Новенькая

Да, я не признаю полковника, как мать, но это я сделала лишь по одной причине, хотя и её озвучивать я тоже не хотела. Однако всем было интересно почему всё-таки я её спасла и согласилась на обмен. Но меня это даже немного рассмешило.

- Потому что хоть и полковник не является настоящей матерью, но слово «мать» слишком многое значит. Даже для детдомовского ребёнка, который и не признает её как мать, но гордо держится за слово «мама». - Гордо сказала об этом я. - Я удовлетворила ваше любопытство?

Лица у находившихся в этом кабинете резко угасли, но я была собой горда и довольна, что сказала об этом.

- Только не думай, что моё отношение к тебе изменится, полковник. Оно останется таким, какое оно есть, но то, что я сказала чистая правда, ведь для меня правда это многое значит. Тем более, что по глазам я умею читать намного лучше, чем понимать людей.

На этой ноте я покинула кабинет окончательно, как и контору, возвращаясь обратно в свою машину, где ждал и почти уже уснул капитан. Сев в машину я постарела на капитана, который чуть ли уже не храпел сидя за рулём, усмехнувшись, я ткнула его в бок, от чего он чуть ли не подпрыгнул и не ударился о крышу головой.

- Не спать, - проговорила я.

- Ты долго, - фыркнул капитан, заводя машину.

- Я задержалась и послушала разговор, правда спалилась почти что сразу, потом мне пришлось ответить на их вопросы.

- И как?

- Расслабься, я ответила на их вопросы и благополучно покинула контору вместе со своим ноутбуком.

Машина тронулась с места, выехали на главную дорогу. Капитан внимательно смотрел за дорогой, я сидела в своём ноутбуке, продолжая блокировать все счета Волкова, а после и одновременно составляла полный отчёт о проделанной операции. Я наверно никогда не перестану работать даже в такой момент, когда в машине сидят двое - муж и жена, которые после работы и тяжёлой операции. Вместо того, чтобы обсуждать свои отношения я как дура продолжаю работать.

- Прекрати работать, - проговорил он, - ты мало времени мне уделяешь.

- Ты что ревнуешь меня к работе?

- Нет. Но даже на работе ты не можешь меня просто поцеловать.

- Если ты хочешь целоваться, так и скажи.

- Хочу!

- Но не тогда, когда ты за рулём.

- По моему Лёня получает больше внимания от тебя, чем я.

- Ты издеваешься? Ты теперь будешь меня ревновать к Лене? К человеку, который является моим лучшим другом, серьёзно?

- Ладно, не ревную.

- Может тогда и ревновать меня будешь к Маю, Игореше, Олеже, Ромке, Артемке, Андрюше, Толе? А? Мы уже это проходили. Или ты начнёшь попрекать меня тем, что я зарабатываю больше тебя? А может вернёмся к тому, что я болела, а тебя не было рядом? 

- Все, хватит, прошу.

- Я знала, что ты не выдержишь, так что едь дальше.

До дома мы уже ехали в полной тишине. Я закончила делать свой отчёт, а также успела заблокировать все счета Волкова и даже аннулировать их. Дальше я подготовила официальный договор на передачу бизнеса семье Игнатова, и позвонила своим помощникам, а именно Владу и Вадиму и сообщила, чтобы на завтра мне подготовили встречу в тюрьме с Игнатовым и его сыном. 

Этот бизнес для меня был наследием моей семьи, но от него много бед, поэтому будет лучше если я его передам в руки того, кто ростил меня на протяжении всего моего детства и является лучшим другом отца. Закрыв ноутбук, я вышла из машины вместе с мужем, и только перейдя порог квартиры, капитан схватил меня за руку, но ничего не говоря крепко обнял. Я слышала, как его сердце бьётся быстро, это был страх. Он действительно испугался.

- Ты жива... - его голос дрогнул, и он притянул меня к себе так крепко, что рёбра затрещали.

- А нежнее? - хрипло проговорила я. 

- Прости... - прошептал он, и голос его дрогнул. 

Хорошо, что я успела положить ноутбук хоть столик, иначе бы его ремонт обошёлся бы ему дорого. Хотя я бы не позволила ему купить для меня новый.

- Они тебя не сильно били?

- Один раз ударили, все. Расслабься.

Я почувствовала, как его пальцы дрожат, когда он коснулся моего лица. Там, где были ссадины. Там, где кожа воспалилась от грубых верёвок и скотча. Капитан провёл подушечкой большого пальца по моей щеке, едва касаясь, словно я была хрупким фарфором. Он наклонился и прижал губы к моему лбу, к вискам, к уголкам губ - медленно, бережно, как будто заново узнавая меня. Его дыхание было тёплым и неровным. Это была первая близость, после всего, что произошло.

