Глава 24
ГЛАВА 24
Слабость
Слабость тела ничто по сравнению со слабостью души.
Танос, в окружении своих приёмных детей, которые заменили погибших, расхаживал взад вперёд по пустынной поверхности Титана. Он негодовал, но в то же время и удивлялся, даже восхищался тем, как нотгардцы отбили все его атаки. Конечно, ключевым звеном этой цепи была и является Эсманур Одинсон. Её мужество поражало титана, который решил, что, убив Локи, лишит её жизненных сил, однако ошибся. Теперь погибла и сестра королевы, но и это её, судя по всему, не сломило. Одно утешение - перчатки у Эсманур теперь нет.
Титан бросил удовлетворенный взгляд на украденный артефакт. Он не знал о том, что настоящая перчатка была заботливо припрятана верной Кармен.
- Отец, - подал голос один из детей Таноса, заставив титана обернутся. - Что мы предпримем?
- Мы должны сломить гордячку Одинсон, - ответил Танос. - И для этого я собираюсь отнять у неё самое дорогое, - на губах титана появилась зловещая улыбка, которую подхватили его дети.
...
Кармен сидела около постели своей госпожи и вышивала, что-то напевая себе под нос. Голова девушки была перевязана - она едва выжила после этого ранения. Но главное было сделано - перчатка спасена.
Оставался ещё один долг - поставить на ноги королеву. Для неё Эсманур Одинсон была не просто королевой, а, можно сказать, матерью или же любимой наставницей. Будучи ещё девочкой, Кармен мечтала познакомится с королевой, которую все так любили и прославляли. Кто же мог подумать, что через семь лет она поступит на службу во дворец, а ещё через год станет самой приближенной служанкой госпожи, после Эллики, которую Кармен глубоко уважала, конечно.
Девушка отложила вышивание и подошла к ложу королевы. Последняя лежала всё так же неподвижно, как и весь предыдущий день. Похороны Хэлы Одинсон устроили вчера вечером, сразу после битвы, и Эсманур их пропустила, что было, по мнению служанки, даже лучше.
Кармен тяжело вздохнула и в который раз за этот день вышла на балкон - подышать воздухом. Сумерки опускались на город, ещё через час будет совсем темно. Над горами опять стоял туман, медленно переползая и на равнину, и на город, в котором зажигались первые огни.
...
В голове Эсманур вихрем проносились воспоминания. Она не могла остановить этот поток, который давил на неё, заставляя всё больше и больше захлёбываться тупой болью. Боль. Сколько раз она мысленно произнесла это слово? Неизвестно.
" - Эй, Хэла, догони! - крикнула светловолосая девочка лет восьми, скрываясь в кустах. Её высокая сестра, Хэла, закатив глаза последовала за малышкой.
- Попалась! - она вытащила на поляну юную Эсманур, отчаянно брыкающуюся. Девочка заливалась звонким смехом, пытаясь вырваться, а потом обмякла в руках сестры. Тогда Хэла поставила её на землю, и девочка тут же юркнула в кусты.
- Эсманур! - темноволосая со смехом бросилась ловить непоседу. "
" - Проснись! Проснись! - Эсманур тормошила Хэлу за плечо, тл и дело боязливо оглядываясь по сторонам. Наконец шатенка открыла глаза и поморщилась.
- Эсманур? Что случилось? - она зевнула, садясь на кровати.
- Смотри, как я могу! - воскликнула младшая, протягивая вперёд руку, в которой тут же появился голубой светящийся шар.
- Ух ты! -воскликнула Хэла, рассматривая сферу. - Когда ты научилась?
- Сегодня ночью, - гордо выпятив грудь, ответила Эсманур. - Правда красиво? - она завороженно наблюдала за тем, как шар переливается всеми оттенками голубого в её ладони.
- Замечательно, - подтвердила Хэла, положив руку на плечо сестры, и тоже устремила взгляд на шар. "
" - Это было любимое платье Фригг, - говорила Хэла, пока сёстры со всех ног мчались подальше от покоев царицы. - Я же говорила, не нужно его мерять!
