, находясь в кругу родных людей.
***
Ближе к концу дискотеки заиграл медляк. Адидас увлек Наташу в танец, Марат Айгуль, Зима танцевал с какой-то незнакомой для меня девочкой, Матвей так же был с довольно симпатичной девушкой.
Отойдя ближе к колонне, наблюдала со стороны, пока чей-то голос не раздался над ухом. – Потанцуем, мышь? - Рома протянул свою руку, утаскивая меня к остальным. – Ты чего такая грустная? Не рада, что вернулась? – Держа руки на моей талии, на ухо говорил парень.
Легонько ткнув его в плечо, улыбнулась. – Нет, ты что такое говоришь? Я рада, что вернулась, просто. – Он перебил меня.
- Просто тут нет его, да? – Грустно кивнув, обняла друга. – Все наладится, вот увидишь. – Он о чем-то задумался на несколько секунд. – Погоди, ты же не собираешься больше уезжать?
- Когда-нибудь все равно поеду в гости к родителям, но мой дом тут, и я больше его не оставлю. – От моих слов, Колик расплылся в улыбку, отрывая меня от пола, крутя по кругу. – Ну, что ты творишь? – Искренне засмеявшись, попросила вернуть меня на замелю.
Когда песня закончилась, все разбрелись, танцуя в своих кругах, я направилась купить воды.
Подойдя ближе, увидела то, что заставило сердце громко застучать, наращивая темп биения.
Валера, в чьих руках находилась девушка. Он обнимал ее, держа руки чуть ниже талии.
Она проводила пальцами по его шее, оставляя на кофе мокрые поцелуи.
Наши глаза встретились на несколько секунд.
Словно в бреду, забрала шубу, и выйдя на улицу, достала из кармана пачку сигарет, что лежала два месяца не распакованная.
Вложив сигарету между губ, подожгла и сделала глубокую затяжку, впуская яд в легкие.
Волна никотина прокатилась по телу, дав хоть каплю успокоения.
- Ну, и что ты опять устроила? – Родной, до боли, голос прозвучал за спиной.
Стряхнув пепел, затянулась, слушая звук сгорающей бумаги. – Что я устроила?
Он оказался в поле зрения, дав себя разглядеть. – Дурой не прикидывайся, Есения. Внимания захотелось? Недостаточно, что ли? – Игнорируя его нападки, продолжала курить, смотря сквозь него.
Турбо, резким движением, выбил сигарету из моих рук, ударяя по коже. – Ты адекватный вообще? Свою подстилку по рукам бей, а меня не тронь.
Улыбаясь, словно скалился, подошел ближе. – Ревность проснулась, что ли? Чувства, да?
Увеличив дистанцию, поднялась на ступень выше. – Валер, что тебе нужно? Зачем ты вышел за мной? Поиздеваться?
Его взгляд изменился, глаза вспыхнули алым, а тело затрясло. – Вышел сказать, что ты мне нахер не нужна. Я тебя ненавижу. – Прошипев это, он ушел обратно, оставляя меня одну. – И для тебя я Турбо! – Крикнул напоследок
- Да, пошел ты нахер! – Крикнув ему в след, почувствовала злость и обиду. – Ненавидишь? Хорошо. Это будет взаимно. – прошептав самой себе. Громко выдохнула, успокаивая внутреннее напряжение.
***
Не знаю, столько пробыла на улице, но пачка сигарет оказалось полупустой, когда из ДК вышли Универсамовские. – Есь? Ты чего ушла? – Помотав головой, натянула улыбку. – Идем в качалку? Старшие предложили отметить твой приезд. – Марат приобнял меня, заметив, что что-то не так.
- Конечно идем! Гуль, ты с нами? – Подруга сообщила, что ей нужно домой, строгие родители
Суворов побежал провожать возлюбленную, предупредив, что скоро вернется.
А мы, большой и шумной компанией двинулись в «штаб», правда, Матвей уехал на машине, решив оставить ее возле дома.
По пути зайдя в магазин, Вова с Кащеем купили алкоголь, звеня пакетами, точнее, тем, что внутри, спустились по лестнице в качалку.
