Глава 53
* * *
Парни поворачивают головы в мою сторону и наконец прекращают драку. Взрослые двадцатишестилетние лбы, а без кулаков не могут решить вопросы! Один военный, другой юрист. Как так? Неужели не нашли общий язык?
Я выдыхаю и быстро преодолеваю оставшиеся жалкие метры, мысленно радуясь, что удалось избежать катастрофы.
Кровь усиленно разгоняется по венам, меня потряхивает. Почему всё так сложно? В какой момент пошло не так? И можно ли было это предотвратить?
Я начинаю искреннее жалеть, что поддалась эмоциям и съехала из квартиры Данилы. Он не заслужил этого. Не дождавшись, не объяснившись. Просто собрала вещи и гибискус и не оставила даже весточки. Теперь в наши отношения вмешался брат и посчитал, что имеет полное на это право. А я хочу сама. Возможно, это не конец, а только начало чего-то нового и другого?
— Какого чёрта ты здесь делаешь? – недовольно спрашивает Влад, прижимая ладонь к разбитому носу. – Я сказал тебе сидеть дома!
— Знаю. Но нам с Даней нужно поговорить.
Мой голос звучит уверенно и твёрдо. Мне, чёрт возьми, скоро двадцать лет! Почему я должна сидеть дома и взаперти, пока кто-то решает вместо меня вопросы, касающиеся моей личной жизни?
Ощутив на себе взгляд Милохина, задерживаю дыхание. Пульс разрывает виски, а ноги подкашиваются. Мои чувства обострены до предела. Мы с Даней не виделись больше недели, и что уж скрывать — я безумно по нему соскучилась. Несмотря ни на что я по-прежнему его люблю. Очень-очень сильно. Всей душой.
— Ладно, говорите, — сдаётся Влад и при этом не делает ни шагу в сторону.
— Наедине, — строго проговаривает Милохин.
— Мы уже всё обсудили с тобой.
Даня заведён до чёртиков, я никогда его таким не видела. Он толкает брата в плечо. Раз, другой, третий. Заставляя отступать назад.
— Блядь, ты тупой? Она вообще-то моя жена!
Меня бросает в жар, когда я слышу от него эти слова. Умом понимаю, что обольщаться не стоит, но ничего не могу с собой поделать. Сердце ноет, а тело тянется к мужу. Я редко его так называла, а сейчас хочу всё чаще и чаще.
Влад негромко ругается и наконец оставляет нас в покое. Быстрым шагом идёт по узкой дорожке и останавливается под фонарём на приличном расстоянии. Закуривает, пытается всмотреться в темноту, но я знаю, что ему ничерта не видно.
Я перевожу взгляд на Данилу и сцепляю пальцы в кулаки. Внутри всё огнём горит, когда он рядом. Яркое пламя пожирает мои чувства изнутри и превращает их в серый пепел. Я откуда-то знаю, что это конец. Смотрю на Даню и знаю.
Он опирается бёдрами о стол в беседке и скрещивает руки на груди. Им можно любоваться вечность. Густые волнистые волосы, широкие плечи, высокий под два метра рост. Он такой же притягательный, как и прежде. Мой первый мужчина. Моя первая безответная любовь. Говорят, что она редко бывает со счастливым концом.
— Что молчишь, Пряник? — спрашивает Даня.
— Не знаю, что сказать, — пожимаю плечами.
— Давай помогу. Итак, ты летишь в Канаду.
— Да, наверное.
Если бы не сложившиеся обстоятельства, я бы бросилась его обнимать. Но сейчас между нами будто выросла высокая бетонная стена, которую мне не под силу преодолеть.
— Я дала согласие тренеру, — признаюсь откровенно. — Осталось подготовить документы.
— Когда летишь?
— Примерно через неделю.
Даня задумывается, будто ему не всё равно.
Моё сердце разрывается. На ватных тяжёлых ногах я подхожу ближе и останавливаюсь в каких-то пятидесяти сантиметрах от Милохина. Он всё ещё мой муж. И я могу себе позволить. Наверное.
— Прости, что не сказала сразу же.
Мы неотрывно смотрим друг другу в глаза, между нами искрит высоковольтное напряжение. Опасное, убийственное. Оказалось, что больше смерти я боюсь потерять Данилу.
— Тебе не за что просить у меня прощения, — наконец произносит Даня. — Молодец, лети. Я уверен, что всё к лучшему.
— За это я должна благодарить тебя.
— Меня уже отблагодарили, — по-доброму усмехается Даня.
Он спохватывается и достает из внутреннего кармана пиджака небольшую прямоугольную коробочку. Как и обещал. Там кулон. Даня не забыл, исполнил моё желание. Он умеет быть чутким и заботливым, и мне всегда хотелось отдавать ему в сотню раз больше.
Я завожу руки за спину и снимаю крестик. Безумно жаль прощаться с ним, но это не моя вещь. Наследство от любимой мамы. Возможно, всё что у него от неё осталось.