- Оно мне очень понравилось, - оправдывалась Эсманур, стараясь не отставать. - Надеюсь, она не подумает, что это мы!
- Я тоже, - согласилась Хэла, останавливаясь у своих дверей. - Если что, говори, что это была я, ладно? - она слегка улыбнулась, оперевшись руками о колени.
- Нет, - упрямо мотнула головой Эсманур, скрестив руки на груди. - Это же я виновата!
- Меня она ругать не будет, глупая! - объяснила Хэла. - А вот тебе попадёт! Кстати, не хочешь со мной пообедать? - она открыла двери покоев, приглашая сестру внутрь.
- С удовольствием! - широко улыбнулась Эсманур. "
" - Ой, какие они большие! - воскликнула Эсманур, осматривая свои новые покои во дворце Нотгарда.
- Нравится? - улыбнулась Хэла. - Это покои королевы.
- Но я ведь ещё не королева, - засмеялась Эсманур, проводя рукой по мягкой постели.
- Зато скоро ей будешь! - возразила Хэла. - А когда я стану царицей Асгарда, лично объявлю Нотгард твоим.
Эсманур улыбнулась, оборачиваясь к сестре.
- Ты шутишь!
- Вовсе нет! - запротестовала Хэла. - Я серьёзна, как никогда! Хочешь, даже поклянусь...
- Не надо, - скривилась Эсманур. - Я тебе верю. "
Она обещала. Обещала, что не бросит. Однако всё пошло не по плану. Непредвиденное обстоятельство.
Эсманур открыла глаза, оглядывая комнату. Всё как всегда. Неужели, сон? Не теряя ничтожной надежды, девушка попыталась встать, однако острая боль не дала ей этого сделать. С губ слетел тихий стон, который услышала Кармен.
- Моя королева, Слава Всеотцу, вы очнулись! - воскликнула служанка, опускаясь на колени у ложа своей госпожи.
- Хэла... - прошептала Эсманур. - Что с ней?
Служанка отвела глаза и облизнула сухие губы. Как сказать это?
- Говори же, ну! - потребовала королева. - Скажи хоть что-то, Кармен...
- Она погибла, госпожа, - наконец решившись, сообщила служанка. - Похороны были вчера вечером.
Бам. Словно удар по голове, и карточный домик надежд рушится. Сестра, человек, который обещал всегда быть рядом, теперь умерла. Нет больше того, кто бы мог поддержать и утешить, заступится перед злой мачехой. Хотя, нет уже и мачехи, и отца. Они - призраки прошлого, как и Хэла теперь. Теперь.
Эсманур закрыла глаза. Слабость завладела телом, нельзя даже пошевелить рукой. Но зато есть слух и голос, зрение, а ещё мысли. Способность думать никуда не пропала, а жаль. Вот бы просто отключить сознание и, словно робот, жить по четким правилам. Но нет, это была бы слишком большая милость от судьбы, как и смерть.
- Оно умерла, спасая меня, - произнесла Эсманур, открыв глаза и глядя на Кармен со страхом и виной.
Осознание этих слов дошло только секундой позднее. Тогда из глаз самовольно потекли слёзы, оставляя на щеках влажные дорожки.
- Как мне унять вашу печаль? - спросила Кармен. Казалось, её душа страдает вместе с королевой, как верная собака, что умирает вместе с хозяином.
- Воды... - попросила Эсманур. Служанка поспешила напоить королеву, а потом заботливо принялась менять повязку на лбу королевы. Когда она уже хотела положить на место старой, уже теплой тряпки холодную, Эсманур кивком головы остановила её.
- Не стоит, - королева закрыла глаза, и тут же почувствовала, что служанка всё же положила тряпку ей на лоб. - Я же сказала...
- Вам нужны силы, госпожа, - упрямо возразила Кармен. - И моя задача - вылечить вас.
Эсманур слегка улыбнулась, растроганная заботой верной служанки. Последний человек, который о ней заботится.