Когда все уже расселись по все возможным местам, входная дверь распахнулась и там показался Туркин. – Извинюсь, за задержку, даму провожал. – Он, с саркастичной улыбкой, взглядом выцепил меня. – О, Есения, что, пьем за твое фееричное возвращение? – Схватив стоящую бутылку крепкого алкоголя, сделал несколько больших глотков. – С приездом!
Зима резко вскочил со стула. – Турбо. – Он подошел ближе. – Прекрати.
Похлопав Вахита по плечу, Туркин плюхнулся на свободное место, недалеко от меня и молча наблюдал, попивая горячительный напиток.
Никита закатил глаза, и перевел взгляд на меня. – Ну, Царевна, делись, чем занималась, кроме работы? – Кащей приобнял за плечи, слегка взъерошив мои волосы.
- Большую часть времени проводила с Лордом, родители взяли пас из приюта, немецкого дога. Безумно умный, преданный. – Послышался смешок. – Я что-то смешное сказала? – Повернувшись взгляд на кучерявого, выгнула бровь. Он лишь помотал головой, поднимая руки, натягивая улыбку. – Пару раз виделась с ребятами из школы, представляешь, даже бывшего встретила, торчит до сих пор. –Специально сказав про Остина, метнула глаза на Туркина. Он тяжело задышал, а ноздри от злости расширились. – Отец часто таскал с собой, на посиделки с его друзьями и их детьми. Один из сыночков какой-то шишки местной, цветами заваливал, пока не встретил меня на улице с Лордом и не лишился своих ручонок, когда песель кинулся на него, защищая меня. – Ребята начали смеяться, кроме Валеры, что смотрела на меня исподлобья.
- Не удивительно, ты ж недотрога. – Он подал голос.
Не обращая внимания на откровенную провокацию, обратилась к остальным. – Какие планы на новый год?
- Все по классике, сестренка. – В качалку зашел Матвей, а за ним и Марат. – Соберемся все вместе, наготовим чего-нибудь и будем отмечать. – Сев на стул, взял в руки стопку. – Больше интересно, как будем отмечать твое восемнадцатилетие?
Хмыкнув, впервые задумавшись об этом. – Знаешь, наверное, днем с Ромой встречусь, а вечером соберемся у нас, я приготовлю все, а с вас главное присутствие, это будет лучшим решением.
Марат хитро заулюлюкал, - че у вас с Коликом, а, Мышка? – Треснув друга по руке, прищурилась
- Кстати, да, что с Коликом? – Туркин пытался вывести меня из себя. Он все так же прожигал меня ненавистным взглядом.
Не выдержав, развернулась, чтоб видеть его полностью. – Слушай, тебе что от меня нужно? Ты сказал мне все, что хотел, а теперь будь добр, закрой свой свисток, пока я тебе сама его в баранку не скрутила. – Все присутствующие ошарашено смотрели на меня, явно не ожидая подобных слов. – Хоть спать буду с Ромой, тебя это больше не касается!
- Ух ты, у маленькой мышки прорезались зубки, да? – Подскочив на ноги, оказываясь рядом с парнем, отвесила звонкую пощёчину. – А это ты зря.
- Турбо! Рот. – Не дав брату встрять в наши личные разборки, процедила «Я сама.», со злостью глядя на кудрявого.
Турбо встал с кресла, вырастая словно стена.
Нагнувшись ко мне, прошептал на ухо, лишь бы это слышала только я. – Смотри, не заплачь. – От него несло перегаром. – Хотя, Колик пожалеет.
- А ты изменился, Турбо. – Точно так же шепнув, отдалилась от него, садясь обратно. – Ребят, все хорошо, не заморачивайтесь, просто у него настроение плохое. Девушка, видом, не дала, вот и бесится. – Старшики и супера начали в голос смеяться. – И знаете, даже понимаю, почему не дала! – Встав, забирая со стола стакан с вином, прошла в сторону Туркина. – Мерзко спать с наркоманами. – Залпом выпив, с громким звоном, поставила стакан на стол. – Да, Валер?
Не поняв, как он оказался рядом, схватил лицо рукой, пальцами сжимая щеки. – Ты нихуя не знаешь, чтобы пиздеть подобное. А, ну да, ты ж великомученица, настрадались больше всех бедненькая. – Слишком близко приблизившись к моему лицу, процедил сквозь зубы. – Как же я тебя ненавижу. Двуличная, мерзкая и скользкая. Приперлась, извинилась перед всеми и думаешь всё? Все резко забыли, какую хуйню ты выкинула, но не я. – С каждой секундой он все сильнее сдавливал щеки, до болезненных ощущений.