— Повернись спиной, — просит Данила.
Он открывает коробочку и осторожно убирает мои волосы на одну сторону. Я замираю как статуя и почти не дышу, когда его пальцы касаются моей шеи, а горячее дыхание заставляет волоски на коже подняться дыбом. Хорошо, что здесь царит полумрак и из подсветки горит только яркая луна.
— Готово, — говорит Даня.
— Спасибо за подарок. Давай надену тебе крестик.
Развернувшись к нему лицом, я расстёгиваю замочек и подхожу к Милохину вплотную. Встаю между его широко расставленных ног. Аромат ненавязчивого мужского парфюма пропитывает мою одежду и волосы. Наверное, я ни за что не брошу эту футболку в стиральную машину. В особенно грустные и тяжелые дни буду лежать с ней в обнимку и вспоминать всё, что было между нами.
Нам было охрененно хорошо. Думаю, Даня тоже запомнит этот период и не станет держать на меня зла.
Когда я с горем пополам справляюсь с замочком и возвращаю крестик законному владельцу, то не выдерживаю и жалобно тянусь к Дане.
Останови меня. Скажи, что тебе тоже без меня ужасно плохо, как и мне. До нехватки кислорода, до тупой и ноющей боли в грудной клетке. Просто скажи и я всё отменю…
Прижавшись к Даниле вплотную, касаюсь губами его губ. Они у него с металлическим привкусом крови — результат драки. А мои солёные, с остатками слёз. Наверное, такой и останется в памяти моя к нему любовь.
— Поцелуй меня, — шепчу почти беззвучно. — Даня, поцелуй.
— Тихо, Юль. Тс-с, успокойся. Не стоит, ладно?
Я тихо всхлипываю, губы Данилы почти не шевелятся. Чужой, холодный, напряженный. Он не целует в ответ, а лишь позволяет. И спорить с ним нет никакого смысла.
— Я всё знаю, — наконец решаюсь произнести то, что давно зудело у меня внутри. — Виделась с Санной.
От волнения начинаю много говорить. Рассказываю в деталях о нашей встрече и прогулке в парке. И о том, что Санна хочет, чтобы Радмила вернулась к мужу, потому что тот им угрожает. Я говорю, говорю, говорю... Язык заплетается, воздуха не хватает. Даня слушает и молчит. А мне безумно не хочется прерывать свой монолог, потому что он будет означать прощание.
— Ты просто встречался с ней? – спрашиваю нервно. – Вы сидели в ресторане, да?
Даня шумно вздыхает, а у меня внутри всё обрывается. Кажется, что до этого момента я стояла над высоким обрывом, теперь же на всех парах полетела вниз. Жаль только, что уже без крыльев.
— Не только, — отвечает Милохин.
— Почему? — задаю жалкий и неуместный вопрос. — Почему, Даня?
Он отводит взгляд в сторону. Я чувствую, как напрягается каждая его мышца.
— Потому что долбоеб, Юль.
Понятливо кивнув, отступаю на шаг назад. Беззвучно прощаюсь и быстро удаляюсь прочь. Нам было охрененно хорошо, но этого оказалось недостаточно.
Влад по-прежнему стоит под фонарём и щурится, глядя на меня. Я смаргиваю выступившие слёзы, вытираю их ладонями. Не хватало, чтобы брат вновь ушёл мстить Даниле за меня. Пусть лучше думает, что мы расстались на позитиве.
Мои лопатки горят, я точно знаю, что Милохин смотрит мне в спину, поэтому замедляю шаг в какой-то неуместной и совершенно детской надежде, что он меня остановит. Вот-вот. Сейчас. Окликнет, обзовёт Пряником. Но этого не происходит.
Мы заходим за угол дома, попадаем в подъезд. Я держусь из последних сил, чтобы не разрыдаться в голос.
— Он согласился взять деньги за реабилитацию, — произносит невозмутимо Влад. – Всю сумму.
— Хорошо.
— Ты ничего ему не должна. Вы в расчёте.
Открыв дверной замок, мы попадаем в квартиру. Меня тянет уйти к себе в комнату, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Уткнуться лицом в подушку, прокрутить в голове прошедший разговор.
— Арсен сказал, что помимо тебя он спал с другой бабой, — заявляет брат.
— Я знаю.
— Ну и всё. Не реви тогда, мелкая. Пусть к ней пиздует!
Оказавшись у себя в комнате, я первым делом нахожу свой мобильный. Убираю Даню из чёрного списка, подхожу к окну и, отодвинув штору, терпеливо жду его появления. Одним глазком… Напоследок.
Милохин останавливается у машины, бросает взгляд на мои окна.
Шевелю губами и молюсь, чтобы он дал понять, что я что-то для него значу. Проходит чуть меньше минуты. Даня садится в машину и с глухим рёвом срывается с места.
____________________________________
Продолжение на 20 ⭐