Глава 10
* * *
Мы поднимаемся с Женькой в лифте. Гостиничный номер находится на третьем этаже в самом конце коридора.
Открыв магнитным ключом дверь, попадаю внутрь. Сердце сжимается от какого-то детского щемящего восторга, когда я вижу на просторной двуспальной кровати лепестки из белых роз и пока не зажжённые свечи вокруг. На журнальном столике бутылка шампанского, два хрустальных бокала на тонкой ножке и тарелка с виноградом. Неужели это Данила? Он настраивался на романтический вечер? Мы ведь так и не обсудили, какими будут наши отношения в дальнейшем и предполагает ли штамп в паспорте то, что мы будем делить с ним одну постель? Я ничего не знаю. И не понимаю. Как будто всё происходящее не со мной.
— Ого! Да это же сказка, Юль! — восклицает Женька.
— Возможно, постарался кто-то из обслуживающего персонала…
— Эй, пораскинь мозгами, Гаврилина! Это определенно Даня заказал! Он захотел не только поставить тебя на ноги, но и заклеймить собой! Видела, как злился, когда ты с Артёмом разговаривала? То-то же!
Мне так хочется верить в то, что говорит Женя. Просто безумно! В этот сложный и, откровенно говоря, паршивый день должно быть что-то хорошее. Определенно, должно.
Я подхожу к окну, смотрю на штормовое море. То же самое происходит и у меня в душе. То спокойствие, то резкий прибой и тревога. С минуты на минуту придёт Данила. Мы останемся с ним вдвоем. Готова ли я к чему-то большему? Прямо сегодня? Оказаться с ним и под ним? Отдать ему себя без сомнений и сожалений? Я никогда не носилась со своей девственностью как со святыней, просто пока мне не встретился адекватный парень или мужчина. Либо же я на подсознательном уровне каждого сравнивала с Даней. Этот недостаточно взрослый. Вон тот недостаточно красивый или умный. Мне хватало одного… ну максимум двух свиданий, чтобы окончательно разочароваться в человеке.
— Поможешь мне распустить причёску? — прошу у подруги, горько усмехнувшись.
Женька кивает и приближается ко мне.
— Ох, как волнительно, боже мой! — произносит она, помогая достать шпильки из моих волос.
— Ай! Осторожнее, пожалуйста!
— Прости, Юль! До сих пор не верю, что ты вышла замуж. Да и за кого! Ох, когда Даня целовал тебя, у меня самой подгибались коленки! А уж что будет в первую брачную ночь — могу только представить.
— Фу, пошлячка! — отвечаю, качая головой. — Ты представляешь чужой секс и от этого возбуждаешься?
— Юля! На твоём месте я представляю себя. И да, я возбуждаюсь. Трахаться с Милохиным… мамочки… это же мечта!
Я закатываю глаза и, сделав над собой усилие, подхожу к зеркалу ближе. Данила заботливо спрашивал, не болит ли у меня нога, и предлагал раньше окончить торжество, но я отказалась и терпела, сцепив зубы. Не хотела видеть жалость в его глазах.
— Прости, если ляпнула что-то лишнее! — вздыхает Женька. — Милохин твой муж и только твой.
— Ага, — горько усмехаюсь.
— Ты была очень красивой на собственной свадьбе. Он только на тебя смотрел! Честно-честно!
— Хватит подлизываться, Женька. Иди уже к себе. Ты достаточно помогла мне сегодня.
Подруга кивает и, чмокнув меня в щёку, выходит из номера. Когда я остаюсь одна, то прекращаю сдерживаться. Глядя на собственное отражение в зеркале, отчётливо вижу на лице все оттенки боли. Знаю, я переусердствовала. Поставила себе высокую планку! Доктор, если бы увидел ту нагрузку, что я дала на ноги, точно бы меня отругал. Просто в день собственной свадьбы я не хотела чувствовать себя беспомощной калекой. Мечтала, чтобы мной восхищались! Особенно он. Данила.
Я слышала, как шептались гости. Ещё бы, после такой жуткой травмы встала на ноги и спокойно ходит. Если она такая сильная, то, возможно, вернётся и в спорт?
Развязав корсет, тяну за верёвки и снимаю пышное платье. Остаюсь в нижнем белье и чулках. Даже представить не могу, как всё пройдёт! Наша с Данилом первая брачная ночь. Мне понравится или нет? Я получу удовольствие или в первый раз об этом не стоит мечтать? Наверное, надо будет его предупредить, что он первый мужчина в моей жизни.
Услышав шаги в коридоре, быстро укрываюсь одеялом. Не знаю, чего я стесняюсь, ведь мы с Даней будем жить вместе, начиная с сегодняшнего дня. Мы будем вести быт. Возможно, спать в одной постели. Как настоящие муж и жена.
Открывается дверь, Данила появляется в комнате. Высокий и безумно привлекательный. Теперь мой муж. Чёрный брючный костюм придаёт его образу особой брутальности. Таких мужчин можно увидеть на обложках дорогих журналов. И я прекрасно видела, как все мои подружки на него пялились, едва не забрызгав слюной свои наряды. Видела и жутко ревновала.
— Не спишь? — спрашивает Данила.
— Нет. Тебя жду.
Он закрывает дверь и снимает пиджак. Бросив его на спинку кресла, направляется в ванную комнату.
— Могла не ждать.
— Почему? — удивленно переспрашиваю Милохина, блуждая глазами по его фигуре.