Почувствовав, как зрачки задрожали, не поняла, кто оттащил его от меня. – Ты че творишь блять? – Матвей орал на старшего супера, желая врезать ему, но рядом стоявший Адидас старался сгладить углы. Он вытащил Дога и Туркина на улицу, дабы разобраться.
Наташа, взяв меня за руку, посадила на диван, аккуратно разглядывая следы от пальцев на моей коже. – Синяки будут...
Махнув рукой, не обращая внимания на ноющую боль, попросила Никиту налить еще вина. Он нехотя выполнил мою просьбу, протягивая стакан с бордовой жидкостью. – Ты как, царевна? Не испугалась?
Мотнув головой, улыбаясь, взглянула на друга. – Кого боятся? Его? Много чести.
***
Весь состав УКК был в ступоре, от увиденной сцены. Никто не ожидал, что, когда-то, до боли, любящих человека, будут плеваться желчью, с ненавистью смотря друг на друга.
Но появившееся напряжение скрылось, когда на пороге появился Жёлтый с Коликом.
***
Вадим смотрел на меня с удивлением. – Колик, я думал, ты брешешь, а нет! – Он похлопал товарища по спине. – Ну, иди сюда, обниматься будем!
Вдоволь на обнимавшись с Желтым, села обратно на диван.
Рома, что уселся рядом, сгоняя Сутулого, закинул руку на мое плечо, слегка притягивая к себе. От этой картины, Кащей глянул с не скрытым осуждением.
- Не понял, что у тебя на щеке? – Колик, мягко взяв за подбородок, оглядел мое лицо, замечая проявляющиеся синяки. – Кто это сделал? – Его голос сразу же изменился. – Он?
- Ром, не нужно. Матвей уже разобрался, не лезь в это. – Друг явно хотел что-то сказать, но Дог с Адидасом и Турбо вернулись с улицы.
- Еся, домой. – Злой брат сверлил меня взглядом. Его бы воля, думаю, на месте придушил.
Нехотя попрощавшись со всем, гордо накинула шубу, выходя на улицу, ожидая брата.
Матвей вышел через пару минут, хватая мою руку. – Что вы устроили оба? Любовь до гроба была, а сейчас что? Ненависть до крови? – Не отвечая ему, старясь усмирить агрессию внутри себя. – Че ты молчишь?
- Матвей, давай не сейчас. С тобой ругаться я не хочу. - Взяв брата под руку, напивая песенку, шурша снегом, направлялись домой, под пушистым снегопадом.
***
Придя домой, быстро переоделась и решила заварить чай.
Поставив чайник кипятится, включила магнитофон, и под любимые песни, пританцовывала. Раздавшийся звук телефонного звонка отвлек, а из ванные выкрикивал брат. – Мыша, ответь на звонок. – Недовольно фыркнув, прошуршала в коридор.
- Алло? – Из трубки доносился нервный голос Зимы.
- Есь, где Дог? Он нужен срочно на базе. – Закатив глаза, крикнула Матвея, сообщая о причине звонка.
Тот выскочил из ванны в полотенце, выхватывая телефонную трубку, махая рукой, мол «иди».
Свист, что шел из кухни, напомнил о чайнике, и я побежала наливать чай.
Сидя за столом, наслаждаясь ароматным напитком, заметила, как брат замельтешил. – Моть, все хорошо? – Он буркнул, что-то невнятное.
Крикнув «Буду утром», выскочил из дома, захлопывая дверь. – И что это было? – Пожав плечами, взяла кружку, ушла к себе в спальню.
Включив телевизор, достала кассету с фильмом «Где-нибудь завтра».
***
Около полутора часов, девушка смотрела кино, поедая конфеты, что нашла в закромах кухни и попивала чай. После же, поменяла постельное белье и приняла решения сходить в душ.
***
Стоя под горячими струями воды, услышала, как в дверь кто-то начал настойчиво долбиться. – Кого принесло блять в такое время... – Выключив воду, быстро укуталась в махровое полотенце и побежала смотреть, кто явился.
Глянув в глазок, увидела Вахита.
Быстро провернув щеколду, открыла дверь.
