Дуэт джинчурики
Ино уснула прямо на полу террариума, свернувшись калачиком на плаще Дейдары. Скульптору не хотелось прерывать её умиротворённый сон, так что, он оставил всё как есть, и просто тихо уйти. «В конечном счёте, она ведь уже не так расстроена, а значит, пусть и немного странным образом, мне удалось ей помочь. Да и для меня самого, это обернулось парой приятных мелочей…». Как только Тсукури покинул магазин, он почувствовал порыв прохладного воздуха, а поскольку на нём была лишь тонкая сетчатая футболка и не менее тонкие штаны, уже через несколько минут, Дейдара начал стучать зубами. Благо, поблизости находился небольшой ларёк, работавший круглосуточно. — Одну пачку крепких сигарет, пожалуйста. Бррр! — молодая продавщица молча протянула Дейдаре сигареты и взяла с него явно завышенную цену. Да и плевать! Лишь бы согреться поскорее. Подрывник дрожащими руками раскрыл пачки и достал сигарету, присев на лавочке неподалёку. Тсукури огляделся по сторонам и, убедившись, что поблизости никого нет, он достал крошечный кусок глины, прожевал его ртом на руке и слепил паучка размером меньше, чем ноготь на мизинце. Паучок прыгнул на кончик сигареты и с тихим «бам», взорвался. В нос ударил терпкий табачный запах, и Тсукури, блаженно закрыв глаза, сделал затяжку. От этого по телу разошлось приятное тепло, которое Дейдара старался испытывать не слишком часто, лишь в такие моменты, когда у него было особенно хорошее настроение. «Наверное, у меня сейчас ужасно глупое выражение лица, мммм».
— Добрый вечер, Дейдара. — Тсукури резко раскрыл глаза и увидел рядом с собой Наруто, который сидел, положив ногу на ногу, и тоже с наслаждением потягивал дым из своей сигары. «И как он смог ко мне подкрасться? Готов поклясться, что ещё секунду назад, я не чувствовал его присутствия поблизости…». — И вам добрый, данна. Вы что же, тоже курите?
— Только когда мне хреново. — а ведь и вправду, у Наруто сейчас было такое измученное выражение лица, что на него даже смотреть страшно. Все эти не свойственные ему морщины, которые складывались в чёрные мешки под глазами. Да и ещё, если приглядеться, можно было заметить длинную царапину, которая идёт от уха Узумаки и обрывается у подбородка. Почему-то, Дейдара сразу подумал о песне «Я — солдат», глядя в безразличные глаза своего господина. — Вы как будто с войны вернулись, данна…
— Ты это к чему? — Наруто повернул голову к Дейдаре, так что скульптор смог полностью рассмотреть его лицо. Помимо царапины, у эмпата от носа к губе тянулся кровавый след, из нижней губы кто-то словно выгрыз кусок плоти, а на лбу виднелась огромная шишка. «И как его накладное лицо ещё держится?» В ответ на вопрос, Дейдара взглядом пробежался по лицу Узумаки и слегка пожал плечами. Тот сразу весело ухмыльнулся, от чего, с пореза на губе с новой силой полилась кровь. — Ах, ты про это! Ну да, это можно назвать боевыми ранами. Анко, как выяснилось, уж слишком хорошо умеет оказывать сопротивление. Проклятая бабища…
— Вы что же, уже её.?
— Да. Я с ней закончил. Теперь, очередь Орочимару.
— Как это? Я думал, что этот змей запечатан в вашей душе, и всё такое.
— Это довольно сложно объяснить. Как бы сказать… Вот скажи, ты знаешь, как гусеницы превращаются в бабочек?
— Конечно!