- Я не позволю никому... никогда... - он не договорил, но его руки скользнули вниз, кофта и штаны просто полетели в сторону.

Каждый шаг был вопросом. Каждое движение - разрешено ли ему. И когда ткань упала на пол, он замер, глядя на синяки на моих бёдрах, на царапины на запястьях.

- Ты же говорила, что тебя разок ударили... - он присел передо мной на колени и прижал губы к внутренней стороне ладони, туда, где кожа была содрана.

- Ну, преуменьшила... Бывает...

Потом поднялся и подхватил меня на руки, как будто я весила ничего и так всегда. Отнёс в спальню, уложил на простыни и лёг рядом, не спеша, давая мне время отстраниться, если захочу. Но я потянулась к нему. И тогда он любил меня медленно. Шёпотом. Поцелуями в каждую ранку. Руками, которые помнили каждую линию моего тела, но касались так, будто боялись причинить боль. Когда всё закончилось, он прижал меня к груди, и я слышала, как его сердце всё ещё бешено колотится. И на этот раз в его объятиях не было страха. Только обещание.

Никто не посмеет снова.

- Валя сказала, что ссадины заживут быстро, но ранки и содранная кожа заживать будут маленько долго.

- На тебе быстро все заживает.

- Ещё скажи, что на мне, как на собаке быстро заживает.

- Сказал бы, но пока я рядом, то я уязвим.

- Не правда, я тебя не била ещё.

- Ещё? Не хватало мне, чтобы ты меня била.

- Физически - нет, словами - да.

На следующее утро я проснулась почти одновременно с капитаном, но пока он чуть сопел я вышла из комнаты на кухню, чтобы сменить повязки на открытых ранах, иначе, как ссадины действительно быстро заживали уже. Лёня уже сидел и пил кофе, но увидев меня тут же налил вторую чашку, но уже чая.

- Спасибо.

- Какие планы? - спросил он.

- Надо съездить в тюрьму, я подготовила документы на передачу бизнеса семье Игнатова. Официально и он мне не нужен.

Капитан вышел на кухню сонный, подойдя к нам, взял чашку с чаем и сделал глоток.

- Это моё, - возмутилась я, посмотрев на него.

- Ладно, сам себе сделаю, - ответил он, закатив глаза.

Лёня забрал у меня бинты, он обработал сам открытые мне раны и забинтовал их. Правда говоря открытые раны у меня в основном были на руках, содранная кожа где-то на ноге, но это не столько важно.

- Спасибо.

- Нам ехать с тобой? - спросил Лёня, садясь обратно за стол.

- Ты же на работе был?

- Да. Кстати, - проговорил Лёня, кладя на стол непонятную вещь, весьма напоминал какой-то болт.

- Что это?

- Данилов знает, он был на этом деле и Юля заставляла его надеть.

Капитан посмотрел на эту штуку, его глаза округлели, я с интересом посмотрела на него. Чтобы не засмеяться или не показывать свой смех, закрыла рот. 

- Где ты это взял? - спросил капитан.

- Юля дала, для Анны, - посмеялся Лёня.

- Крокодила? - спросила я, будто уточняя.

- Да.

- Чем ты так провинился, что тебя Юля заставила надеть крокодила?

- Ничего, просто решила сбагрить меня в врачу для информации, - шикнул капитан. - Но почему она отдала это тебе?

- Я же сказал, для Анны, - повторил Лёня. 

- Ты хоть испугался, когда она заставила тебя это надеть?

- Шокирован.

- Ладно, я сохраню эту штуку. А теперь, мальчики, одевайтесь. Мы едем в тюрьму.

- Ладно, госпожа, - в унисон проговорили они.

Каждый разошёлся по комнатам надевать свою одежду. Я справилась с этим быстрее их, и вышла из квартиры вместе с документами и ноутбукам в машину. Правда решила постоять рядом с ней, мне ещё надо решить на какой я поеду. Уже полностью собравшие люди вышли на улицу, я кинула ключи от гелика Лене, сегодня он повезёт, а то нынче капитана я уже загоняла ездить на машине, сама даже не садилась.

- Опаньки, - воскликнул Субботин, - на другой машине?

- Там места больше, - невозмутимо проговорила я, заметив недопонимание в лице капитана. - А ты отдыхай от вождения на хороших машинах.

- Я с удовольствием поводить эту машину, всегда хотел.

Лёня сразу пошёл к той машине, от которой я передала ему ключи. На гелике я как-то давно не ездила, а она все стояла на одном месте. А ещё там действительно много места на заднем сидении, не то, что в порше.

- Что за машина? - не понимая спросил капитан.

- Гелик! - радостно с огоньком в глазах ответил Лёня.

- Что, прости? Гелик?

- Ну да, - ответила я, садясь в машину как только Леонид открыл её.