На пороге появился Зима, что держал Турбо. – Ну, и че, вы, собственно, приперлись в, - Метнув взгляд на часы, протараторила. – в три часа ночи?
Совершенно не обращая внимания на Туркина, который мямлил, что-то невнятное, сверлили взглядом Зималетдинова. – Есь, помощь твоя нужна. Дог к тебе отправил. – Он кивнул на Валеру, и только сейчас заметила, что по его голове стекает кровь.
- Еб.. Тащи в ванну его! Я сейчас. – Метнувшись в спальню, быстро надела домашнюю одежду и взяв аптечку из шкафа, вернулась к парням. – Что случилось-то? – Помогая снимать куртку, поинтересовалась у Зимы.
- Да, на самом деле, ничего сверхъестественного. – Стаскивая свитер с Туркина, пролепетал Вахит. – Шли уже в сторону дома, мы ж рядом живем, ну и увидели, как чужие по району шныряют. Пошли разбираться, а там ему уже и по башне чем-то въехали. Щас авторы разбираются.
- В больницу-то не судьба было отвезти его? – Недовольно пыхча, смотрела на лысого – Наклони его над ванной.
Послушно выполняя мои указы, Зима ответил на мой вопрос, глупо улыбаясь. – Да, там народу до хрена, вот к тебе и отправили.
Недовольно закатив глаза, потянулась за лейкой душа. – Держи его.
Начав полевать голову Туркина, он зашипел, хватаясь за мою ляжку, сжимая ногу. – Больно, блять! – Шикнув на него, достав перекись, вылила практически пол бутылька, дабы обеззаразить.
Сильнее сжимая мою ногу, шипел, от неприятных ощущений.
Промакивая волосы полотенцем, собирая влагу, намочила вату остатками перекиси, и приложив к ране, замотала бинтом. – Ему лечь нужно. Давай отведем в зал, проспится и утром уйдет.
Зима кивнул, перекидывая руку Валера на свое плечо. Повторив за лысым, потащили тушу Туркина в зал. – Удивительно, после такой грандиозной ссоры, ты еще и помогаешь.
- А что ты предлагаешь, выгнать вас и ебитесь с этим сами? – Пыхча, уложили раненого на диван, аккуратно кладя голову на подушку. Тот моментально вырубился, почувствовав мягкое. – Чай будешь?
- Не, спасибо, Еся, домой пойду, спать охота. – Кивнув, проводила друга, а сама отправилась в спальню.
Проходя мимо зала, обратила внимания, что Туркин свернулся комочком, слегка подрагивая. – Ну, еб твою. – Достав одеяло, укрыла его и ушла в комнату.
Упав на кровать, вскоре уснула, даже не заметив.
***
Утром, проснувшись от шума, сползла с кровати, укутываясь в плед, вышла из комнаты.
Туркин, качаясь, сносил разные предметы, направлялся на балкон. Тихо проследовав за ним, дождалась, когда он закурит. – Ты тише-то ходить не можешь, да? – Он дернулся, не ожидая услышать меня. – Я, вроде, не страшная, чтобы меня боятся.
Затянувшись, выдыхая дым мне в лицо, ухмыляясь, ответил. – Нет, ты не страшная... Ты безмозглая, раз подходишь к группировщику со спины. – Показав средний палец, выхватила пачку, достав оттуда сигарету, зажала ее губами, поджигая. – Курить, вижу, начала.
Кивнув, не желая разговаривать, смотрела, на проходящих по улице, людей, которые спешили по своим делам.
- А че я вообще тут дела? И что у меня с головой. – Засмеявшись в голос, покрутила у виска. – Че ты ржешь? На вопрос ответь.
- Пить меньше надо, будешь помнить. – Затушив бычок об пепельницу, зашла в квартиру.
Оставив плед в комнате, направилась на кухню, попутно заглянув в ванную, умыться.
Рассматривая лицо в зеркало, глядела на появившиеся синяки на щеках. – Урод. – Прорычав, достала мазь, нанося на кожу.
***
Стоя у плиты, готовила завтрак. Обычный омлет.
Положив горячую в тарелку, поставила на стол, отворачиваясь, дабы налить кофе.
- Готовить ты не разучилась, вкусно! – Услышав незваного, ночного гостя, раздражённо повернулась к нему. – Спасибо за завтрак.