— Ну, я так и думал. В конце концов, ты ведь творческая личность, а такие, как ты интересуются метаморфозами. Я-то за их превращениями наблюдал в лабораториях, в качестве эксперимента. Вобщем, наш симбиоз с Орочимару можно назвать коконом бабочки. Пока Орочимару находится во мне, я учусь его техникам, стилю боя, поглощаю знания о природах и видах ниндзюцу и гендзюцу. Орочимару же, впитывает свойства клеток моего тела и клеток Хаширамы, тем самым, создавая своё собственное. С каждым днём, он становится всё сильнее, и всё меньше нуждается в нашем симбиозе. К примеру, на данный момент, он уже может покидать моё тело приблизительно на три часа. И вот, у него сейчас есть три часа, чтобы потрепать нашей дорогой Митараши пёрышки. Он сам на этом настоял. Понимаешь? — Дей почему-то нахмурился, достал из сумки на поясе комок глины и слепил меленькую гусеницу, которая заползла на ладонь Наруто. Узумаки с интересом наблюдал за тем, как гусеница выплюнула глиняную нить и начала обвивать её вокруг своего тела. Вскоре она сплела вокруг себя кокон, а секунду спустя, гусеница, уже будучи бабочкой прогрызла себе путь наружу и улетела прочь, оставив изорванный кокон на ладони Наруто. До Наруто быстро дошёл смысл этого маленького спектакля, но, он всё же позволил скульптору высказаться. — Наруто-данна, насколько я понял, Орочимару это гусеница, а вы — кокон. Сначала, гусеница окутывает себя шёлковой нитью, превращается в куколку, потом в кокон, а дальше — в бабочку. Но, если бабочка улетает после своего превращения, то кокон останется лишь коконом, который к тому же рвётся, во время последней метаморфозы. Означает ли это, что и вы тоже… порвётесь?
— Пф! Дей, нельзя же всё воспринимать так буквально. В данном случае, мы оба — я и Орочимару, станем бабочками, или чем-то подобным… наверное… Блин, из-за тебя я теперь думаю о том, как Орочимару меня изнутри разрывает, прямо как в фильмах про «Чужих». А ещё, я вдруг задумался о мужской беременности… Фу-фу-фу!!! — Дейдара ухмыльнулся и сделал ещё одну затяжку. Вскоре, двое джинчурики докурили первую сигарету, и оба, практически синхронно достали новую. Наруто одолжил подрывнику зажигалку, так что ему не пришлось снова мучатся. — Дей, ты сегодня спать вообще собираешься?
— Кто бы говорил? Сами-то, сколько уже не спите?
— Полгода, если не считать краткие моменты, когда я слишком долго держу глаза закрытыми. — Тсукури резко вдохнул воздух от удивления, от чего, сигарета, которую она держала в зубах, залетела Дейдаре в рот. Скульптор подавился и кашлял до тех пор, пока Наруто не хлопнул его по спине со всей силы. Сигарета буквально со свистом пролетела пять метров и врезалась в землю. — Полгода?! Вы полгода не проваливались в объятия Морфея?! Нет, ну это уж слишком! Вам самому что же, не хочется иногда видеть сны?
— Поверь мне, не хочется. Такие ужасы, которые я вижу в своих видениях, никому не захочется видеть каждую ночь.
— И что вам снится?
— Война. А ещё, смерть всех джинчурики, Джуби, объединенная армия шиноби, все члены которой погибли. Кровище, месиво и всё такое. Ничего интересного.
— А я в ваших видениях есть?
— Ну, ты там тоже иногда появляешься. Знаешь, мои видения всегда меняются, в некоторых мелочах, ведь будущее не постоянно. Правда, общее очертание всегда остаётся прежним — ты всегда себя взрываешь. А на этом, в принципе, конец.
— Мммм. Вы случайно не припоминаете, как выглядел мой «последний» взрыв?
— Хм… Большой такой, километров десять в радиусе. Выглядел как яркая белая вспышка. Шумная ужасно.
— Это же мой особенный взрыв! Всегда хранил его для особенного случая! Приятно знать, что я умру именно так, как мне всегда хотелось…
— Всё же, ты немного странный. Ладно, иди уже спать, а то скоро придёт Орочимару, а я не хочу, чтобы ты видел, как он в меня влезает.
— Какой стесняшка! Ладно, так уж и быть, если хотите, я могу отвернуться, пока вы его в себя впустите.
— Я сказал, иди спать!
— Ну мамочка, можно мне ещё чуть-чуть поиграть? — Дейдара издевался над Наруто, закипающим от злости.
— Вот что ты пристал ко мне? Ты ведь можешь спать, так какого хрена ты со мной болтаешь?
— Я же не бессовестное чудовище! Вы не спите, значит, и я спать не буду, а то от меня в последнее время вообще никакой пользы. — Наруто ненадолго задумался, после чего он щёлкнул пальцами и ухмыльнулся. — А ведь точно, есть одно дело, в котором мне не обойтись без твоей помощи. Подожди здесь, я за Орычем сгоняю и вернусь. Не уходи никуда! — Дейдара кивнул и проводил взглядом быстро удаляющегося джинчурики.
