8
Амира стояла неподвижно, ощущая, как ветер колышет полы её плаща, а сердце бьётся чуть быстрее, чем обычно. Она знала: в этом мире ничто не вечно, и каждое "до скорого" может стать последним. Но вместе с этим она чувствовала, как внутри неё крепнет уверенность — уверенность в том, что любовь, сила и вера могут преодолеть даже самые тёмные времена. Она прижала ладонь к животу, вспоминая слова Рукии Хатун: «Ты творишь свою судьбу». Это не был просто сон — это было напоминание. Напоминание о том, кем она была, кем становится, и кем должен будет стать её ребёнок. Он — мост между прошлым и будущим, кровь её народа и наследие великих.
— я не позволю страху править мною — прошептала Амира самой себе — я стану такой матерью, какой была моя мама для меня такой, какой заслуживает он
В этот миг за её спиной послышались лёгкие шаги — это была Девлет Хатун, преданная и внимательная, как всегда.
— Амира Хатун, всё в порядке — спросила она, заметив, как задумчиво стоит её подруга. Амира повернулась, её лицо стало спокойным, как гладь озера после бури.
— да, Девлет — кивнула она — но теперь всё будет по-другому ине нужно быть готовой не только как жена как мать как наследница своей крови
И в этот утренний час, пока день ещё не вступил в полную силу, Амира сделала шаг вперёд — в будущее, полное вызовов, боли, побед, и любви, которую она обязана была сохранить любой ценой. Амира подошла к уютному уголку сада, где на мягких подушках под тенью дерева сидели все главные женщины бейлика Кайи. Перед ними стоял поднос с фруктами, кувшином шербета и чашами.
— Селямун алейкум — произнесла Амира, слегка поклонившись.
— Алейкум селям — ответила Малхун, сдержанно кивая — присядь дочь наша
— мы уж думали, ты прячешься в своей комнате — с усмешкой добавила Фатьма. — или у тебя снова настроение «не трогайте меня пока мой Алаэддин не вернётся»
Амира прищурилась.
— Фатьма ты как всегда очень проницательная
Фатьма усмехнулась, и, на удивление, больше ничего не сказала. Бала Хатун указала на свободную подушку.
— присаживайся, Амира мы как раз обсуждали, кто из наших мужей громче храпит думаем записывать звуки и устраивать голосование в деревне — сказала Бала смотря как Улген помогала сесть Амире на подушку.
— я поставлю на Османа Бея — подмигнула Улген — иногда, когда он спит, у меня с полки падают кувшины
Амира не смогла сдержать смех.
— у нас в Серахане такой конкурс был победил старый Мустафа Бей он мог храпом разбудить мёртвого однажды мы подумали, что на нас напали татары — женщины засмеялись. В этот момент из-за угла выбежал Гази Альп весь перемазанный в глине, с деревянным мечом за поясом и повязанной на голову тряпкой, как у великого воина.
— АМИРА — прокричал он, запыхавшись — мы потеряли овцу она убежала за ворота я уверен, это шпион
— шпион — переспросила Амира, с трудом сдерживая смех — овца шпион
— да она странно мычит и смотрит на меня с подозрением я думаю, она из лагеря врага — Гази эмоционально размахивал руками.
— какого врага — заинтересовалась Фатьма.
— ну возможно, из лагеря кур они давно на нас смотрят с высока — ответил Гази.
— я же говорила, куры что-то замышляют — серьёзно кивнула Улген — я сегодня одна из них уличила в подозрительном квохтанье
— я пойду допрошу овцу — торжественно произнесла Амира, поднимаясь — но если она будет молчать, придётся применить глиняные пытки
Гази Альп восторженно захлопал в ладоши.
— да сначала шлёпнем её сыром, а потом посадим рядом с Фатьмой, когда она злится никто это не выдержит — мальчик показал рукой на дочь Османа Бея.
— эй — возмутилась Фатьма, но уже смеясь — я тебя слышу, маленький предатель
— я шпион — драматично прошептал Гази и побежал прочь, зовя Амиру. Амира, смеясь, направилась за ним. Женщины ещё долго смеялись, переглядываясь между собой. Даже Бала Хатун на мгновение улыбнулась — искренне и без тени неприязни.
Прошло несколько часов с момента весёлой сцены с Гази Альпом. Амира только вернулась в шатёр, когда к лагерю подскакал всадник с запылённым лицом и сбившимся дыханием. Он с трудом сдерживал коня, соскочил и громко прокричал.
— Алаэддин Бей и его отряд попали в засаду византийцы бой идёт у северного леса
Во дворе лагеря замерли. Женщины поднялись, испуганные, в воздухе повисла напряжённая тишина.
— что — Амира отшатнулась, чувствуя, как сердце упало куда-то в живот — где кто с ним он жив
— мы не знаем — ответил всадник, переводя дух — послали подкрепление но бой был ожесточённый
У Амиры дрожали руки. Она шагнула вперёд, словно желая побежать к лесу, но ноги подкосились. Перед глазами всё поплыло. Голоса стали глухими и далёкими. Последнее, что она услышала, был крик Балы Хатун
— Амира доченька
А потом — темнота. Амира упала на землю без сознания. Её волосы рассыпались по платью, а лицо побледнело.