- Ты че, кудрявый, охринел? – Мое внимание привлекла его цепочка, на которой висело мое кольцо. – Че не выбросил? – Кивком указывая на шею.
Он рывком сорвал цепь, убирая ее в карман, вместе с кольцом. – А тебя это волновать не должно. – Продолжая уплетать еду, рыкнул Туркин.
Закатив глаза, ушла в комнату, собираться.
Сняв с себя домашнюю одежду, оставаясь в нижнем белье, не ожидала, что этот догадается зайти без стука. – Ух ты, для меня разделась? – От резкого появления Туркина, схватила плед, прикрываясь им.
- Вышел вон от сюда, идиот! Стучать научись. – Кинув в него книжку, что лежала на тумбочке, совсем забыла, что в ней лежит совместная фотография с ним.
Она выпала, привлекая к себе внимание. Валера аккуратно поднял, рассматривая снимок. – Че, до сих пор хранишь? – Там были изображены мы, на прошлый новый год.
Выхватив фотокарточку, разорвала ее. – Нет! А теперь, выйди от сюда. – Входная дверь открылась, что означало возвращение Матвея домой.
Вытолкнув Туркина за дверь, закрылась на щеколду.
Быстро накинув светло-бежевые брюки и кашемировый свитер, синего цвета, с небольшим замочком в районе шеи, вышла к брату, на ходу расчесывая волосы. – Матвей! – Голова старшего вылезла из личной комнаты. – Пошли-ка поговорим.
Он неуверенно вышел, направляясь за мной, в сторону кухни.
Сев за стол, указала рукой на стул. – Сядь. – Он выполнил мою просьбу, внимательно изучая мое лицо. – Объяснить не хочешь? – Сведя брови ближе друг к другу, не понимал о чем я. – Ты на кой черт отправил их ночью ко мне? М?
Подавившись слюной, от моих наездов, выпучил глаза. – Тебе трудно помочь?
Фыркнув, вскинула руками, показывая свое недовольство. – Матвей, я не хочу общаться с ним, просто сократить общения до минимума, понимаешь? А ты буквально отправляешь его к нам, оставляя спать тут, маяча перед моими глазами! Меня раздражает он, его характер, да вообще всё! – Шепча, ругалась на брата.
Сделав голос еще тише, подходя ближе, - Прошу, пойми, мне больно. – Посмотрев ему в глаза, надеясь увидеть хоть каплю понимания.
- Есюш, все понимаю, и ты знаешь, как я тебя люблю, но и Турбо мне близкий человек. Не буду же выбирать между вами. – Он взял мою руку, мягко сжимая.
Опустив голову, закрывая глаза, продолжила. – Не выбирай, просто постарайся сделать так, чтобы я не пересеклась с ним, хорошо? – Нехотя, Матвей кивнул.
Чмокнув старшего в щеку, потрепала по волосам. – Ладненько, я побежала! – Он непонимающе взглянул на меня. – Вечером. Все вечером!
Накинув шубу, и застегнув сапожки, выбежала из квартиры.
***
Стоя на балконе, Валера видел, как к дому подъехала знакомая машина. Через пару секунд появился Колик, что оперся об авто спиной, ожидая кого-то.
Подъездная дверь раскрылась, оттуда вышла Есения, и заметив группировщика, нырнула в его объятия.
- Сукин сын. – Туркин сжал сигарету. – Как чувствовал.
Кучерявый не заметил шагов за спиной. – Поверь, мне тоже не нравится это, хоть и отношусь к нему нормально. – Матвей закурил сигарету, наблюдая за удаляющимся авто. – Но, я не буду в это лезть. Захотите, сами разберетесь. Она не маленькая. Но еще один подобный выпад от тебя, Турбо, – Он повернулся к товарищу, – Колени прострелю, уяснил?
Тот лишь кивнул, в знак согласия.
***
- И куда мы едем? – Я нетерпеливо ерзала на сиденье.
Рома улыбнулся, скользнув по мне взглядом. – Секрет, потерпи и скоро увидишь.
Проехав еще минут десять, мы остановились возле городского Театра. – Но, почему именно театр? – Удивившись выбору друга, хлопала глазами.