Пробежав несколько десятков километров, Узумаки оказался у дома Анко, на пороге которого сидел чем-то расстроенный Орочимару. — Ты рано. — прохрипел он.
— В данном случае, лучше раньше, чем позже.
— И то верно. Опоздай ты хоть на минуту, и я бы, скорее всего, превратился в лужу.
— С Анко, надеюсь, разобрался?
— Да. Теперь она на нашей стороне.
— Значит, завтра она будет в нужном месте в нужное время?
— Не сомневайся. Она ещё завтра прощения просить будет за то, что избила тебя. Ладно, открывай рот. И не делай такую мину, Наруто-кун
— Ну это как сказать!
— В любом случае, спасибо. Ты хорошо справился. Думаю, завтра мне снова потребуется твоя помощь, а пока, иди спать.
***
Прошлой ночью, Наруто оставил Дейдаре записку, в которой он просил скульптора зайти в восемь утра в зоомагазин семьи Инузука и забрать заказ на имя Ичимару Намикадзе, который нужно принести по указанному адресу. Немного не понимая, о чём шла речь, Дейдара пришёл в зоомагазин и запросил заказ на известный ему псевдоним. Вздохнув, она провела Тсукури в отдельную комнату, где стояла клетка, накрытая сиреневым покрывалом. Услышав шаги, что-то, в этой клетке зарычало и стало метаться из стороны в сторону, сотрясая клетку. — И что под покрывалом, мммм?
— Ха! Там чистое зло… — Так, с крайне нехорошим предчувствием, установил клетку на тележку с колёсиками, и пошёл к дому, у которого его уже ждал Наруто. — Прежде чем мы войдём внутрь, позволь предупредить: там, внутри этого дома, я держу и пытаю одного человека, и то, что я собираюсь сделать весьма не этично. То, что ты можешь там увидеть, наверняка тебе не понравится, покажется противным. Если не хочешь, можешь не идти со мной.
— Не-а. Я слишком заинтригован. — Наруто помог Дейдаре пронести клетку по ступеням, и они зашли в дом. Наруто провёл подрывника на второй этаж, где, к своему удивлению, Тсукури обнаружил человека со шрамом на глазу, с заклеенным ртом, пах которого находился в интересном устройстве. Возле связанного стоял клон Наруто, который, похоже, стоял в этом положении уже очень давно. — А почему рот заклеен? — Узумаки обращался к своему клону.
— Да он мне весь мозг вытрахал! Жалкий нытик!
— Ясно. — Наруто сложил руки в замок, после чего, клон поставил ноги по ширине плеч и развёл руки. Клон стал покрываться корой, а с каждой секундой, в нём было всё сложнее разглядеть человека. Вскоре, древесный клон превратился перекрёстную дыбу, в форме «Х». Увидев это, Какаши начал яростно что-то орать сквозь толстый слой скотча. — Да-да, Какаши, я знаю. А теперь, будь так добр, заткнись. — Наруто зашёл к Хатаке со спины и надавил ему в небольшом углублении за ключицей. Какаши тут же потерял сознание, а Наруто, со скоростью света разрезал весь скотч и пищевую клёнку, подхватив джонина на руки. — Данна, вы не объясните…
— Дей, я бы рад поболтать, но через девяносто секунд, Какаши очнётся, а потому, помоги мне его привязать и я всё тебе объясню позже. — джинчурики шустро привязали Хатаке к дыбе, и тот скоро очнулся. — Наруто?.. Так это был не сон…
— Ой, вот только не надо жаловаться! Ты сам во всём виноват. Ты ведь не хочешь рассказать мне, кто такой Тоби. — Какаши обратил внимание на трясущуюся клетку. — Что там?
— Там — сюрприз! Специально для тебя купил. — Наруто сорвал с клетки покрывало, и перед Какаши и Дейдарой предстали два мелких свирепых зверька, с чёрной шерстью и белой полосой на груди. Эти твари так яростно кидались на решотки, что даже Наруто присвистнул. — Это тасманские дьяволы. Самые страшные животные, каких я только видел!
— И зачем ты принёс их сюда? Хочешь пытать меня их видом?