— позовите лекаря живо — закричала Малхун, наклоняясь к ней.
— она не ранена, это от волнения — шепнула Улген Хатун, кладя руку на лоб девушки — сердце у неё в груди не молчит это не просто тревога
— она его очень сильно любит — тихо сказала Фатьма — любит так, что сама не замечает, как каждый раз теряет себя
— и он её любит — едва слышно произнесла Бала Хатун, смотря на Амиру с новым взглядом — они единое целое
Лесной воздух резал грудь, как нож. Копыта его коня били землю в яростном галопе, в лицо летела пыль, но он не чувствовал ничего — только боль в сердце.
— что ты сказал — сорвался голосом Алаэддин, когда воины перехватили его в ущелье и сообщили:
— Амире Хатун стало плохо она потеряла сознание — он не слышал остального. Лицо побелело. Мир на мгновение закружился перед глазами, но он резко пришёл в себя, рванул поводья и направил коня обратно к лагерю, вжимая пятки в бока животного. Каждая секунда казалась вечностью. В голове эхом стучало:
"Если с ней что-то случится… если я больше не увижу её глаза…"
Он влетел в лагерь, даже не остановив коня, спешился на ходу, едва не упав. Слуги и воины отпрянули. Девлет выбежала навстречу, слёзы на глазах.
— Шехзаде Амира Хатун в шатре пришла в себя, но ей тяжело — он толкнул полог шатра. И… остановился. Она лежала, бледная, с приоткрытыми губами, тяжело дыша. Возле неё — Бала, Малхун и Девлет, все притихли. Когда глаза Амиры встретились с его взглядом, на секунду в них вспыхнул свет. Он подошёл, опустился рядом на колени.
— Амира — выдохнул.
— ты жив — её голос был едва слышен.
— ради тебя я буду возвращаться даже из ада — Она закрыла глаза по щеке скатилась слеза. Он взял её за руку, приложил к губам — прости меня что не был рядом
— ты жив — повторила она — значит всё остальное не важно
Он коснулся её лба, её пальцев, будто боясь, что она снова исчезнет. Она — его. И ребёнок в её чреве — его семья.
Солнце медленно клонилось к горизонту, заливая шатёр тёплым золотым светом. Внутри царила тишина — тишина, наполненная дыханием двоих сердец. Амира лежала, положив голову на грудь Алаэддина. Он обнимал её крепко, будто боялся, что если отпустит — всё это окажется сном. Его пальцы медленно перебирали пряди её волос, а взгляд был устремлён в потолок шатра, но мысли — только о ней.
— я всё время чувствовала тебя даже когда ты был далеко — прошептала Амира — сердце подсказывало, что ты вернёшься но страх был сильнее
— и всё же ты осталась сильной — мягко сказал он, целуя её висок — Амира за все что между нами я каждый день благодарю Аллаха
Она подняла на него глаза.
— между нами любовь которую никто не может убить — прошептала Амира.
— если мне придётся выбирать между чей-то волей и моим счастьем пусть попробуют удержать меня — она улыбнулась. Улыбнулась по-настоящему как девочка, как женщина, как мать. Их пальцы переплелись, и в этом касании было больше, чем тысячи слов.
— я хочу, чтобы наш ребёнок знал он появился на свет из любви не из долга, не по воле судьбы, а потому что его родители выбрали друг друга вопреки всему — Алаэддин кивнул.
— он это узнает я поклянусь перед Аллахом, перед небом, перед всеми что не дам тебе больше плакать ни один страх, ни одна интрига не разлучит нас
— тогда останься навсегда — прошептала Амира — не уходи всегда будь рядом
Он не ответил — только крепче прижал её к себе. Снаружи ночь медленно опускалась на землю, а внутри шатра два сердца, бьясь в унисон, писали свою собственную, упрямую, несломленную историю любви. Алаэддин наклонился к Амире, его дыхание было мягким, но полным тепла. Он шептал её имя, словно пытаясь запечатлеть её присутствие в каждом слове.
— ты моя сила, Амира, моя поддержка и моя любовь я не смогу жить без тебя не смогу быть без тебя ни в этом мире, ни в следующем — Амира закрыла глаза, ощущая, как её сердце начинает биться быстрее. Она повернулась к нему, её губы коснулись его ладони.
— мой Бей мой любимый муж — прошептала она, взгляд её был наполнен тёплым светом — ты моя судьба я всегда буду с тобой, несмотря на всё ты мой мир
Алаэддин нежно улыбнулся, прижимая её к себе. Его рука мягко скользнула по её волосам, а глаза встретились с её взглядом — полным любви и доверия. Он знал, что несмотря на все испытания, их любовь будет неизменной.
— я буду защищать тебя вечно Амира