- Ты, как-то обмолвилась, что хочешь сходить. Вот, выбор пал на Шекспира, надеюсь, понравится. – Он уверенно улыбнулся, выходя из машины.
***
Пробыв в театре порядка трех часов, вышли оттуда под большим впечатлением. – Ром, спасибо тебе огромное! Это было невероятно, честно! - Парень, положив руку мне на плечо, ведя к машине.
- А теперь, поехали поедим. – Он завел авто, и мы двинулись в ресторан.
***
Ужиная в одном из заведений Казани, эти двое с виду напоминали парочку влюблённых, но на самом деле, они искренне дружили.
Ближе часам к десяти вечера, выйдя из заведения, Роман попросил подождать его в машине, сославшись, что ему нужно забежать в магазин.
***
Сидя на переднем сиденье, ожидая Колика, заметила знакомую фигуру.
Выскочив из машины, окликнула девушку. – Вита!
Рыжеволоса резко повернулась, и быстрым шагом направилась ко мне. – Мышка? Обалдеть! – Старя подруга крепко обняла меня, целуя в щеку. – Ты, когда вернулась?
Держав ее за руки, улыбалась. – Пару дней назад, как ты вообще? – Хотелось пообщаться, узнать, как она пережила тот ужас.
Но появившийся из ниоткуда Рома, прервал планы. – Еся? – Повернув голову на его голос, увидела пышный букет цветов в его руках. – О, Вита, здравствуй. – Улыбаясь, протянул букет мне.
Виталина растерянно смотрела то на меня, но на Колика. – Милая, я загляну к вам на днях, и мы обо всем поговорим, хорошо? – Кивнув, чмокнула подругу на прощание.
***
Подъехав к дому, они вышли из машины. В руках девушки красовался огромный букет из красных роз. – Спасибо тебе, за этот день. – Обняв Романа, Еся чмокнула его в щеку.
Он просто хотел, чтобы она была счастлива, видя в ней близкого человека.
Разговаривая о чем-то еще какое-то время, не подозревали, что с балкона, пятого этажа, за ними наблюдал Туркин.
***
Зайдя домой, скинула сапожки и повесила шубу, поторопилась за вазой, оставляя цветы на кухонном столе.
Оказавшись в зале, включив свет, взвизгнула от испуга. – Туркин, ты совсем идиот? Что ты до сих пор тут делаешь? – Он сидел на диване, залипая в одну точку, не обращая внимания на меня. – Обдолбанный, что ли?
Найдя вазу на антресоли, вернулась на кухню.
Налила в сосуд воду, комнатной температуры, освободила цветы от упаковки, и красиво поставив их в вазу, переставила на середину стола. – Господи, ну какая красота! – Продолжая восхищаться розами, вдыхая их аромат.
- По мне так, ничего необычного. Веник ненужный. – Туркин вошел в кухню, садясь за стол, прожигая розы взглядом.
- Тебя никто не спрашивал. – Поправляя бутоны, улыбаясь, ответила кудрявому. – У тебя дома своего нет?
Он потупил взгляд, переводя его на меня. – Чего?
- Еще и отупел. – Закатив глаза, продолжила. – Говорю, тебе домой не пора? Мама не потеряет? Быстрым движение, Валера подскочил ко мне, хватая за горло, прижав к стене. – Не смей говорить о ней, слышишь? Никогда. – Прорычав над моих ухом, сильнее сжал горло.
Я начала задыхаться, хватаясь за его руку. – Пусти! – Хрипло пыталась кричать.
Рука ослабла, его взгляд стал пустым, но Туркин продолжал прижимать меня к стене своим телом. – Ты псих! Отойди от меня вообще. – Не понимая его реакции, в моменте оттолкнула его и сорвалась с места, запираясь в комнате.
Прижавшись спиной к двери, скатилась на пол, зажимая рот рукой, плакала, от страха.
Валера подошел к мой спальни и так же сел на пол, прижимаясь спиной к двери, со стороны коридора. – Есь, прости. Я сорвался, когда ты сказала про маму. Ее не стало, практически год назад, не знаю, что нашло на меня.
Слова Туркина привели меня в ужас, но это не давало ему права, так поступать.
- Турбо, не трогай меня. Ждешь Матвея? Жди, но не трогай меня. – Я слышала, как он уходить в глубь квартиры, после чего, переоделась, легла в кровать.