Он отлично сложен. Широкие плечи, сильные мышцы рук и узкие бёдра. Я не раз представляла его без одежды. И нас с ним вместе тоже представляла.
Щёки вспыхивают, я повыше натягиваю одеяло и свожу ноги вместе. Внизу живота концентрируется жар, который мне неподвластен.
— Думала, у нас будет первая брачная ночь? — с насмешкой спрашивает Даня.
Я краснею ещё гуще. То киваю в знак согласия, то отрицательно мотаю головой. В присутствии Милохина всегда теряюсь, но надеюсь, что вскоре привыкну. И к его взглядам, и к пошлым шуточкам, и к не совсем понятным для меня намёкам.
Данила, как назло, не даёт поблажек. Выжидающе смотрит, склонив голову набок. Голубые глаза сканируют меня насквозь.
— Хорошо, Юль, — произносит спокойно. — Выбирайся из-под одеяла и раздвигай ноги. Я в душ и вернусь.
До боли прикусив нижнюю губу, пытаюсь сдержать накатившие слёзы, но у меня не получается. Дверь в ванную захлопывается, я остаюсь одна. Из груди рвутся громкие рыдания, в ванной шумит вода. Я не так себе всё это представляла! Нашу свадьбу и первую брачную ночь! Данила действительно целовал меня ошеломляюще-приятно и страстно. Настолько, что я на секунду поверила, будто он хотя бы что-то ко мне испытывает! Нет, я, конечно же, не ждала от Милохина пылкой любви, но как минимум тепла и каплю уважения.
Он возвращается в спальню через пять минут. По пояс обнажен, по груди и животу стекают капли воды. Данила бросает на меня полный иронии взгляд. Я ведь по-прежнему под одеялом. Плачу, шмыгаю носом. Не полностью обнажена, не раздвинула ноги. Милохин знал, что я не сделаю ничего из того, о чем он просил.
— Так-то лучше. Не находишь?
— Иди… иди ты к чёрту, Даня!
Возмутившись, я бросаю в него подушку. Милохин ловко уворачивается, насмешливо на меня смотрит.
Ненавижу!
Накинув на влажное и распаренное тело рубашку, Данила тянется к пиджаку. Он что… Уходит? Прямо сейчас? Черт, нет! Только не это! В горле образуется колючий ком. Я не могу ни выдохнуть, ни вдохнуть. Кажется, будто меня разрывает пополам.
Гости, которые остались на ночь в гостинице, сейчас увидят, что молодой супруг оставляет свою жену и уезжает. Просто потому, что не любит. Просто потому, что всего лишь пообещал поставить её на ноги.
Просто потому, что кроме жалости ничего к ней больше не испытывает…
* * *
Проходит час или два, но уснуть не удаётся. Боль в ноге утихает, потому что, к собственному ужасу, я выпиваю ещё одну таблетку обезболивающего.
Прекрасно. Просто прекрасно. И как мне вести себя дальше? Что говорить Даниле, когда он вернётся? Если он вообще, конечно, планирует прийти.
Я чувствую себя убитой и раздавленной, как будто мне в лицо сказали, что я недостойна. Ни близости, ни любви. Если целью Милохина было в очередной раз указать мне на моё место, то ему это удалось. В данный отрезок времени я не испытываю к нему ничего, кроме удушающей злости и ярости. И это хорошо. Вот бы так и дальше.
Встав с постели, я направляюсь в ванную комнату, чтобы смыть с себя макияж. Для чего быть красивой? Для кого? Для мужа, который бросил меня в первую же ночь? Пусть идёт к чёрту! Не хочу его больше видеть!
Холодная вода немного приводит в чувство. Я смываю косметику, вытираю лицо салфетками. И в этот момент слышу щелчок входной двери. По позвоночнику скатываются капельки пота.
Тяжелые шаги медленно меряют комнату, затем останавливаются у двери, ведущей в ванную комнату. Мне кажется, что моё бедное сердце лопнет как воздушный шарик от перенапряжения. Где он был? О чем думал?
Данила нажимает на ручку и показывается в дверном проёме — я вижу его в отражении зеркала. Немного усталый, расслабленный. Он опирается плечом о стену, скрещивает руки на груди и скользит по мне тем самым приводящим в смятение взглядом. Я без платья, в одном белье. Данила первый из мужчин, кто видит меня в подобном виде.
— Ты во мне дыру прожжешь, — произношу как можно спокойнее и выбрасываю в урну салфетки.
Данила делает шаги навстречу и останавливается, почти соприкасаясь грудью с моей спиной. Он горячий. И очень высокий в сравнении со мной.
— Поговорим?
— Увы, уже поздно. Я спать собиралась.
Милохин упирается ладонями в белоснежную раковину, таким образом заключая меня в кольцо своих рук. Его грудь тяжело вздымается, взгляд темнеет. Я перестаю дышать и не двигаюсь. Собственный вид в отражении напоминает пугливого зайца.
— Я тебя совсем мелкой помню. Смешной, болтливой, временами назойливой, — усмехается Даня. — С тех пор много времени прошло. Ты сейчас очень красивая, Юль. Вылечишься, вот увидишь. Всё как прежде станет. И в спорт вернёшься, и на учёбу. Я во всём помогу. Не влюбляйся только в меня, пожалуйста. Я не оценю.
________________________________
Продолжение на 8 ⭐