— Нет-нет-нет! Мои маленькие друзья, это часть демонстрации. С их помощью, ты прекрасно поймёшь, что ждёт тебя впереди, если ты не начнёшь говорить. Это, — Наруто достал шприц с оранжевой жидкостью. — самый ядрёный возбудитель для животных, какой только видел мир. Знаешь, если пролить одну каплю этого раствора на муравейник, муравьи наплюют на правило — спариваться только с королевой, и устроят такую групповуху… Впрочем, проще будет показать на примере этих маленьких злодеев. — Когда Наруто подошёл к клетке, животные сразу успокоились и Узумаки смог без лишних усилий вколоть одному из зверьков дозу. Тот вскоре начал издавать уж очень странные звуки: булькать, хрюкать, дребезжать и брызгать повсюду слюнями. Дьявол вдруг закружился сумасшедшем вихре и «набросился» на вторую особь. Дейдара, пожалуй, с излишним интересом наблюдал за сим актом, то морщась, то закрывая глаза руками, то наоборот, расширяя глаза до предела. Пять минут спустя, он присвистнул и сказал: — Хех, такими темпами, он её до смерти замучает.
— И после смерти. И после-после смерти. И даже после своей собственной смерти, он едва ли остановится. Анко-чан, подойди. Словно из ниоткуда, Митараши вышла к троице. Как ни странно, она выглядела счастливой. Какаши же недоумевая, смотрел то на совокупляющихся дьяволов, то на Анко. Наруто достал второй шприц, и надменно ухмыляясь, подошёл к Хатаке. — Ну что? Готов раскрыть свои карты? В одной руке у меня твои мучения, а в другой, твоя свобода. Только назови мне имя, и я солью раствор в трубу, развяжу тебя, и сегодня же отпущу. Однако, если откажешься, я вколю тебе препарат, и поверь мне, тебе НЕ ПОНРАВИТСЯ. — Какаши опустил голову и начал беззвучно шевелить губами.
— Что-что?
— Н…
— Чуть погромче.
— Отказываюсь! Во мне, как и в любом другом шиноби Конохи живёт Воля Огня, и тебе, предавшему родную деревню никогда не сломить мою волю! Трави ты меня хоть сотни тысяч раз!!! Так что, давай! Вкалывай, и посмотрим, что окажется сильнее: твои пытки, или моя воля!!! — Наруто молчал. Он с такой силой сжал в руке шприц, что тот едва не лопнул. Сквозь зубы, Узумаки выдавил: — Т-ты… ТЫ ДУРАК!!! — Наруто с силой воткнул шприц в плечо Какаши, тот вскрикнул, а Наруто, дрожащими руками вдавил поршень до упора. Не оборачиваясь, Наруто поспешил к выходу и перед уходом крикнул: — Анко! Заставь этого глупца говорить используя его нынешнее состояние как тебе будет угодно! Терзай его до тех пор, пока его колокольчики не начнут издавать ультразвук!!! Если понадобится, хоть до смерти его заезди, но заставь его говорить! Иначе, я тебя сурово накажу, поняла?
— Да, хозяин!
***
Наруто какое-то время шёл по улице, кусая губы и браня Какаши, а Дейдара шёл вслед за ним, пытаясь вставить своё слово. — Наруто-данна…
— Ну что?! Хочешь сказать мне, что я на голову больной? Так я и сам это знаю! Я бы с радостью стал нормальным, но я не знаю такого способа, который бы мне помог!
— Да нет же! Я не считаю вас больным на голову!
— От чего же? Может ещё скажешь, что я абсолютно нормальный?
— Нет, конечно нет! Вы ненормальный человек, и это факт. Но это хорошо. Поймите, меня ведь тоже все считают сумасшедшим. Мы оба неординарные. Нам приходится нелегко, из-за того что мы не такие как все, но, разве это плохо? Без нашего воображения, мы были бы лишь частью тупой серой массы! Когда над нами смеются, мы должны воспринимать чужие насмешки с гордо поднятой головой, ведь, общество смеётся над теми, кого оно не понимает, и кого не может контролировать! Никто не способен нам помешать до тех пор, пока мы верим в себя! Мы можем стать кем угодно, делать что угодно, и не важно, что скажут другие! Мы с тобой, Наруто!
— Ты хоть понимаешь, насколько это глупо? Ты предлагаешь мне, гордиться моим уродством?! — Дейдара хотел было что-то ответить, но из карманов обоих джинчурики раздалось тихое пиликание. Дейдара и Наруто достали свои мобильники и увидели, что им пришла СМС-ка от Саске: "Приходите на квартиру Сакуры, есть разговор"
— О, нет…
— Кто такая Сакура?
— Это последний человек на земле, с которым Саске должен проводить время. Он даже не представляет, насколько она опасна.